Розоволосый шторм

Паучиха медленно-медленно плела паучью сеть, - не просто так, ведь для какой-то же цели все пауки так делают - размеренно двигая пушистыми лапками и рождая аккуратное белое кружево из ниоткуда. Рисунок, который почти никогда не повторяется. Как умелый скульптор, она трудится над своим произведением искусства, делает это медленно, аккуратно, в какой-то степени завораживающе. Мягкая паутина, липкая, притягивающая к себе добычу, к сожалению, ловит на себя и ненужную пыль, сухие листики и палочки, но они не в состоянии сбить с толку паука, потому что он знает, чего хочет, и плести паутину продолжит с особым рвением. Я сидела на траве неподалёку от работящей Йоши, у огромного куста с бузиной, заинтересованно взирая на её скромный труд, который позже дал свои плоды - в сети попали три маленьких жука и пятнисто-жёлтая бабочка, коих на цветочной полянке немерено, даже в самое раннее время, пока солнце не до конца испарило утреннюю росу. Бабочки эти такие же трудяги: летят, не зная преград, не боясь и не опасаясь ничего, преследуя свои только цели. У них нет человеческого разума, но в этом есть и плюсы. Им не нужно ни перед кем объясняться, им не нужно искать смысл жизни, становиться сильнее и вливаться в мерное течение жизни. Как же у них всё просто... Просто, да? Но им суждено выживать, дабы не попасть в цепкие лапы хищника, который только и существует потому, что питается жертвами и их страхом, они доминируют и подчиняют, имеют свою иерархию. Круговорот живых существ. Так было и будет. Мир шиноби ничем не отличается от мира животных. В нём сильнейшие убивали слабейших - принцип выживания, жажда к жизни, стремление продолжить свой род. Люди, наверное, никогда не исчезнут с лица земли. В прошлой жизни я верила в перерождение души, что хороший человек после смерти может переродиться в каком-то животном. Но это было бы несправедливо - люди бы не выбирали, хищниками им быть, или довольствоваться тельцем той же бабочки или жука. Но диапазон наших проблем сузился бы до единой отметки - "выжить". Хорошо ли это? Нет. Можно ли повлиять на это? Нет. Вот именно так я и попала в этот мир. Мне дали шанс, но никто не спросил моего мнения. Я должна довольствоваться тем, что имею, и не жалеть о том, что не переродилась в тельце какого-нибудь паука. Пауки не могут изменить человеческие судьбы. А люди, сохранившие память прошлого мира, вполне могут попытаться. Вздохнув, потираю взмокшие от пота ладони, прикрываю ими тёплую, нагретую солнцем розовую макушку, проверяя, скоро ли мне придётся ждать головокружение от солнечного удара. Но это вряд ли случится - сейчас примерно восемь часов утра и солнце, вставшее ещё часа четыре назад, не способно принести вред. Тело привыкло вставать рано, заниматься физическими нагрузками и медитировать, но душа требовала чего-то по-женски приятного. Медленно обхожу куст, и, стараясь не мешать своему пауку, который уже подобрался к жертвам и.. завтракал, осторожно срываю белые зонтики бузины и мягко зажимаю в ладони, поднося к лицу. Тонко и приятно пахнет. Блаженно прикрываю глаза, ловлю дзен. Взгляд цепляется за чёрные ягодки. Я не голодна, но попробовать - так с удовольствием. Я не заостряю внимание на том, что на тренировочном поле (полигон номер семь) течёт неглубокий ручей, больше похожий на прозрачное озерце с твердой галькой, а по краям полигона, рядом с грубой металлической сеткой, медленно сдававшейся под властью коррозии, растут такие красивые кустарники бузины, их тут не меньше пяти. Несмотря на то, что они летнецветущие, расцвели они больно рано, скрываясь подле огромных дубовых деревьев. Но кто я такая, чтобы упрекать природу в своей красоте? Природа сама знает, когда цвести, где цвести и когда увядать, когда стоит показать свои шипы и спрятать их. Она чует человека, но поступает так, ей заблагорассудится. Эх... Что со мной сегодня? Мне с самого утра в голову настойчиво лезут философские мысли, которые не то чтобы мешали тренироваться или отдыхать, просто сбивали с толку своим.. напором. Чего это я, вечером дыма надышалась что ли? Эксперимент с одним ядом у меня, конечно, не вышел, и пришлось проветривать комнату и убрать террариум с Йоши на кухню. А потом с работы, как обычно, пришли хмурые родители. Увидели паука, дым и гарь, прилипшие к моей бледной коже и волосам, и как-то резко подзабыли, что утром мы были в ссоре. Скрепя сердце, пришлось рассказать взволнованным Мебуки и Кизаши о теперь уже моём паучке, о распределении команд, о неудавшемся эксперименте. И извиниться за утро. Меня обняли, потрепали за щёки так, что они до сих пор красные, и с улыбками приняли извинения. Мне было, в общем-то, всё равно, но отголосок души настоящей Сакуры всё также не давал мне спокойно воспринимать наши ссоры и примирения. Меня, что странно, тянуло на слёзы, как мелкую сопливую девчонку. О-ох... Зарываюсь пальцами в волосы и оттягиваю с такой силой, что костяшки белеют. Мне нужно отвлечься... Отжимания. Думаю, самое оно. Постепенно привыкая и увеличивая нагрузки, пятьдесят-шестьдесят раз даются мне довольно легко, не без усталого сопения, конечно, а вот дальше уже начинается тяжесть, потливость, одышка и самая настоящая боль в негнущихся руках. Моё тело, как для девочки, очень хорошо развито, что позволило мне