Я помню тебя

Я дёргаю замочек куртки вверх-вниз, и глубоко дышу, пытаясь успокоиться. Где вы слышали, чтобы Ким Ибджи стояла перед шкафом, думая, что же такого нацепить на себя, отправляясь на какие-то совершенно незаконные, опасные и неизвестные гонки? Я представила, как говорю об этом Чунмёну, представила его выпученные глаза и громкие протесты и на несколько минут чуть-чуть расслабляюсь. Чунмён уехал ещё час назад, предупредив, что у отца очередная командировка, а мама на каких-то курсах повышения квалификации. Это может быть и не так, просто всё, что мама делает, когда не учит, а учится, Чунмён называет курсами повышения квалификации. Мне это только на руку - конечно, родители наши не страдают чрезмерной опекой, тем более что оба мы уже совершеннолетние, но если они не будут знать о том, что я ночью была не дома, мне будет спокойнее. Мне не хочется обманывать маму (хотя, по сути, я просто не рассказала ей всей правды) и даже отца, пусть я и вижу его очень редко. Как только дисплей телефона высвечивает “Исин” я, не отвечая на звонок, торопливо срываюсь с диванчика в прихожей, бросая быстрый взгляд на себя в зеркале. Чёрная водолазка, чёрные джинсы и чёрная кожаная куртка, откопанная, между прочим, на дне маминого шкафа, бог его знает, как она там оказалась. Мотоциклисты ведь так одеваются, верно? Я захлопываю дверь и, от волнения едва не забыв её закрыть, срываюсь вниз по лестнице. Открываю подъездную дверь и губы непроизвольно складываются в громом поражённое “о”. Исин стоит, облокотившись на блестящий чёрный байк - создавалось такое ощущение, что на нём даже ни разу не ездили. Подъездная дверь неожиданно захлопнулась за моей спиной, сработал автоматический замок и Исин, наконец, заметил, что я вышла, и отложил небольшую книгу, которую держал в руках. -Это твой? - я вопросительно изогнула бровь, подходя к байку и осторожно касаясь руля. -Этот мой! - глаза у Исина снова заблестели, и он горделиво похлопал по сиденью, смотря на мотоцикл с такой нежностью, которой каждая девчонка бы позавидовала. -А разве на таких можно кататься вдвоём? - на всякий случай поинтересовалась я. Ясное дело, что я полнейший ноль в этой сфере, но, если он мне соврёт, я это, по крайней мере, увижу. -Это ведь спортбайк, специально чтобы перед девчонками понтоваться, - усмехнулся Исин, протягивая мне второй шлем - ещё один был у него в руках. Я уставилась на предложенную конструкцию и Исин явно заметил непонимание в моих глазах, - или в шлеме, или пешком, Джи. Пожав плечами, я всё же натянула шлем, ухватив его за застёжки. На скулы давило, плюс я немного повозилась с застёжками - надо же было понять, как это работает. Исин терпеливо ждал и, в конце концов, мы тронулись с места. Меня моментально посетили целых три мысли. Первая - ух как я сейчас улечу! Джинсы скользили по сиденью, и я то и дело красиво вписывалась шлемом в спину Исина. Вторая - что я, оказывается, не дура, раз надела водолазку и кожанку. Исин летел, как мне казалось, чудовищно быстро, ветер обдувал мне все оголённые части тела и руки быстро задеревенели, однако всё остальное чувствовало себя вполне по-человечески. А третья - сердце провалилось в желудок от самого лучшего момента в моей жизни. У меня вдруг появилось чёткое осознание того, что я там, где должна быть. Словно острое ощущение дежавю, словно вечерний воздух взрезал в моей памяти какую-то рану, давно затянувшуюся и уже не ноющую, и теперь она дала знать о себе с новой силой. Мне хотелось разжать руки, которыми я крепко обхватила его талию и закричать, закричать от того, как мне хорошо. Мимо проносились косые, неразборчивые пятна, тёмные и яркие. Таким город мне нравился в разы больше - теперь я понимаю, почему Исин счастливый всегда. На такой скорости не видно хмурых лиц прохожих, слёз на чьих-то глазах, следов увечий и побоев, не видно никакого отвращения, ненависти и страдания. Чжан Исин живёт в абсолютно счастливом мире высокой скорости. Мне показалось, что ехали мы очень недолго. Ещё издали завидев огромную толпу , Исин снизил скорость. Помимо этой толпы, было абсолютно пусто - возможно, дорога была просто перекрыта, и перекрыта явно не дорожными рабочими. Исин остановился возле отдельно стоящей группы людей, в которых я сразу узнала недавних знакомых, и заглушил байк. Я разу словила себя на мысли, что высматриваю Механика в толпе, но его не было. -Ибджи! - едва я соскользнула с мотоцикла, как кто-то накинулся на меня с объятиями. Только когда я сняла шлем я поняла, что это была Луна. Краем уха я услышала, что Исин куда-то хочет отлучиться. -Чану, гляди! - к нам подошёл Юнхён, если я правильно запомнила, и тут же подскочил его брат - теперь я знаю, что его зовут Чану, - Ибджи сегодня олл-блэк. Вылитая Кёнсу, скажи? - оба довольно засмеялись чему-то, видимо, понятному только им двоим. Сами они были одеты в одинаковые мотоциклетные костюмы, а лица закрывала чёрная маска. Такая же маска была и на Луне. -Гонки уже начались? -Ещё нет. Джей побежал проверить, утвердили ли их состав и узнать, в каком порядке им предстоит кататься. -Им? А разве вы...