Идеальное утро

День святого Валентина был ещё одной странной американской традицией, к которой Себастиан так и не проникся искренними чувствами. На День благодарения вкусно и сытно кормили – это Себастиан ценил и понимал, а вот цветы, конфеты, плюшевые игрушки и демонстративные жесты не вдохновляли совершенно. Но в последние несколько лет в его календаре напротив 14 февраля стояла пометка «важно для Криса», поэтому Себастиан старался так составлять своё расписание, чтобы проводить этот день с ним, давая партнёру возможность удовлетворять свои романтические порывы по полной программе. Как правило, это было нелепо, мило и неловко, но доставляло Крису столько удовольствия, что Себастиан тоже радовался просто из-за того, что Крис был доволен. Поскольку на этот раз в День святого Валентина Себастиан проснулся от грохота и чертыханий, а не от нежного поцелуя в какое-нибудь интересное место, можно было безошибочно заключить, что в исполнение утренней произвольной романтической программы вкралась фатальная ошибка. Пробуждение было мгновенным, неотвратимым и не оставляло ни малейшего шанса понежиться в кровати ещё час, а то и два, причём не в одиночестве. Сна не было ни в одном глазу, зато было желание немедленно выяснить, остался ли ещё в жизни Себастиана кто-то, с кем можно валяться в постели. Или в ближайшие пару недель Крису предстоит валяться исключительно на больничной койке, а Себастиану – сидеть рядом, держать его за последний не покрытый бинтами и гипсом палец и подавать стаканы воды. Кухня являла собой поистине впечатляющее и поучительное зрелище, а Крис стоял в центре хаоса и разрушений, как памятник самому себе. Поскольку стоял он на своих двоих, а не лежал на полу, бледный и бездыханный, Себастиан сразу немного успокоился. Впрочем, неестественно бледным Крис всё-таки был – и его, и всё вокруг покрывал густой слой муки, придававший ситуации тонкий налёт сюрреализма. Себастиан выдохнул и, отфыркиваясь и оставляя на полу цепочку отпечатков босых ступней, направился к Крису, попутно пытаясь понять, что же произошло. Судя по выставленным на стол продуктам и сковороде на варочной поверхности, чуть было не произошли блинчики. Заметив приближение Себастиана, Крис отмер, упал на табурет и закрыл лицо руками. Себастиан растрогался. Когда у Криса что-то не получалось – а такое бывало крайне редко, – он выглядел таким большим и неуклюжим и так искренне недоумевал и огорчался, что у Себастиана что-то тоненько звякало в сердце. Эти трещинки в глазури идеальности Криса были как вишенка на торте или как взбитые сливки на блинчиках к завтраку. Себастиан подумал и решил, что прямо сейчас озвучивать эту образную и крайне поэтичную мысль не стоит. Себастиан остановился перед Крисом, толкнулся бедром, заставляя его раздвинуть колени, чтобы встать ещё ближе. Крис подался вперёд, утыкаясь головой ему в грудь и обнимая за талию. Они немного помолчали, пока Себастиан то ли гладил Криса по волосам и спине, то ли отряхивал его от муки. – Это должно было быть идеальное утро, – голос Криса звучал глухо и резонировал у Себастиана в диафрагме, так что это было немного щекотно. – Я хотел приготовить завтрак и подать тебе в постель, даже купил эти дурацкие формы для блинчиков в виде сердечек… Себастиан был очень эгоистичным человеком, поэтому терпеть не мог, когда Крис тратил на огорчение время, которое мог потратить на Себастиана. Особенно в День святого Валентина, когда всем глупостям и нелепостям положено было быть романтичными и демонстрировать возвышенные чувства, а не раскаяние. – Эй, – Себастиан заставил Криса поднять голову и наконец-то посмотреть на него, – а где моё место в твоём идеальном утре? Думаешь, всё, на что я способен в плане романтики, это съесть приготовленный тобой завтрак? Может, для меня идеально было бы приготовить завтрак вместе с тобой? – В любом случае, уже ничего не выйдет, утро испорчено. – С чего это? Ключевое слово было «вместе», Эванс. – Себастиан щёлкнул Криса по носу. – Взбодрись! У нас, между прочим, пылесос есть, так что сейчас мы вместе уберём всё, что ты тут без меня учудил, а потом вместе займёмся готовкой. – Кажется, я извёл всю муку. – Крис наконец-то улыбнулся – почти совсем не виновато. – Зато остались яйца и молоко, и сковорода уцелела – с этим мы сможем горы свернуть. Я уверен, что омлет в виде сердечек будет достаточно романтичен даже по твоим высоким стандартам.