Фея-Ведьма: Тёмно-Светлое Пламя

      И сразу после занятий я решила прогуляться по первому этажу, где расположены все учительские кабинеты, а так же подумывала зайти в библиотеку за книгой об артефактах. Тот кинжал у Лина в столе уже не так сильно меня беспокоит, но всё же стоит о нём узнать. Что-то мне подсказывает, что Линер ничего не расскажет.       А также я хочу поискать какой-нибудь древний фолиант о Трёх Древних Ведьмах желательно в той секретной комнатке. Почему древний? Потому что современные расскажут мне то же самое, что и Риннель, а то есть абсолютную ложь. Как я уже поняла, Линер не хочет делиться своим прошлым, не желает его вспоминать, за что я его не корю и не обижаюсь на него, потому что сама иногда бываю в состоянии меланхолика и размышляю о том, каким бы было моё детство, если бы не Древние Ведьмы.       А они ли это сделали? Сражался ли с директорами Валтор по собственной воле? И на все эти вопросы я решила найти ответ. Но уже тогда, когда искала причину, по которой отправилась в эту часть школы.       А настоящая причина — поиск Линера. Элина я не просила о связи и разговоре, мой Дракон устал и сейчас крепко спит. И к тому же я хочу сама найти Лина, это интереснее.       И прогуливаясь по самому непосещаемому учениками этажу Облачной Башни, я натыкалась на открытые двери. Аккуратно, как бы невзначай заглядывала. Сначала в одну, потом в другую, но складывалось ощущение, что профессора вообще отсутствуют в школе, хотя уроки закончились. Мало кто проводит сегодня восьмое занятие, если только дополнительные. И эта тишина вокруг…       И я решила сразу пойти в библиотеку. Жаль, что тех нелегальных конфеток с собой нет.       Библиотека встретила меня спокойствием, уютом и невероятным волшебным запахом книг, бумаги. Я огляделась в книжном царстве и подошла к как всегда сидящей на своём месте Аринсай. Старушка оторвалась от книги и подняла на меня удивлённый взгляд. Кажется, она стала немного добрее. Может, из-за конфеток?       — Здравствуйте, вы можете мне помочь найти книгу о волшебных артефактах? — пробормотала я как можно вежливее.       Аринсай нахмурилась и зыркнула своими маленькими глазками в сторону прохода в главный зал библиотеки.       — Как зайдёшь — на стеллаже справа. Там найдёшь много книг об артефактах, — ответила библиотекарша хрипловатым голосом и вновь уткнулась в книгу. А мне нужно было ещё кое-что спросить, и я рискнула прямо сейчас.       — А книги с историей о Трёх Древних Ведьмах? — я не думаю, что это запрещённые тексты, да и о Домино и Драконе, как оказалось, тоже можно читать.       Аринсай взглянула на меня и отвела глаза, задумавшись. А я с трепетом ожидала ответа.       — Помню что-то об этих Ведьмах, — проговорила библиотекарша, поднимаясь. — Сейчас посмотрю.       Я кивнула, наблюдая, как Аринсай, которая оказалась меньше ростом даже меня, вразвалочку направляется вглубь библиотеки, оглядывая стеллажи, а сама проследовала в главный зал. И тут же ринулась к полкам названного шкафа.       Об артефактах просто кучи книг! Самых разных! Большие и маленькие, много рассказов об одном инструменте или понемногу о множестве. Глаза просто разбегаются по корешкам.       А мне нужна была книга, которую я читала в первом триместре в поисках кольца-скипетра Солярии и волшебного зеркала, что отражает сущность души. Но это один фолиант, а здесь даже на одном этом высоком стеллаже — минимум пять-шесть сотен книг! Я даже попросить у Аринсай помощи не могу, я не помню ничего связанного с книгой, чтобы её найти с лёгкостью. Только оформление. А авторов у книги много.       Значит, буду просматривать все. Назвать артефакт, описать его я не могу, опасно. Не хочу, чтобы кто-то узнал о кинжале, что Линер хранит его у себя. И всё равно это может оказаться простой подделкой, разговаривающим ножиком, который почувствовал мою силу и решил меня напугать.       