продолжить тренировку спустя минут двадцать отдыха, но большими успехами я похвастаться не могу - мой уровень значительно ниже, чем у Наруто и Саске, зато выше, чем у канонной Харуно да и некоторых клановых куноичи. До клановых мальчиков мне далековато. Нет, я не смею утверждать, что я им на один зуб, - всё-таки, спарринги с товарищами не всегда заканчивались моим проигрышем, - но они сильнее чисто физически. Я же быстрее и гибче, но с реакцией у меня не всё так радужно, как хотелось бы. Метни в меня с дерева кунай, я услышу свист, но лишь в самую последнюю секунду, а если воспользоваться ещё и сенбоном (он вообще практически неслышен в полёте, так что им удобно метать в смертельно важные точки), то для меня это конец. Непозволительно. Шиноби в таких случаях должны на инстинктах уворачиваться или отбивать атаки кунаем, но его-то ещё из кобуры надо достать, а эту самую кобуру надо открыть, а заклёпка, как и на подсумке, крепкая.. Короче, Саске в меня так верил, что устроил вчера, после сытного обеда моего приготовления у Шисуи, проверку сил, а всё, что я смогла - откинуться на спину, став на мостик, и вывихнуть запястье. Грациозно, блять. Пантера ёбанная. Он посмеялся зато. А Наруто, до тех пор зырящий на меня во все свои голубые глаза-озёра, вопреки всему восхитился, мол, какая ты гибкая, Сакура-чан. Комплимент мною был оценён и стоил внимания сейчас, но запястье мне пришлось вправлять уже самостоятельно - уж за время тренировок с Шисуи я это делаю чуть ли не с каменным лицом. Больно - да, но после неприятные ощущения отступают, хотя чреваты такие частые раны повреждением мышц. Мою "особую тренировку", о которой я никому из ребят не говорила, пришлось перенести на экзамен с колокольчиками. На любимом полигоне я продолжала тренироваться, оттачивая удары на деревьях. Что самое важное - училась вливать чакру в кулак и ноги для усиления удара. Контроль-то у меня хороший, и наполовину дерево я могу переломить, но дальше этого я не заходила. Хотя, оно и немудрено - начала тренироваться с чакрой я лишь пару недель назад. Попрактикуюсь на Какаши, быть может, адреналин в крови и Ками-сама помогут. Ха-ха. Всё, на что я способна - пара вмятин, зато каких!.. Я не сразу заметила, как на полигоне появились Наруто и Саске, преисполненные энтузиазмом и в то же время меланхолией. Я кивнула им, и продолжила приседать - всё равно Какаши не скоро появится, успею отдохнуть, а так хоть кровь погоняю. И задницу накачаю. - Ты давно тут, Сакура-чан? - полюбопытствовал лисёныш, присев под деревцем и сцепив руки за затылком. Саске улёгся под другим деревом, подложив под голову сумку, и сразу же, как я заметила, прикорнул. - М-м, часов с шести, наверное, - ну а что? Потренировалась, помедитировала, пофилософствовала. Но ему лучше не знать, на какие темы. - ..Ками, как можно так рано просыпаться? - задал он риторический вопрос, возведя глаза к голубому небу, на котором, как назло, ни облачка. Шикамару не одобрит. - Ну, когда твоя комната насквозь пропахла неудачной попыткой ядоварения, сон как рукой отбивает. И это полная правда, спала-то я в гостиной на диване, а с непривычки больше двух часов беспокойного сна себе не могла позволить. - Оу. Сочу-увствую, - прозвучало вполне искренне, если бы он не широко зевнул и не заразил этим меня. - Я сегодня ещё позавтракать не успел, ка-сан обиделась. Чёртов Какаши-сенсей, хоть бы в голодный обморок посреди проверки не свалиться, даттебайо. Я лишь хмыкнула. За вчерашнее я на них уже не в обиде, но про еду я всё-таки умолчала - будут знать, как тренироваться на.. мне. Честно? Мне было приятно, что меня держат на руках, всё-таки, мальчики далеко не слабые и удержать меня вполне были в состоянии, но! Без моего разрешения так поступать не стоило. Эти трезвые мысли пришли в мою голову только тогда, когда я каждому влепила по подзатыльнику, отлупила до синяков и чуть ли не бросила под ноги Шисуи, лечить. Он поначалу, конечно, прифигел, когда увидел, как его отото (Ками, называет его прямо как Итачи, мило) по-детски дует на меня губы и фыркает обиженным воробушком, будто бы это я виновата. Наруто его поразил меньше - плюхнулся перед ним, получив ушибов больше, чем от моей руки, и завыл "Помоги-ите, Шисуи-са-ан". Ну, в его стиле. На мне царапин не было, ибо бить меня в ответ не собирались, но возмущенно косить глаза не переставали. Вся их обида забылась, когда я приготовила поесть - рис, мясо и салат с помидорами. Шисуи, как обычно, заварил свой вкуснейший чай и достал на десерт дайфуку с клубникой. "- Саске, ты же не любишь сладкое. - Ну и? - Зачем дайфуку купил?" - Пф, будто бы я не знал, что вы к нам жрать припрётесь." Как заботливо было с его стороны, я прям пустила скупую мужскую слезу. Тренировка вчерашняя прошла хорошо, тем более, на клановом большом полигоне Учиха, разве что, как я и говорила, не обошлось без вывихов и подожженных катоном деревьев. Тушить пришлось суйтоном, а у меня нет ни одной стихийной техники, тем более, я точно не уверена, что это моя стихия. Пришлось кричать: "Ши-ису-уи-ку-ун! Помоги-и!". Тот примчался, всё потушил водой из свитка и наорал на нас, "мелюзгу", что мы ему спать мешаем. А потом он дал нам по паре стихийных бумажек, велев влить в них чакру. У Саске, что ожидаемо, огонь и молния, у Наруто ветер, у