Та самая

На улицах Парижа разносились крики людей. — Посмотрите на того, кого полюбили! Зачем так кричать, неужели разлюбили?! — усмехался парень с волосами цвета безлунной летней ночи, вальяжно расхаживая по улицам Парижа и усмехаясь над своей работой. На нём была чёрная рубашка из чёрной шёлковой ткани, чёрная жилетка, чёрные, почти обтягивающие ноги, брюки и чёрное пальто, подол которого развевался при ходьбе. Сбоку, на левом плече, висела серая средних размеров сумка. На его носу были чёрные солнце защитные очки-авиаторы с фиолетовым узором на оправе. Теперь только что влюблённые парочки расставались с криками, а некоторые даже с драками, как только парень снимал свои очки и направлял свой взгляд на влюбленных. Всё могущество заключалось в том, что он был способен вытащить всех потайных и далеко спрятанных в разуме демонов.

***

Маринетт проводила взглядом уходившего Мартина и, вздохнув, отправилась по школьным коридорам в сторону библиотеки. Только она закончила решать геометрию, как по Парижу начали проноситься крики людей, смешанные с сиренами полицейских машин. Снова всё бросив, Мари скрылась за одним из стеллажей. Как только Тикки трансформировала её, девушка тут же выпрыгнула из открытого окна библиотеки и направилась в сторону звуков. В городе царил хаос: витрины магазинов были разрушены, мусорные баки опрокинуты, где-то вдалеке убегали воры с огромными мешками награбленного, перевёрнутые машины и разбитые окна домов были тут и там. Осколки, фантики, газеты, кожура и прочие атрибуты любого мусорного бака теперь украшали улицы Парижа. — Ч… Как… Когда? — тихо прошептала Леди, оглядывая теперь пустынные улицы. Вдали по-прежнему слышались звуки сирен, но теперь доносились ещё и звуки заносящегося автомобиля и резких тормозов. Она тут же зацепилась своим йо-йо за целую трубу одной из крыш домов. Куда бы она не приземлялась, казалось, будто злодей играет с ней в прятки: при её появлении звуки уходили всё дальше и дальше. Ей это надоело. — Ой, да ладно тебе!!! Тебе нужна я, а не Париж. Так приходи и бери. Что там вам нужно? Камень чудес? Бери! — кричала Маринетт в пустоту. И вот, когда казалось, что всё бессмысленно, и только она собиралась вновь продолжить исследование, как на другом конце улицы возник хозяин хаоса. — Тебе нравится? Сам всё делал. Хотя как сам? Мне в этом друзья помогли. Как неловко, прости, тебе даже сесть негде, — юноша подошёл к витрине кафе, разбил стекло и вытащил оттуда украшенный золотой краской стул, с мягкой подушкой и поставил перед Леди. — Мадемуазель, прошу, — он протянул ей руку. — Вынуждена отказать, — не отводя ни на секунду взгляд от него, ответила героиня. — Ну что ж, — он взял стул, развернулся и швырнул в витрину кафе. Новая тысяча осколков усыпала Париж. — Где все? — руки девушки были скрещены и прижаты к груди. В правой руке было зажато йо-йо. — Там, где им место. Тюрьма Парижа приняла их всех. Не отходи от темы, моя Леди, — томным голосом сказал брюнет, подходя все ближе и ближе к Маринетт. — Не смей меня называть «моя Леди»! — она отходила всё дальше. — Ты можешь говорить это всем, но не МНЕ!!! — гнев и злость уже закипали в нём и были готовы высвободиться. — Давай сделаем всё спокойно, без лишних усилий — отдай мне камень, — прошипел злодей, находясь так близко, что едва касался кончиком своего носа её. Бросок йо-йо, и супер героиня уже на крыше дома. — Пф, какой ты наивный! Думаешь, я тебе это собиралась отдавать? — Заберу! — ответил он, запрыгивая одним прыжком на крышу. Фолтру достал из своей сумки алюминиевую чёрную палку, растянул её и стал умело размахивать