Я взяла парочку толстых фолиантов и устроилась за столом. А тем временем ко мне подошла Аринсай и предоставила две книги. Они не слишком древние, какие я хотела.       — О Трёх Древних Ведьмах много где упоминается, вроде учебников по Истории Вселенной, — говорит библиотекарша. — Только некоторые книги содержат в себе полную историю о них.       Я приняла фолианты. Небольшие, но почему-то мне кажется…       — Только две? — поинтересовалась я, открывая первую.       Книга совсем не старинная, а вовсе новая. Листы даже желтеть не начали, для меня такое немного непривычно. И что-то мне подсказывает, что нужной информации я здесь не найду. И вновь работает моё шестое чувство.       — Да, была ещё одна, старая, древняя, настоящий фолиант, но её кто-то забрал, да так и не возвращают, — пожала плечами библиотекарша и ушла.       Я осталась наедине с книгами и размышлениями. Ещё одна старинная книга…       Я отложила энциклопедии с артефактами и быстро пролистала принесённые Аринсай книги. Нашла тот отрывочек, который раздражал меня на Истории до удушья. И да, он здесь и описан. В точности, как и рассказывала Риннель. И во второй книге не менее новой я обнаружила ту же лживую историю. И со вздохом отложила бесполезные фолианты.       И принялась за книги артефактов. Много же времени мне пришлось убить, чтобы пролистать несколько толстых энциклопедий. Благодарила авторов за то, что они расположили все по алфавиту, а некоторые даже содержание сделали — это самые новые книги.       Но ни в новых, ни в старых я ничего не нашла. Только в пустую потратила несколько часов, в которые могла бы отдохнуть после тяжёлой битвы. Да и Лин мог уже вернуться в комнату.       Придётся искать в другом месте. Возможно, судьба сама приведёт меня к нужной информации, а если нет — поверну судьбу в нужную сторону, чтобы она всё-таки указала мне путь к фолианту о кинжале.       И когда зачем-то читая абзац о неком волшебном жезле Земли, я наконец вспомнила, что уже время обеда. Быстро поднялась и, сложив аккуратно книги на край стола, направилась к библиотекарше. Нужно кое-что спросить.       — А вы не знаете, кто забирал ту книгу? — спросила я.       Аринсай вновь задумалась, оглядывая входную дверь библиотеки, а после пошуршала руками в многочисленных полках стола. Отодвигала ящички и заглядывала в папки с бумагами, пролистывала канцелярские тетради, водила пальцем по спискам, отмечала что-то пером и вновь убирала в стол. И спустя минут пять поисков она ответила:       — У меня нет записей о той книге, это было довольно давно, — говорила Аринсай, хмурясь. — Кажется, лет семнадцать назад я пересматривала архив учебников Истории Вселенной и вспомогательные энциклопедии к ним, да не смогла найти один фолиант, изданный очень-очень давно. Пыталась найти, да бросила это дело — книга будто испарилась.       — Вот как… — выдохнула я.       Семнадцать лет назад… У Аринсай прекрасная память, однако почему-то о том, что происходило, пока она была под теми конфетками, она не помнит. Но это не важно, важно то, почему именно семнадцать. Если логически сопоставить, я была рождена семнадцать лет назад, Домино было разрушено семнадцать лет назад, Линер попал в Облачную Башню семнадцать лет назад…       — А вы просматривали архив до трагедии на Домино или после? — спохватилась я, опираясь о стол библиотекарши. У меня появилась невероятная мысль, я уверена, она приведёт меня к разгадке.       — После, — ответила Аринсай уверенно. — Тогда в школе была настоящая суматоха, нужно было срочно перебирать все книги, распределять и убирать… — опечаленно произнесла библиотекарша.       А я поняла. Теперь точно поняла.       