Loving you is suicide.../ Разные грани...

Ну что же, сделаем этот вечер БангДэ фэмили **если вы понимаете о чем я*))) Ну что же, еле-еде душа в теле, но я таки написала еще одну главу. Вообще, хотела сделать ее больше, но потом подумала, что если приплюсовать все события, то выйдет через чур много событий и все потонет друг в друге. Короче, решила разделить, на средненькие главы, чтобы потом не было каши. Вот)) Приятного прочтения)) ***** - Знаешь, о чем я сейчас думаю? - Нет. - Я, вот, думаю, какого черта я делаю? - Что именно? - Мне уже некоторое время нравится один парень. Так нравится, что я веду себя как малолетняя дура, стоит мне его увидеть. Вообще уже… - Ммм… Не переживай, нам, мужчинам, нравятся непосредственные создания… - Ха, учту… И, вот, сейчас лежу, и тут меня посетила мысль: почему я в таком случае сплю с тобой? - Ну, у нас нет отношений, проще же, - выдыхая дым, произнес Гук. - И вот я о том же. Может, стоит совместить приятное с полезным? – ХеСон забрала сигарету у Гука и, сделав одну затяжку, вернула ее обратно. - Говоря о «полезном», ты имела в виду секс? - Ха-ха, наверное… - Тогда я удивлен, почему он все еще не с тобой, - усмехаясь, проговорил Бан. - Как-то страшно… Это же такая заморочка с отношениями. - Ну, вернись к первой части своей мысли, «приятное с полезным». - Да, ты прав… Стоит рискнуть. Прости, тогда у нас ничего не будет. - Да я и не настаиваю… - Конечно, у тебя, наверное, еще с десяток запасных аэродромов, - усмехнулась девушка и, накинув халатик, встала с постели. – Пошли, чай попьем. - Да… А главный принимать не хочет. - О, даже так? – удивленное лицо девушки выглянуло из-за проема двери. – Тогда вставай быстрее и расскажи мне эту историю, - поторопила она ЁнГука. Молодой человек встал и, одевшись, вышел из комнаты, направляясь на кухню, где порхала ХеСон. - Ну, говори, - ставя кружку кофе перед парнем, произнесла лидер группы «Secret». - А что говорить? – улыбнулся Бан ХеСон и осторожно сделал пару маленьких глотков. - У тебя кто-то есть, и ты молчал об этом! - Ну, не то чтобы есть, просто… у меня были, так скажем, отношения. Знаешь, односторонняя любовь, я позволял себя любить, и дошло то такого момента, что я совершил ужасную ошибку. Не замечал всего того, что мне дарили просто так, из-за того, что любят. Не придавал значения тому, что меня любят, ценят и принимают таким, какой я есть, со всеми моими недостатками. В ответ на все это я просто плюнул и перешагнул… - тихо, спокойно проговорил ЁнГук, помешивая кофе и смотря в кружку. – А теперь, - молодой человек поднял взгляд на девушку, которая смотрела на него печальными глазами. - Когда я так хочу быть вместе, мне дали отворот-поворот. Сказали, что простили, но не забыли. И я теперь не нужен. ХеСон грустно вздохнула и, подойдя к парню со спины, обняла и поцеловала в макушку. - Дурачок… - Да, знаю… - Ты не должен сдаваться, - не размыкая объятий, тихо посоветовала девушка. – Если этот человек тебя любил, то такое чувство не просто погасить в себе. Сделай все, чтобы вернуть его. - Стараюсь… Но меня не слышат и не видят. - Все образуется. - Хотелось бы… **** - Боже, Джи, что случилось? – ХванБо в ужасе смотрит на своего младшего брата, у которого все лицо было опухшим, левый глаз заплыл, а губы разбиты. - Да так, неудачно встретился с полом, - решил пошутить брюнет. - Ты был в больнице? Вдруг что-то серьезное? - Нет, все