Трансформация

Чем выше по лестнице мы поднимались, тем сильнее билось моё сердце. Я успел порадоваться, что Стайлз не получила возможности слышать так же хорошо, как оборотни. Иначе она бы начала беспокоиться, не сдохну ли я сейчас. А при таком сердцебиении это действительно возможно. На самом деле в том, что я рисую, нет ничего противозаконного, но… я чувствую себя преступником. И, наверное, в этом действительно есть что-то ненормальное, но… Эти образы застревают у меня в голове, и от них никак не избавиться. Чтобы хоть немного освободить разум, я выплёскиваю свои мысли на бумагу. И всё же… она будет в шоке. Определённо, она решит, что я маньяк. Хотя… кто бы говорил. - Чему ты улыбаешься? - спросила Стайлз, когда мы поднялись. - Своим мыслям, - пожал плечами я, взглянув на девушку. - Ты их не слышишь? - Ты думаешь шёпотом, - отзеркалила моё движение девушка. - Нам вперёд? В галерею? - Нет, - ответил я, взяв Стилински за руку. - Нам в другую комнату. Она поменьше, но лично моя. Скажем так, моя персональная студия. - Персональная студия? Интересно взглянуть, - в глазах дочери шерифа загорелись огоньки. - Какая дверь? Я без лишних слов взялся за ручку одной из дверей и… замер. Всё-таки я не был уверен, что ей стоит видеть всё, что я там натворил, но… Как ей отказать? Вряд ли у меня найдутся силы на это. Особенно когда она так смотрит на меня. - Ну? Ты впустишь меня? - спросила Стайлз, заглянув мне в лицо. - Или… ты не хочешь, чтобы я видела твои картины? - Если честно, не очень хочу, но… думаю, ты должна их увидеть. Ты имеешь на это полное право, - со вздохом отозвался я, на что шатенка взглянула на меня с удивлением. - Сейчас всё поймёшь. С этими словами я всё-таки открыл дверь. Пропустив девушку вперёд, я вошёл в студию следом и закрыл за собой дверь. Пожалуй, сперва Стайлз просто удивилась тому, как много здесь картин. Но постепенно её взгляд охватывал всё большее количество полотен, и на её лице всё виднее становилось изумление. И не удивительно, ведь практически на всех картинах была… она. Где-то одна, где-то с кем-то, но… она. Стайлз была персонажем львиной доли моих картин, причём, уже довольно давно. Думаю, впервые я нарисовал её спустя месяц после нашей встречи в лесу. Ну или около того. На этой картине она стояла среди деревьев вместе со Скоттом, но невооружённым глазом видно, кому из этих двоих я уделил больше внимания. МакКолл прорисован довольно тщательно, но по сравнению с детальностью Стайлз, он уходит на второй план. - Я… - выдавила из себя Стилински, подойдя к одной из картин, на которой она лежала на диване в лофте и явно спала. - Это… я помню, когда это было! Я тогда разозлилась на тебя из-за Рейвена! - Да, - кивнул я, подойдя к девушке. - Тот день врезался мне в память. Ты напугала меня. - И не в последний раз, - мотнула головой та, подойдя к другому изображению. - О, это же… - Да, такой я запомнил тебя, когда ты привела меня в чувства в лифте, когда Дженнифер сбежала. Тот странный свет… беспокойство на лице, испуг во взгляде… Всё это очень хорошо мне запомнилось. Стайлз усмехнулась и двинулась дальше, а я волей-неволей зацепился взглядом за картину, которую написал с месяц назад. На ней лисёнок ещё совсем маленькая, в красивом белом сарафане, стоит на краю леса и с любопытством смотрит в чащу, стараясь найти среди листьев свой шарик. Интересно получилось. Словно она смотрит прямо на меня. - Дерек, - окликнула меня Стилински, и я повернулся к ней. - А это… - Нет! - воскликнул я, бросившись к мольберту и быстро накинув на холст полотно, чтобы скрыть изображение. - Она ещё не готова! - Но… там ведь я, верно? - не унималась девушка. - Тут почти везде ты, - огрызнулся я, силясь защитить незаконченную работу. - Но я же там… э-э-э... голая?.. - осторожно задала вопрос Мечислава. - Да, и что? - прорычал