ты, - поспешно исправилась я, поймав недовольный взгляд Юнхёна, - не катаешься? -Байк водить-то я вожу, но в гонках мы с Чану никогда не участвуем, да и в соревнованиях тоже. Мы здесь для красоты, разумеется - если вдруг Сехун, Чондэ или Джебом сломают себе что-нибудь, мы будем держать уровень привлекательности в команде. -Не забудь ещё Исина! - добавил Чану, - а вообще, мы механики здесь. Чиним, тестируем, разбираем, собираем - нам это в кайф, а отцу спокойно. -Мальчики, держу, держу! - Луна вытянула обе ладошки прямо под подбородками братьев, - губы ваши держу, а то раскатали! Что Джей, что Сехун, да они все с переломанными носами, разбитыми губами, ссадинами и открытыми переломами будут объектами женских визгов. -Сехун, Джебом? - незнакомые имена ввели меня в заблуждение. -Ну, Ибджи, ты же не думала, что Механика зовут Механик? Это мы Сехуну прозвище придумали, после того как он байк почти с нуля собрал. Только не трепись, - тихо предупредил Чану, - здесь никто не должен знать настоящих имён участников гонки, это не слишком хорошо обернётся. -Тут он не шутит, - за спиной раздался голос Джея. Я обернулась, увидев у него в руках какой-то список, - Настоящие имена участников - это строжайший секрет, так что не удивительно, что половину из них мы знаем. Привет, Ибджи, не знал, что ты тоже будешь. Списки есть, все едут по одному разу кроме Сехуна - он поедет в первом и шестом заезде. Где он, кстати? Словно в ответ на вопрос Джея издали послышался рёв двигателя, и в следующие пять секунд огромный байк на полной скорости примчал своего хозяина и с душераздирающим визгом шин остановился, оставляя за собой чёрный, похожий на змею след. Я встретилась с глазами теперь уже Сехуна, смотревшими на меня через стекло шлема. Я снова почувствовала, как организм отзывается какой-то будто привычной для него реакцией - леденящим душу страхом и необъяснимым волнением. Сехун стянул шлем, даже не заботясь о том, чтобы пригладить беспорядок на голове, и быстро натянул такую же чёрную маску. Я незаметно поправила рукой волосы - мне и в голову не пришло, что после шлема вместо неё было воронье гнездо. -Так, Сехун, как я только что известил команду, ты участвуешь в первом и шестом заезде. Чану, проверишь его байк? - суетился Джей и Чану тут же подскочил к мотоциклу, что-то дергая и вертя. -Школьница, ты решила записаться в наши ряды? - ядовито протянул Сехун, не сводя с меня глаз. Господи, да что я ему сделала? - или ты здесь как группа поддержки Лэя? -У меня вообще-то есть имя! - процедила я. Удивительным образом уже второй раз, как этот Сехун открывает рот, мой страх куда-то исчезает и я начинаю тупо злиться. -Вы мне не по-ве-ри-те! - прямо в центр самообразовавшегося круга влетел Чондэ, в мотоциклетном костюме, как и остальные, но Сехун не обратил на него никакого внимания, продолжая сверлить меня взглядом. Я мужалась и взгляда не отводила, - Сехун, Сухо вернулся. Он сказал это гораздо тише, чем его предыдущие вопли, но Сехун резко повернул голову в его сторону с таким видом, словно Чондэ только что доказал ложность всей фундаментальной физики. Юнхён присвистнул, а Чану, до этого что-то рассказывающий Луне, оборвался на полуслове. -Разве он не уехал? - Джей обратился к Чену, но тот уставился прямо на Сехуна - эта новость, казалось, предназначалась в большей степени ему. -Надо же. Я думал, он бросил это дело, - в чьём-то голосе сквозило неподдельное удивление, но я даже не поняла, кто это сказал, поскольку не сводила глаз с Сехуна. На секунду мне показалось, что его непроницаемое лицо накрыла тень страха. Пришёл Исин, которому сообщили, что он едет третьим, Сехун о чём-то негромко переговаривался с Ченом, но вид у него был явно помрачневший. За пятнадцать минут до заезда он уехал отгонять свой байк на старт, а мы на пару с Исином активно расталкивали локтями толпу, дабы подобраться поближе к старту. Недалеко от линии старта расположился большой экран с изображением длинной дороги - как объяснил мне Чану, в воздух запустили