меня вода и молния. Вот последнее для меня стало неожиданностью, но очень приятной, ибо одной стихией я могу усилить другую. Короче, мне вручили парочку свитков с техниками воды (он этой стихией не владел, зато ей владел Какаши) и сказали прийти через неделю, тренировать райтон. Наруто поначалу загрустил, что у него одна стихия, но перспектива стать мастером футона (чем больше стихий, тем медленнее учишься) его обрадовала. Он тоже получил свитки и обязался прийти на тренировки. Всё сложилось очень даже прекрасно. Судя по расслабленным лицам моих товарищей, они вообще не парились. Шисуи про Какаши мало нам рассказал, разве что тот никогда не показывает своё лицо (даже на горячих источниках), постоянно читает извращенские книги Жабьего отшельника Джирайи и в глазу под повязкой у него шаринган, доставшийся от погибшего на войне товарища. В общем, всё, что я и так знала. Саске нашим сенсеем заинтересовался, выпытав ещё то, что Хатаке владеет четырьмя стихиями, включающими его огонь и молнию, и мою воду, и знает техник даже больше, чем Шисуи. По-моему, одна я заметила, что у Саске уж как-то маниакально загорелись глаза. Хотя, это его обычный взгляд. Думы мои прервала Йоши, смело ползущая по моей ноге прямо на плечо. Умная она уж больно, как бы шпионом не оказалась. Вдруг Данзо решил вот так вот выебнуться и послал в нашу команду этого паучка? Хотя, тогда в классе его же и другие могли бы подобрать, не будь такими боязливыми. Да и тем более, мог ли он подумать, что я пауков не боюсь? А Наруто? А Саске? Прихлопнули бы и всё. - Саске, - обратилась я к брюнету, посадив паучиху себе на руку. Та ловко бегала по моим ладошкам, вызывая у меня непонятное умиление. Она пушистая, как хомячок, только лап у неё в два раза больше, и паутину пускает. Как хорошо, что я пауков не боюсь. Всё-таки, милая зверюшка, пусть и ядовитая. - Можешь проверить её шаринганом? Учиха вздохнул, лениво открывая глаза. - Подозреваешь в шпионстве? - Подозреваю, - не стала уклоняться. - Уж больно она умная. - Ладно, - на миг он прикрыл глаза, прошептав: - Шаринган. - с минуты две он сверлил взглядом Йоши, что, видимо, поняла, что что-то тут не так и застыла испуганным истуканом на сгибе моего локтя. - Я вижу чакру в нём, но не больше, чем в обычном пауке, - заключил брюнет. - Думаю, это не шпион. - А, может, призыв? - предположила я. На секунду я уже представила, как призываю огромных пауков и у всех буквально челюсти от шока землю вспахивают. Да-а, мечты... - Может быть, но его же тогда кто-то призвал, значит, и отозвать может в любой момент. Но для призыва, сразу говорю, в ней чакры маловато. - Спасибо, Саске, - вздохнула я, помещая Йоши в террариум. Хватит с неё прогулки, задавим ещё случайно. Пищи для размышлений знатно прибавилось, но мне настолько было лень думать, что я увалилась на колени задумчивого Учихи и широко зевнула. - Эй! - возмущенно просопел Наруто сбоку от нас, до сего времени спокойно дремавший. Мне показалось, или в его взгляде смешались удивление и обида? - Что? Ложись рядом, лисёныш, - я похлопала ладошкой по земле. Просияв, лисёныш лёг рядом со мной, закинув руки за голову. Странно, что даже в таком положении между Учиха и Нара возникло напряжение, они чуть ли не молнии метали друг в друга. Хм... Я же не могу нравиться ещё и Саске, верно?... Сама и не заметила, как заснула. Разбудил меня громкий хлопок и белёсая дымка перед глазами. Честно? Я испугалась и заорала - ну мало ли, дымовуха с ядом может быть, Наруто и Саске же рядом со мной не оказалось, вполне могли сейчас пинать друг друга и меня задеть. Но нет. - Твою дивизию, - вздохнула, помахав перед лицом рукой и отгоняя дымок, который, впрочем, растворился бесследно секунд за пять. - Вы опоздали, Какаши-сенсей! - рявкнул недовольный голос лисёныша позади меня. Я подорвалась, поправляя кобуру на левой ноге и растрёпанные волосы, сделав маленький хвост, и посмотрела на сенсея, как обычно, снизу вверх, ибо уж больно он высок. Пепельноволосая голова выглядела на солнце чуть ли не белой - странно, как я вчера не обратила на это внимания - а единственный открытый глаз блестел каким-то предвкушающим весельем. В глазах его, как и вчера, я не заметила и доли раскаяния, лишь лёгкую толику приветливости и чего-то ещё, такого непонятного, что мне не разобрать. Мне бы такой дар - вести себя, как скот, и ни о чём не жалеть. - М-ма, - растянул он, почесав затылок, - Простите, затерялся на дороге жизни, - я, не сдержавшись, фыркнула, меж тем отставив террариум с Йоши подальше, в кусты к бузине. Он проследил за моими действиями (только тронь моего паука - голову откушу), вздохнул и достал из подсумка будильник, предусмотрительно заведённый на три часа дня. Поставил его на один из деревянных столбов с мишенями. Подождал, пока мы все подойдём поближе и проявим хоть какой-то интерес. Хотя, по лицу Саске - сонному и недовольному в одинаковых пропорциях - было видно, что он не заинтересован даже своей жизнью, не то что каким-то испытанием. Наруто же стоял рядом со мной, скрестив руки на груди, и выглядел довольно удивлённым. Особенно, когда увидел колокольчики в руке сенсея - новенькие, на красной плотной нитке, блестящие на солнце и отливающие металлическим блеском. Звон маленького язычка был тоненький, мелодичный, покачивающийся