Вампир без памяти

Когда девушка проснулась, заметила, что Джина уже нет. Она посмотрела в окно и увидела только, как он вновь ставит новый номер и репетирует на улице. Джун вышла на улицу, наблюдая за его репетицией. Когда она заметила, что ему больно, подошла и осторожно обняла сзади, заставляя остановиться. Он тут же остановился и повернулся, сказав: - А ты очень теплая... Та немного порозовела: - Это потому, что времени прошло мало с момента обращения, - сказала она и прибавила, - пойдем в дом? Тебе нужно отдохнуть, не пущу сегодня больше на репетицию, - строго сказала она Джину. - Ну что ты, мне еще нужно много репетировать, я не могу давать себе поблажек. - ответил на это он. - На сегодня тренировка закончена! - Джун взяла его ладонь и повела в дом. Он послушно пошел за ней. Джин было непривычно проявление заботы, в следствии чего, он был немного растерян, что и выдавали его совсем слегка порозовевшие впалые щеки. Джун обернулась и мягко улыбнулась: - Ты очень мило смущаешься - и поцеловала его в щеку, а затем увела в спальню и закутала в одеяло. - Просто... даже не знаю что сказать, ты очень добра и снисходительна ко мне, я всегда верил что такие люди есть, и на самом деле все люди очень добрые, но боятся это показать - сказал немного смущенно он. - Ты первый и единственный, кто, зная правду, так хорошо ко мне относится, - ответила она Джину с той же мягкой улыбкой. - Ты дал мне все: имя, кров и смысл жить дальше. Мой смысл жизни - защищать тебя, прилагая к этому все силы. - Для меня что-то давать людям - это великая радость. А ты - единственный человек, который так спокойно смотрит мне в глаза и не считает меня кем-то только на манеже - очень искренне ответил тот. - Ну, допустим, то, что я - человек, факт спорный, - хмыкнула она. - Я давно хотела сказать насчет взгляда, но повода не было: не опускай постоянно глаза. Ты - человек, а не марионетка на арене цирка, - сказала Джун, сдерживая желание погладить его ладонь, покоившуюся рядом на одеяле. - Я - человек, но это видишь только ты и говоришь со мной только ты, и глаза я держу опущенными, лишь потому, что меня попросили их не поднимать, чтоб не пугать людей. - сказал тихо Джин. - Люди боятся того, чего не могут понять, - откуда-то выплыла фраза в моей памяти, - Хотя бы в моем обществе не опускай глаза, хорошо? - она ободряюще ему улыбнулась. - Твой взгляд говорит лишь о том, что ты отличаешься от остальных. Но это не плохо, а хорошо, понимаешь? - девушка говорила очень мягко и ласково, стараясь не напугать собеседника. - Я очень рад, что ты настолько духовный человек и очень многое понимаешь, хотя, тебя много раз ранили... Но ты не потеряла веру в людей. Я не буду больше опускать глаза, но лишь для того, чтобы увидеть твое зеркало души - сказал она очень искренне и открыто. - Моя душа разбита на множество осколков, там не на что смотреть, - криво усмехнулась она. - Ты не права, в тебе еще осталось нечто очень живое и чуткое - мягко сказал Джин. - Тебе со стороны лучше видно. Но этого не было, пока я не встретила тебя, - тихо и немного потерянно сказала девушка. Он был очень растроган и не смог что-либо ответить, а лишь растопил маленькую печку и в вагончике стало немного теплее. Заварив очень вкусный чай, он сделал пару бутербродов. Джун очнулась от своих раздумий и посмотрела на него: - Как ты себя чувствуешь? Ничего не болит? - спросила она, пристально осмотрев его с ног до головы. - Все хорошо, не волнуйся, я в полном порядке, - ответил он, хотя явно врал. - Можно я тебя осмотрю? - спросила Джун, прихлебывая чай из предложенной кружки. - Хорошо, осмотри. - сказал он, хоть и боялся, что его обман будет раскрыт. Она осторожно расстегнула его костюм и тот упал к ногам Джина. На его теле было много синяков, ссадин и ранок. Она провела ладонью вдоль его тела, пытаясь понять уровень повреждений и есть ли внутренние. Его тельце было очень истощенно и внутренние повреждения тоже имелись, видно, тогда его сильно избили. Ему очень не хотелось, чтоб девушка видела все это. Вампирша поняла, что одним маленьким флакончиком тут не обойдешься, и что он не хотел ее беспокоить. Был способ излечить его полностью, но Джун так не хотела этого делать, хотя, другого выхода она просто не видела. Девушка осторожно подвела Джина к себе, прижимаясь щекой к его груди. - Прости, я не хотел, чтоб ты расстроилась, все хорошо, правда... - сказал он и положил свою ладошку на голову Джун. - Глупый. Надо было раньше об этом сказать, - сказала она тихо, виня себя за неосмотрительность, - Ты хоть понимаешь, что еще немного и ты... - голос дрогнул. - Ну что ты, все хорошо, все со мной будет в прядке. - твердил он, пытаясь успокоить ее. - Есть способ тебя вылечить, - сказала Джун. - Вот только знал бы ты, как я не хочу к нему прибегать. - Что за способ? - спросил он. - Обратить тебя, - ответила Джун, - тогда тебе будут не страшны физические повреждения. Но будет одно серьезное "но" - постоянная жажда крови. - Мне нужно время, я должен осознать это - сказал он. - Я не хотела бы, чтобы ты прошел через то же, что и я. Но и лекарства тебе уже не помогут, - тихо сказала она, - Просто живи... пожалуйста, - почти прошептала та, закрывая глаза.