Дороги

Выходя из придорожного кафе, Дэ улыбается сам себе, понимая, что такого ужина у него, наверное, никогда и не было. Чтобы вот так сидеть, есть всякую вкусную гадость, пить кофе и смотреть на него. Тряхнув головой, Чон спешит за Муном, который уже открыл его дверцу и ждет, когда тот начнет попытки залезть в кабину. - А ты не будешь спать? А то это опасно ведь - ночью, в дороге… - Мы проедем пару миль, дальше стоянка для дальнобойщиков есть, там и заночуем, - подойдя к «монстру», ДэХен неуверенно смотрит на Пуму, но тот только поворачивает его к себе спиной и, подведя к ступенькам, показывает, где нужно хвататься, чтобы залезть, и он улыбается, когда Чон с восторгом смотрит на него сверху, гордясь собой, потому что он преодолел такую страшную для него высоту. - А там будет отель или в кабине? – Хен откидывается на сиденье и согревает ладони теплым дыханием; ему становится спокойней, когда ЧонОп садится за руль. В салоне становится теплее, но Чон понимает это, только когда видит, что на приборной панели загорелся красный значок. Оп не позволит ему замерзнуть, раз он поехал с ним в рейс. Когда машина вновь взревела, ДэХен отреагировал не так бурно, как в первый раз, - да, он вцепился в ручку двери, но, шумно выдохнув, успокоился и с удовольствием стал наблюдать за тем, как Пума разворачивает массивную машину, смотря в зеркало заднего вида. Сильные руки движутся по рулю, и парень снова любуется им, коря себя за то, что не схватил мобильный телефон, когда решил сбежать из церкви: сейчас он бы сделал самые потрясные фотографии в своей жизни. - В кабине, у меня там достаточно просторно, выдам тебе теплое одеяло, чтобы ты не замерз, и спокойно переночуем, - поворачивая руль и переключая скорость, ЧонОп немного устало выдыхает – он вымотался за этот день. Таких моральных нагрузок он не переживал уже очень давно, примерно с полгода – именно тогда его мать вышла замуж. ДэХен улыбается и, снова заглянув за шторку, невольно представляет, как полуобнаженный ЧонОп спит на животе и, обняв подушку, сладко посапывает. - А ты сам не замерзнешь? - У меня шерстяной плед есть, - беззаботно отвечает Мун и внимательно разглядывает все вокруг: пустыня начинает остывать, потому что палящее солнце уже не обжигает; если приглядеться, можно увидеть небольших ящериц, которые вылезли на охоту; начинает медленно подниматься холодный ветер. К такой погоде ЧонОп привык, и он знает, как обезопаситься: уже научен горьким опытом бронхита, который он привез с первого рейса. Оп внимательно смотрит на дорогу и, прищурившись, переключает печку на более мощный режим, понимая, что ДэХен может околеть при такой погоде – резкое похолодание никак не вяжется с жарким климатом пустыни. - Дэ, а почему ты сбежал? – как бы невзначай спрашивает дальнобойщик, устало потираясь лбом о плечо. - Потому что решил, что не хочу быть с этим человеком. Разонравился, можно так сказать, - уклончиво бормочет шатен и, обнимая себя руками, напряженно смотрит в окно, чуть прищуривая красивые глаза. Но парень подпрыгивает на сиденье, когда его руки накрывает теплый свитер; он улыбается ЧонОпу, который не смотрит на него, все так же пристально вглядываясь в темноту. На улице слишком резко темнеет, и в салоне практически ничего не видно, Оп включает фары и широко зевает. - Мы скоро? А то ты совсем устал… - ДэХен понимает, что больше всего парень устал не от дороги, а именно от него, но сделав вид, что эта догадка не проскользнула в его голове, он настойчиво разглядывает ЧонОпа. - Нет, скоро приедем. Оденься, иначе замерзнешь, сейчас температура окончательно упадет. - Думаешь? - Знаю. И в это время очень легко заболеть. Когда машина выезжает на большую стоянку, Чон с интересом все разглядывает и, обшарив потолок кабины руками, включает свет и сразу начинает приводить их спальное место в порядок. Он так пытается пролезть как можно дальше, что не замечает, как ЧонОп пытается отодвинуться от его попы, которая практически маячит около лица. - Сядь на задницу ровно! Пока я не припаркуюсь и не поставлю машину, ничего не делай! – пихнув ДэХена в бедро, Мун заваливает его на лежак и начинает парковаться, устало выдыхая: он не любит, когда вот так лезут на его территорию. Когда «монстр» останавливается, ЧонОп вынимает ключ из замка зажигания, и Дэ слышит тихий гул, который до конца не прекращается еще с пару секунду – мощный мотор глохнет. – Я проверю все, а ты не крутись тут, я приду, все сам сделаю, - качая головой, Мун спрыгивает с самой верхней ступеньки и идет смотреть все ли в порядке с пломбами. Закуривая, водитель садится у небольшой беседки, которая находится у въезда на парковку и, достав мобильник, набирает маму. - Солнце, привет, как ты? - Остановился на ночевку, я звоню, чтобы спросить… - Не волнуйся, я погуляла с твоим псом и завтра разбужу тебя, во сколько на этот раз? – женщина явно улыбается, и от этого ЧонОпу становится легче. - В девять, мам, и не забудь, пожалуйста… - Так, Мун ЧонОп! Я когда-нибудь забывала про единственного любимого сына?! - Нет, никогда, но… - Я помню сынок, я помню! Все, иди спать, надеюсь, ты хорошо поел, и в дороге не будет проблеееем! – распевая слова говорит женщина и, пару раз поцеловав Опа в трубку телефона, прощается с ним. Мун докуривает и, шумно выдыхая, поднимается с корточек, устало разминая плечи. И только сейчас он понимает, что ему нужно будет спать со своим бывшим парнем в одной постели, и главное, Оп внезапно вспоминает один факт: он не взял с собой плед. А одеяло у него одно. На двоих.