Outside reality.

- Нина, ты в институт собираешься? - МАМА НЕ ВХОДИ, У МЕНЯ БАРДАК! - Что еще за бардак? - ТВОРЧЕСКИЙ БАРДАК! - Что значит, творческий бардак? Нина, что происходит? - Да ничего! Просто я с ума схожу! - Нина, заканчивай сходить с ума и собирайся на зачет. После сказанного, послышались удаляющиеся шаги, которые давали понять, что мама уже далеко от моей комнаты. Это радовало, но данной проблемы не решало. Нужно было куда-нибудь спрятать Микаге с глаз долой! Только вот куда? Поразмыслив своим серым веществом, мне в голову пришла только одна мысль – шкаф! Выпихнув из шкафа все, что только можно и не можно, я пошла будить это сонное создание. - Микаге. - . . . - Микаге, вставай! - . . . - Вставай, кому говорю! - . . . - ПОДЪЕМ! - Ммм . . . Ну зачем так орать? – сонно и обиженно пробурчал Селестин. Он совсем ахренел что ли!? - Я сказала, вставай и быстро в шкаф! – и скинула блондина вместе с одеялом на пол. Ну ничего, ты мне потом это одеяло стирать будешь. От неприятной встречи с полом, Микаге зашипел от боли, но вставать не спешил. Кажется, он даже не понимает, что происходит. Эх, а я хотела по-хорошему. Так, где там мое зеркало… Найдя искомый предмет пытки, я подошла к Микаге и чуть-чуть похлопала его по щекам. - Ммм… - Давай-давай, просыпайся. Поерзав еще немного под тепленьким одеялом, Селестин нехотя, но приподнялся. - А теперь полюбуйся на себя! – и выставляю зеркало прямо у него перед носом. Микаге, хлопая своими заспанными янтарными глазами, смотрел в зеркало и не понимал в чем прикол. Потом, потерев свои глазенки, он снова посмотрел на свое отражение, после чего у него аномально расширились глаза. Ну, наконец-то до него дошло! - Я. . . я что, человек? Господи, кто-нибудь, дайте мне застрелиться! НУ, ЗА ЧТО МНЕ ВСЕ ЭТО?! - Нет, блять, дикобраз! - Я вообще-то драконом…был. - Я очень рада. А теперь, будь добр, подними свою тушу и вали в шкаф! - В шкаф? Зачем? - Потому что так будет лучше для тебя и для моей мамы. - Для твоей мамы? - Да, для моей мамы. Она у меня очень нервный человек, поверь мне. - А…а где Тэйто? - Где-то в караганде. - А с ним все хорошо? - Да. - А он хорошо питается? - Да. - А он придет сегодня? - Не знаю. - А у тебя есть его номер телефона? - Блин, Микаге! - Нина, что за шум у тебя в комнате? – опять, ни с того ни с сего послышался мамин голос. - Да это соседи на втором этаже шумят. – ой, врагов себе наживу… - Соседи? - Да, мам, соседи! - Хм…странные люди, честное слово. – сказав это, мама снова ушла. - Зачем же так на людей гнать? – ненавязчиво спросил Микаге. - Микаге, у тебя какие-то проблемы? - Нет. - Вот и славно. А теперь сгинь в шкаф. - Э…Нина. - Да что опять? - Можешь мне воды принести, а то в горле пересохло. - А тебе яблок и бананов было мало? - Нуу, мне то хватило, просто кошачий корм тяжело переварить. Я же не думал, что Тэйто пойдет на такую крайность, чтобы я не помер с голоду. - Ладно, только сиди тихо, понял? - Оки! А на кухне меня поджидал еще один сюрприз. Мой папа очень вовремя заметил пропажу своего ДРАГОЦЕННОГО коньяка и устроил моей маме грандиозный скандал по этому поводу. - Дорогая, куда ты дела мой коньяк? - Я его никуда не девала! - А куда же он тогда испарился?! Ни черта нельзя найти в собственном доме! - Та ты же сейчас весь район перебудишь своим криком! - Да плевать я на это хотел! Пусть просыпаются, давно пора! Нее, это не дом… - Дорогой… - Это дурдом какой-то! Ну Фрау…ну дебил!!! - Доброе утро, пап. - Утро…доброе. – пробурчал мой папа. - И тебе утра доброго, Нина. – сказала мама. – Ты что-то хотела? - Да я, это, водички хотела. – хотя, мне уже ничего не хочется. Тем более, когда папа…в таком…благоухающем виде. Вот сейчас самое главное, чтобы мой любимый папочка не выкинул очередной номер… - Нина! Ведь говорили же недаром, что КАЖДАЯ наша мысль в мире МАТЕРИАЛЬНА. Чем я тогда слушала?! - Да, папа. - Ты брала мой коньяк? - Нет, не брала. – хорошо, что он в милицию не пошел работать 20 лет назад. - Дыхни. - Что?! – да за кого он меня принимает?! - Дорогой! - Дорогая, не вмешивайся! - Да как ты смеешь… Как видите, мое утро удалось, на славу. Папа постарался, молодец! Вернувшись к себе в комнату, я всучила блондину кружку с водой и провела инструктаж о том, что ему нужно и не нужно делать, дабы не столкнуться с моим семейным Цербером (то есть с папой). После всего, я потопала в институт, но там мне тоже покоя не дали. От меня ВЕЧНО кому-то что-то было надо, кого-то что-то не устраивало! Так что мне, как зам-старосте, стоило огромных усилий, чтобы не послать всех в преисподнюю. Но на этом мой личный дурдом не закончился, а только продолжался. Под конец