от малейшего ветерка, который, кстати, неумолимо поднимался, вызывая лёгкую дрожь и мурашки. Плохо. Для катона Саске и окружающих деревьев будет плохо. - Ваша задача проста - отнять у меня эти колокольчики, - колокольчики вновь тихо звякнули, сталкиваясь друг с другом. Ага, конечно, простая задача, насмешил. Даже с командной работой нам не отобрать у него бубенчики, и он это прекрасно знает. - Но колокольчиков всего два, а нас трое, - рассеянно сморгнул Нара, не улавливая сути. - А ты наблюдательный, - ещё бы, как это можно не заметить-то. - Те, кто отнимут колокольчики, будут моими учениками. Один отправится обратно в Академию. В ваших же интересах бороться в полную силу. И ещё одно - вы можете провалиться все, если не включите мозг и смекалку. Будильник, как видите, поставлен на три часа дня. Не уложитесь в поставленное время, - то есть, четыре свободных часа, - вылетите, - мои сокомандники недовольно и оценивающе пробуравили Какаши-сенсея глазами. Что-то мне подсказывает, что мы, немного привыкшие к совместным тренировкам, всё равно не будем биться порознь, тем более, ради каких-то колокольчиков. Надеюсь, до них уже дошёл смысл этого испытания. Мне до смысла испытания доходить не пришлось, ибо я итак его знала, так что я, застыв, всё ещё пялилась на колокольчики, зажатые в крепкой жилистой руке джонина, обтянутой чёрной перчаткой без пальцев. Взгляд плавно перешёл на крепкие бедра и свободные чёрные штаны. Кхм. Ла-адно, хватит, наверное, бесстыдно на него пялиться. Но, на всякий случай, спрячусь-ка я лучше сзади него, чтобы посмотреть на.. Эм.. О-ох. Гормоны шалят, видать. - ..И мы опять утыкаемся в ту же преграду, - хмуро высказалась я, держа марку и отчаянно пытаясь не покраснеть. По факту, догадаться и высказать мысль я должна позже, но надо же мне было как-то остановить поток мыслей, идущий явно не туда, куда надо. Нет, на подтянутую задницу Хатаке я ещё когда-нибудь посмотрю, но.. А-а-а-а-а... - Такое ощущение, будто вы специально нас валите. Вы так не хотите брать нас в команду? - Будешь умничать - останешься без языка, - парировал мужчина. Без языка, хм. Да и с языком неплохо бы поцело... Блять. Ну блять! "- Какой привлекательный подонок, - оценивающе прошептали у меня в голове. Я закашлялась, услышав впервые за пару лет голос Ями. Честно? Меня это пиздец как напугало. Это что, она на меня сейчас так повлияла? - Какого чёрта? Ты что, прорвалась через ментальный блок Яманака? - ..Интересно, что у него под маской? Я бы сорвала её. И штаны вместе с кофтой тоже... - Ты тему-то не переводи,- я нахмурилась, уткнувшись взглядом в пол, а Какаши-сенсей, видимо, подумал, что я обиделась, и смотрел на меня чуть виновато. - Нашла лазейку, если тебе так любопытно. Ты что, думала, что я там куковать долго буду? А второй раз ты этот блок не поставишь - может чересчур повредить твоей психике. Можешь кровать выкидывать - я не дам тебе заснуть без кошмаров." - ..Ладно-ладно, затыкаюсь, - выставила руки вверх. Ну, на такие выражения я не обижалась никогда, но Хатаке стоит быть поосторожнее, а то расплачусь перед ним, а он ещё сильней растеряется, хе-хе. - Итак, начнём, пожалуй, на счёт три. Раз! Два! Три! - воскликнул он, и мы, как по команде, исчезли из виду. Все мы скрылись в кронах деревьев, да и, собственно, на тренировочном поле больше негде спрятаться. Мой выбор пал на самое большое, раскидистое деревцо, под которым мы, что удивительно, все и схоронились, но в разных местах. Какаши легко нашёл бы, если бы хотел. Но он достал из подсумка книгу "Ича-Ича" и страх, что я буду поймана в ближайшие минут пять, у меня пропал бесследно. Я расположилась за кустами возле дерева, Наруто под верхней веткой, а Саске занял самую удобную, но более открытую позицию - на широкой ветви, мало скрываемой листвой. Нам с Наруто пришлось подойти к Учихе, так как только там удобнее поговорить всем троим. А заодно и потренировалась взбираться на дерево без рук. - Ну, Сакура-чан, Саске? Что думаете? - решил не откладывать в долгий ящик Узумаки. И правильно, всё-таки, лисёныш в семье гениев Конохи стал гораздо разумнее и тише канонного. Он перестал кричать, баловаться (ну, не так сильно) и начал, наконец, думать своей головой. - Я думаю, что задание на командную работу. Нам нужно показать Какаши-сенсею все свои силы, - ребята, застыв на минуту, понятливо кивнули. - Я с тобой согласен, - поддакнул мне Учиха. - В команде должно быть трое генинов и сенсей, а выгони он хотя бы одного из нас - команды не выйдет. - Вот именно. Он должен узнать, способны ли мы скооперировать действия, чтобы понять, как дальше с нами работать. Не думаю, что неучей, да и к тому же не дружных с собой, он бы взял под опеку, мы бы просто завалили все миссии своими спорами. Разумные фразы от младшего Нара перестали удивлять, и знаете почему? Потому что Шикамару не даёт ему в свободное время страдать хернёй. Смотришь со мной на облака? Возьми с собой ручку и тетрадку, будем задачи решать и плевал я, что ты в них не разбираешься. Скучно? Пойдём, в шоги научу играть. Тактика - это не твоё? Не твоё - это быть неуверенным, отото. Я всегда им умилялась. - Но вы же понимаете, что даже общими усилиями его не одолеть, он джонин. С колокольчиками потом разберёмся, надо их сначала заполучить. Давайте