какие-то камеры, которые буду транслировать на экран гонку. Когда до начала осталось пять минут, у линии на одинаковом расстоянии друг от друга расположились шесть водителей. Я безошибочно определила Сехуна - он выглядел расслабленным, это сквозило в его позе и незаметных действиях и угадывалось, пусть даже лицо было скрыто шлемом. Похоже, на мотоцикле он чувствует себя увереннее, чем на земле. Его машина расположилась второй справа, довольно близко к нам и к экрану. -Прямо удивительно, что Сухо вернулся. Их ещё и с Сехуном поставили в одни заезды, прямо судьба шутить разучилась, - рассуждала вслух Луна по правую сторону от меня. -А что такого в этом Сухо? -Ну, он ездит примерно столько же, сколько и мы. Они с Сехом вроде всегда на ножах были, но он несколько лет назад просто исчез из всех наших кругов, кто-то поговаривал, что разбился, кто-то - что уехал. А в прошлом году внезапно появился и пересёкся где-то с Сехуном. Мамочки, что там было! Не знаю, с чем там этот придурок остался, но у Се нашего нижняя челюсть вывихнута была, а синяков сколько! Ужас, короче. А теперь вернулся вот. - вздохнула Луна, не отрывая глаз от гонщиков, которые вот-вот должны были пересечь черту. Я вперилась в широкую спину Сехуна, плотно обтянутую мотоциклетной курткой. Как и в фильмах, полуодетая, нет, скорее,полураздетая девушка махнула флагом, прогремел выстрел из стартового пистолета и шестеро гонщиков ломанулись вперёд, оставляя за собой столб пыли. Когда водителей уже было почти не различить, я перевела взгляд на экран, узнавая в маленькой точке, несшейся с безумной скоростью, Сехуна. Он был вторым, и с первым водителем его разделяли считанные метры. -Чёртов Сухо, да Механик скорее сдохнет, чем проиграет тебе! - орал позади меня Чану, а Юнхён только улюлюкал, прыгая выше чтобы лучше видеть экран через толпу. Когда до финиша, где расположилась ещё одна толпа, ничуть не меньше стартовой, оставалось не больше двадцати метров, Сехун резко пошёл на обгон, едва не задев байком байк Сухо. Мне показалось, что финиш они пересекли одновременно, но толпа продолжала упорно смотреть на экран. На секунду картинка сменилась - вместо дороги на нём появилась белая надпись “MECHANIC”, и даже отсюда было слышно, как громко закричали болельщики по другой конец дороги. Участники стали разворачивать свои байки, а Чондэ убежал готовиться к заезду. Экран вновь показывал трассу. Мне казалось, что после победы над этим Сухо Сехун возликует, но он снял шлем с такой же мрачной миной, как и до этого. Поздравления и похвальбы за отлично открытую гонку он принимал сухо, молча встав рядом с Джеем и каким-то незнакомым мне парнем. Чондэ выиграл свой заезд, обогнав четырёх участников, а вот третий заезд, в котором участвовала Луна, был проигран “Всадниками”, хоть и вопиюще нечестно - Исин непроизвольно вскрикнул, когда парень, которого Луна обогнала незадолго до этого, не церемонясь боком ударил её мотоцикл, спровоцировав падение. Она вернулась, чуть прихрамывая на одну ногу, и Юнхён тут же вызвался проводить её до дежурившей здесь “скорой помощи”, хоть и вряд ли настоящей. “Новичок Лэй”, как назвал его парень-комментатор, блестяще показал себя . К тому моменту, как он вновь присоединился к нам, время уже перевалило за полночь, но Чунмён мне ни разу не позвонил и не написал. Оно и к лучшему. Перед пятым заездом, в котором вновь должен был участвовать Сехун, командам дали небольшую передышку, и мои знакомые тут же принялись горячо обсуждать заезды. Даже Сехун принимал участие, но, казалось, думал он о чём-то своём - между бровей у него пролегла задумчивая складка. Может ли это быть его реакцией на возвращение этого Сухо? Неужели Сехун и правда его боится? Ещё бы - тот вывихнул ему челюсть. Впрочем, Сехун не похож на человека, которого вообще можно чем-либо напугать. С каким ледяным спокойствием он вёл мотоцикл и смотрел в прошлый раз на мотофристайлеров? -Луна? - я дёрнула её за рукав пыльной куртки, и она обернулась, попутно стирая кровь, сочившуюся из глубокой царапины на щеке, которая всё никак не прекращала идти, - а ты можешь показать мне этого Сухо? Девушка кивнула и принялась оглядываться, то и дело вставая на цыпочки. -Сухо ищешь? - хмыкнул Джей, - да вон он, рядом с “Непробиваемыми” стоит. Я повернула голову в ту сторону, в которую указал Джебом и глазами выискивала запомнившуюся красную мотоциклетную куртку с двумя чёрными полосами на рукавах и почувствовала, что приросла к полу, а по голове меня огрели чем-то тяжёлым. Я смотрела на довольное лицо своего старшего брата.