Если эту книгу не забрали и не уничтожили Три Древние Ведьмы, есть только один человек, заинтересованный в этом. Только один известный мне человек, проживающий в Облачной Башне, которому важна история Трёх Древних Ведьм. И я чувствую, что книга у него. Нужно только поискать.       — Спасибо большое, — воодушевлённо улыбнулась я и покинула библиотеку. В следующий раз точно принесу Аринсай её любимых конфеток.       Обедала я одна, потому что чуть ли не опоздала. Только вбежала в столовую, тут же ринулась к первому столу, чтобы получить свою порцию. Передо мной появилась тарелка супа с мясом, хлеб, и ещё одна с горкой тушёных овощей, а также чай и миска печенья. И облегчённо выдохнув, я принялась кушать.       Как же я люблю новые технологии магии Облачной Башни. Ставя еду на стол перед только что севшим за него учеником, заклинание подбирает необходимый размер порции, чтобы можно было наесться и не переесть. Чтобы хватило до ужина.       А после я отправилась по пустому учебному этажу к аудитории Магифилософии. Там меня должен ждать профессор Авалон. Надеюсь, я не слишком долго задержалась в столовой. Но когда я вошла, то профессора не увидела. Никого не было, хотя аудитория была открыта. И когда я подумала, что профессору надоело меня ждать, и он ушёл, заметила на столе небольшую записку. Сверху на бумажке написано моё имя, и я поспешила прочесть.       «Блум, я считаю, что нам следует заняться твоим вопросом в более уютном месте, потому что поиск информации о вашей семье займёт больше времени, чем одно дополнительное занятие. Приходите ко мне в комнату в общежитии профессоров. Я буду вас ждать».       «Авалон».       Так, хорошо. Общежитие профессоров, комната Авалона. Похоже, я скоро окончательно поселюсь у наших наставников. Но профессор прав, такой вопрос действительно не решается за час или даже два. И выкинув записку в урну, я вышла из аудитории и направилась к лестнице.       А может Лин уже вернулся? — возникла у меня такая мысль в голове, когда я проходила мимо его комнаты. Провела ладонью по ручке двери, коснулась ухом, прислушалась. Но смысла в этом не было, на комнате Линера стоит противозвуковое заклинание, и как не старайся, ничего не услышишь.       Мои же стоны не были слышны, правда?.. И почему я сейчас подумала об этом? И мои щёки полыхнули смущением? А тело… желанием объятий Лина…       Я помотала головой. Нет, нет, нет! Не сейчас! У меня есть очень важные дела! Да и Линер вряд ли вернулся, ещё рано, всего лишь время обеда подошло к концу. Обычно он приходит к ужину или чуть раньше.       Я отстранилась и прошла дальше. И следующая дверь мне и была необходима. Рядом на стене табличка с именем нашего профессора Магифилософии. Я глубоко вздохнула и постучалась. И мне открыл дверь профессор Авалон, с улыбкой приветствуя:       — Рад видеть вас, Блум.       Я кивнула и вошла, осматриваясь. Гостиная и три двери. Всё практически такое же как и у Лина, но интерьер другой, цвета другие — у Линера это красный, оранжевый и золотой, а также и само золото, и их оттенки. У Авалона же белый и голубой и отходящие от них.       Меньше шкафов с книгами, изысканные картины и вазы, одну из стен, у которой установлена едва заметная сетка, овивают пышные растения, украшая гобелен с летним пейзажем. И прохладный ветерок из открытого окна приподнимает лёгкий тюль, освежая комнату. Так светло и приятно, и очень уютно.       — Надеюсь, вам у меня понравится, — Авалон закрыл дверь, щёлкнул замком и направился к дивану. Мебель у него также расположена иначе, кажется, будто по некому… фен-шую? Возможно, почему-то мне здесь очень нравится.       Профессор сел на диван и пригласил меня сесть рядом. Я устроилась неподалёку, с нетерпением ожидая начала поисков моих родителей.       — Для начала скажите, Блум, — начал профессор задумчиво, — вы что-нибудь помните о своих родителях?       Он коснулся некого овитого розовой линией кристалла, по нити заструилась энергия профессора. Кристалл поднялся со стола, розовый шарик на самом его кончике красиво засиял. Это какой-то волшебный артефакт для поиска?       — Совсем мало, можно сказать, ничего, — произнесла я, отложив тетради на диван. — Только то, что мне рассказали о происшествии на Домино. Я знаю, что их зовут Марион и Орител и они сражались в Команде Света с Тремя Древними Ведьмами. А после отправились в изгнание.       Больно об этом говорить. Мои родные мама и папа… Я обязательно найду их и спасу. Что бы мне не пришло сделать для этого.       — А теперь откройте своё имя кристаллу, — сказал профессор, сделав несколько пассов над волшебным артефактом.       Я приблизилась к нему и, ощутив волнительный трепет, окутавший душу и сердце, произнесла.       — Блум.       Яркий свет озарил комнату и заставил меня отстраниться и зажмуриться. Но он быстро затих, являя нам некую переливающуюся золотым таблицу с разными именами. А шарик энергии на кристалле ярко сиял.       — Это… — ошарашено пробормотала я.       — Это ваше семейное дерево, — сказал профессор.       Но… Здесь столько имён, столько разветвлений! Неужели у меня действительно столько родственников? Кажется, я совсем недавно думала, что у меня никого нет, но на самом деле… Я чувствую себя такой счастливой, меня переполняют эмоции. Так тепло на душе, я хочу поскорее спасти свой мир и увидеть всех. Я уверена, многие из них ещё живы.       — А это я! — я указала на одну из строчек в древе. — Здесь моя сестра — Дафна и наши родители. И их родители… И…       Я вскинула голову. Рядом с древом небольшой голубой шарик, похожий на уменьшенную в миллионы раз планету, полную воды, вокруг которой, не останавливаясь, вьётся Огненный Дракон.       — А это герб Домино! Я видела его во сне!       Я протянула руку, но стоило мне коснуться, как и герб и древо исчезли. Я отдёрнула ладонь, удивлённо глядя на кристалл. Он потерял сияние и опустился на стол. Это я что-то сделала?       — Не нужно волнения, — сказал профессор, — энергия кристалла невелика, её хватает лишь на минуту.       — Вы… — начала я и тут же замешкалась. — Вы можете мне ещё чем-нибудь помочь? — спросила я, с мольбой взглянув на Авалона.       Профессор кивнул.       — Думаю, да. Я приготовил ещё одно заклинание.       Он поднялся и попросил меня встать. Я переложила тетради на стол. Несколько пасов руками, пара слов на древнемагическом и небольшой диван превратился в кушетку как в медпункте.       — Теперь, когда мне хорошо известен герб Домино, я могу произнести его. Ложитесь.       Я легла на кушетку, ожидая чего-то невообразимого. Что за заклинание, связанное с гербом моего родного королевства?       Щелчком пальцев профессор создал надо мной пять небольших шариков, которые вспыхнули пламенем. А после явили мне гербы Домино, все одинаковые, Драконы вокруг планет извиваются одновременно быстро и изящно.       — Сосредоточьтесь на своём прошлом, попытайтесь представить себе родителей. Такими, каким вы их видите, чувствуете сердцем, — сказал профессор.       Я закрыла глаза и попробовала. Я вижу своих маму и папу величественными людьми, сильными внешне и духовно. Он красивы и изящны, в их сердцах горит Светлый Огонь, в их душах частица моего Огня Дракона.       — Вы готовы?       — Да, профессор, — почти прошептала я, удерживая картинку своих родителей в сознании. Они действительно великолепны. Почему-то я уверена, что сейчас я не выдумала их образы, я думаю… нет, я знаю, что они такие и есть. Я очень… очень хочу их увидеть.       