всех пар мне позвонила староста с заочного отделения и сообщает мне, что если я не соизволю явиться в корпус художественной графики, то головная боль и апокалипсис мне ЛИЧНО обеспечен на весь день. В общем, ничего хорошего, только очередной дебильный день мне на полочку в коллекцию. Стоило мне припереться на этот курс художников, как на нас тут же полетели горы возмущений. А чего, собственно говоря, мне тут ожидать?! Пора бы уже привыкнуть, что тут амбиции у всех на высоком уровне. Да и вообще художники, хоть народ и простой, но немного странный, а порой даже и сумасшедший. Просто НОРМАЛЬНЫХ художников в природе нет! Нет, это не какой-то там закон подлости. Это всего лишь творческие люди с больным воображением. После всех наших дискуссий, мы сумели вырваться на перерыв, чтобы посидеть на нашей любимой лавочке и обсуждать всякую хрень. - Знаете, я тут слышала, что сегодня вечером будут фонарики пускать на Тещином мосту. – сказала Лариса, она же наша староста. - Ой, класс, я бы с удовольствием пошла! – завопила Аня. - Тань, а ты пойдешь? - Да не хочу я туда идти. А то там опять кто-нибудь с моста прыгнет. - А что, нашлись жертвы? – что-то я от жизни отстала. - Да, были. Как раз две недели назад новый труп нашли. – пояснила староста. - Та ну нафиг, ребята, что это за смерть?! – начала Кербицкая. – Я считаю, что если умирать, то нужно умирать красиво, живописно! Чтобы можно было рисовать это с натуры! А так только кишки и мокрое место. Это же совсем не эстетично. - А я слышала, что здесь мальчик со стационара повесился в прошлом году. - А мне вообще говорили, что здесь половина студентов не той ориентации и большинство из них мальчики. Блин, я же вроде как нормальный человек с нормальной ориентацией и в довершении всего будущий филолог и слушаю весь этот БРЕД с абсолютным спокойствием, хотя сама и являюсь представителем их творческой пароды. БАБАХ! БАБАХ! БАБАХ! - Боже мой, что это? – спросила Нижегородова. - Может быть, кто-то затеял весеннюю уборку. - Господи, да что тут можно убирать?! Итак уже все нахер разваливается, скоро только одни руины останутся. БАБАХ! БАБАХ! БАБАХ! - А может у кого-то истерика? - Ага, весенний психоз. – а как еще можно назвать такое поведение?! - Ну, это же художники, тут все всегда ненормальные. ТРЕСК! ТРЕСК! БАБАХ! Где-то из нашего корпуса: - КАКАЯ, БЛЯТЬ, ПАДЛА РАЗБИЛА МОЙ ВИТРАЖ?! И ГДЕ МОЯ ПАЛИТРА?! Н-да, вот вам и обыкновенная жизнь простого художника. - АААААА! НАША ДРАПИРОВКА ШЕВЕЛИТСЯ!!! ОНА ОЖИЛААА!! - Да какая это к черту драпировка, это приведение!!! Все эти крики сумасшедших людей дошли до наших ушей. Так как я человек не курящий, мне было огромным удовольствием наблюдать за следующими действиями своих сокурсников: все те, кто курили сигареты, которые якобы утоляли их стресс, выкинули свою травку в разные стороны, дабы избежать этот приступ СУМАСБРОДСТВА. Но в любом случае, ожившая драпировка – это уже диагноз! - ДА ХВАТИТ МЕНЯ ЛАПАТЬ, ЧЕРТ ВАС ПОДЕРИ! Голосочек был мне знакомый, но я засомневалась, что этот вариант допустим здесь сейчас. Однако, после фразы «Да пошли вы все на*****» дало мне четко понять, что это был Тэйто и сомнений в этом быть не может, потому что только он может ТАК орать. И вот теперь у меня возникает вопрос: КАК ОН ВООБЩЕ ТУТ ОКАЗАЛСЯ?! - Нина, а ты куда собралась уходить? - Да есть одно дельце и очень срочное. - Ну, ладно. Ты только поаккуратней, а то там, у народа, походу белая горячка начинается. - Обязательно. Ну, Тэйто, ты у меня одной белой горячкой не отделаешься, я тебе это обещаю… Спустя полчаса: - Тэйто, вот скажи мне, у тебя совесть есть? - . . . - Молчишь? Правильно делаешь, потому что ее у тебя нету! - А… - Молчи! Ладно бы я получила от отца, пережила бы как-нибудь. Но то, что я НИ ЗА ЧТО получила от самого ДЕКАНА… - Я… - Молчи! У…у тебя, вообще, автостоп работает!? Ну, вот почему тебе нужно где-то, но колдануть?! Тэйто молчал до определенного момента, а потом просто прижался ко мне, содрогаясь в слезах. Вот что-что, а этого я не ожидала. - Эй…д-да ладно тебе, хрен с этой сломанной дверью. - Да при чем тут эта гребанная дверь! Что теперь с тобой будет? Вечно у тебя из-за меня одни неприятности… - Так, все, быстро успокоился. И выброси из своей головы всякую дрянь. А со мной теперь ничего хорошего не будет и это, пока только сегодня. За завтра я вообще уже молчу. - Девушка, зайдите сейчас в деканат, пожалуйста. В деканате: - Э…это что, номер телефона? - Нет, девушка, это сумма за сломанную дверь и за драпировку. Я культурная, я культурная, я культурная, я же филолог ВАШУ МАТЬ… Похоже, меня еще сегодня ждет продолжение утренней оперы моего папочки.