подумаем над планом, - прошептала я, не отводя взгляда от занятого чтением Какаши. Спустя пять минут обсуждений я не перестала следить за ним боковым зрением, но что-то мне подсказывало, что он скоро устанет нас ждать и перейдёт в наступление. Нужно действовать. Показать, что мы хорошо работаем вместе. По плану Наруто идёт первым. Своей ролью он остался не особо доволен, так как не любил бессмысленно нападать в открытую (да-да, это Наруто; в спаррингах он умело ставил блок и стремился больше вымотать партнёра, чтобы потом повалить подножкой, а дальше уже импровизировать) но выбирать не приходилось: Саске чуть не отвесил ему лещей и пинком повалил с дерева. Нара встал, гордо отряхнулся и посмотрел на брюнета таким взглядом, который, если бы приобрёл осязаемую силу, давно бы превратил кое-кого в кучку пепла. Ну да ладно - я проигнорировала их очередную склоку, ибо всё равно с ними бесполезно разговаривать, и, оттолкнувшись от дерева, скрылась в листве метрах в десяти от Саске. Ну, думаю, моему пауку в террариуме ничего не угрожает, на бузину-то никто покушаться не будет. Сокомандник создал десяток теневых клонов и всей гурьбой налетел на сенсея, выкрикивая что-то наперебой. Хатаке же, не отвлекаясь от чтения, спокойно парировал все атаки генина, в большинстве своём ловко уворачиваясь. Вот это гибкость. "Найти бы ей ещё правильное применение..." - в голове кое-кто пошло захихикал, а я, растерявшись, не знала, что и ответить. Наверное, потому, что и сама так думала, хм. Наруто неожиданно крикнул, уворачиваясь от вялого удара джонина ногой: - Твою ж мать, вы такой безучастный! Сражайтесь серьёзно! Придётся вас расшевелить, Какаши-сенсей! Таджуу Каге Буншин но Дзюцу! И на полигоне резко стало тесно. У меня в глазах чуть не зарябило от такого количества блондинистых макушек, благо, и штаны, куртка у него были не кричащего оранжевого, а тёмно-синего цвета со знаком клана Нара. Думаю, такой подход реально его расшевелит, книгу-то он обязан убрать. О, чудо! В толпе с кучей побитых голубоглазых и белесыми облаками их исчезновения мелькал высокий силуэт. - Наруто-кун, - бархатистый голос Хатаке, снизившийся до полушепота, вызвал у меня в коленках дрожь; я чуть не упала с дерева, на котором сидела, и подула на взмокшие от пота ладошки. Ну, точно гормоны. И Ями. (Чем же он так её зацепил?) - За плохие слова ты будешь наказан. А?... Что?! "- Вот блять! Почему он-то? Я бы не отказалась от наказания. Сделай хоть что-нибудь полезное, Харуно, маты - это тоже полезные слова. - Знаешь, Ями, я лучше тут постою," - я сглотнула, вжавшись в дерево, когда стихия воды смыла волной всех теневых клонов. Но Наруто, не растерявшись, создал новую порцию клонов. Скрежет металла усиливался, пелена дымки застилала глаза так, что мы с Саске с трудом разбираем фигуры. Я злобно скрипнула зубами в попытках всмотреться в свет, крепко сжав кунай в левой руке. И как Наруто там дерётся? Ему ни капли не страшно? Наверное, он только по звуку колокольчиков различает местонахождение сенсея.. А, нет, оригинал уже сидит на ветке рядом со мной и победно улыбается. Я потрепала его по голове. Его клоны везде, на всём полигоне и за его пределами, используй сенсей Каварими и убеги - клоны заметят и подадут нам сигнал. Ну ничего, теперь выход Саске. Простенький такой, с огоньком, как Шисуи-сан учил. - Катон: Гокакью но Дзюцу! - воскликнул, что есть мочи Учиха, стремительно складывая печати для огненной техники. Чем будет громче произнесена эдакая "голосовая команда" - тем сильнее атака. И это правда - действительно высвобождается больше чакры. Какаши-сенсея не убьём, так впечатлим неожиданным стихийным бедствием и командной работой. Надеюсь... И искренне полагаюсь на его благоразумие, пусть он потушит потом этот пожар суйтоном. Половину огромной поляны охватило огненное безумие, как бы пафосно это не прозвучало. Чакры Учиха реально много вбухал. Ёпта, наше дерево в огне! Бежать, бежать отсюда, это мы не предвидели, и террариум с Йоши на всякий случай прихватить! Мы перескочили в разные позиции. Наруто просчитал всё за долю секунды и отменил клонов. Их воспоминания при возможном горении заживо он искренне не хотел заиметь. - Суйтон: Суиджинхеки! - прокричали снизу, возводя водяную стену и защищая вторую половину полигона. Не так вовремя, конечно, травку и парочку деревьев просто-напросто испепелило. Потом ещё одна техника затушила пожарище. Я перепрятала террариум и выскочила на поляну ой как вовремя. Хатаке чуть отвлёкся на создание водных техник. Проскочила, как Флэш, мимо него, тупо полоснув кунаем там, где были бубенцы и подсумок. Слава Ками, я не настолько криворукая, всего лишь чуть-чуть задела его штаны и сумку, но всё-таки срезала эти несчастные колокольчики. Резко обогнув Какаши-сенсея и завернув назад (на его огромное удивление), я помчалась восвояси. А глаз его как-то подозрительно "улыбнулся". Пуф!... "Сука! Убью козла!" - мысленно зарычала я, нервно тряхнув головой и осоловело вперившись глазами в свои руки, в коих оказалось два сенбона вместо серебряных бубенцов. Он использовал Хенге.. Найду - всажу эти сенбоны ему в задницу! Наруто и Саске раздосадованно хмыкнули, а в моей голове вновь пошло хихикнули. Мне такая Ями, конечно, нравится больше, но надо бы потом наведаться к ней