нормально, - отмахнулся парень. - Зачем пришла? - Что значит «зачем пришла»? Я хотела проведать своего братишку! Боже, - девушка села на кресло и устало посмотрела на своего родственника. – Когда это прекратится? - Что именно? - Твоя такая жизнь… - Чего ты ко мне пристала, все же хорошо… - фыркнул Бом и закурил, морщась от боли на губах. - Хорошо? – всхлипнула ХванБо. - Я вижу, что у моего братишки на лице просто какое-то сине-фиолетовое месиво, заработанное в очередной драке, и ты говоришь, что все хорошо? Джи, ты хоть понимаешь, что ты делаешь? Ты не представляешь, что чувствуют родители каждый раз, стоит только телефону зазвенеть среди ночи. Мама скоро с сердцем сляжет из-за тебя! Ты хоть капельку их любишь? – сестра только махнула рукой, получив молчание и взгляд полный пофигизма. – Знаешь, мне кажется иногда, и я за это себя ненавижу, что всем бы стало легче, если бы ты исчез… - ХванБо смахнула слезы и, встав, направилась к входной двери. – Не появляйся на глаза родителям в таком виде. Я скажу им, что ты куда-то улетел отдыхать. *** - ДэХен, можно тебя на минуту? - Я занят… - Это ненадолго. - Это касается работы? - Нет, но… - Тогда мне это неинтересно. ЁнГук кивает сам себе и, погасив зарождающиеся раздражение, выходит из комнаты, сжимая кулаки. Бан заходит в ванную и в порыве гнева все сметает с полочек. И, как ни странно, это помогает успокоиться. Лидер окончательно приходит в себя, когда все вещи раскладывает по местам. Накидывая легкую курточку, ЁнГук выходит из общежития и идет на крышу. Молодой человек затягивается, смотрит на ночной город и думает, что в последнее время курит чаще, чем раньше. И даже здесь присутствует тень вокалиста: раньше лидер старался курить, если не было в поле зрения Дэ, а теперь его никто не одернет и не заберет «никотиновые палочки». ЁнГук задумывается: любит ли он ДэХена? Он ему дорог, он хочет о нем заботиться, он хочет, чтобы Дэ снова улыбался. Он хочет вернуть ребенка. Да, он знает, Дэ остался таким же, каким был прежде, но только не с ним. Бан видит, как общается с остальными Чон: такая же мягкая и теплая улыбка, такой же взгляд. Но все это превращается в дымку, рассеивается, стоит пусановцу обратиться к лидеру. Во взгляде присутствует твердость, холод, и даже тени нет на радушие. ЁнГук понимает, что ДэХен просто лишил его всего того, от чего он сам когда-то хотел избавиться. Рэппера пронзает одна мысль: может, он спутал одно чувство с другим? Может, чувство вины не дает ему покоя, а вовсе не любовь? Он по-крупному виноват перед юношей и, возможно, из-за этого так хочет, чтобы тот вернулся в привычное состояние. Ведь тогда все успокоится? «А может, все вместе?» Он запутался. *** - Что-то произошло? – осторожно интересуется ДэХен у старшего. - Нет, все в порядке. - Понятно. - Просто был очень занят. Прости, что не отвечал на звонки, - ЁнНам тепло улыбается юноше. - Бывает, ничего страшного. Я просто переживал, что, возможно, у тебя были проблемы. «Зачем ты это говоришь? Остановись…» - Нет, все в норме. «Мне больно…» - Не пропадай так больше, а то твой донсэн места себе не найдет от волнения, - улыбнувшись, весело произнес Чон. «Я не могу… Это выше моих сил… Прости…» - ДэХен… - Что? – юноша удивленно посмотрел на близнеца, который вмиг стал серьезным. - Я хочу кое-что тебе сказать… - Говори, - парень внимательно посмотрел на старшего, понимая, что тот хочет сказать что-то важное. - Я...