МИЛАШКИ В ТРЕНДЕ

      - Вот что бывает, когда старшие долго отсутствуют дома, - Кейто и Итта озадаченно созерцали корявый мощный дуб, внезапно появившийся посередине центральной лужайки, точь-в-точь там, где их Лансик некогда занимался садоводством.       – Куда, тьма их побери, запропала прислуга? Кот из дома – крысы в пляс! – Итта нетерпеливо щелкнула пальцами. Невдалеке нарисовалась кучка слуг. Перемигиваясь и перешептываясь, они робко приближались к господам.       - Госпожа, госпожа Итта, мы ни при чем!       - Да-да-да , мы ни при чем, госпожа! Оно само!       - Совсем-совсем само! Как вырастет!       - Как вдруг выпрыгнет! П-прямо из-под земли!       - Ужас!        - Да! У-ужас-ужас...       Слуги, испуганно округлив глаза, прижали ладошки к щекам и слаженно закивали. Не говоря ни слова, Итта послала щупальце тьмы в направлении дерева. С звонким чпоканьем, тьма втянулась в крону и растворилась в ветвях. Ветви удовлетворенно заколыхались.       Дуб был огромный, в два обхвата, с обломанными суками и корой. Он сердитым и презрительным уродом стоял между многоцветными рабатками и как будто говорил: «Любовь, счастье! И как не надоест вам все один и тот же глупый, бессмысленный обман?! Нет ни любви, ни счастья. Как вырос — так и стою, и не верю вашим надеждам и обманам».       Кейто прищурился, разглядывая неожиданный дар тьмы. Дуб был весьма плодовит – весь усыпан крупными желудями. Но какие ассоциации они вызывали!       - Ты видишь то же, что и я? – спросила Итта, - и он кивнул, подтверждая: ветви были усыпаны гроздями фаллосов, различных оттенков и размеров.       - Неужели это опять Лансик? - озадачилась Итта. - Что за больные фантазии у нашего милашки в этот раз? И к чему здесь это жуткое дерево? Паучки хотя бы ему доход приносят.       Кейто пожал плечами. Лансик продолжал оставаться для него загадкой в некотором роде. Он посмотрел на погрузившуюся в размышления Итту, перевел взгляд на дуб, но тот все так же, хмуро и упорно, стоял посреди идеально подстриженной лужайки. Между тем, прислужники продолжали причитать жалобным многоголосьем.       - Да, он прав, тысячу раз прав этот дуб, — проговорил Кейто. Целый ряд мыслей, безнадежных, но грустно-приятных возник в его уме. Перед предстоящей поездкой в Священный Сзаароан, он вновь обдумывал всю свою жизнь, и уже начал приходить к успокоительному и безнадежному заключению, что ему ничего начинать не надо, что он должен доживать свою жизнь, не делая зла, не тревожась и ничего не желая...       - Все суета сует и томление духа. Пускай другие, молодые, вновь поддаются на этот обман, а мы знаем: наша жизнь, увы, лишь тлен… - не осознавая, Кейто продолжал размышлять вслух. Слуги заткнулись. Итта ошеломленно воззрилась на старшего мужа. И воцарилось молчание.       Кейто прикидывал, как бы ему элегантно вырулить из неловкой ситуации, как вдруг, со стороны дуба, раздался крик о помощи, и ветви дуба вновь заколыхались. Крик повторился.       - Идем, - Итта двинулась к дубу, и тьма завилась вокруг ее ног. Кейто шел рядом, выпустив щупальца тьмы, а прислужники прикрывали тылы, хныча и перешептываясь. Обойдя дуб, они застыли в оцепенении: из-под переплетенных корней дерева торчала голая задница, очень ладная, белая и крепкая задница, из дупла которой торчал огромный желудь. На черешке трепетал листочек в такт дрожащим полупопиям. Крик повторился, перейдя в хрип, и обогнув нагромождение корней и веток, супруги обнаружили посиневшего и хрипящего Лансика! Милашка едва дышал, зажатый корнями.       - Пожалуй, вид сзади мне нравится больше, - проговорила задумчиво Итта. Вздернув изящную бровь, Кейто недоумевал:        - Как, ну как? Почему у тебя вечно все через… - он проглотил последнее слово. Не хватало еще очередного скандала от Ланса, а день уже близился к вечеру, и хотелось тишины и покоя.       - Лансик, не хнычь! Кейто, давай-ка вместе, сосредоточенно.       — В каком режиме?       - В режиме торможения. Милашки, помогайте, кто умеет.       - А если мы его повредим?       — Не беспокойся, Кейто, мы будем осторожны. Давай на прикосновениях. В одно касание.

***

      Позже, когда семья собралась за вечерним чаем, обихоженный и подлеченный Ланс рассказал старшим супругам, как он дошел до жизни такой. Оказывается, желудь ему презентовал Инсарчик, как редкий сувенир из урукхских земель. И у Инсарчика такой тоже есть, он его как брелок на ключах носит. А вот Лансик не забыл свое увлечение садоводством. И ямка из-под денежного дерева осталась, как нарочно под желудь выкопанная. Он и посадил, не ожидая, что желудь сразу проклюнется и стремительно начнет расти, вытягиваясь ввысь и вширь, одеваясь густой листвой на глазах и покрываясь желудями, похожими на…на…       - Фаллосы, милашка. Так какое желание ты загадал, зарывая желудь в землю? – Итта не выдержала и захохотала. Кейто старался сдержаться изо всех сил – Лансик такой обидчивый, но получалось плохо. Ланс покраснел и надулся.

***

      Через неделю, во время очередного заседания "Клуба Высокородных Милашек", Лансик разглагольствовал, стоя у окна:       - Любой мужчина из высшего общества должен быть органичен, должен быть естественен и натурален как ... как дитя природы - вот, взгляните как органичен этот дуб на лужайке! - Лансик самодовольно посмотрел на своего визави, беря гроздь винограда с фуршетного стола.       - Все, все в нас, детях природы, должно быть прекрасно - и корень, и ствол, и крона. Органика - наше все! - и протянул собеседнику ягодку: - Хочешь виноградинку, м-м-м?       Покосившись в зеркало, он игриво подмигнул своему отражению: все ж таки он правильно остановился на пурпурном галстуке - этот цвет по справедливости получил признание высшего общества. Королевский пурпур! Кого интересует голубой? Любимый цвет Кейто? Вот пусть он его и носит! Синяки под глазами оттеняет. А он, Ланс, признанный король модных трендов! А как известно, короли рождены для пурпура. И если не он, то кто? За спиной маячили три прихлебателя, ловя каждое его слово. Каждый надеялся получить от него в подарок тренд сезона - органичный желудь-брелок!