Гость

Когда солнце, закончив свой дневной обход, почти скрылось за горизонтом, оставляя бар в гордом одиночестве тонуть в снегу, Гриллби вышел из-за стойки и направился к выходу, дабы закрыть заведение на ночь. Бар, на его радость, был чист как и до открытия. Посетители, зная как бармен любит чистоту и как он готов сжечь всех, кто намусорит, старались сохранять бар в чистоте. Даже после всех драк, виновники быстро убирали всё и покупали новые стулья или столы, а то и всю посуду, разбитую в пылу драк. И сейчас, бармен с довольно улыбкой ласково проводил огненными пальцами по поверхностям столов ,идя к выходу. Ему всегда было непонятно, как от его прикосновений дерево не начинало гореть, одежда не вспыхивала, а стаканы не плавились. Но эта загадка всегда останется неразгаданной для него. Пройдя к выходу и так же нежно проведя пальцами по дубовому косяку, бармен достал из-за пояса фартука ключи и уже вставил ключ в скважину, закрывая рукой двери, но в этот момент в бар, на всей скорости, ввалилось нечто в теплой темно-синей куртке, распахивая дубовые двери и впуская вместе с собой холодный ветер. Был бы Гриллби человеком, он бы поежился от холода, но вместо этого тонкие языки пламени на голове заколыхались, подстраиваясь под смену воздуха, двигаясь вместе с ветром. Вздохнув, выпуская изо рта клубы пара, бармен пригладил рукой непослушное пламя на голове и всё же закрыл двери бара ,повернув ключ в скважине до щелчка. На влетевшего он даже не посмотрел, ибо только одно существо могло позволить себе подобную вольность. -Грилл, я есть хочу! -провыло это нечто замогильным голосом, уже садясь за барную стойку, смешно забираясь на высокий стул, который был на голову выше пришедшего. -Санс, тебе не кажется, что уже поздно для еды? -сняв черный фартук и повесив его на дверь, цепляя связанные лямки за край косяка, бармен прошел на свое рабочее место и немного недовольно посмотрел на пришедшего. Два белых зрачка весело наблюдали за отблесками в очках бармена. Санс, решив после работы пойти домой, передумал и не найдя ничего интереснее, забежал в знакомый бар. Всё равно Гриллби никуда не торопится, пусть хоть с ним посидит ,может и покормит. -Ты хочешь, чтобы я умер! -изображая всхлипы, скелет вытянул руки, полуложась на барную стойку и начал тихо завывать, в надежде ,что его всё же покормят. Огненный человек на эти действия ничего не ответил, доставая пару сендвичей и кладя те перед другом. Но заметив недовольный взгляд Санса, бармен тихо вздохнул, пламя на голове нервно колыхнулось, а парень, глубоко вдохнув, подул на холодный сендвичи, дыханием разогревая их. -Мне бы такую способность, -довольно усмехаясь и поливая теплый сендвич кетчупом, Санс начал есть, переведя взгляд на бармена. Он, в свою очередь, словно по программе, принялся чистить и на то чистые стаканы. Пальцы ловко пробегались по гладкому стеклу, заставляя стакан будто смущенно запотеть. Полностью окутав легкой дымкой стакан, Гриллби медленно протирал белоснежной салфеткой стакан, заставляя стекло блестеть от чистоты. Когда-нибудь огненные пальцы просто прогнутся под форму стакана и не смогут больше ничего взять, тогда Санс будет долго смеяться над чистюлей. Заметив хитрые огоньки в глазницах Санса, бармен отставил стакан, накрыв тот белоснежной салфеткой и оперевшись локтями о стойку и положив голову на раскрытые ладони, приблизился к уже наевшемуся скелету. -Нравится? -выпрямив тонкий пальцы вперед и подув на них, заставляя еле заметные капли лавы стекать по подушечкам пальцев и заканчивать свой путь там, где должны быть ногти, Гриллби улыбнулся, наблюдая за тем, как скелет завороженно наблюдает за огнем на его руках. Да, ему безумно нравилось наблюдать за языками пламени на теле бармена. За столько времени он научился