в подсознание. Ну хоть пожар потушен, будем оптимистами. - Он недалеко от полигона. Бездействует, - неожиданно произнёс Наруто, потирая руки. А, значит не всех клонов убрал, молодца! - За ним! - рявкнула я, разве что руку вперёд не выставив, как Ленин. Мальчиков как ветром сдуло. Ухмыльнувшись, я выбежала за границы тренировочного поля. Судя по всему, они на соседнем дерутся - деревня не пострадает, так как есть специальные полигоны за пределами Конохи, в которые нас пропускают. Обогнув несколько десятков столетних деревьев и несколько невысоких сетчатых ловушек (я на такое не поведусь, но мне показался очень странным внезапно усилившийся ветер), я уставилась на одно из них как баран на новые ворота. - Ка-сан? То-сан? Что вы тут забыли? Мои мать и отец стояли передо мной, опустив головы. Капли слёз текли по подбородку, теряясь в воротниках их кимоно. Мать вздохнула, вскинув голову и глядя куда-то сквозь меня. На животе её медленно расцветала кровавым пятном рана. О Ками. У меня сбило дыхание, а на глазах стали слёзы. Отец хрипел, давясь слюной и заваливаясь на дерево, а из его живота медленно вываливались внутренности. Его зализанные тёмно-розовые волос растрепались, а чёлка висела грязными кровавыми сосульками. Я нерешительно подступила к ним, не зная, почему так закололо сердце. - ..Н-не подходи к.. нам.. - просипела женщина, дрожа и не в силах открыть глаза. Боль сломила её напополам. - Я знаю, кто т-ты.. Моя дочь мертва, да?.. - губы тронула грустная улыбка. - Ты не спас-сла её, девочка. Ты убила мою дочь... - Это ты во всём виновата, - хрипел отец, закатив глаза и кашляя кровавым сгустком. Я поражённо застыла. Они догадались, что я иномирянка? Нет, нет, нет, они не могли этого узнать. Тогда как? Что?... "Ты убила мою дочь?" Я поддалась Ями? Как? Когда?... Всхлипнув, я сморгнула слёзы, подошла к телам родителей и закрыла им глаза. Листья вокруг меня закружились в сильном вихре, и, обернувшись, я увидела Ями. Меня передёрнуло от её злой ухмылки. Она схватила меня за горло, приподняв над землёй. - Не-е-е-ет!... - захрипела я, падая на землю лицом вниз, хрипя и кашляя. Она отпустила меня столь же резко, как и схватила. Это иллюзия, но понимание этого не улучшало моё положение. Ями наступила на мою левую руку, ломая пальцы. Ксо. Чёртов Какаши... Надеюсь, он не видит свою иллюзию, иначе ко мне было бы пиздец как много вопросов. - Слишком много думаешь, Лобастая! - кричит Ями, пригвоздив мою ладонь кунаем к земле. Я закричала, сорвав голос, и зло толкнула её ногой. Она отступила на пару шагов. - Зря упираешься. Это тело будет моим. Мне.. надо это остановить. Нерабочей рукой. Блять. Дрожа, сцепляю правую руку в печать рассеивания, вливая чакру. Ками, выжила. Чёртова иллюзия, ненавижу гендзюцу. Моя психика скоро не выдержит, вот честно, и дела принимают совершенно неожиданный поворот. Судя по всему, эта техника показывает наружу наши страхи. Страх души этого тела - смерть родителей, и страх моей души - факт, что Ями захватит это тело. Мощно. Особенно сейчас, когда она внезапно прорвалась через ментальный блок. Ощущения после этой техники двоякие: страх к Ями усилился прямо пропорционально восхищению к Хатаке. Хочу научиться ей, срочно. Еле поднявшись, я побрела на большую полянку, на ходу вспоминая события канона... - ..А-ха-ха-ха-ха! Тебе так даже больше идёт, мать твою! Учиха, не делай такие глаза, а то я сейчас умру от смеха! - я пыталась сдерживаться, но это было выше моих сил. Саске скривился, стреляя в меня недовольным взглядом своих угольно-чёрных глаз. Странно, кстати, что я так хорошо читаю людей по глазам, особенно, когда не вижу зрачка. Я опустилась на колени рядом с брюнетом и спрятала в ладонях красное от хохота лицо. - Хватит уже, твою мать. Не ты ли минуту назад кричала, будто тебя без наркоза режут? - не выдержал он, слегка повысив голос и бешено мотая головой. Я резко замолчала, кусая губы. Главное, что ты только меня слышал, а не голоса иллюзий. - Помоги мне выбраться. - Не мотай головой, баран, шею расцарапаю! - пришлось в скором темпе откапывать его тело. Как Хатаке закопал его по шею? Точно техника дотона какая-то, надо бы и её выпросить. - Работай, работай, быстрее! - пыхтел Учиха, когда уже мог пошевелить плечами. Нашёл слугу тут, я себе ноготь сломала, земля-то отнюдь не мягенькая, дождя не было уже как три недели, а влажно только на тренировочном поле, от техник суйтона. Ну, зато только отряхнётся от пыли, стирать белые шмотки не придётся. - Как ты мог попасться? Где Наруто затерялся? - когда сломала себе третий ноготь, задумалась о командной работе. Одной очень тяжело. Маникюр придётся по-новой делать, смотреть на свои грязные пальцы не могу. - Какая разница? Этот урод разделил нас. Сенсей, блин, называется, - пробормотал Учиха, высвободив из земли правую руку и активно помогая мне. - Вот же Какаши, мстит нам поди! Мне за блондинчика уже страшно, - ну да, "Тысячелетие боли" его уже ждёт-не дождётся. - Б-блондинчика?.. - Саске даже залип. - А ты брюнетик, это же очевидно. Так я вас уже давно называю. Всё. Я окончательно разрушила хрупкую психику Учихи. - Эй-эй, алло, приём! Очнись, Саске, мы с Какаши-сенсеем справиться должны! - я хлопала его по щекам, тот даже не среагировал. Может, на солнце перегрелся? Мне страшно.