Пожалуйста, профессор, покажите мне их. Хотя бы одним глазком…       И вдруг свет озаряет мои закрытые глаза. Я чувствую тепло, Огонь совсем рядом, он согревает меня. Это так приятно. Я чувствую Элина в своей груди, его Пламя разгорается и освещает всё вокруг этим режущим светом. Или… это Огонь Великого Дракона?       Свет являет мне некий круглый предмет с двумя соединёнными золотыми кольцами. А по краям что-то начертано. И когда ласковый голос касается моего слуха, я резко прихожу в себя и поднимаюсь с кушетки.       Сердце бьётся невероятно быстро и сильно. По полу застучали шарики с гербами Домино, а я не могу отдышаться. Этот голос, это не профессор Авалон. Он женский, он мне очень знаком. А мелодия, которую напевала эта женщина…       — Это голос моей мамы, — прошептала я, сжимая кулаки. — Я услышала колыбельную своей матери…       Это было так ярко, картинка очень чёткая. Я спустила ноги на пол и ощутила что-то слегка тяжёловатое на груди. И когда опустила взгляд, увидела тот самый предмет… нет, это кулон. Кулон королевской семьи Домино!       Здесь моё имя, имя Дафны и наши родителей. Они все написаны золотом на краях кулона, рисунок в центре яркий, будто настоящий рыжий, пылающий огонь, а кольца символизируют вечную любовь. Вечную любовь и связь нашей семьи… Где бы мы не находились, какая бы опасность нам не грозила… Мы всегда будем вместе.       Теперь у меня появилось ещё больше сил для поиска своих родителей.       — Это… Откуда он? — спросила я, сжимая кулон, подняв взгляд на Авалона.       — Это подарок из вашего прошлого, — сказал профессор, мягко улыбаясь. — А сейчас вам следует вернуться в комнату и немного отдохнуть. Даже ментальное путешествие в прошлое может сильно расшатать ваш духовный баланс.       Да, профессор прав. На сегодня мне действительно хватит, я очень устала от волнения.       Я вздохнула и поднялась. И тут же пошатнулась и чуть не упала. Ноги не держали. Но благодаря поддержке профессора я устояла, Авалон приобнял меня, помогая вернуть координацию. Я мотнула головой и взглянула на профессора, отстраняясь.       — Спасибо.       — Не стоит благодарности, — отвечает Авалон. Профессор такой приятный человек. И самое главное: он относится ко мне, как к ученице и как к простой девушке одновременно. — Продолжим поиск в другой день, например, в среду после занятий.       — Хорошо, — я кивнула, забрала тетради и окинула взглядом уютную гостиную профессора Авалона. И была шокирована, когда взглянула на настенные часы над дверью. — Не может быть! Уже время ужина!       Как я могла провести столько времени у профессора? Ведь я пришла спустя минут двадцать после обеда и пробыла здесь максимум полчаса! А уже вечер! Или часы сломаны? Спешат? Разве в Облачной Башне не всё работает на магии?       — Сейчас действительно ужин. Путешествие в прошлое, в туманные детские воспоминания потребовали много времени для медитации, — объяснял профессор, изящно жестикулируя. — Вы были в волшебном трансе и не замечали течения времени, я же всё это время читал необходимые заклинания. Это что-то вроде сна, когда время бежит слишком быстро, чтобы заметить его.       — Верно, — пробормотала я. — Мне показалось, что прошло всего несколько минут. А на самом деле более трёх часов.       — Поэтому проследуйте в столовую и восполните силы питательным ужином. А после хорошенько отдохните, — Авалон коснулся моих плеч, подвёл меня к двери и, щёлкнув замком, отпёр её. Я вышла в коридор, оборачиваясь.       — Спасибо и до свидания.       Профессор кивнул мне, одарив мягкой улыбкой, и закрыл дверь. И я осталась в коридоре, раздумывая, глядя на дверь комнаты Линера. Стоит ли мне идти к Скаю? Гулять с ним? Чего бы мне больше хотелось: пройтись по берегу озера Роккалучи рядом с солнечным ведьмаком или провести спокойный вечер в тёплых объятьях Линера? Я…       — Блум?       