различать настроение парня по легкому колыханию его пламени. Пожалуй, только Санс мог понять, что бармен сейчас сожжет какого-либо посетителя и чтобы предотвратить это, быстро отбирал уже начинавший трескаться стакан из рук парня, костлявыми пальцами проводя по руке бармена, успокаивая и заставляя переключить внимание на себя. В такие моменты Санс чувствовал себя особенным, способным успокоить Огненного. Успокаивающе проводя гладкими пальцами по ладони бармена, скелет с легкой усмешкой наблюдал, как огонь из красного становился желтым, а очки на лице парня переставали запотевать от пара. Санс и сам не заметил, как он начал поглаживать тонкие пальцы Гриллби, заставляя мелкие языки пламени склоняться в те сторону, в какую двигались пальцы скелета ,поглаживая желтый огонь. Он задумчиво смотрел на огонь, который освещал скелета, ибо Гриллби выключил свет в баре, думая, что сейчас уйдет. Свет мягко обволакивал белые кости, согревая своим теплом. -Горячо? -с заботой в голосе спросил огненный, кладя ладонь на затылок черепа и придвигая голову скелета ближе к себе. -Ты же знаешь ответ, -выдохнув в лицо бармена голубоватым паров, наблюдая как тот тонкими нитями обволакивает колыхающиеся языки пламени на голове парня. В такие моменты от стеснительного бармена не оставалось ничего. Гриллби мягко приподнял Санса и усадил на стойку, второй же свесил ноги во внутреннюю сторону и потянулся костлявыми руками к парню. Рукава куртки смешно болтались на костях, поэтому Грилл не задумываясь снял с друга теплую куртку и белую майку, ровно положив их рядом с Сансом. Отражаясь от стекол, в очках блеснул голубой огонек, исходящий от сердца Санса. Нежно голубой свет сливался со светом пламени, которое еле заметно темнело, выдавая чувства хозяина. Черный галстук-бабочка была небрежна кинута на пол, отчего языки пламени нервно дернулись, но забив на эту проблему чистоты, Гриллби внимательно стал наблюдать, как костлявые пальцы ловко расстегивают черный жилет, так же скидывая его на пол. -Будешь сам его вылизывать от пыли, -недовольный шепот раздался по бару, смешиваясь с тихим хихиканьем. -Непременно, -приоткрыв челюсти и показав язык, обвитым голубым светом, Санс сел на самый край стойки, положив руки на открытые огненные плечи бармена. Белая рубашка соскользнула с плеч и остановилась на согнутых локтях, не давая её упасть на пол. Гладкие кости рук ласково гладили горячие плечи, пока ледяной язык исследовал шею бармена, оставляя после себя багровую дорожку пламени. Пламя на голове и кончиках пальцев забилось в бешеном танце, отчего мелкие кусочки пламени не успевали за собратьями и отдалялись в воздухе, будто отскакивая искрами. Сансу безумно нравилось такая реакция, когда такой скромный и вечно строгий бармен дрожащими пальцами оглаживал его ребра, кончиками пальцев проскальзывая в грудную клетку, заставляя уже пламя Санса горечь ярче и сердце биться чаще. Даже не имея мышц, чувствовал он всё ярко, каждое огненное движение пальцев заставляло тихо скулить. Белые зрачки пропали на половину, будто он прикрыл глаза тьмой в глазницах вместо век. Но улыбка не сходила с лица скелета, даже когда огненные пальцы коснулись костей таза. -Не сгори, -слишком громко прозвучал в тишине бара голос Гриллби, прежде чем он лизнул шейные позвонки Санса. Мелкие капли лавы стекали по позвоночнику, приятно согревая и оставляя после себя черную дорожку, которую трудно будет потом смыть. На следующее утро бар открылся слишком рано. Так как его хозяин находился тут всю ночь, то и открыл он его раньше обычного. Медленно и ласково протирая стакан белоснежной салфеткой, Гриллби наблюдал за спящим скелетом, мысленно улыбаясь до затылка. Иногда его настойчивость просто выводила бармена из себя, но злиться на это существо не хватала жара.