О девичниках, электробритвах и мазохистских желаниях

Дерек понимает, что влюбился, когда притворяется спящим, чтобы хихикающая Стайлз спокойно его побрила. Хейл не может объяснить свой поступок, когда, увидев на пороге лофта еле переставляющих ноги девчонок, впустил их внутрь. Или может?.. Они же часть его Стаи, так? Только поэтому. Дерек только подхватывает растерявшую ловкость оборотня кузину, когда та, запнувшись о ногу Лидии, начинает падать. Девушка смеется, треплет брата по щеке и выпутывается из его рук.  — Малия? Ты-то как?..  — Аконитовая настойка и Стайлз, — и, пока Дерек стоит в ступоре, они вчетвером удобно размещаются на диване. Дерек хочет отобрать у Стайлз и Лидии бутылки вина, но на него злобно шикают, и… Он уходит. Желает приятного вечера и поднимается наверх, проклиная Скотта по дороге. Потому что виноват во всём случившемся именно МакКолл, сделавший недавно своей девушке предложение. И охотница почти без промедления согласилась стать его женой, правда, фамилию оставила свою. И первое, что начали обсуждать Малия и Стайлз — предстоящий девичник. Скотт, кажется, уверял всех, что девочки просто тихо посидят у Эллисон, посмотрят фильмы и что-то такое. Питер уверенно заявил, что свободу одной охотницы эти девушки проводят громко, как они и умеют. Угадайте, кто оказался прав. Какого черта последней точкой их путешествия они выбрали лофт Дерека, сам оборотень не знал. Он просто пытался уснуть и уверял себя, что так даже лучше. Он ведь будет уверен, что с ними ничего не случится. Грохот снизу доказывает обратное. И доказывает вполне успешно, на пару с криками, визгами и смехом. И Дереку бы возмутиться, прогнать всех из лофта, но ему нравится. Он почти наслаждается. Потому что такие моменты, давайте будем честными, — редкость. Со всеми этими существами, целенаправленно пытающимися убить всех и вся, не до веселья. А Дереку нравится, когда в Стае легко и весело. Он без проблем различает среди общего гама тихие смешки Арджент, саркастичные замечания Лидии, восклицания Малии и громкие крики, постоянно прерывающиеся смехом, Стайлз. Это слышит лучше всего. У Стилински голос звонкий, запоминающийся с первого раза. Как и запах, впрочем. Он тоже яркий, насыщенный и чуть горчит. Дереку кажется, что это калина. Яркая, обжигающая и манящая. Он позволяет себе улыбнуться и закрывает глаза, расслабляясь. И старается не думать об этой Стайлз-я-твоя-заноза-в-заднице-Стилински, честно. Просто это как-то само собой происходит в последнее время. А потом внизу всё стихает. Дерек не сразу понимает, в чем подвох, потому что оказывается банально не готов. Он прислушивается к абсолютной тишине, а потом различает сдавленный смешок. И громкое «тс-с». Определенно двойное. Значит, смеялась Стайлз, а шикали на нее Малия и Эллисон. Оборотень уже собирается встать и узнать, что происходит, когда слышит шаги прямо у двери в свою комнату. И по неизвестной пока ему причине тут же притворяется спящим. Интерес? Любопытство? А потом совсем рядом он слышит топот и, да, снова смех Стайлз. Она явно пытается не смеяться, даже задерживает дыхание, но продолжает смеяться. И тут ее прорывающиеся смешки становится не слышно за тихим жужжанием электробритвы. Дерека так и подбивает спросить: «Серьезно?» Но он с каким-то чисто мазохистским интересом притворяется спящим. Он слышит их дыхание, чувствует их запах. И четко представляет, как Стайлз с дико решительным видом склоняется сейчас над ним, тихо посмеиваясь, Эллисон, дико смущаясь и смеясь стоит рядом с банши, а Малия коварно потирает руки. И это всё чутье оборотня или он выучил их слишком хорошо? Особенно Стайлз. Ее отросшие волосы касаются его щеки, а сама девчонка старается даже не дышать. Дерек даже сквозь все эти алкогольные пары чувствует ее запах. И почти уверен, что она кусает сейчас губу. И какого черта он позволяет им всё это?  — Давай, — раздается тихое, но решительное со стороны. Малия. Стайлз кивает — он чувствует легкий ветерок и то, как дергаются ее волосы. А потом прямо над ухом снова раздается тихое жужжание электробритвы. И вот на этом самом моменте Дерек и понимает. Стайлз смеется, уже почти не скрываясь, но уверенно продолжает, а Дерек и сам старается не засмеяться в голос. Когда Стайлз заканчивает, она осторожно проводит тонкими пальчиками по его скуле. Уголок губ все-таки дергается. И Хейл себя буквально проклинает.  — Валим, валим, — Стайлз спотыкается обо что-то и первой вылетает (в прямом смысле) из комнаты. Когда становится тихо, Дерек приоткрывает один глаз. Лидия как раз выходит из комнаты, оборачивается и смотрит Хейлу прямо в глаза. Кажется, Мартин все же ни капли не пьяна. На следующий день Стайлз, выливая себе на голову бутылку воды, робко улыбнется при виде побритого Дерека Хейла. А потом осторожно спросит:  — Ты ведь знал, так? — конечно, до протрезвевшей Стилински дойдет, что оборотень проснется от такого шума. Дерек кивнет. — Так почему не прогнал? Дерек пожмет плечами, усмехнется и начнет вытягивать из Стайлз головную боль.