Don't leave me alone

– Это что, шутка такая? – притворно смеюсь я, хотя в душе что-то обрывается. – Похоже, что я шучу? – отвечает он вопросом на вопрос, и я не знаю что ему сказать. – Надолго? – Достаточно, – он отводит взгляд в сторону, лишь бы не смотреть на меня. Мне казалось, что я выучила его наизусть: повадки, характер, мысли. Я думала, что знаю, о чём он думает, хочет сказать, но сейчас... Сейчас я просто не понимаю, что творится в его голове. – Скажи мне, насколько, Стив. Я должна знать. Наконец, он поворачивает голову в мою сторону, и я ловлю его взгляд. Он не выражает ничего. – Навсегда, Хел. И в этот самый момент меня, как будто парализовало. Серьёзно? Он решил бросить меня? – Я не понимаю, – я тщательнее всматриваюсь в его глаза, пытаясь найти ответы, но он совершенно пуст, – Почему? Почему ты бросаешь меня? – Это, правда, очень сложно, но ты должна это понять, – сглатывает он, – Я не хочу заводить семью, детей; не хочу любить; не хочу заводить друзей. Хочу, чтобы я, как ветерок, прошёл сквозь их жизни, не причинив вреда, чтобы потом, когда меня не станет, они не говорили, что я был смыслом их жизни. Не хочу лучшего друга; не хочу привязываться к кому-то. А зачем? Чтобы потом, как все эти люди быть брошенным, расстроенным и подавленным? В мире и так столько людей, которые повелись на все эти сказки о любви и дружбе, так не наступлю же я на их грабли? Я хочу просто быть счастливым, смотреть на мир сквозь розовые очки, делать то, что хочется и когда хочется, – Стив говорил без остановки, как будто заучил эту речь, – Я просто хочу жить ради себя, ради своей жизни, ради своего счастья, а не для того, что бы испытывать все гадости и подлости этого мира. Господи, что он несёт? Неужели он и вправду решил вот так просто со мной порвать? Как будто я была никем, как будто мы были никем. Он говорит, что не хочет никому причинить вреда и быть кого-то смыслом жизни, но он противоречит сам себе, потому что он и есть мой смысл жизни, а сейчас он причиняет мне вред. – А ты никогда не думал о том, как много для меня значишь? Я вот никогда не предполагала, что влюблюсь так сильно. Но знаешь, что? Я влюбилась и это правда, и это помогает мне держаться, потому что мне будет очень трудно отпустить тебя, – я придвигаюсь ближе и кладу руки ему на плечи, – Может, я просто не была достаточно хороша для тебя? На самом деле, это могло быть иллюзией, и мне следовало обо всём забыть. Но, возможно, всего лишь возможно, мы можем попробовать снова и, возможно, обретём то счастье, которое мы притворялись у нас было. Он скидывает мои руки со своих плеч, отходит и повышает голос: – Боже, я думал, ты достаточно сообразительная! Я расстаюсь с тобой, понимаешь? Расстаюсь! – он перестаёт жестикулировать и начинает ждать моей реакции. На самом деле, я думала, что мы будем встречаться достаточное количество времени, а я просто была для него… подружкой на лето? О да, Хел, да тебя здорово обманули! Какая ирония: ты думала, что вы проживёте с ним долгую и счастливую жизнь, а ты для него оказалась просто никем, пустым местом. Правду говорят, что в этом мире мы не выбираем, будет нам больно или нет, но мы можем выбрать, кто причинит нам эту боль. – Почему мы не можем с тобой просто общаться? Чёрт возьми, я не заставляю тебя встречаться со мной, жениться и прожить до старости. Просто общение. Дружить, в конце концов. Ты не даёшь мне шанса просто на общение. Я хочу, чтобы ты просто был рядом, пойми же ты наконец! Но ты, как я вижу, не хочешь этого, и это самое обидное в данной ситуации. – Ты права, – спустя некоторое время ответил он, и у меня в душе загорелась искорка надежды, но потухла она так же быстро, – Я не хочу с тобой общаться. Мне надоел этот грёбанный город! Я хочу уехать подальше и зажить по-новому. И этот момент, когда ты глубоко вдыхаешь и выдыхаешь прежде, чем сказать что-либо, потому что ты знаешь, что ещё немного, – и ты заплачешь. – Я понимаю, ты будешь в порядке. Но что насчёт меня? – Не разыгрывай драму, Хелен, – что, Хелен? Он назвал меня Хелен? – Ты сама прекрасно понимаешь, что