Я резко обернулась и увидела Лина. Он как раз вернулся с работы, немного помятый, уставший, в руке как всегда учебные материалы, его тетрадь с записями планов занятий. И он улыбается мне. Я тут же стала пленницей его улыбки.       — Ты только пришла? — спросил он, приблизился, но только хотел коснуться меня, как его рука опустилась.       В чём дело? Он не желает меня обнять? Или на меня налипла какая-то грязь? Я оглядела себя — нет, одежда, волосы, всё чистое.       — Да, я была в библиотеке. Почему ты не хочешь обнять меня? — тут же спросила я. Не смогла умолчать этот вопрос.       — Я же недавно закончил с работой, — ответил Лин. — Я ещё не принимал душ.       — Ну и что? — удивилась я, приблизившись, требуя объятий. Хочу, чтобы именно он меня обнял, а не я его. — Я тоже не принимала. А у нас, между прочим, был просто убийственный урок Практики Чёрной Магии!       Линер счастливо улыбнулся.       — Да, я знаю. Директриса рассказывала, как превосходно вы сражались со своими противниками, ты молодец.       Я видела только его улыбку, а от его похвалы у меня на щеках появился небольшой жар. Его слова так приятны, что бы он ни говорил. Но то, что он не желает объятий, хотя мы оба грязные и я даже больше… Это волнения не только во время битвы, но и на уроках и сейчас, у профессора Авалона.       Я вдруг вспомнила. Вспомнила, что обещала Скаю встретиться с ним после ужина. А сейчас я могу застать его в столовой, наверное, он ждёт меня там. Нужно предупредить его, сказать, что не смогу пойти на прогулку. Я слишком устала, ноги уже почти не держат.       Я обошла Линера и направилась к двери. Но сделала только несколько шагов и вдруг услышала:       — Блум! Если ты так хочешь объятий, давай я обниму, — я обернулась и увидела раскинувшего руки Лина. А на его лице лёгкое волнение, голос немного дрожит. — Только не уходи.       — Я ненадолго, только кое-что сделаю и сразу вернусь, — я отступала назад и ещё один шаг заставил меня столкнуться с… с кем-то. Я отстранилась и оглядела этого человека. И это был один из профессоров нашей школы.       — Профессор Ралис?       Эта сексуальная, резкая и нереально дерзкая дама, которая как-то положила глаз на Лина. Как-то флиртовала с ним, из-за чего я дико разозлилась, впервые ощутив ревность. И с тех пор я недолюбливаю эту даму. Хотя мы встречаемся редко, но…       Облачённая в блестящий жёсткий костюм, облегающий всё тело, подчёркивающий её большую грудь, прекрасную талию и объёмные ягодицы, Ралис тряхнула пышными волосами и перевела взгляд с меня на Линера.       — Лин, что здесь происходит? — спросила она неприятным колким голосом, элегантно изогнув идеальную бровь.       — Ничего, Ралис, — ответил Линер спокойно, — сейчас Блум живёт у меня, и мы встретились после занятий здесь, в коридоре.       — Ах, личная жизнь, что ж, не буду мешать, — с лёгкой улыбкой махнула рукой Ралис и скрылась за дверью своей комнаты.       А я… не могла двинуться с места. Сжимала кулаки и глядела в пол, отчаянно стараясь привести чувства в норму. Но не выходит, внутри всё сжимается. Я сглотнула и подняла голову на Линера. Я не могу забыть слова и интонацию профессора Ралис. То, что она сказала… Как она сказала… И…       — Идём, поужинаем вместе, — улыбнулся Линер и протянул руку.       А я стояла на месте, ошарашено глядя на его ладонь. Ладонь, которой мне так хочется коснуться, и мне так хочется ощутить объятья Линера…       Линера…       — Почему… — прошептала я не своим голосом. Он куда-то пропал, осип. Я не могла поднять взгляд на Линера.       — Что такое?       — Почему она назвала тебя Лин? — откашлявшись, спросила я. И подняла на Линера взволнованный взгляд. Она назвала его Лин. Лин. — Назвала тебя так, как зову только я. Как ты просил меня звать тебя. Только мне ты говорил это!       