Радость пришла, откуда не ждали...
3 марта 2016 г., 23:11
Гвэн постоянно озиралась вокруг, казалось, забыв о существовании сестры. Конечно, этот мир такой странный и непривычный, что волей-неволей привлекает внимание даже самого безразличного человека. Мимо проносились типичные пейзажи Underground: белые сугробы Сноудина, голубые воды Вотерфола, жидкая лава Хотленда… Даже удалось рассмотреть некоторых жителей (особенно бросился в глаза странный оранжевый некто, напоминающий смесь человека и козла).
Они остановились около отеля Метаттона. Bывеска над входом немного слепила глаза, настолько она была яркая. Сам отель не очень изменился, за исключением огромной статуи Меттатон-экс прямо перед входом, но Фриск всё равно волновалась, предвкушая большие перемены внутри.
— Это здесь, выходите, — счастливые супруги вышли из транспортного средства и, обойдя его с двух сторон, открыли девушкам двери. «А говорят, все рыцари вымерли!»
Едва нога Фриск коснулась почвы, её охватило сильное чувство беспокойства. Она не могла понять, в чём дело, но что-то однозначно было не так. В воздухе витало волнение, смешанное с лёгким ароматом спагетти. «Стоп. Спагетти?!». Девушка принюхалась, пытаясь снова ощутить знакомый запах, но безрезультатно.
Сестёр провели по коридорам отеля, выставив на обозрение многочисленным зевакам. Фриск чувствовала себя какой-то знаменитостью, когда рыцарям пришлось отгонять от них толпу. Единственное, что сильно коробило — угрюмые взгляды некоторых монстров, в которых ясно читалась угроза и ненависть.
Когда они миновали холл, Фриск обратилась к одному из рыцарей, всё ещё держа за руку Гвэн.
— Почему некоторые монстры так странно на нас смотрели? Что-то не так? — 01 опустил голову, заставив длинные уши трепыхнуться.
— Боюсь, я не тот, кто должен тебе всё рассказать. Через несколько минут мы доберёмся до тронного зала, там вы получите ответы на все ваши вопросы, — он слегка толкнул локтем 02, — Неплохо сказано, а? Я, типа, знал, что будут такие расспросы и, типа, подготовил заранее ответ.
— Да, неплохо получилось, у тебя явно талант! Ты не пробовал писать книги? — Фриск поняла, что весь оставшийся разговор будет для неё совершенно бесполезным и разумно решила игнорировать их.
Побродив по лабиринту и изрядно измотав Гвэн, путники достигли места назначения. Тронный зал. Не успев войти внутрь, Фриск почувствовала резкий, но довольно приятный запах цветов. Тех самых, значивших так много для неё. «Возможно, всё не так плохо. Птички поют, цветы цветут… В такие дни, дети как я…» Рыцари резко затормозили, чуть не впечатавшись в стену.
— Дошли. Дальше мы не можем идти, вам придётся продолжать путь самим, — 01 принял серьёзную позу, в то время как Гвэн решила хотя бы попытаться расслабиться и начать адаптироваться к новому месту, заговорив с ним:
— А почему? — Фриск тоже интересовал этот вопрос.
— А вы сами не видите? Мы же в дверь не пройдём, даже по одному! У меня, типа, нет ни малейшего представления о том, как Асгор проходил здесь, с его широченными плечами! В общем, ждать вас здесь или уйти? Это уже, типа, как пожелаете.
— Уйти, — не задумываясь ответила Фриск. Eй давно хотелось осмотреть здесь всё самостоятельно, а заодно и Гвэн по местным достопримечательностям поводить.
— Хорошо, как скажешь. Да, кстати, извини, что в тот раз пытались убить тебя и всё такое. Настоящий рыцарь никогда не причинит зла леди, а… в общем, мы и подумать не могли, что ты — леди, — 02 почесал затылок.
— Эм… Ничего. Всё в порядке, вы прощены, а теперь — до встречи, — Фриск взяла Гвэн за руку и повела в тронный зал.
Нежный свет лился откуда-то с потолка, а запах цветов одурманивал. С каждым шагом вперёд, всё больше и больше воспоминаний давали о себе знать. Первое знакомство с Ториель, шутки Санса, свидание с Папирусом, битва с Андайн…
Сёстры вошли в тронный зал, затаив дыхание. В самом центре, среди цветов, располагался трон намного меньших размеров, чем трон Асгора. «По размеру похоже на кресло Ториель, там, на руинах» Справа от него, спиной к девочкам, стояла его владелица. Она подняла голову, прислушалась и медленно повернулась в их сторону.