я… - ЁнНам? - Не перебивай меня, хорошо? – получив кивок в ответ, близнец вздыхает и понимает, что не может произнести и слова. Как сказать о чувствах этому человеку, который его не любит, и вообще, стоит ли о них говорить? Зачем загружать его своими проблемами? Он все равно не примет его чувств и потом будет сторониться его… Как сказать о том, что может разрушить так хрупко установившийся мир между ним и Гуком? - Будь счастлив настолько, чтобы у меня не возникло желания сказать тебе слова, которые сегодня я не произнесу. Будь счастлив с ним настолько, чтобы я не захотел вмешаться… - произнес Бан и развернулся, чтобы уйти, но Дэ быстро хватает его за руку. - ЁнНам… - Ты все правильно понял, Дэ. Прости, но во второй раз я не смогу его вернуть. - Мы с ним не вместе… - Я знаю, но вы будете вместе. - С чего ты это решил? - Я смогу себе простить, что отпустил тебя, только если ты будешь счастлив. А твое сердце принадлежит ему… - Что ты такое говоришь? Ты не хочешь со мной дружить? – юноша обидчиво посмотрел на близнеца. ЁнНам подошел ближе и обхватил его лицо руками. - Я хочу быть с тобой настолько, что готов оступиться во второй раз. Порой мне хотелось воспользоваться нашим с ним сходством, а сейчас я хочу взять нож и разукрасить свое лицо, чтобы никогда не напоминать его. Но я тебе не нужен. - Ты хороший друг… - Я хочу большего, и поэтому мне стоит уйти, - прошептал Бан и, нежно погладив юношу по лицу, ушел. - Почему? - грустно прошептал шатен, глядя в спину близнеца. *** ДэХен упирается, вырывается, но все просто бесполезно. Лидер переплел их пальцы и тащит его куда-то. - Я не хочу! - Пошли, - упрямо говорит Бан и поднимается на крышу. ДэХен удивленно распахивает глаза: на одном из углов крыши стоял накрытый стол, а на бортиках горело множество свечей, образуя уютный уголок. - Что это? – юноша оборачивается к молодому человеку и непонимающе задает вопрос. - Свидание, - широко улыбается Бан. - Такое ощущение, что это у тебя сотрясение мозга, а не у меня, - скрещивая руки на груди, произнес Чон. - Давай посидим? - Не хочу тратить свое время, - безразлично кидает слова ДэХен. Но все это напускное. Он боится, что просто не сможет сдержаться. Кто бы мог подумать, что терпеть подобное отношение от этого человека еще сложнее, чем отсутствие внимания от него. - Что ты сказал ЁнНаму? - Чтобы ушел и даже не общался с тобой, - цедит Бан, глядя на юношу. - Почему? Он был моим другом и из-за тебя он прекратил свое общение… - Я никому не позволю приблизиться к тебе, ДэХен, - подходя и глядя в глаза юноши, твердо проговорил лидер. – Ты мой, и точка. - Нет, - качает головой пусановец в знак отрицания. – Я не твой. Между нами только работа и ничего более. Запомни это, – Чон разворачивается, чтобы уйти, как рэппер резко прижимает его к себе и шепчет на ухо: - Я люблю тебя… ДэХен закрывает глаза и начинает тяжело дышать. Зачем? Зачем он это говорит? Ведь это неправда... Что угодно, но не любовь. - Я не верю тебе… Бан сглатывает и еще сильнее прижимает к себе юношу. - Это правда… - Нет… - Мои чувства сильнее тех, что я когда-то испытывал… Я знаю, что говорю. - ЁнГук, - ДэХен разворачивается к лидеру и, смотря в глаза старшему, шепчет: – Я не верю тебе… - Что мне сделать, чтобы ты поверил? – рэппер обхватывает ладонями лицо Дэ. - Ничего. Я не хочу быть с тобой… - Но ты же до сих пор любишь меня, - отчаянно шепчет Гук. - И