эти отношения фактически ничего не значили ни для тебя, ни для меня. Я знаю, о чём ты сейчас думаешь, мол, я казался тебе таким прекрасным, а сейчас веду себя, как последнее дерьмо. Но нет, ты не права. Я всегда был таким, одной тебе казалось, что я идеальный. Идеальный? Смешно! Стив, мне кажется, ты завышаешь себе самооценку. Но, на самом деле, мне так больно от сказанных слов, но я не посмею перед ним заплакать. Не посмею! – А теперь, послушай меня, Уотерс, – я подхожу и начинаю тыкать пальцем ему в грудь, – Я надеюсь, что в один прекрасный день ты осознаешь, что я была любовью всей твоей жизни, и я надеюсь, что это, чёрт возьми, разобьёт твоё сердце, когда ты поймёшь, что разрушил меня. Я разворачиваюсь и ухожу. Без лишних слов. Я не дам ему себя разрушить! Не дам! Что я говорю? Он уже разрушил меня… Я вхожу в дом, сильно хлопнув дверью. Смех, доносящийся с кухни, резко обрывается, и в гостиную входят Алия с Лили. – Ты в порядке, Хел? – спрашивает Ал, но в ответ я молчу и иду в свою комнату. Нет, я не чувствую какой-то злости или грусти, во мне пустота. Вы когда-нибудь чувствовали себя так, будто больше не понимаете, что происходит? Будто вам плевать на всё. У вас пропало последнее желание делать что-либо. Вы запутались в своих чувствах, и не можете их объяснить даже самому себе. У вас появилось гнетущее чувство пустоты, чувство, что никто не будет здесь для вас. Чувство, словно никто больше не понимает вас. И, кажется, что не осталось больше ничего, чтобы двигаться вперёд. Именно это я сейчас и чувствовала. – Хел! Что случилось?! – доносятся до меня крики Лили с первого этажа, но в ответ я опять молчу. Захлопываю за собой дверь в свою комнату, а затем падаю на кровать, уткнувшись в подушку. Через мгновенье слышу шаги, и дверь распахивается. – Боже! – встревожено говорит Алия, и я слышу, как они подбегают к моей кровати, – Милая, скажи, что стряслось? Я отрываю голову от подушки и смотрю на Алию с Лили. – Вот что случается, – наконец, говорю я, – ты доверяешь людям, а они уничтожают тебя. Весь оставшейся день девочки пытались меня поддержать и утешить, но знаете, вот вы, вроде, смеётесь со смешной шутки или рассказа, а потом отчаяние снова вас заглатывает. Поняв, что мне нужно время для размышлений, девочки уходят. Я до сих пор не могу поверить в то, что Стив так поступил. Вот он бросил меня, но… зачем тогда нужно было строить из себя влюблённого парня? Ведь я верила ему. И всё-таки это глупо. Глупо было доверять ему. Мне не надо было разговаривать тогда с ним на пляже, а потом идти гулять. Возможно, если бы я тогда не поцеловала его, всё могло бы быть гораздо иначе. И с чем я в итоге остаюсь? С разбитым сердцем. Глупо было начинать встречаться так рано, ведь я его и неделю не знала. Но я видела в нём родную душу. Человека, который сможет меня поддержать, рассмешить. Я не люблю, на самом деле, такие отношения, в которых замешано слишком много романтики. Знаете, типа, когда вы друг друга называете зайками, рыбками или котиками, согласитесь? Но со Стивом у нас были не такие отношения. Мы встречались, но вели себя, как близкие друзья, просто мы могли иногда целоваться и тому подобное, что присуще парочкам. И почему он бросил меня так грубо? Мне не понравилось его объяснение, что он хочет пройти, как он там говорил: «Как ветерок сквозь жизни людей»? Ведь так не бывает. Обязательно найдётся такой человек, который найдёт в нём прекрасного собеседника, друга или партнёра. И вот куда он сейчас поедет? Интересно, его даже не гложет совесть, что он вот так вот просто бросил меня? Сказал, что это фактически ничего не значило ни для кого из нас. Но это, опять же-таки, полный бред и абсурд! Я любила его, да чёрт возьми, я и сейчас люблю его! Я просто не могу смириться с этим грёбанным расставанием. Вспоминаю нашу поездку на озеро. До сих пор не могу понять, что его тогда обидело или рассердило? Почему он так отреагировал, когда я призналась ему в любви? Он даже съехал с дороги, и мы чуть не разбились, о чём остальные до сих пор не знают. Знаете, как я волновалась за него? Я думала, что