Линер был удивлён. Почему? Это для него неважно?       — Меня так зовут многие коллеги по работе. И Нерно иногда, — ответил Линер, в недопонимании оглядывая меня. — И я хотел…       — Значит… Ралис тебя зовёт Лин… — пробормотала я. — Значит, я всё-таки была права в своих догадках, когда видела тебя с ней. И то, как ты общаешься, какой непринуждённый у вас был разговор. Всё это! — я замерла, опустив голову.       Он мне солгал? Он действительно с Ралис? Не только со мной?       — Блум, о чём ты? Лин — это сокращённое от моего имени Линер.       Он так искренне меня не понимает. Как же это мило.       — Лин. Я думала это сокращение, что так разрешено называть тебя только мне. Думала, что это маленькая частичка чего-то общего у нас, — говорила я, часто моргая.       Отчего-то слёзы пытаются вырваться наружу, отчего-то так неприятно на душе, но я продолжаю злиться. Злиться на Линера, злиться на себя. На себя за свою тупость. Мне всего семнадцать, какой взрослый мужчина станет по-настоящему любить маленькую несовершеннолетнюю девочку? И Линер всё это устроил ради… Ради… Ради энергии? Использовал не только меня, но и Элина?       — Блум!.. — Линер хотел что-то возразить, но я его перебила:       — Я думала, что мы принадлежим друг другу, — говорила я почти неосознанно. В душе кипит. Эмоции выплёскиваются наружу. — Как же хорошо, что я не отказалась от предложения Ская о прогулке и не оставила его напрасно ждать меня, — криво улыбнулась, пятясь к двери.       Почему-то такое мерзкое состояние из-за этого… этого дорогого мне сокращения. Потому что я думала, что называть Линера так ласково, так нежно, по родному, называть его Лин разрешено только мне, но на самом деле… Всё напрасно…       — Скай? Что это значит?       Я открыла дверь и ринулась прочь вниз по лестнице. Со спины слышала, как Линер окликал меня, и хотела только одного: поскорее добраться до столовой и отправиться со Скаем… неважно куда. На озеро Роккалучи или в Магикс — мне всё равно. Главное с ним, со Скаем. Он спасает меня от всех горестей своим Солнцем, стоит ему только улыбнуться, и в душе распускаются золотые орхидеи. И я хочу к нему, а Лин…       Лин. Он не только мой Лин.       Я замедлилась в пустом коридоре учебного этажа и вовсе остановилась.       Верно, он не только мой. Лин для многих Лин. Почему я думала, что он должен быть только моим? Я… очень этого хотела. И хочу.       Я так привыкла, что он всегда рядом, что он обнимает меня, дарит своё тепло и нежно-нежно целует. Или же это что-то взрывное, страстное, неудержимое, когда он становится настоящим зверем в постели, его ничто не остановит, и я наслаждаюсь от каждого самого малейшего прикосновения.       Нет, даже прикосновения не нужно. Дыхание. Одно касание дыхания и я вновь изгибаюсь, закатывая глаза, желая, чтобы ночь никогда не кончалась.       Он добрый и заботливый, он жаркий и страстный. Он может быть двумя разными людьми — Линером и Валтором. Он уникален. Лин…       Но это сокровище не для меня. Не для девочки из приюта, которая не имеет ничего.       — Блум!       Он догнал меня. Запыхался. Я обернулась к нему, но голову не подняла.       — Блум, что случилось? Ведь это просто сокращение моего имени! — испуганно воскликнул Линер. — Если это та самая дорогая тебе частичка… мы сделаем множество только наших частичек, чтобы о них никто не знал. И они будут только наши! Только…       Я взглянула на Линера. Он ужасно взволнован и напуган, кусает губы, хочет меня коснуться, но, наверное, боится спугнуть, боится увидеть, что я вновь убегаю.       — Только, пожалуйста… — бормочет Линер с мольбой. — Прошу, не уходи. Я не хочу потерять тебя снова, Блум. Пожалуйста… Ты мне очень дорога.       «Ты мне очень дорога».       Я вспомнила лицо Ская, когда он сказал это в первый раз. Тогда, после драки с Линером, когда он с трудом мог двигаться, но всё равно поднялся и ушёл. А после множество раз показывал, как дорожит мной и пытается завоевать моё внимание. А его искренние эмоции, яркая счастливая улыбка всегда удивляют меня.       Но то, как произнёс это Линер… Его голос дрожит, он вот-вот заплачет. Или мне просто кажется, но… это не то, что сказал Скай, это другое. Это более искренне, это…       — Линер, — произнесла я, отведя взгляд, — я не то, что тебе нужно. Я не принцесса Домино, не Хранительница Пламени Дракона. Я простая девочка из приюта Гардении, которая захотела изменить свою судьбу, которой очень хотелось вырваться из клетки под названием детдом. И стоило мне ступить через порог, я… узнала мир. Новый мир, полный других эмоций.       Линер слушал меня, а я не могла поднять взгляда. Мне кажется, если я сейчас взгляну на него, то…       — Но это не поменяло то, кем я являюсь. И все ваши споры, кто меня достоин, а кто нет — просто глупая трата времени. Зачем-то вы опускаетесь ниже, чтобы общаться со мной. Я это уже говорила и… — я вздохнула.       — Линер, — я очень хотела назвать его Лин, но заставила свой язык повернуться и произнести имя полностью. — Не принижай себя ради какой-то ученицы, ради маленькой девочки, которая в любви ничего не смылит. И в дружбе тоже. Поэтому я…       Пауза дала мне пару секунд, чтобы всё обдумать, но я всё равно этого не сделала. Потому что в голове всё смешалось. Я говорю на чувствах, я говорю сердцем, а не разумом. Такое ощущение, будто я не управляю своим телом.       — О тебе знают многое даже твои коллеги по работе, а мне неизвестно ничего. Я не знаю твоего настоящего прошлого, я не знаю, кто из профессоров тебе ближе, кто является твоим другом. И о том, что с Эиросом ты общаешься немного больше, чем с другими, я узнала именно от него.       Я вспоминаю тот день, когда искала Линера и наткнулась на профессора Воздуха, который и подсказал мне верный путь.       — Ты не желаешь рассказать мне о своих матушках, сказать, что на той фотографии вовсе не твои старые друзья, а Три Древние Ведьмы в обличие людей — сильных волшебниц прошлого. Ты ничего не рассказываешь о себе, я ничего о тебе не знаю. Но обо мне тебе известно практически всё, — я помотала головой. — Нет, действительно всё. Тебе всё обо мне известно.       Я подняла голову на Линера. Всё-таки взглянула на него одним глазком и зажмурилась, улыбаясь. Он был чертовски напуган. Я никогда не видела его таким. Дрожал и ошарашено смотрел на меня глазами, полными ужаса.       — Мне всё равно, я всегда была одна. Я не буду переживать. Но всегда буду помнить свою первую любовь.       Я произнесла последние слова. Я почувствовала, что они последние, сердце подсказало. Так и не взглянув на Линера, я развернулась и направилась бегом к лестнице. Линер звал меня, кажется, он почти сорвал голос. Но он пробежал за мной лишь немного и остановился. А я вбежала в общежитие первокурсников, отпёрла дверь своей комнаты и, войдя, тут же закрыла, несколько раз проверив, что замок действительно сработал.       И съехала вниз на пол. Сморгнула набежавшие слёзы, но не плакала. Почему-то ноги принесли меня сюда, в комнату общежития, где сейчас пусто и довольно прохладно, потому что окно здесь открыто… уже довольно давно. Зато свежо.       Я не знаю, сколько просидела вот так у двери, размышляя о произошедшем. Каждый мой день наполнен разнообразными приключениями, я немного устала от этого. А завтра… Завтра я со всеми поеду в Красный Фонтан на церемонию открытия. И опять увижу Линера.       Линера, а не Лина.       И я долго-долго разглядывала большой кулон с именами своей семьи. Мама, папа, Дафна и я.