Наложница

      Как хорошо просыпаться в объятиях любимого человека. Чувствовать его тепло, дыхание, ощущать сердцебиение каждой клеточкой тела, будто оно одно на двоих. Кажется, будто весь мир исчезает, а вместе с ним все проблемы.       Глубоко вздохнув, я крепче прижалась к нему. — Доброе утро, — прошептал Люцифер, и коснулся губами моей щеки. Я расплылась в улыбке и замурчала. — Мне пора идти… — Останься, — протянула я, повернувшись к падшему лицом. — Не могу: много дел, — ответил Люцифер. — А говорил, что всё можешь, — произнесла я и надула губки. — Ну, если ты так просишь, то так уж и быть, перенесу на завтра все дела, — сказал он и с нежностью поцеловал меня. — Вот другое дело, — разорвав поцелуй произнесла я, и вновь вернулась к желанным губам.       От прикосновений по телу пробегают мурашки. Каждая клеточка моего тела будто загорается от ласк, заставляя ёрзать на простыне. Внутри во всю бушует буря страсти, заставляя томится в ожидании. Разум затуманен переполненными чувствами. Низ живота ужасающе ноет, терпеть больше нет сил. Я ощущаю его в себе. По телу пробегают нотки наслаждения, заставляя издать томящий стон. Во мне взрываются тысячи звёзд, заставляя сильнее выгнутся навстречу желанию и наслаждению. С каждым движением я возвышаюсь всё выше, кажется будто ещё немного и я буду выше облаков. Внутри будто разлилась лава, заставляя запрокинуть голову. Нежные поцелуи в шею заставляют вернутся с неба на землю…

***

      Я уловила на себе пронзающий взгляд и вопросительно уставилась на Люцифера. Он ничего не сказал, но во взгляде и так всё было ясно. В глазах цвета неба сияло безмерное счастье, с примесью умопомрачающей любви и нотками душевной теплоты. Я слегка улыбнулась, продолжая утопать в таких удивительных и родных глазах. — Какая ты красивая в такие моменты, — произнёс Люцифер всё так-же обжигая меня взглядом. На щеках загорелся румянец смущения и я отвела взгляд. — А в остальные нет значит? — спросила я, глядя в сторону. — Что за глупость, ты прекрасна всегда и в любом виде, — сказал он, обнимая меня за плечи. — Точно? — неуверенно протянула я. — Ты единственная покорила моё сердце, которое вечность было во льду, разве этого мало? — прошептал падший возле моего уха. — Достаточно, — ответила я и хотела поцеловать его, но услышав плач малышки, произнесла: — Кажется, проснулись все, — накинув халат, я направилась к дочери.       Покормив малышку, я направилась в душ. Люцифер не смог больше оставаться так, как в комнату вошла Мэг с очень неотложным делом, и падший, одарив меня вопросительным взглядом, ушел. На это я, лишь закатила глаза. Для сглаживания вины он оставил Мэг.       Приняв контрастный душ и одев синюю футболку и чёрные джинсы я вышла из ванны. Мэг славно играла с Эмили на кровати. От вида такой картины и не скажешь, что она демоница — самая опасная тварь на земле.       Она смеялась, и её смех был искренней чем у половины людей населяющих нашу планету. Малышка радостно махала ручками, что-то лепетала новой знакомой, и создавалось впечатление старых друзей, которые встретились после долгой разлуки. Залюбовавшись зрелищем, я увидела нечто паранормальное. Плюшевый медвежонок лежащий на столе у входа, переместился к Эмили. Взяв игрушку она радостно лепетала. — Мэг, это ты сделала? — спросила я, уставившись на подругу. — Что именно? — удивилась она. — Медвежонок Эмили переместился почти ей в руки. Ты этого не заметила разве? — спросила я, присаживаясь рядом с дочерью. — А, ты об этом! — вскрикнула брюнетка и добавила: — Я думала ты знаешь об этом. — Нет, это впервые произошло, — в замешательстве произнесла я. — Да, не переживай, это вполне нормально, — пыталась успокоить Мэг. Но в голове проносилась мысль: «Только не это»…