***

- ..Какаши-сенсей, вы открылись! - блондин уже пять минут пытался задеть пепельноволосого, ну, или хоть чуть-чуть его вымотать. Было очень странно, что ни Сакура-чан, ни Саске не оказалось рядом. Он, честно, испугался, когда услышал их крики, но его разбежавшиеся клоны угодили в ловушки (а некоторые даже в гендзюцу) и проще было их просто развеять. Нара справедливо решил, что они сильные и сами разберутся, в конце концов, именно он сейчас сражается с оригиналом. Хатаке, конечно, отнёсся к детям со снисходительностью, и лишь оборонялся, позволяя разойтись и показать себя, но проще им особенно не стало. Но, похоже, маленькая фуин-печать на волосах его взбодрила. Он стал рыжим. Сойдёт через три часа, но кто ему скажет-то? Наруто с лисьей ухмылкой на губах поклялся молчать и не выдавать эту тайну. Если они не попадут в его команду. - "Тысячелетие боли"! - произнёс Какаши, опасно блеснув черным глазом. Сложив руки в печать, он выждал подходящий момент, когда Наруто вымотается и раскроется для удара, и ткнул пальцами в.. одно место. Блондин выпучил глаза и через секунду полетел куда-то высоко в небо... Я с Учихой, только ступившие на привычное тренировочное поле, порядком подмоченное и подожженное, синхронно вздохнули и пожелали ему удачи, проводив взглядом. Джинчуурики упал в родник неподалёку вниз головой, а пятая точка его всплыла, как поплавок. Эм. Там же неглубоко вроде, по колено... - Нападём на него вместе, - вымолвил Учиха, переходя на бег. Мне оставалось лишь устремиться за ним, но, подумав, сжать кулаки и осмотреться. Так, террариум виден, Йоши цела, пусть и бегает по нему кругом. Испугалась, что ли? Увиденное, наверное, и пауку способно подорвать психику. Тем временем Саске напал на пепельноволосого сзади. Удар ноги в голову он парировал рукой, как и другую ногу. Брюнет выгнулся, как кошка, избежав захвата, приземлился на свои обе. Сжав руки в кулаки и злобно скрипнув зубами, он побежал на сенсея. Я осталась стоять неподалёку, сжимая в руке кунай и два тех самых сенбона. Если он и в этот раз сбежит, точно всажу их ему в задницу, клянусь. Пока Саске отвлекал его, то заметно растратил силы и потихоньку бесился. В мыслях он, наверное, запихнул эти бубенцы ему в глотку. Кожа на руках немного содрана, колени болят, но отобрать эти ненавистные колокольчики надо. Я выжидала нужный момент, стоя близ деревянных столбов с будильником. На часах.. без двадцати три? Серьёзно? Как так быстро прошло время?! К Учихе вскоре присоединился Наруто, очень угрюмый и подавленный, а глаза сверкают жаждой мщения. Да, кому-то сейчас будет плохо и явно не нам, а этому рыжику. Кстати, про то, что он учил фуиндзюцу, мы не знали. Азы нам закладывали в академии - как запечатывать неживые вещи и провизию в свитки, а на что-то большее ни у кого из учителей не хватало квалификации. Какаши живучий, как таракан. На нём ни царапины, а парни уже заметно истощились. Непорядок. А что, если?... - ..Использовать чакру для удара? - прошептала я, пряча кунай и сенбоны в кобуру. Если я попробую ударить Хатаке, то даже если он увернётся, парни воспользуются заминкой сенсея и отберут у него колокольчики. Правда, мне нужно больше опыта. Адреналина. Силы. Желания. Так. Направить чакру в ноги для ускорения, сосредоточить в кулаке всю мощь, в последний момент выплеснув импульсом чакру.. И ударить! - Шаннаро!!! *Хрясть* *Треск* *Бабах* - А?.. - Какаши комично выпучил единственный видный глаз, осмотрев поляну. Повезло ему, увернуться от удара в череп и отпрыгнуть на добрый десяток метров. Да я расколола землю диаметром в три метра и глубиной в два! Кулаком! Наруто едва не провалился вниз головой в землю, но убежал прытко. А Саске, как и ожидалось, быстро среагировал и подрезал кунаем бубенцы, но ногу ему чутка завалило землёй, поэтому он немного замешкался. Только потом до двоих пришло осознание того, что я сделала. - С-сакура-чан, ты просто монстр, даттебайо... - Хн. - Спасибо за комплимент, всегда мечтала услышать, лисёныш, - съязвила я, почёсывая окровавленный кулак. Кожа содралась чуть ли не до костей, мне срочно нужно купить перчатки. Сначала заработать на них, а потом уж купить. - Мои недавние тренировки принесли плоды, раньше кроме сильной вмятины, ломавшей дерево, ничего не получалось, где же похвала и уважение? "- М-ма, да она похожа на Цунаде-сама со своей силой. И это ей ещё тринадцать лет..." - ужаснулся в мыслях джонин. Вопреки всему, мысль, что его чуть не убили, принесла какое-то молчаливое удовлетворение. Они отнеслись к испытанию довольно серьёзно. - Ты действительно молодец, Сакура, - кивнул джонин. - У тебя отличный контроль чакры, и этот удар, - он кивнул на маленький кратер посреди поляны. - Прямое тому доказательство. - Спасибо, Какаши-сенсей, - вопреки всему, я не смогла не покраснеть, чем заработала недоуменный взгляд лисёныша. - Я хочу стать такой же сильной куноичи и ирьёнином, как Цунаде Сенджу! - Надеюсь, у тебя получится, - улыбнулся глазом Какаши-сенсей. - Задание вы выполнили. Кому отдадите бубенцы? - Ну, мы взяли их лишь для проформы, - Саске подкинул их в воздухе и ловко поймал. - И мы не будем ссориться из-за них. Уж лучше всем вернуться в академию. Саске всё сказал правильно. Мы, конечно, за время учёбы в академии не были не разлей вода (я общалась с Наруто, тренировалась с Саске, но они друг с другом особо не ладили, хотя, соперническая дружба со временем очень их сплотила, особенно - после гибели клана Учиха, когда младший Учиха нуждался в поддержке), но мы действительно хотели быть в одной команде, и провернули маленькую махинацию на экзамене. Это ведь не просто ради развлечений. - Молодцы, ребята, - улыбнулся Хатаке, - Командная работа - то, чего я от вас добивался. Раньше никто и не пытался действовать сообща, предпочитая ей одиночество и тупое послушание моим приказам. Вы же показали мне обратное. Те, кто бросают своих друзей при первой же проблеме - хуже отбросов. - Хорошо сказано, ттебайо. И да, рыжие волосы сойдут через три часа, это была простенькая фуиндзюцу печать. - М-ма... - Хатаке почесал затылок, видимо, слегка позабыв о временной смене имиджа. - ..Ладно. Что ж, теперь мы официально команда номер восемь. Встречаемся завтра у башни Хокаге в девять утра и возьмём первую миссию. Покончите с ней быстро - возьмём ещё. Идёт? - Ага. - Есть, даттебайо! - Хн.

