Математика и любовь.

Лекса глухо хлопнула дверью балкона, устраивая уже седьмой перекур за последний час. Смотря на угнетающе серые бетонные блоки сквозь пелену едкого дыма, она протяжно вздохнула, собираясь с силами, а после снова вернулась в комнату, больше похожую на чулан, и с решимостью открыла учебник. С пожелтевших страниц на нее смотрели бесчисленные уравнения, графики, и еще много идиотских, по ее собственному мнению, вещей. Она чувствовала, что еще немного, и терпения не останется вовсе. Казалось, все помещение и пространство за пыльным окном выражало сплошную безнадежность, а особенно это ощущалось в месте, где стоял письменный стол. Там его было слишком много, вообще, так Лекса именовала всю свою жизнь - сплошное проявление безнадежности, так ей говорили родители, и так она считала сама. - Ты просто безнадёжна, - однажды сипло пробормотала мать, крепче обхватывая горлышко пивной бутылки, - Лучше бы я тебя никогда не рожала. На это Лекса лишь сжимала кулаки, понимая, что набрасываться на женщину, подарившую ей жизнь, было бы совсем аморально. Но слова, о которых та уже забудет на следующее утро похмелья, отдавались болью в груди, и она уходила в ночь, проводя ее за попытками извлечь из себя ноющее чувство. Наутро иногда оставались синяки, но чаще всего - состояние опустошенности. Вот и сейчас, глядя на всю эту несуразицу, Лекса чувствовала себя абсолютно пустой. Где все ее знания, накопленные за столькие годы? Неизвестно. Лишь одно она знала точно - с этим нужно было что-то делать. Выход нашелся совсем скоро, в виде светловолосой Кларк Гриффин - круглой отличницы и тихони, что всегда занимала место за последней партой и писала все контрольные работы с видом сумасшедшего. По мнению Лексы, она и правда была сумасшедшей, если получала удовольствие от решений задачек по алгебре и выслушивания нудятины из уст толстой сварливой учительницы. Кстати, к помощи последней Лекса обратилась как-то на перемене, на что получила нечленораздельное ворчание и пренебрежительный взмах рукой. - Видно, тоже думает, что я безнадежна, - угрюмо заключила она, ловя на себе внимательный взгляд блондинки. Ее откровенно бесила вся эта ситуация. Конечно, она могла просто забить, что обычно и случалось, однако, в этот раз Лекса решила подойти к проблеме с невиданной доселе серьёзностью. Дело даже дошло до видеоуроков, которые она смотрела, ловя соседский интернет и бесконечно зевая. Но все же почему-то именно в этом она видела решение всех своих проблем, ну или хотя бы их части. Ладно, она просто запала на тихоню Кларк. И поэтому, а может и еще по каким причинам, желание постичь загадочные записи в учебнике было очень сильным. Лекса вовсе не была недалекой. Напротив, она во все вникала и понимала (ну, пожалуй, во все, кроме математики), но из-за постоянной сдержанности во всем это было едва заметно. Она реагировала на все словно наполовину, что давало повод другим судить о том, что она, верно, была не совсем в курсе положения вещей. Это было неправдой, но Лекса не видела нужды кому-то что-то доказывать. Вместо этого, она лишь зло усмехалась, видя, как очередной болван пытается потешить свое самолюбие за ее счет. Позже этот болван приходил в школу со сломанным носом и кислой миной, на что все испуганно переглядывались, и лишь она была привычно спокойна. -Это интегралы, - говорила сама себе Лекса, ткнув пальцем в страницу, - Они уже определились, а ты нет. Но прошло время и она окончательно определилась в том, чего хочет. Она хочет Кларк. - Объясни, - Лекса бесцеремонно бросила тетрадку прямо перед лицом тихони, отвлекая ту от прежнего занятия. Девушка испуганно вздрогнула, поднимая глаза. - Мне нужно доделать призму, - робко проговорила она, - Может попозже? - Нет. Сейчас. - отрезала Лекса, видя, как что-то во взгляде отличницы сжимается. - Ну... Хорошо, давай попробую. Гриффин, похоже, была чрезвычайно робкой, что немного озадачивало вечно буйную шатенку, считавшую, что если чересчур скромничать - можно пропустить все веселье. - Что конкретно тебе непонятно? - словно себе под нос прошептала Кларк, сильнее вжавшись в скрипучий стул, на что Лекса лишь усмехнулась. - Вообще ни черта в этой теме не смыслю. - Ты пыталась разобраться сама? - в голубых, словно зимнее небо, глазах промелькнуло сомнение, и шатенка тут же фыркнула, мол, само собой разумеется. Она уставилась на губы Гриффин, после оглядывая воротник блузки, застегнутый на все пуговки. Лекса отметила, что была бы не прочь расстегнуть несколько прямо сейчас. - Ну смотри.... В этот же момент девушка поняла, как глупо было обращаться к Кларк за помощью, наивно полагая, что это исправит положение. Оказалось, нет. Всё только усугубилось. Блондинка что-то говорила, при этом кивая, в то время как Лекса вовсю любовалась тем, как солнце подсвечивает светлые пряди, делая их еще более красивыми. Однажды к ней начала приставать одна девица с жутко нарисованными бровями и явной манией тонального крема. Они переспали, но в тот же вечер Лекса заключила, что все же истинная красота - это естественность. И этот невинный ангел, сидящий перед ней, всем своим видом выражал эту естественность и благие помыслы. К