Свет для снежинки.

            Наверняка многие представляли свой последний день. Это не страшно, не опасно, законом не запрещено. Смерть сама по себе не несет ничего устрашающего, если она, конечно же, не ваших близких и родных. И это нормально думать об этом. Это неизбежно.             Пугает совсем другое: как это будет? Все хотят прожить долгую и счастливую жизнь; никому не хочется уйти под волной обстоятельств. Человек эгоистичен и властный: он хочет чтобы даже смерть ему подчинялась, поэтому все мы ждем, что умрем естественным путем.       Свет потух спустя двадцать минут. Теперь зал освещал лишь огонь, нарастающий с большой скоростью: вероятно, загорелся один из кабелей, что висели под потолком. Люди в панике бежали из помещения. Кинотеатр был старым, поэтому легко рушился. Охрана пыталась докричаться, чтобы все сохраняли спокойствие, но никто не хотел слушать. Мужчины старались пропустить вперед детей и женщин. Кого-то пришлось взять на руки.       Велия давно потеряла подруг в толпе. Страх, что с ними что-то случилось заставил ее бежать против толпы. Огонь поглощал все: кресла горели, оставляя лишь слабое представление прошлого; брошенные стаканчики из-под попкорна сгорали моментально, а про оставленные вещи и говорить не нужно. Люди в ужасе бросались к выходу. Велия прекрасно видела их лица: дрожащие губы; глаза, отражающие огонь; цвет лица напоминал снег, который покрывал добрую половину города.       Крики, имена, все, чем только можно привлечь внимание - это все походило на сон. Страшный сон, который так просто не уйдет.       Велия остановилась. Впереди была еще одна дверь, которую вот-вот перекроет горящий брус. А за дверью крики о помощи. Детский голос резал слух с такой силой, что слезы сами собой наворачивались на глазах. Твердо наступая, Велия пошла к двери. Ручку заело. Резко дернув, ничего не изменилось, лишь раскаленное железо больно вошло в кожу, повредив ее. Боль всего лишь побочный эффект борьбы. Это то, что напоминает нам о тяжелом времени, которое имело смысл быть в нашей жизни, но закончилось.       Велия дернула еще раз. Дверь не открывалась. Это чувство беспомощности, оно полностью ограничивает действия, мешает работать мозгу, пугает. Велия тянула на себя ручку с каждым разом все сильнее и сильнее. Мысленно она молилась о том, чтобы замок поддался и она смогла помочь ребенку.       Неожиданно кто-то потянул ее на себя. Открыв глаза, девушка поняла, что чуть не оказалась под завалом горящей древесины.       - Нет! - крик вырвался сам собой. Поддавшись панике, Лия рванула к завалу. Дверь теперь была охвачена огнем. Еще секунда и девушка бы ринулась на огонь. Схватив куртку с ближайшего кресла, она старалась потушить огонь.       - Ну же, пошли, нужно выбираться! - кричал кто-то рядом, тянув за руку.       - Я не могу. Там ребенок. Не могу. Я должна помочь. - паника была сильнее. Девушка беспомощно озиралась по сторонам.       - Ты ничем не поможешь! Дурная что ли? И тебе никто не поможет, если ты здесь застрянешь! - на этот раз Велия посмотрела на человека. Из-за слез она не смогла ничего увидеть. Лишь силуэт.       Толпа у входа давно стала меньше. Вбегали спасатели, что-то кричали, отдавали приказания.       - Скорее. Тут ребенок.       - Девушке плохо. Там. За дверью. Я слышу крики.       Среди дыма мелькали силуэты. Легкие брызги воды. Обжигающие языки пламени. Все как в тумане. Неужели подобные ситуации делают человека слабым? Позволяют раскиснуть?       Велия смотрела на медсестру тупя взгляд. Та что-то говорила или спрашивала. Или просто открывала рот. Тяжело понять в таком состоянии.       - Там за дверью был ребенок? Его спасли? - девушка не смотрела на медицинского работника.       - Что? Какой ребенок? А, ты про девочку? Да, ей помогли. С ней все хорошо. - медсестра что-то вколола. Что-то, что тут же позволила сконцентрировать взгляд.       Группа пожарных быстрыми шагами выносили людей. Оставшиеся тушили огонь с улицы. Кто-то сидел на ступеньках и потирал темными руками лицо. Велия увидела на лавочке своих подруг.       - Ты куда? - ошарашенно закричала медсестра, когда Велия бросилась прочь от нее.       Первой ее увидела Марина. Девушка обняла подругу и со слезами на глазах начала причитать как же сильно они волновались. Данил все еще был с ними. Велия отошла, улыбнувшись. Она была рада, что они живы, что с ними все хорошо. Рада и за ту девочку, что спасли. Рада за всех тех, кто сейчас вне всего этого кошмара.       - Я вас искала, сказала Велия.       - А мы тебя, - Галя приобняла ее за плечи. - А потом проход закрыло горящим мусором и прибежали пожарные. Нас вывели. Мы так испугались...       - Меня тоже вывели. Пострадавшие есть?       - Вроде пара человек с ожогами средней тяжести. Но их уже увезли, надеюсь с ними все хорошо, - Марина поежилась.       Девушки уже собрались уходить. Данил предложил подвезти их до общежития. Велия села у окна и со вздохом посмотрела на улицу: весь кошмар все еще не оставлял ее. Казалось, что он никогда не потеряется в ее разуме.