***

Вокруг Хатаке невидимым густым облаком витало непонятное ощущение ностальгии. Ноги сами привели его к могиле Обито. В тихом одиночестве он любил изливать своему другу душу. Мысль о том, что он стал сенсеем, вводила в ступор, но он не мог дать слабину перед детьми. Сын Минато-сенсея, сын Фугаку-сана, девочка, до жути напоминающая принцессу Слизней... - Обито.. - выдохнул джонин, расслабленно приложив ладонь к нагретому солнцем мрамору. Надпись "Здесь покоится Учиха Обито" не стёрлась с годами. Принесённые джонином гвоздики слабо дрожали на ветру, источая слабый запах. - Наруто очень похож на тебя. Такой же крикливый, хех... Блондин был светлым и невинным ребёнком, которого ненавидела вся деревня. Для них он был "демонёнком", "не-человеком" и "проклятым". Для детей он был странным, шумным и тем, с кем родители говорили ни за что не общаться. С тех пор, как мальчика принял в семью Шикаку, ребёнок потихоньку вливался в общество детей. Какаши иногда сам следил за мальцом, отбивал его от жителей, но всегда оставался в тени. Никому не разрешалось его усыновлять и Хатаке и знать не хочет, каких усилий это стоило главе клана Нара. Его досье - абсолютная копия Обито. Это кололо сердце, но Хатаке не мог не улыбаться. Это дитя - его олицетворение, драгоценная память о сенсее и лучшем друге. - ..Саске напоминает меня в детстве. Отстранённый, замкнутый и тихий мальчик. Саске таким и являлся, и всему виной было сопутствующее ему одиночество. Но у него были друзья, не позволявшие ему запереться в себе, у него был кузен и поддержка. Наверное, будь и у Какаши семья, он был бы другим. По крайней мере, он не ходил бы к покойному другу на могилу изливать душу, потому что живой человек смог хотя бы ответить ему. Гай не умел слушать, Генма постоянно был в работе, Хаяте всё время проводил с Югао, а Асума.. а его он просто давно не видел - тот служил охраной самого Даймё, и вообще удивительно, что решил взять на себя команду генинов. Генины эти были друзьями его, Какаши, команды. Несложно заметить, что между детьми, Наруто и Саске, открытое соперничество, тонко переплетённое узами дружбы. Какаши не знает, готовы ли они пожертвовать жизнями друг за друга, иначе вообще счёл бы их копиями. - ..Сакура очень похожа на Рин. Добрая, серьёзная, пусть и очень вспыльчивая девочка со взрослым взглядом и красными от смущения щеками. Какаши видел, как она помогала Саске, как Наруто цеплялся за её помощь и смотрел, восхищаясь чисто по-детски. Как живое воплощение членов команды Минато. Какаши себя странным не считал, но эти миражи, настойчиво лезущие в глаза, заставляли усомниться в чистоте рассудка. Он изначально не хотел брать команду. Он никогда не хотел брать на себя такую большую ответственность за детские жизни. Он видел, как Минато-сенсей молча страдал, глядя на имя своего павшего на войне ученика, как Кушина-сан рыдала на груди у супруга, жалея своего любимчика, Обито-куна, которого не пощадила война. Она не обвиняла Минато ни в чём, но тот сам понимал, что во всём доля его вины. Не углядел. Не смог. Не справился. Мемориал памяти впитывал слёзы и боль всех тех, кто подходил к нему и скорбел по погибшим героям. Вскоре там появилось имя Рин. Обито был доблестным и готовым к самопожертвованию ради благополучия друзей, но сейчас Какаши стоит у его могилы, зная, что она пуста и ни грамма его души там не похоронено. Просто гроб, в котором лежат его очки, и память. Какаши страдал не меньше сенсея, ведь, в конце концов, к своим друзьям он был привязан, и после смерти отца терять ещё кого-то было просто ужасно. Если с этими детьми - памятью о друзьях, живой, осязаемой иллюзией - что-то произойдёт.. Какаши и думать не хочет, что будет с ним. "- Это слишком большая ответственность, Хокаге-сама, я не могу... - Пора взрослеть, Какаши." Хирузен-сан его не понимал, отчасти из-за того, что ему было плевать - команде восемь нужен был сенсей, а джинчуурики девятихвостого присмотр. Сарутоби доверял Какаши, но счастья от этого новоявленный сенсей не испытал - он держал в руках досье детей, с фотографиями, на которых глаза невинные-невинные, и всё больше понимал, что они очень похожи.