он ударился, разбился, да что угодно! Но он был цел и невредим, чему я была несказанно рада. А что, если его предыдущие отношения закончились так же? Он сказал, что его предыдущие отношения закончились не лучшим образом... А что, если он решил поэкспериментировать со мной, как и с ней? Может, поэтому я никогда не слышала о его бывшей девушке. Я закрываю глаза и пытаюсь уснуть, но воспоминания вновь овладевают мной, и тогда слёзы непроизвольно катятся по моим щекам, и я не могу их больше контролировать. И тогда всё, что вы можете сделать, это плакать в кровати и надеяться, что заснёте раньше, чем сойдёте с ума. Хуже всего просыпаться утром точно таким же грустным, каким ты был прошлой ночью. Мне, правда, казалось, что я не сильно привязываюсь к людям; что мне хватит одной ночи, чтобы чувства ослабли, но ничего не произошло. У меня до сих пор болит сердце, но это не физическая боль, а душевная. Стук в дверь, и я начинаю тереть щёки, чтобы не было похоже, что я плакала. Дверь распахивается, и входит Ал. Это странно, потому что с Лили мы всегда были намного ближе, да и из Алии психолог никакой. – Привет, – тихо говорит она, стоя у двери, будто боится подойти ко мне, – Ты как? Кажется, я слышала, как ты плакала. – Тебе показалось, – быстро говорю я и отворачиваюсь к окну. Она недоверчиво смотрит на меня и подходит ближе. – Хел, всё будет хорошо, я обещаю, – она садится на кровать и берёт меня за руку, – Я знаю, какая ты, должно быть, грустная после расставания, но я всегда здесь для тебя. Мне очень приятно, правда. Когда тебя не бросают, как дворового щенка, что и сделал Стив, а любят и поддерживают. Это заслуживает уважения. – Больше всего боли приносит не расставание, а последующая за ним травма, которая сопровождает тебя. Просыпаться и проверять свой телефон на наличие сообщений, которых нет. Знаешь, это как начинать свою жизнь заново, но ты понятия не имеешь, как её начать. Через несколько часов ко мне вбегает в комнату Лили с платьями. Что это всё значит? – Мы идём в клуб! – отвечает она на мой мысленный вопрос. – Ты разве не видишь, в каком я состоянии? – я накрываюсь с головой в одеяло. У меня, правда, сейчас нет никакого настроения, тем более для похода в клуб. – Тебе надо развеяться, Хел! – она стягивает с меня одеяло. Кажется, у меня дежавю, – Ты не сможешь начать жизнь по-новому, если будешь продолжать жить прошлым. Я смотрю на неё, и у меня начинают слезиться глаза. Она надавила на самое больное. Поняв, что она накосячила, Лили начинает мигом извиняться: – Прости, Хел. Я такая идиотка, – она ложится рядом со мной и обнимает, – Понимаешь, ведь не всему суждено стать прекрасным и длительным. Иногда люди приходят в твою жизнь, чтобы показать, что правильно, а что нет; чтобы показать, кем ты можешь быть; чтобы научиться любить себя, заставить почувствовать себя лучше на какое-то время или просто быть кем-то, с кем можно прогуляться посреди ночи и разлить свою жизнь. Милая, не каждый останется навсегда, и мы по-прежнему должны двигаться вперёд и благодарить этих людей за то, что они дали нам, – я смотрю на неё осуждающе. Ведь Стив… он не показал мне, что правильно, а что нет; благодаря ему я так и не полюбила себя. Он ничего не дал мне, кроме боли, – Но да, Стив и вправду скотина. Что вы думаете произошло потом? Конечно, я пошла в клуб. Ну да, вместо того, чтобы погрустить, я иду в клуб. Складывается такое ощущение, будто я люблю грустить. Заходим в здание, и нас оглушает музыка. – Хочешь выпить? – спрашивает Лили, и я киваю, – Сейчас вернусь.       