перед Леди, на что та стала отбиваться своим йо-йо. «Кот? Нет, это не может быть правдой, — мысленно Мари задыхалась в своих слезах, пока сражалась со злодеем. — Весь город. Мама, папа, Мартин, Супер Кот… Аля, Нино… Нет, с этим надо заканчивать, » — она со всей силы пустила йо-йо в противника и попала ему в руку, которая сжимала в руке палку. Та отлетела в сторону. — Поиграли. Теперь пора закончить начатое! — крикнула Леди и побежала на злодея. Она кулаком ударила ему по носу, от чего тот, потеряв бдительность, не заметил, как чёрные очки слетели. — Время исц… — только хотела сказать Ледибаг, наступая на очки, в надежде увидеть акуму, но они оказались пустыми. — Моя бедная Леди решила закончить это сейчас? — усмехнулся брюнет, не отрывая взгляда от пола. — Так давай сделаем всё быстро. Он поднял голову в поисках жертвы. Пока он взглядом пытался её найти, супергероиня, сидя за кирпичной трубой, наблюдала за последствиями снятия очков — куда бы враг не посмотрел, всё становилось чёрным и рассыпалось в прах. — Супер-шанс! — крикнула девушка, подбрасывая свой незаменимый атрибут битвы в воздух. Из роя розовых божьих коровок в ладонь упали светоотражающие солнцезащитные очки. Ледибаг быстро их надела на себя. — ЭЙ! Медуза Горгона, не меня ли ищешь? — девушка одним сальто выпрыгнула из-за трубы и встала напротив «джентльмена», который обернулся и посмотрел прямо… Себе в глаза. Не будь момент столь напряжённым, Леди бы точно разбила парочку мужских сердец таким атрибутом, который на данный момент спас ей жизнь. Фолтру стоял неподвижно, пока не упал на землю. Девушка подбежала к парню и сняла с его плеча сумку. Ей хватило всего одного небольшого разрывания шва, чтобы оттуда вылетела акума. — Время исцелить зло! — говорила Леди в то время, как створки йо-йо разошлись и захватили маленькую бабочку в плен. Вскоре она вылетела на свободу под приветливые слова девушки. — Пока, маленькая бабочка. Затем, после подбрасывания очков и крика «Чудесное исцеление Ледибаг!», куча божьих коровок разлетелась по Парижу. И вскоре столица Франции будто зажила новой жизнью. — Это далеко не конец, Ледибаг! Настанет день, когда твой камень станет моим! — крикнул Бражник в закрывающееся окно, и комната вновь погрузилась в мрак. Леди взглянула на бесчувственную жертву, костюм которой лишь через некоторое время исчез. Забежав за угол, она, став обычной Маринетт, подошла к парню и положила его голову к себе на колени. Она легкими движениями руки проводила пальцами по его лицу, нежно поглаживая. «Как такое могло случиться?» Мари вызвала такси. Через пять минут приехал автомобиль, и девушка, аккуратно положив руку Мартина к себе на плечо, села с ним в машину. — Мари… — выдохнул парень, когда проснулся и обнаружил себя в комнате с пастельно-розовым обоями. Рядом, облокотившись на спинку стула, спала Маринетт, но, услышав своё имя, резко выпрямилась, встала со стула и подошла к письменному столу. Она взяла слегка дымящую белую кружку и подошла к брюнету. — Ты как? Ладно, не отвечай, вижу,. Юноша немного привстал с кушетки. — Осторожнее, голова может ещё немного пульсировать! — говорила девушка, протягивая ему кружку. — Чай с сахаром. Глюкоза поможет выработать в тебе достаточно энергии, чтобы ты смог нормально встать. — Что случилось? — он взял кружку в руки и сделал небольшой глоток. — Ты уверен, что тебя не шокирует правда? — скептически на него посмотрела Мари. — Нет, — спокойно ответил тот, делая ещё глоток. — На тебя напали, и ты сильно ударился головой. Злые люди бывают везде, поэтому теперь я буду провожать тебя до дома, — усмехнулась