слову, помыслы самой Лексы отнюдь не всегда являлись таковыми. - Ты меня хотя бы слушала? - разочарованно протянула Кларк, возвращая в реальность. - Что? Да, я ж для этого и подошла. - попыталась заверить шатенка, мысленно задаваясь вопросом, почему эти красивые глаза смотрят на нее с таким прищуром. - Заходи сегодня ко мне, а? - к полной неожиданности услышала Лекса. - Еще раз разберем и я дам тебе хорошие тесты. Какого черта она так мила со мной? Я ее пугаю? - Че? То есть, во сколько можно? - такой поворот событий очень взбудоражил девушку. Она протерла вспотевшие ладони об штанины. Не помогло. - В шесть. Я как раз буду дома после лектива. Я живу на Мейсон-Стрит, шестой дом. Найдешь? Лекса резко закивала, думая, не сочтет ли тихоня ее сумасшедшей после такой реакции. Впрочем, ей было все равно. Она в принципе часто убеждала себя в том, что ей на все плевать. Лекса любила врать. Особенно себе самой. Дом Кларк, затесанный между другими такими же, был словно взят из американского кино - красивый фасад, аккуратный газон и странные статуи фламинго по периметру. Лекса принюхалась в очередной раз - похоже, курить перед самым приходом было все же плохой идеей. Хотя, с какой стати это должно ее волновать? Правильно, совсем не должно. Выплюнув жвачку на траву, она поднялась по выбеленной лестнице и громко постучала. На пороге возникла улыбчивая женщина (и это мать тихони?) и посмотрела на гостью таким теплым взглядом, какого та не могла получить от родной матери в течение семнадцати лет. - Ты ведь Лекса, верно? - Ну типа того. Лекса прикрыла ладонью пятно на мятой толстовке, после разгладила ткань, стараясь хоть как-то соответствовать окружающей аккуратности. - Заходи, Кларк наверху. Комната отличницы отдавала порядком, цветами и творчеством. Взгляд цеплялся за красивые рисунки на стене и какие-то статуэтки. Таких вещей у Лексы не было никогда, и она даже немного позавидовала. Залипать на странную картину с лесом было, наверное, лучше, чем на дерьмо за окном. - Ты пришла, - констатировала Кларк, смущенно улыбаясь. - Ну ты ж сама звала, - отозвалась девушка пренебрежительно, - Только недолго надо, у меня еще дела. Ну, если только протирание штанов на диване вообще можно считать за дело. - Хорошо. Садись, я сейчас еще стул принесу. Они начали заниматься, но у Лексы совсем не получалось сосредоточиться. Свет от чертовой настольной лампы оттенял лицо Кларк и ее глаза, которые ярко подсвечивались, и девушка могла видеть маленькие крапинки в них. - Что-то не так? - робко поинтересовалась Гриффин, похоже, заметив странные взгляды. - Все окей. - Тогда, давай перейдем к тестам. С ними у Лексы ничего не вышло. Еще в первом классе ей говорили, что если отвлекаться - ничего путного не получится. - Будь внимательней, - мягко произнесла блондинка. - Хочешь разобрать еще раз? - Хочу. Все пошло по второму кругу, и на этот раз Лекса старалась проявить максимальное старание. Она напрягала мозги, силилась понять теорию, временами даже зажмуривалась от такого усердия. - Так? - с надеждой и почти мольбой спросила Лекса, показывая Кларк решение. Гриффин нахмурилась, шустро пробегая глазами по корявым цифрам. Сердце Лексы замерло. - Да, все абсолютно верно! - в ее голосе слышался восторг, - Ты молодец. Видишь, все не так сложно, как ты думала. На улыбку тихони внутри девушки что-то отозвалось теплым удовлетворением. Лекса прикоснулась к колену Кларк с такой нежностью, на которую только была способна и не сдержала ответной улыбки. - Спасибо, ты мне очень помогла. Она едва удержалась от поцелуя в щеку. По светящимся голубым глазам стало понятно, что на одну проблему у Лексы теперь меньше. *** - Чёртова блузка! Руки Лексы потянулись к раздражающим черным пуговицами, но Кларк пресекла попытки продолжить начатое. Она едва дышала от возбуждения и все же умудрялась сдерживаться, что очень удивляло. И еще, какого черта на этой блузке столько пуговиц?! - Нет, подожди. - бледные пальцы Гриффин коснулись самой нижней, - Определение синусов? Бывшая тихоня коварно улыбалась. Лекса жалобно застонала. - Ты издеваешься?! - Если хочешь, чтобы мы попали в один университет, надо больше повторять. Палец блондинки дразняще кружил вокруг пуговицы. - Отношение противолежащего катета к прилежащему, - пробурчала Лекса, про себя усмехаясь чужой хитрости. - Умница, - примирительно заключила Кларк, ловко расстегнув несколько сразу. - А теперь, давай признаки подобия треугольников. - Нет. - Первый? - Черт, - девушка чуть подпрыгнула на кровати от недовольства, - Две стороны и угол. Пальцы справились еще с одной. - Так, а второй? - А если я разорву ее? - Лекса кивнула на вещь, которую теперь ненавидела всей душой. - Будешь зашивать. Ну, давай же! - Сторона и два угла, - от глупости ситуации Лекса закатила глаза. - И последний, - Кларк наглядно оттянула воротник, обнажая ключицы. - Три стороны! - победно заключила девушка. - Не торопись, еще лифчик! Гриффин звонко засмеялась, стягивая белую вещицу. - Черт, ненавижу математику! Но тебя люблю. Как вы поняли, в список вещей, которые Лекса полюбила за последнее время, математика все еще не входила. Зато там была Кларк. Особенно Кларк.