Наложница

— Кто вы? Где я? Что вам нужно? — затараторила Эм, нервно бегая глазками по довольно просторной комнате, в надежде отыскать двери или окно, но, увы, в этом помещение их не было. Это заставило Эмили вздрогнуть, но довольно светлая обстановка комнаты отогнала страхи на второй план.       В комнате располагался большой стеллаж, кремового оттенка, с различными книгами. Небольшой диванчик, лавандового цвета и такие же два кресла, а посередине: маленький журнальный столик. Буквально в нескольких метрах от мягкой мебели, располагался бежевый рабочий стол и офисный стул на колёсиках. Вся эта атмосфера напоминала рабочий офис, но что-то в этом месте заставляло насторожиться. Невиданная сила, так и веяла и это Эмили прекрасно чувствовала. — Тебе нечего боятся, — разорвал тишину незнакомец, — Я давно хотел с тобой встретиться, но всё должно происходить в своё время. У нас с тобой много общего… — Что? Я ведь вас даже не знаю. — Я твой дедушка, но можешь называть меня Чаком, это имя мне больше нравится, — произнёс он, отчего в глазах Эмили блеснул огонёк надежды, но в тоже время: её челюсть с грохотом шлёпнулась на паркет. Хотя девочка и знала прекрасно, кто её дед, но всё равно её удивлению не было придела. — Хорошо, и ты знаешь где мама? — спросила Эм, собравшись с мыслями и недоверчиво сощурив глазки. — Она сейчас находится у моей сестры: Амары, — также спокойно произнёс мужчина. — И ты попросишь сестричку отпустить её? — Это, к сожалению, не возможно, да и Амара слушать меня не станет, — Чак глубоко вздохнул. — И, что ты хочешь от меня? — недоверчиво спросила голубоглазая. — Ты рождена, чтобы остановить тьму. — Ты хочешь, что бы я её убила? — девушка вскинула бровями. — Нет, — спокойно произнёс он. — Что тогда? — Понимаешь, я создал мир, с равной частью добра и зла и при гибели меня, либо Амары наступит резонанс во вселенной, и сама понимаешь: этого допустить нельзя. — Понимаю, но… — Тебе нужно лишь остановить её, тогда связь между ней и Дженни будет разорвана. — То есть, если я правильно поняла, чтобы её свергнуть нужно превзойти силой? — Ну, что-то типа того. — А сам, чего этого не сделаешь? — Она моя сестра и… — И ты не можешь этого сделать! — закончила за него девушка. — Да. — Но, я всё равно не понимаю, как я смогу её превзойти по силе? Она ведь твоя сестра, а ты в свою очередь создал мир… А я жалкая полукровка, которая даже перемещаться не может. — Знаю, но ты научишься, в детстве ты это умела… В тебе заложен огромный потенциал и совсем скоро, по силе, ты превзойдёшь всех, включая меня… И то, что ты наполовину человек даёт мне веру, что колоссальная сила не обратится во зло. Ты умеешь любить, сочувствовать, прощать, тебе дано ощутить все земные чувства, а, только познав их, можно по истине возвыситься. — Воодушевляющая речь, — протянула Эмили. — Вот, держи, — он протянул ей небольшую круглую рукоятку, примерно сантиметров двадцать в длину и около трёх в обхвате. — Это что? — на этот вопрос он промолчал, но только Эмили взяла вещь, как кусок рукоятки обратился в целостный меч.       Метал, сверкнул, на несколько минут ослепив девушку, она невзначай зажмурилась. Но немного привыкнув, распахнула глаза. Сияние прекратилось, и теперь можно было хорошо осмотреть оружие. Меч был небольшой, примерно: как ангельский клинок, хотя нет, наверно, как архангельский меч. Но в отличие от архангельского, имел вид обычного человеческого орудия, то есть меча. Посередине лезвия была надпись на енохианском, также, возле золотистой оправы, вдоль рукоятки были похожие символы. Девушка заинтересованно спросила, указывая на знаки: — Что они значат? — Сама расшифруешь, — усмехнулся он и одним щелчком перенёс Эмили обратно домой.

***

      Мэг нервно наматывала круги в гостиной, Люцифер, умостившись на подоконник, пытался успокоиться благодаря удивительным комнатным растениям, но, увы, фиалки это не очень оценили так как падший, чтобы успокоить расшатанные нервишки, обрывал фиолетовые цветочки и бросал на пол. — Бедные цветочки? — произнёс с нотками сожаления Гэйб. — Умолкни! — вспыхнул дьявол. — Что? — спросила удивлённая Мэг, остановив свой марафон, но падший лишь отмахнулся и вновь вернулся к своему занятию. Демоница лишь закатила глаза. Ей было не до странностей своего боса, Мэг искренне переживала за Эмили, она чувствовала себя в долгу перед её матерью, а отказываться от своих слов она не собиралась. — Ай, — взвизгнула Эм, плюхнувшись на диван, — Хоть приземление мягкое, спасибо дедуле, — проговорила она. — Ты в порядке? Кто это был? Ты не ранена? — затараторили наперебой Мэг и Люцифер, подлетев к девушке. — Да, по крайне мере лучше, в сравнении с моими любимыми цветами, — Эм перевела недовольный взгляд на подоконник. — Прости, — произнёс падший и, щелкнув пальцами, вернул фиалкам прежний вид, — И так, где ты была? — Встречалась с родственником, — сказала она, на что демоница и Люцифер покосились, — Ну, с Чаком. — И кто такой Чак? — спросила Мэг, присев рядом с девочкой. — Чак — Бог, — спокойно произнёс падший и продолжил: — И он никогда не является без веской причины. — Вот, кстати, он дал мне этот меч, — она достала из кармана куртки рукоятку, которая за секунду обратилась в меч. — Еху, — воскликнул Люцифер, осматривая оружие, — Это ведь… Это меч Бога, я видел его только однажды. — Хм, — хмыкнула Эм, — И зачем он мне? — Как зачем, ты сейчас получила одно из самых сильных орудий, — мужчина искренне восторгался. — Окей, пока ты мне ещё и диван слюной не забрызгал, скажу ещё одно: Чак сказал, что мама жива и её можно спасти, — на этом, падший убрал довольную лыбу, и внимательно уставился на дочку. — Он сказал, что я должна превзойти по силе Амару… — Что? — на несколько секунд, падший замолчал, переваривая информацию, но после произнёс таким ледяным голосом, что Эм поёжилась: — Этого не будет, я не допущу этой нелепой битвы, а если он так хочет наказать сестру, пусть сам это делает! — Но это единственный способ вернуть маму! — Ты не будешь принимать в этом участие и точка! А вот это, я изымаю, — он отобрал меч с рук Эм, и орудие вмиг обратилось в рукоятку. — Ну, пап, — девочка жалостно посмотрела на непреклонного отца, но тот даже бровью не повёл: — Я тебя ненавижу! — разозлившись, крикнула она, и выскочила с дома, хлопнув дверью.