— Приветствую вас в… — как только Ториель смогла разглядеть девочек, она замерла, слегка приоткрыв рот; её зрачки расширились, — Ф-Фриск? — не дожидаясь ответа, она подошла к девочкам и обняла Гвэн, — Боже мой… Неужели это ты? Как ты сюда попала? Ты совсем не изменилась… — Фриск не смогла сдержать хихиканье.
— Тори, ты чего, не узнала меня? — девушка извлекла из кармана старый, немного потёртый телефон, который когда-то давным-давно получила у Альфис, чтобы подтвердить свои слова. Ториель отступила на шаг и с нескрываемым любопытством уставилась на них, — Знакомься, это — моя сестра Гвэн. Ториель — Гвэн, Гвэн — Ториель, — спустя ещё несколько секунд замешательства Тори тепло улыбнулась и, отпустив младшую из сестёр, обняла Фриск, плотно прижав к себе.
— Глупая я, даже и не заметила, сколько времени прошло… Ты так изменилась, дочь моя. «Да, только сейчас все начали понимать, что я девочка. Что ж, лучше поздно, чем никогда» Я очень, очень рада тебя видеть. Ты даже не представляешь, насколько, — Ториель отпустила девушку, забрав вместе с собой тот самый цветочный аромат, который окутал всё её тело. Поправив свою небольшую женственную корону, Тори, наклонившись, взглянула на Гвэн. — Здравствуй, дитя моё. Рада с тобой познакомиться! Можешь звать меня «мама», если хочешь.
Гвэн подошла к ней поближе и, обняв, поцеловала в щёку, заставив новоиспечённую мать немного покраснеть. «О, Боже, это и мило, и неловко одновременно. Старая привычка целовать тех, кто нравится, независимо от их пола и возраста…»
— Оу, это так мило! — «Да, Ториель, как и все взрослые, в восторге от неё». Гвэн улыбнулась своей широченной улыбкой, продемонстрировав отсутсвие одного из верхних зубов, что дало Тори понять примерный возраст девочки.
— Можно звать вас мама-коза? — королева немного удивилась.
— Мама-коза? Ну, что же, если тебе так хочется, хорошо, — снова эта полная счастья улыбка. Фриск устремила грустный взгляд в пол, вспоминая об их прошлом. Она всё ещё сильно сомневалась, был ли это правильный выбор — вот так просто взять и прыгнуть, оставить семью ради тех, кто, возможно, забыл о её существовании. Тори вспомнила её — уже радует. А что на счёт остальных? Будут ли они рады видеть её? Фриск начала по привычке мять рукав свитера. Ториель заметила это.
— Фриск, — она наклонилась и положила руку на плечо девушки, — Скажи мне, что произошло? Почему ты здесь? Не то чтобы я тебе не рада, просто… Нет. Стоп. Так дела не делаются, — она посмотрела на дверь, которую Фриск здесь раньше не видела (или не замечала?), слева от трона, — Давайте пройдём в столовую, сядем, выпьем чаю и всё обсудим, хорошо?
— С печеньками? — Фриск нахмурилась. «Это неприлично, так спрашивать… Хотя, пока ты маленький, тебе всё прощается», а Ториель, наоборот, улыбнулась.
— А разве можно иначе? — достав из кармана длинного фиолетового платья ключ, — «Да, некоторые вещи не меняются», — королева подошла к комнате и, покрутив им в замочной скважине, открыла её. Оттуда вырвался резкий запах фруктов и чего-то сладкого, — Проходите!
Комната производила впечатление самой обычной столовой: уютная, успокаивающая атмосфера; нежный белый свет, спускающийся откуда-то сверху; тихая обстановка. Небольшой стол, накрытый светло-голубой скатертью, лишь добавлял какой-то домашней теплоты. Того же оттенка стены, слегка поблёскивающие под приятным светом. Справа от входа — среднего размера шкаф с прозрачными дверцами, в котором виднелись баночки с заваркой и различные атрибуты чайных посиделок. Слева — плита с раковиной и стоящий рядом чайник с водой.
— Прошу, присаживайтесь, — Ториель указала на стол, а сама пошла к чайнику.