ненавижу себя за это, - отвечает Чон. – Я не хочу любить тебя и сделаю все, чтобы сердце забыло тебя. ЁнГук сидит один за столом, который накрыт на двоих. Он странно себя чувствует. Будто кто-то хорошо ударил его по голове, и он пребывает в каком-то трансе. Он ничего не чувствует. Такое ощущение, будто все его органы, каждая клеточка его тела остановилась и замерла. Бан делает резкий вдох, и этот глоток воздуха будто вдыхает жизнь в его тело, по-новому запуская его. И теперь он чувствует все. Лидер всхлипывает и сильно жмурится: грудь пронзила острая боль, которая не дает нормально дышать. ЁнГук закрывает глаза, снова делает глубокий вдох, а затем медленно выдыхает. Молодой человек дотрагивается до сердца, которое так сильно сжимается, что приносит невыносимую боль, и на мгновение ему кажется, что у него сейчас инфаркт будет, несмотря на такой молодой возраст и здоровое сердце. Перед глазами проносятся кадры, которые раньше не значили ничего: ДэХен запрокинул голову, сжимая его плечи, и открыл рот в безмолвном крике; Дэ улыбается ему тепло и искренне, благодаря за поддержку; Чон взъерошивает ему волосы и обнимает, даря свою заботу; вокалист прижимает его к себе, не обращая внимания на слезы и находит слова, которые помогают ему в самый трудный момент. «А что принес ему я? Ничего, кроме боли...» *** ДжиБом закуривает и смотрит на какую-то картину перед собой, но его совершенно не интересует содержимое на полотне, она скорее служит «точкой опоры» для глаз. Да, ЁнГук не кидает слова на ветер. Только что у Пака состоялся тяжелый разговор с директором агентства, и его поставили в известность, что, не смотря на то, что он хорошо выполнял свою работу – поднимал рейтинг ребят, все равно с ним расторгают договор. Пака одолела такая апатия, что он даже не предпринял какие-либо попытки, чтобы объясниться и оправдаться. Просто молча дослушал речь мужчины и положил телефон. ДжиБому хочется с кем-то поговорить, и он, пролистав несколько раз записную книжку, выбирает один контакт. - Да? - Как дела? - Зачем вы звоните, господин Пак? - Хотел услышать твой голос… - Купите наши диски и хоть заслушайтесь. Это все? - За что ты со мной? Неужели я такой плохой и так тебе противен? - Этот разговор не имеет смысла. - Я не могу забыть твои глаза… твой голос… твой запах… твои губы… тебя… - А сказать, что я не могу забыть? Страх… Я не могу забыть, как меня окружила толпа пьяных людей, а один захотел развлечься. Я до сих пор помню тот парк, твой нож, твои прикосновения, твои угрозы… Хм, и после этого у тебя хватает наглости говорить такое? - Прости… - До свидания, ДжиБом-ши. *** ЁнДжэ перебирает пальцами волосы друга, который лежит у него на коленях, изредка зарываясь и делая массаж. - Ты правда больше не хочешь быть с ним? - Да, я ему не нужен. Не хочу наступать на одни и те же грабли. - Но его чувства вроде искренние, - задумчиво шепчет Ю. - Может быть, но я не верю. Просто, чувство вины гложет его, и из-за этого он принимает такие выводы. Плюс чувство собственничества и то, что я всегда был раньше рядом. Верная собачонка… - Не говори так, - накрывая ладошкой губы шатена, просит Джэ. - А ты что с Чаном? - А что у нас? – потупив взгляд и смутившись, пролепетал юноша. - Хм, думаешь, я не заметил ваших переглядываний и прикосновений? - Ну… мы, как бы, встречаемся… - О, - громко воскликнул Дэ, за что тут же поплатился: Ю ударил его по