Оранжево-фиолетовый

Уже больше трех часов Гриллби наблюдал за своей копией, который пытался клеить разных монстров. Фиолетовые языки пламени мерно колыхались на голове, иногда немного светлея, когда Темный рассказывал очередную шутку своей потенциальной подстилке. -Дорогая, тебе не кажется, что вокруг стало жарко? -ненавязчиво проведя фиолетовыми пальцами по шее незнакомки, Темный широко улыбался, как у монстрихи краснеют щеки и она согласно кивает, допивая вино из бокала. -Может уйдем отсюда в более прохладное место? -тихо шептал на заостренное ухо Фиолетовый, пальцами поглаживая шейные позвонки существа. Не выдержав подобного, Гриллби до хруста сжал стеклянный стакан, который протирал. Стекло предательски затрещало и стакан разбился, не выдержав напора парня. Левый глаз еле заметно подрагивал, а языки пламени на голове постепенно становились багровыми. Посетители, заметив перемену в настроении хозяина бара поспешили ретироваться, не желая связываться с раскаленным барменом. Пассия Темного так же сбежала, вызвав стон полный негодования. Тихо вздохнув и покачав головой, Фиолетовый снял свои очки, положив их в карман черной куртки, которую он снял и положил на барную стойку. Его даже веселила реакция клона, но вот то, что его пассия ушла и на вечер он останется один злило его просто до черноты пламени. Как он вообще тут оказался, по какой причине и на долго ли, Гриллби даже знать не хотел. Но из-за того, что в этом мире Темному некуда идти, ему приходится оставаться в баре, ибо вести его к себе домой он просто не хотел. Не хватало еще чтобы Темный запомнил расположение его дома и водил туда своих любовниц и любовников. О том, что ему нравятся не только девушке, Гриллби узнал буквально на днях, застав в служебном помещении свою копию и какого-то очередного скелета. В какой-то момент Огненный просто завис, наблюдая за несдержанным «собой». Фиолетовое пламя то становилось почти белым,то чернело, вызывая странное восхищение у бармена. Ему стало невероятно приятно, когда тонкие фиолетовые пальцы коснулись его щеки. Пониженным и немного дрогнувшим голосом, Темный предлагал присоединиться, ласково поглаживая бардовую щеку бармена. Осознав, что он и сам уже не против подобного, Гриллби поспешил сбежать на свое рабочее место, быстро принимаясь до блеска протирать стаканы. И вот сейчас тихий голос что-то говорил о нервозности и ревности Гриллби, хозяин голоса же весело наблюдал, как бармен, застывший, внимательно разглядывает его и только нервное колыхание и багровые щеки выдавали чувства и чуть ли не мысли парня. Темный и сам знал о чем думает его друг этого мира, ведь они, по сути, один и тот же монстр. Когда Гриллби наконец очнулся и начал собирать осколки стекла, Фиолетовый, незаметно перебравшись через стойку, встал позади Желтого. Бармен, сосредоточившись на стекле, немного испугался, почувствовав теплые руки у себя на плечах. Огонь на голове резко вспыхнул, будто в него подлили литр бензина, но тут же уменьшился. -Расслабься, будешь так нервничать, скоро в пепел превратишься,- голос Фиолетового сошел до шепота, он легко обволакивал бармена, и правда заставляя немного расслабиться. Бармен не говорил ничего, ибо не считал нужным. Впрочем, он никогда не говорил, если только с Сансом, и то, это бывало очень редко. Ему не нравилось слушать свое шипение. Будто костер пытался говорить, мерно потрескивая горящими ветками внутри. Но голос Темного удивлял Гриллби. Он был таким же шипящим, но безумно приятным на слух. Он просто не понимал ,как ему удается подобное и часто зависал со стаканам в руке, вслушиваясь в очередную историю его копии. Он не обращал внимания на слова и не вникал в суть истории или шутки, полностью погружаясь в темно-фиолетовый мир, где есть только этот завораживающий голос. Поняв, что его не оттолкнут и не сожгут, Темный засучил рукава серой рубашки и медленно провел пальцами от шеи до плеч, начав не сильно сминать затекшие конечности. Ему было непонятно, как можно целыми днями стоять за барной стойкой почти в одном и том же положении. Гриллби, совсем расслабившись, оперся руками о стойку, крепко сжав деревянные края, оставляя на ровной поверхности слабые, черные следы от рук. Смотря на руки Огненного, на ум Темного приходили слишком яркие картины, в которых подобные следы были оставлены при других, более заманчивых обстоятельствах. Вскоре Темному надоело это занятие и темные пальцы перешли на шею Огненного. Медленно проводя по, в прямом смысле, огненной коже пальцами, Фиолетовый с интересом наблюдал, как языки пламени на теле копии багровели с каждым прикосновением, а их хозяин, кажется, находился в полной прострации. Гриллби старался оставаться в этом мире, не обращать внимания на столь приятные прикосновения копии. Сквозь темно-фиолетовую дымку в голове он слышал тихий голос у себя над «ухом», который рассказывал очередную пошлую шутку, в конце тихо смеясь, вызывая у Гриллби приятную дрожь в теле. Сколько бы он не злился на это фиолетовое нечто, сколько бы не бесился, когда он не соблюдал в баре чистоту, но Огненный просто не мог упустить такого шанса. Поймав фиолетовую руку копии, бармен потянул её обладателя на себя. В долю секунды Темный оказался прижатым спиной к барной стойке, смотря на почти багрового бармена. Не успев сказать очередную шутеечку на этот счет, Фиолетовый подавился своими словами, отвечая на слишком горячий поцелуй. Фиолетовые и оранжево-бардовые языки огня плавно переплетались меж собой, имитируя своеобразный танец, соединяя два цвета в один. Гриллби не сдерживался, стараясь показать насколько Фиолетовый бесит его, насколько раздражает, насколько нравится.. -Еще раз заиграешь с кем-нибудь, я самолично тебя потушу, -прошипел непривычно громкий голос бармена. Белая улыбка расплылась на лице Темного, сам же Темный лишь кивнул, снова сливаясь в один цвет с Огненным.