Фриск и Гвэн сели, про себя подметив тяжесть и габариты стульев. Младшая сестра принялась рассматривать «новую маму». Та взяла в одну руку чайник, а другую руку опустила вниз. Откуда ни возьмись, появился огненный шар небольших размеров, примерно с кулак. Медленно двигаясь туда-сюда, он пролетел под чайником, доводя воду до кипения. «И как только Ториель не обожглась? Может, специальная ручка, или…» Гвэн наблюдала огненную магию, приоткрыв рот. Её глаза заблестели.
— Мам, как у тебя так получается?! — само собой, как маму она Ториель не воспринимала, но Фриск надеялась, что когда-нибудь они смогут стать настоящей, самой обычной семьёй. Королева подмигнула и, окончательно доведя воду до кипения, взяла специальную подставку и положила на стол, поставив на неё чайник.
— Магия и никакой ловкости рук! — «О, да, Тори, я от тебя такого не ожидала. Видимо, Санс на тебя плохо влияет» Как только все приготовления закончились, Ториель положила на стол три чашки, сахарницу с ложкой, целое блюдо печенья различного вида и штук десять разнообразных заварок. Фриск, не задумываясь протянула руку к заварке с надписью «Золотые цветы», а Гвэн — «Клубничный закат». Взгляд Ториель приобрёл оттенок задумчивости.
— Хм… Интересно. Вы знаете, что по заварке, которую человек предпочитает, можно определить его характер? — Гвэн оторвалась от печенья и подняла взгляд, а Фриск поставила чашку на блюдце.
— Нет, а как это? — глаза сестёр загорелись любопытством. Ториель слегка отодвинула чашку от себя, чтобы случайно не уронить её и, сложив пальцы «в замочек», начала рассказывать:
— «Золотые цветы» — очень специфический чай, его любят те, чьи сердца полны решимости и желания сделать правильный выбор… Но, также, его пьют люди с мягким сердцем. Не ранимые или наивные, а те, кто своей душой излучают доброту. Это — мой самый любимый чай, и только его пил Асгор… — Ториель медленно опустила глаза, а её улыбка исчезла.
— То… Мама, мне очень жаль, что так случилось, у меня правда не было выбора…
— Ничего, всё нормально. Он был трусом. Отнять шесть невинных человеческих жизней ради своей собственной прихоти — поступок истинного труса. Ты правильно сделала… Сделала то, что должна была…
— Но, Тори, это не я! Я собиралась пощадить его, но Флауи… — Фриск чуть ли не кричала, но сдерживала себя из последних сил, — Он убил его. Без колебаний, просто сделал это, и всё. Асгор не хотел убивать меня, для него это было так же трудно, как мне — биться с ним. Не уверена, так ли это, но, кажется, перед боем я заметила слёзы в его глазах. Мама, не называй его трусом, он просто хотел как лучше для тебя и для всего Underground, он…
— Подожди… Так это была не ты? — Фриск кивнула. — О Боже, это же значит… Неужели… Как же так? Флауи? Так это был он?! Всё это время… Всё это время… — Фриск не знала, что делать. Первое, что пришло в голову: метод, который рассказала ей мама ещё до того, как всё ужасное произошло. Она взяла Ториель за руку и, перевернув ладонью вверх, положила большой палец на её запястье, нежно массируя его. Кажется, сработало.
— Тори, успокойся, пожалуйста, расскажи мне, в чём дело, — Фриск прикусила губу, вспоминая, как однажды, вернувшись из школы, застала Гвэн сидящей на полу, в слезах, и с бордовыми отметинами на руке. Она продолжала спрашивать сестру, что случилось, но та лишь плакала и прижималась к ней.
Ториель подняла голову и, резко выдохнув, накрыла руку Фриск своей рукой. Расслабившись и сделав несколько глотков чая, королева успокоилась.
— Прости, Фриск… И ты, Гвэн, простите меня обе… Вы… просто не представляете, сколько всего произошло за это время, — Фриск горела желанием расспросить Тори о своих друзьях, но сдерживалась, — Я даже не знаю, с чего начать.
— Начни с самого начала, — Фриск взяла её руки в свои и посмотрела прямо в яркие, мерцающие глаза, — С того момента, как я покинула Underground. Что произошло? Как так получилось? И почему те монстры так злобно смотрели на меня?
Ториель опустила взгляд и сделала глубокий вдох…
***
Itʼs not a mass so be honest with me We canʼt afford to ignore that Iʼm the disease…***
Примечания:
Извините, что заставила ждать так долго ;)
П. С. Я долго думала и решила, что сделаю свой, альтернативный вариант концовки. Как бы сказал Метаттон: Не переключайтесь! :)