плечу. – И как? - Мне нравится… - И это все что ты можешь сказать? Пойду к Чану, он куда более сговорчивее, - пригрозил шатен и уже захотел встать, как Ю потянул его назад. - Даже не смей с ним беседовать на эту тему! – пропыхтел возмущенный юноша. - И далеко зашли? – поиграв бровями, улыбнулся Чон. - Дэ, ты сейчас второе сотрясение получишь! – насупился Джэ. - Ха-ха-ха, ну давай, колись, Ёжик, что там Лис с тобой вечерами делает? - ДэХен, прекрати немедленно! – Ю от смущения весь покраснел. - Просто, будьте потише, а то вас слышно… - Правда?! - Так, значит, уже и до этого дошло? – воскликнул Чон, а Ю схватился за голову, что так легко спалился. Джэ, сверкнув глазами, начинает колошматить друга. - Я не могу… Ой, прекрати, - громко смеясь, произнес ДэХен. - Все, я обиделся! – заявил Джэ, складывая руки на груди. - Ёжик… *** Ю непонимающе смотрит на своего парня, который швырнул его на кровать. - ХимЧан? - Ты плохо себя ведешь, малыш, тебя следует наказать, - произнес Чан и навис над изумленным юношей. Брюнет впивается в пухлые губы Ю, тут же начинает их сминать в жестком, требовательном, слегка грубом, поцелуе. Правой рукой брюнет проводит вдоль тела и останавливается на бедре, сильно сжимая его. - Что случилось, ХимЧан? – немного дрожа от испуга, спрашивает Ю. Он не понимает, почему старший так себя ведет и за что его следует «наказать». – Ах, что ты делаешь? – уже паникуя, интересуется юноша, когда Лис грубо стянул с него домашние штаны. Ким раздвинул колени и, примостившись между ними, навис над дрожащим Ю. - Какого хера ты с ДэХеном обжимался? – низким голосом процедил брюнет. - Что? – хлопая глазами, произнес Джэ. - В гостиной, на диване… - Мы просто… разговаривали, и все… - у Ю навернулись слезы, и ХимЧан, устало вздохнув, уткнулся носом в шею юноши. - Еще раз такое повторится, ЁнДжэ, я за себя не ручаюсь, понятно? – уже более спокойно сказал Ким и погладил юношу по лицу. В ответ Ю только часто закивал. Брюнет накрывает губы вокалиста своими и начинает нежно их целовать. ЁнДжэ радостно отмечает, что все утряслось, и в предвкушении приоткрывает ротик, чтобы почувствовать шустрый язычок старшего. Завестись юному организму удаётся очень быстро, и поэтому Джэ уже тихо постанывает, когда Чан проводит языком по его шее и слегка прикусывает, дразня его. Ю гладит ладошками спину своего парня, переходя легкими поглаживаниями на бока. ЁнДжэ обнимает Кима за шею и сильнее тянет к себе, желая почувствовать парня еще ближе. Лис накрывает рукой возбужденный член вокалиста и начинает плавно двигать рукой. - Давай, солнце мое, не сдерживайся… - шептал Ким, целуя своего мальчика. - Ах… - Ю сильно выгнулся и начал подкидывать бедрами, желая получить еще большую ласку. ХимЧан оперативно скидывает с себя штаны с бельем и прижимается своим пахом к юноше. ЁнДжэ громко простонал, когда два возбужденных члена потерлись друг о друга. Ким крутанул бедрами, совершая толчки, отчего Джэ подбросило, и он начал стонать громче. Кима сводила с ума картина, представшая перед ним: вокалист закусил нижнюю губу, брови напряженно сведены, пальцы до белых костяшек вцепились в простынь. ХимЧан облизал средний палец и, чувствуя, что скоро конец, осторожно засунул в дырочку юноши. Ю распахнул глаза и, громко простонав, кончил. - В следующий раз мы зайдем дальше, - прошептал ХимЧан, гладя лицо Джэ, который отходил от оргазма, пребывая в неком трансе.