Как ты мог?

-Как ты мог! – трясла я его за плечи. – Как ты мог так поступить!? Он же… он же… - задохнулась я. И закончила в мыслях: «… твой друг». Ноги перестали держать и я сползла на пол. Когда первый шок прошел, я с ужасом поняла, что в этой ситуации меня пугал не сам случай, а чувства этого человека. Не то, как это совершалось, а то, как он после всего этого себя чувствовал. С бессильной злостью поняла, что хотела его поддержать и помочь, а не осудить. Я подняла глаза и растерялась. Его глаза смотрели на меня не отрываясь. В этот раз я не почувствовала в нём безразличия и с надеждой потянулась к нему. Это движенье не осталось незамеченным и я с разочарованием почувствовала прежний холод его взгляда. Поднимаясь с пола, я шептала что-то неразборчивое, но вдруг резко развернулась и пошла в противоположную сторону. Это он был виновен в смерти своего друга. Все правильно, этот человек… Следующая встреча последовала довольно скоро. Вечером я встретила его недалеко от моего дома. Он сидел и смотрел на землю. Вокруг было тихо, но он, казалось, и так ничего не замечал. - Отсюда открывается чудесный вид, правда? – подсев рядом сказала я. - Избитая фра… - остаток фразы он проглотил, обернувшись. Я сидела в такой же позе и смотрела на землю под ногами. А над нами миллионами звезд сияло прекрасное небо. Потом мы какое-то время сидели молча. Почему-то мне казалось, что он глубоко о чем-то сожалеет и переживает. Я могла только догадываться о чём. И всё же, зная его уже несколько лет, я не могла относиться к нему как к убийце. И пусть большинство людей вокруг теперь избегают его, я только переживала. Потерять друга сложно, а не сложней ли для души компании вдруг стать изгоем? Сколько раз я чувствовала его безразличный взгляд, медленно скользивший сквозь меня? Как часто ловила его дружелюбные и веселые фразы, сказанные не мне? Замечала, каким замечательным он может быть для кого-то? Сейчас мы здесь были только вдвоём и все, что он скажет или сделает будет адресовано мне. Но он ничего не говорил. И всё же это тяжело. Того, что произошло сегодня, я от себя не ожидала. Я с ним до этого вообще почти не разговаривала: достаточно просто почувствовать его безразличный взгляд, чтобы отпало все желание раскрывать рот. А я слишком часто его чувствовала, чтобы больше не желать. Однако, сегодня во время разговора его взгляд был другой… Не такой холодный. Я вскинула голову и посмотрела на него. Нет, показалось. Всматриваюсь в его лицо в попытке увидеть, что ему не все равно. Где он, с кем он… И тут он поднимает голову… О, эта буря в обычных человеческих глазах! Казалось, сейчас его глаза вмещают то, что ни одна живая душа не в силах вынести. В этот самый момент мне захотелось помочь ему, разделить с ним эти невыносимо тяжёлые чувства. Не знаю, отразилось ли это желание в моих глазах, но он потянулся ко мне в попытке поделиться чувствами, которые переполняли его. В молчаливой попытке предложить мне ту ношу, которую я так желаю взять. Но, на моём месте может быть кто угодно. Любой человек, которому посчастливилось бы сегодня выйти на прогулку. Его глаза сияют благодарностью, а в моих отражается боль. Нас разделяли сантиметры и, кажется, он почувствовал мою боль сильнее, чем могло бы быть. Он дрогнул и отклонился, прикрыв глаза. Возможно, его переживания – это не то, чем можно было бы поделиться и моего желания помочь тут недостаточно. Я встала, собираясь уйти. - Только не снова, - произнёс он шепотом. Почему-то эти слова, сказанные тихим голосом выбили почву из-под ног и я безвольно рухнула на место. Это были первые слова, которые он сказал лично мне. Мои губы слегка растянулись в улыбке. Кажется, он смотрел на меня, хотя я не могла поднять головы и посмотреть так ли это. Мои руки лежали на земле, но неожиданно я почувствовала тепло кончиками пальцев. Его рука лежала так близко к моей и кончики наших пальцев едва соприкасались. Я боялась даже дышать, иначе сон закончится: он отдернет руку и, подняв голову, я столкнусь с его привычно ничего не выражающим взглядом. Шли минуты, но ничего не происходило. Казалось, он тоже задержал дыхание, боясь спугнуть прекрасное видение. Решив первой прервать затянувшийся прекрасный сон, я подняла глаза. Его глаза, казалось, были теплее и мне от чего-то захотелось заплакать. Вскочив на ноги, я помчалась домой. И там, прижавшись спиной к двери, поняла, что он, всё-таки, поделился со мной своими чувствами, но это была совсем не боль от потери друга.