Они с Ал уходят, а я стою одна посреди танцпола. Там люди, здесь люди – кругом люди. Я не социофобка, но они, как будто давят на меня. Я не хочу веселиться, я хочу забиться в угол и плакать, плакать, плакать. Один из самых худших моментов в жизни – это, наверное, когда вы в комнате, полной людей, и вы смотрите вокруг и видите, что они все разговаривают и смеются, и внезапно вам становится так грустно и одиноко, что вы можете даже почувствовать физическую боль в груди оттого, что все эти люди принадлежат кому-то, и кто-то принадлежит им, а вы нет. Вы просто там. Вы стоите посреди этой толпы и не знаете, куда деться. Нет, мне здесь однозначно не место. Иду к барной стойке и замечаю, что около Ал с Лили стоят Джеффри с Тео. Вот чёрт. Подхожу к Лили и шепчу ей на ухо, что мне нужно уйти. – Ну, ты чего? Веселье только начинается! – Прости, но я не могу. – Опа, Хел, рад тебя видеть, – говорит Тео и подходит ко мне, – Ты не видела Стива? И да, что у вас произошло? Не хочу ничего про него слышать. Почему его лучшие друзья не знают о том, где он? Что вообще происходит с этим парнем?! Я отталкиваю Тео и бегу прочь. Эти мысли… Они просто съедают меня изнутри. Прошёл всего чёртов день, а такое чувство, будто вечность. Правильно Лили сказала: мне стоит постараться забыть прошлое и жить настоящим. Но Стив и есть моё настоящее, и я не хочу, чтобы он становился прошлым. Выбегаю на улицу и сажусь на бордюр. Свежий воздух и… запах сигарет? Смотрю вбок и замечаю рядом с собой парня. Он подсаживается рядом. – Плохой день? – Плохая жизнь, – поправляю я его, усмехаясь, хотя самой вообще не до смеха. – Понимаю, понимаю, – он тушит сигарету, заметив, что я начинаю кашлять, – Не поделишься? – Однажды я уже рассказала свои чувства одному человеку, но он просто воспользовался моим доверием, – я пожимаю плечами и смотрю на свои ноги. Похоже, что я сбежала с какой-то крутой тусовки: красивое платье, пропитанной запахом алкоголя и сигарет, и заплаканное лицо. – Как тебя зовут? – спрашивает он, и в его голосе нет какой-то издёвки, сарказма или высокомерия, это чистое любопытство и дружелюбие. – Хелен, а тебя? – Остин, – отвечает он, – Слушай, Хелен, я знаю, это сложно, но тебе необходимо контролировать свои мысли и не позволять твоему бейспокойству и сожалению уничтожать тебя. Что? Это, конечно, хороший совет, но кто он такой, чтобы мне их давать? – Прости, Остин, за грубость, но с чего я должна принимать твои советы? – я знаю, что это очень грубо, но это моя защитная реакция. Из-за этого Стива, который воспользовался мной, как куклой, я вряд ли теперь смогу доверять людям, – Я тебя знаю от силы пять минут, на вид ты достаточно молодой, поэтому не думаю, что у тебя такой уж огромный опыт в отношениях. – Потому что я знаю, какого это – терять себя. Часами лежать в кровати и просто плакать. Ты не можешь думать или делать что-то, ты просто чувствуешь слёзы на своих щеках и боль в животе, – вздыхает он. И сейчас я понимаю, что я полная эгоистка, раз нагрубила ему. Нельзя судить или оскорблять человека, не знаю его и его истории. Мне сейчас так стыдно, – Я знаю, какого это, когда все спят, а тебе приходится задерживать своё дыхание и зарывать своё лицо в подушку так, чтобы никто не услышал. Ты трясёшься, и ты просто хочешь кричать, – он встаёт на дорогу и начинает смотреть мне в глаза, – Я знаю, какого это – чувствовать одиночество в комнате переполненной людьми. Сдерживать слёзы в себе и подделывать улыбку, и позволять им знать, что ты сильный. Хелен, никогда не позволяй им увидеть тебя слабой. Не вздумай плакать, потому что ты недостаточно хороша; потому что ты постоянно лажаешь, или потому что люди осуждают тебя. Я знаю, что ты думаешь, что уже не будет так, как прежде, но прежде и не надо, потому что будет во много раз лучше. Нужно только ждать, – он начинает отдаляться от меня, и я вскакиваю. Куда он?! Парень, незнакомец – как его назвать? Он дал совет, который не могут дать и профессиональные психологи, не говоря уже и об обычном парне. Кто он такой? Что он тут делал? И почему поддержал, совсем не зная меня? Он оборачивается и кричит мне издали: – Хелен, какая разница, какой твой возраст? Главное – опыт, полученный на протяжении этих лет. И сейчас мне, правда, не хочется плакать. Я потрясена и пропитана его речью. Но эта не та речь, которую Стив мне выдал тогда в кафе, эта речь во много раз круче. Я в замешательстве. Мне хочется догнать его, снова поговорить по душам, выплакаться ему, в конце концов. Но он пропал. Появился неожиданно и так же пропал. Ну, и где же мне его искать, если мне известно только его имя?