История одного маленького дракончика

      Беззащитное горло человека дернулось, когда я, растягивая удовольствие, коснулась зубами тонкой кожи. В этот миг я почувствовала, услышала, ощутила, как жизнь покидает его тело.       И я словно проснулась, сообразив, что натворила. Рана была пустяковая – несколько сильных порезов на руках, даже кровь не текла… Потому что я выпила ее. Даже когда я пожирала его заживо, он не причинил мне вреда. У него за голенищем сапога был нож. Серьезный такой, большой нож. А я потеряла голову от жажды крови. Такой воин, как он, никогда не растеряется – ему достаточно было опустить левую руку, выхватить клинок и вонзить в мою голову или грудь. Но он не посмел, не причинил мне вред. Предпочел погибнуть сам. Как я могла такое сотворить?! Это уже не я! Я ведь никогда раньше не пробовала человеческой крови... Никогда не убивала людей.       - Речка! Эил-Фелл!       Кто меня зовет? Я повернула гибкую голову и вдруг почувствовала, как мои движения сковывает что-то непознанное, непонятное. Забарахталась, пытаясь выбраться, и… проснулась! Я была от головы до хвоста обмотана одеялом, как мумия Ангмарского короля. А будил меня живой, целый и здоровый Арагорн.       - Эил-Фелл, тебе приснился кошмар? Ты кричала, плакала во сне… - я спросонок ощерилась на него, клацнула зубами. «Не подходи, человек! Я, даже такая маленькая, легко могу тебя убить!» Но Арагорн и не подумал внять предупреждению – присел рядом со мной, принялся гладить ходящие ходуном бока – у меня было такое ощущение, как будто я вокруг Орт-Ханка тридцать кругов намотала. Хорошо, что драконы не потеют.       Арагорн осторожно приглаживал вставшие дыбом острые чешуйки у меня на загривке и боках. Потом тихо сказал:       - Речка, я знаю, что ты хищный зверь. Ты можешь меня убить, и я должен тебя бояться. Но я не буду. Ты мой друг. Тебе много досталось от людей. И я клянусь, что как только вернусь в свое государство, то приложу все силы, чтобы найти того мерзавца, который обидел тебя и оставил тебе эти шрамы!       Я чуть вздрогнула, когда его пальцы коснулись шрамов на шее и длинной светлой полоски на крыле. Я еще вздрагивала, не в силах отличить свой сон от яви. Я не могла пока понять, как мне относиться к этому человеку. Но зато теперь точно знала: я не зря спасла его. Если он поможет мне отыскать того, кто убил отца, мы будем в расчете.       - Крю, - тихо согласилась я, ласково касаясь его ладони длинным раздвоенным языком. Он улыбнулся и встал.       - Вот и договорились! Пошли, пообедаем вместе! А то ты, небось, сейчас отоспишься и ночью будешь тыгыдык-тыгыдык по всему замку, да?       Я зевнула и потянулась до скрипа в чешуе. Да. Как он, интересно, догадался? Мы вместе плотно пообедали, и я развалилась на диване. Арагорн сидел в с мечтательно-задумчивым взглядом, устремленным куда-то далеко.       - Чувствую себя растением! – искренне признался он, потягиваясь с грацией сытого кота. - И самое ужасное – мне это нравится!       Я прекрасно понимала, почему он тут дремлет в кресле, а не мчится на белом коне утешать всех, кто мог бы рыдать на его воображаемой могиле. Я сама, оказавшись на свободе без ошейника, первое время спала и днем, и ночью. А он все-таки человек, хрупкое создание, такие раны, как он получил, требуют восстановления.       Пока я размышляла о том, что «тело умнее головы», король взял со столика книгу, которую вчера приволок из местной библиотеки и читал за ужином. Открыл и снова погрузился в чтение, которое плавно перешло в похрапывание. Я заинтересовалась и, подобравшись поближе, слегка толкнула коленку короля головой. С величественным видом, не открывая глаз, он провозгласил:       - Я не сплю! Я читаю! И размышляю!       Интересно, он на своих государственных советах так же размышляет? Впрочем, не буду ему мешать. Удалившись на диван, я снова почти уснула, как вдруг мое внимание привлекло дрожащее на ковре пятнышко солнечного света. Драконы видят почти так же, как люди, но у нас есть одна особенность: нам порой трудно заметить неподвижный предмет. Любое же движение, даже самое незначительное, привлекает наше внимание. Так что если хотите спрятаться от дракона, не шевелитесь ни в коем случае. И вот сейчас этот дрожащий блик не давал мне уснуть, будя охотничьи инстинкты. А почему я должна, собственно, с ними бороться?       С боевым: «Крю-ю-ю-ю!!!» - я прыгнула на этот клочок света. Арагорн вскинулся, с недоумением посмотрел на меня. А я прихлопнула лапой свет и уже собиралась возвращаться на место, когда король чуть сдвинулся. Солнечный зайчик, пускаемый начищенной до блеска застежкой на книге, бросился от меня прочь. А я рванула за ним.       Я слышала смех мужчины, но до того ли мне было? А этот… весельчак взял со стола тщательно отполированную тарелку и уже целенаправленно пустил зайчик. Я бросилась за клочком света, удивительно ловко удирающим от меня. В кресло, на пол, на диван, снова на пол, в темный угол, обратно, три круга вокруг себя… Вскоре я запыхалась, голова кружилась… Я села посреди ковра, с трудом отдуваясь. Такие нагрузки вредны на полный желудок! А зайчик задиристо дразнился в нескольких дюймах у меня перед носом. Я лениво прихлопнула его лапой, потянулась за отпрыгнувшей игрушкой и плюхнулась на пузо. Хорошо! На Арагорна злиться уже не хочется – мы теперь союзники. Сыто, весело, мягко… А завтра уже не будет башни и вкусной еды, сколько захочу. Впрочем, месть – блюдо, которое надо подавать холодным. Мое остыло достаточно. Пора.       Я косолапя подошла к королю и уронила тяжелую голову ему на колени. Потом положила одну лапу. Потом вторую. Потом попыталась устроить у него на коленях пузо. Меня отпихнули, объяснив, что ноги королю нужны в первозданном виде, а не смятые в лепешку моей массой.       Не обижаясь (а чего дуться на правду?), я несколько раз с размаху боднула кресло, проверяя крепость рогов, а заодно и мебели, потом побегала от возмущенного короля, который, не ждавший первого удара, вывалился из перевернутого кресла. Потом, подобравшись к нему, пересевшему на диван, со спины, игриво дернула за длинные волосы. Снова побегала от него по замку. А чего так ругаться-то? Всего несколько десятков волосков выдернула…       В общем, вечер у нас прошел весело. Дэльф лениво зевал в кресле, то ехидно комментируя наши молодецкие забавы, то ворча, откуда у нас силы на такую фигню берутся. Я ехидствовала в ответ, объясняя, что мы не коты, спать по двадцать часов не умеем. Когда пришло время спать, мы оба были усталые и довольные жизнью. Последнее, что у меня мелькнуло в сознании: «А он хороший… В жизни я бы никогда не причинила ему вреда». Я сонно глянула на его тонкое и породистое лицо, такое милое и спокойное, когда он спит, тихо замурлыкала. Он сонно, глубоко вздохнул и улыбнулся. Какая у него светлая улыбка… Я сама улыбнулась своим мыслям и уснула. Завтра будет завтра. А сегодня уже кончилось… И, пожалуй, это был лучший день за последнее время.