Мари. Ледибаг!!! Если я сегодня не узнаю, кто ты… Плагг, ты где? Ты ведь знаешь её, правда?. «Плагг…» — тихо прошептал Адриан. — Где моя сумка? — Здесь. Я положила тебе немного камамбера, думаю, ты его сильно любишь, — улыбнулась Мари. — Да? С чего ты это взяла? — ошарашенно посмотрел на неё парень, на что её хрупкая ручка лишь приблизилась к внутреннему карману рубашки и достала оттуда фантик от индивидуальной упаковки кусочка сыра. — Вот почему, — подмигнула она. — Ну… Ты пей чай, а я сейчас пойду и принесу чего-нибудь поесть, —сказала девушка, выходя из комнаты. — ПЛАГГ! Ты где? — Адриан, убедившись, что находится один в комнате, встал с кушетки и подошёл к сумке. Каким же облегчением было для него смотреть на злые и такие живые глаза своего квами, выглядывающие из открытой сумки. — Я тебе ведь говорил, к чему это приведёт! — возмущался котёнок. Брюнет осторожно взял его в руки и погладил пальцем по головке. — Прости, я был таким эгоистом! Всё, завтра Мартина уже не будет, — уверенно говорил брюнет. — Теперь уже поздно… — То есть как поздно? — Поздно что-либо менять, — улыбнулся во весь рот котик. — Маринетт Дюпен-Чен благотворно влияет на твою ауру, на твой внутренний мир, что позволяет тебе остаться Мартином и при этом быть под защитой. — Но как? — У неё просто доброе сердце, — улыбнулся котёнок, ныряя в сумку, чтобы продолжить наслаждаться сыром. Адриан допил свой чай и снова лёг на подушку. Постепенно его память восстанавливалась. Но это не стоило его внимания. Сейчас он думал о том, как бы поблагодарить добрую Маринетт и извинится перед Ледибаг за то, что проспал разрушение Парижа. — Нужно будет завтра пригласить её куда-нибудь… Загладить вину, только ради этого, да? Ага! — он посмотрел вокруг. Нежные розовые обои и какие-то плакаты… Стоп, плакаты? Брюнет медленно поднялся с кушетки. «Чёрт, голова и правда всё ещё пульсирует. Мда, не следует больше так сильно поддаваться эмоциям. Интересно, почему она о нём так заботится? Он же даже ничего хорошего не сделал, ну, смотря с какой стороны взглянуть. Если для зла — то Адриан сделал ооочень много хорошего, хотя то, что делается для зла, и есть зло. Странно, почему не выпускают пособия для тех, кто пережил акум? Там точно должна быть сноска „внимание, вы можете нести бред“.» Рот брюнета чуть не поцеловался с полом после того, как он подошел ближе к плакатам, и как раз в этот момент в комнату вошла хозяйка. — Ты-ты-тыыыы! Что ты там делаешь? — начала возмущаться Маринетт, ещё крепче сжимая поднос, на котором стоял небольшой белый чайник с кипятком. — Я? Стою, — просто ответил Мартин, не отводя взгляд. — А почему ты там стоишь? — Нельзя? — Конечно нельзя! Там… Там мой личный уголок! — уже кипела брюнетка. — А разве не вся комната… — он замолчал, увидев её лицо в гневе. «Хм, она милая». — Почему висят именно его плакаты? — Потому… потому… потому, — девушка отвернулась, скрывая заливающееся краской лицо, затем глубоко вздохнула и ответила — Образ, мне нравится образ, что создал Габриэль Агрест. — Да, ты права. У него действительно талант. Маринетт, — Адриан развернулся к ней спиной, чувствуя как щёки буквально уже плавятся от высокой температуры тела, поднявшейся из-за такого довольно нелёгкого разговора и слов, что должны вот вот вырваться. — Можно тебя пригласить в кафе? Ты помогла мне несмотря на то, что почти не знаешь. Нет, ты просто обязана прийти завтра! Я отправлю тебе сообщение с местом и временем встречи. Отказ не принимается. Тогда до завтра, спасибо за заботу, — и он тут же скрылся в отверстии в полу, оставив девушку с выпученными глазами и алыми щеками одну.