я, заслоняя собой мольберт. - Я не контролирую, что рисую. Образ приходит сам из глубин подсознания. Если что-то особенно крепко засело в моей голове, то я выплёскиваю это на бумагу. Чтобы не мешало. - Хм… - задумчиво протянула дочь шерифа Стилински. - Где-то тут я видела ещё одну картину, где я в неприглядном виде. - Ничего неприглядного там нет! - возразил я, указав взглядом на картину слева от меня. - Ты всего лишь стоишь в моей майке с мокрыми после душа волосами. Я в этот момент как раз пере… - Перестилал постель, я помню, - перебила меня Стайлз, как-то странно глядя на картину. - Что-то не так? - осторожно спросил я, не зная, что и думать о таком выражении её лица. - Ты… видишь меня такой? - спросила она, не глядя на меня. - Ну… да, - пожал плечами я, не понимая, что не так. Ведь на всех картинах она такая… красивая, загадочная… необычная. Некоторые из них цветные, и тогда я очень много внимания уделяю глазам, чтобы точно передать оттенок радужки. Если же портрет чёрно-белый, то приходится повозиться, чтобы передать всю живость этих золотисто-карих чертят без помощи цвета. И всё-таки… мне казалось, что получалось у меня неплохо. Но, видимо, я был неправ. - Если тебе не нравится, то… - начал было я, но не успел закончить предложение. - Шутишь?! - воскликнула Стайлз, чем немало меня удивила. - Да я просто в восторге! - Правда? - удивился я. - Конечно, - широко улыбаясь, сказала Стилински. - Я и не думала, что в твоих глазах выгляжу… так. И не подозревала, что меня можно так красиво нарисовать. Хотя, конечно, с количеством ты немного переборщил. - Я же говорю, я не специально, - немного смущённо повторил я. - Я понял, что перешёл черту лишь когда возникли трудности с местом на стене, чтобы повесить картину. Но мне нравится тебя рисовать. Это как-то приводит мысли в порядок. Да и в принципе рисование меня успокаивает. - Теперь ясно, почему ты вечно скрывался на втором этаже, когда что-то тебя нервировало или беспокоило, - задумчиво протянула Стайлз. - Мне бы такое хобби точно не помешало. - Так что мешает? - спросил я. - Отсутствие таланта, - пожала плечами девушка, взглянув на свой портрет с чуть растрёпанными волосами и взволнованным выражением лица. - Это когда я такая была? - В день, когда мы поговорили о нас, - без раздумий отозвался я, прекрасно помня все моменты, отражённые на моих полотнах. - А что до таланта, то ты не пробовала. Вдруг у тебя дар? - Нет, - хмыкнула шатенка, поправив волосы. - С рисованием у меня разговор короткий. - Хм, - задумчиво протянул я, а потом облокотился о стоящий в углу комнаты стол. - Скажи, ты уже определилась с университетом? - Да, - взглянув на меня, ответила моя любовь. - Хочу в Калифорнийский. Там можно подобрать курс специально под мои запросы. А потом, может быть, подамся в Академию ФБР, но пока не уверена. В любом случае, твоя альма-матер — идеальное место, чтобы стартовать на пути к мечте, разве нет? А ещё я присмотрела отличную стажировку у федералов, и собираюсь отправить им свою заявку. Это не помешает учёбе, а лишь на пользу пойдёт. - Вполне, - уверенно кивнул я, скрестив руки на груди. - У меня в Калифорнийском остались знакомые, могу подсуетиться, если будут какие-то проблемы. - Нет нужды, милый, - отмахнулась девушка. - Я сама смогу со всем справиться. А если и будут сложности, то будем решать их напрямую, а не через каких-то посредников. - Моя девочка, - чуть улыбнулся я, а Стайлз подошла ко мне и обняла за шею. - Горжусь. - Мне надо домой, - вздохнула она, после того, как мягко поцеловала меня. - Нужно поговорить об этом с отцом. Он будет нервничать, но это, хотя бы, в пределах штата. Так что пара-тройка часов, и мы снова вместе. - Думаю, он не будет против. Шериф желает тебе только самого лучшего, - повёл головой я. - Именно поэтому он был против, когда я изъявила