Постановка вопроса

Пещерка была, конечно, так себе: не слишком большая, не журчал здесь подземный ручей, не свисали с потолка величественные сталактиты... Ну, золота и камешков пара тонн в углу валялась - куда ж без них? Зато спалось тут сладко, места для того, чтобы вытянуть хвост и расправить крылья, хватало, а надоедливые рыцари-драконоборцы местонахождение пещеры еще не разведали. Дракон причмокнул в полудреме и перевернулся на другой бок. Тихо... Хорошо... Шаги... Шаги?! - Ты кто? - удивился Дракон, рассматривая фигуру в белом. - Нууу... - смущенно протянул некто, - Я, знаешь ли, бог. - Бог? - удивился рептилоид. - Не бойся, богов не ем и не испепеляю, - и тут же хитро прищурился. - Поди, милостыню для нового храма клянчить будешь? - Не, - совсем уж засмущался белый. - Я это... Из ведомства статистики. Опрос проводим: довольна ли паства, желания имеются ли? А ты в приоритете - как-никак, последний из драконов остался. Редкий вид. Исчезающий, так сказать... Поэтому дано указание: сохранять и оберегать. Только бабла не проси - мы больше по вещам духовным... - Нафиг мне бабло, - презрительно сказал Дракон. - А если не врешь насчет желаний, то знаешь, чего хочу? - Чего? - вооружился стилусом и табличкой белый. - Несчастливый я, - закручинился Дракон. - Счастья вот ни столечко! А мне, понимаешь... - Летать охота? - догадливо перебил белый. - Цыц, насекомое! - оскорбился респондент. - Летать я и так умею. А вот... Не любят меня. За золотом - лезут. За подвигами - опять же ко мне. А чтоб полюбить просто так, ни за что... Эх. - Ну, ладно, ладно, уважим, - заегозил статистик. - А поточнее можешь? - Как это? - не понял Дракон. - Ну как-как... Чьей любви желаешь? Женской, мужской или чтобы все вокруг - и одного тебя? Может, из зверей кого предпочитаешь? Домашние, дикие, сухопутные, морские?.. Земноводные? Дракон задумался. Заманчивый, конечно, выбор, но как угадать то, что хочется душе? А котами в мешках он еще с детства объелся. Опять же, толпа домогающихся ему ни к чему, а конкретно кого-нибудь симпатичного он не знал... Поэтому Дракон осторожно сказал: - Ты ж сам говорил, что по части духовности подвизаешься? - Подвизаюсь, - с затаенной гордостью подтвердил белый. - Третий уровень, четвертый подкласс уже у меня. - Ладно, ладно, - нетерпеливо прервал Дракон - хвалиться он и сам умел. - Ты вот что: сделай так, чтобы меня любили ну... в душе, что ли. Чтобы не злодеем считали, а наоборот... А то достали кляузы всякие. Мало того, что думают, так и пишут гадости. - Хочешь, чтобы считали тебя сущностью высокой, иномирски привлекательной и достойной любви? - опять встрял белый. - Во-во, - одобрил сохраняемый. - Где-то так. Только учти: мне тут толпа влюбленных не нужна. Пусть они там себе интересуются и влюбляются, а ко мне не лезут - сам видишь, апартаменты не те. А ты сделай так, чтобы я чувствовал, как меня добрыми и приятными словами поминают! - Эт можно, - протянул белый. - Только нюансик есть... - Какой? - Дракон приблизил голову к белому и засопел. - Маленький! Очень маленький! - засуетился тот, стряхивая с хламиды искорки. - Как бы это сказать... в общем, в каждой бочке меда есть ложка дегтя. Или так: у каждой медали есть обратная сторона. Ну, в общем... Любовь - она разная бывает. Иногда - с последствиями. - Не дрейфь, - махнул хвостом Дракон. - Я хоть и последний, но со всякой любовью справлюсь. - Дело твое, - покорно застрочил стилусом белый. Составленное пожелание у него в руках дематериализовалось на минуту, а потом вернулось с весьма вычурной подписью. - Фууу... - сказал белый. - Одобрили. На высшем уровне. Твой экземпляр контракта оставляю. Ну, пока. У меня еще дел полно. - Давай, - проводил его Дракон и улегся поудобнее в ожидании эманаций любви. Сначала не происходило ничего. Потом тоже. А потом ему стало хорошо. Так хорошо, как прежде не было никогда. Не ощущалось больше тысячелетнее одиночество, холодное неприятие других живых существ, не давила больше тоска... А потом он икнул. И еще раз. И еще, и еще. Пораженный неприятной догадкой, Дракон схватил контракт и вчитался в мелкие строчки. "... в виду гигантской силы и огромного разнообразия влияния любовных эмоций и специфики их воздействия на объекты, в физическом мире пребывающие, а также развития сети Интернет и глобального расширения графоманского явления фанфикерства во избежание преждевременного вознесения объекта сего в миры горние, оному объекту бонусом прилагается и внедряется канализатор, что срабатывает в случае наличия уровня эмоций, возможности объекта превышающего, дабы через сокращение стенок пищевода упомянутый уровень нейтрализовать..." Дракон нахмурился. Вскипела было прошлая благородная ярость, звавшая жечь, крушить и испепелять, но быстро ушла, растворилась в теплом и нежном мысленном обожании, которое теперь испытывали к Дракону многие. - Тьфу ты, крючкотворы, - пробурчал Дракон. - Нормально написать не могли. Ну да ладно. Любят же. Вот и пусть любят. А если что, я сам вознесусь и претензии выскажу. В конце концов, даже от ложки дегтя бочка меда не перестает быть бочкой меда.