желание стать детективом, - вздохнула эмиссар Скотта. - Он боится за меня. - И его несложно понять, родная. Но всё-таки… он не сможет оберегать тебя вечно. Ты должна научиться справляться со всем сама. Хотя… ты и так это уже умеешь. Осталось лишь доказать ему это. - Я помню, что мы уже говорили об этом, но… ты же поедешь со мной, верно? - с надеждой в голосе и во взгляде спросила мой лисёнок. - Разумеется, - кивнул я, решив не издеваться и не подкалывать девушку. - Я буду рядом и помогу, если это понадобится. - Отлично, - вздохнула младшая Стилински. - Тогда я могу со спокойной душой собирать документы и отправлять их в Калифорнийский университет. Там начнётся моя новая жизнь. - Ты не представляешь, как права, - прошептал я едва слышно. И действительно, жизнь у Мечиславы начинается заново. С момента её перерождения прошло совсем немного времени, но… я вижу, что она действительно изменилась. Например, она стала гораздо реже лезть на рожон, по крайней мере со мной. Но это лишь недавние изменения. Если же заглянуть глубже, то Стайлз начала меняться задолго до того, как с ней произошла трансформация. Она стала… женщиной. В прямом и самом прекрасном смысле слова. Безудержный сгусток энергии в мешковатых штанах и байках остался в прошлом. На его место пришла юная, красивая и одарённая девушка. Стайлз раскрылась как женщина, и это нравится ей самой. Думаю, она и сама этого не понимает. Лисёнок считает, что всё это лишь смена имиджа, но дело не только в этом. Как-то раз Лидия сказала: «Она изменилась, Дерек. Изменилась ради тебя, из-за тебя, назло тебе. Точнее, так было в начале. Но теперь я вижу, что она стала совершенствоваться ради себя. Ей нравится быть такой, какой она стала. И пусть эксперимент Мариуса сильно её подкосил, она не вернулась к этим жутким шмоткам и мальчуковому поведению. Напротив, я вижу, как женственность всё больше и больше выходит наружу. Тут нужно отдать и тебе должное: ты помогаешь ей чувствовать себя настоящей женщиной. Одного твоего любящего взгляда достаточно, чтобы она расцвела. И всё же… я рада, что она начала сама себя ценить. Особенно меня греет, что это началось ещё до её смерти». За этими размышлениями я отвёз Стайлз домой. Она всю дорогу болтала о том, как отсеивала учебные заведения, почему выбрала именно Калифорнийский, а я… вроде как и слушал, но это не мешало мне думать о своём. Я успел научиться. Полезное умение в отношениях со Стилински. - Ты хоть что-то услышал из того, что я сказала? - спросила шатенка, когда я припарковался возле её дома. - Каждое слово, лисёнок, - ответил я, повернув к ней голову. - Просто обычно тебе нужен скорее слушатель, чем собеседник. - Всё-то ты знаешь, - хмыкнула мой ангел. - Ладно, увидимся завтра. Надеюсь, разговор с папой пройдёт хорошо. - Если что — звони, - кивнул я, после чего моя девушка покинула машину и направилась к своему дому. Я же проводил её взглядом до двери, убедился, что она вошла, а после поехал к себе. Хм, не думаю, что шериф будет сильно против отъезда Стайлз. И всё же… без нервов точно не обойдётся. Надеюсь, по крайней мере, что Джону хватит сил отпустить её на свободу. Помню, как родители переживали за Лору, которая вот-вот должна была покинуть дом и отправиться на учёбу. Ещё помню, как тётя тряслась над моим кузеном, который был на шесть лет старше меня. Когда он закончил школу, тётя криком кричала, что парень должен остаться дома, в Нью-Йорке, но он смог вырваться и уехал в Вашингтон. Правда, потом вернулся, когда закончил учёбу, но всё-таки… Эх, он так и не успел нигде применить свои знания. От таких мыслей у меня испортилось настроение. Я решил пойти немного потренироваться. Физическая нагрузка всегда разгоняет тяжёлые мысли. В надежде на это я направился в лес, где мог пробежаться хорошенько и выбросить всё лишнее из головы.