Истинная любовь.

Мартина проснулась, когда сон постепенно начал спадать. Она открыла глаза медленно и лениво, наслаждаясь приятной истомой во всём теле. Русые волосы, насыпанные по плечам, щекотали шею девушки. Перевернувшись на другой бок, Хельга провела рукой по простыне и неожиданно распахнула глаза. Дело в том, что рядом с ней никого не было. Дочь Тёмного испугалась, что Питер свершил своё незаконченное дело и отошёл в Рай. Хельга приняла вертикальное положение и стала со страхом рассматривать комнату. Питер, как не в чём не бывало, сидел на стуле с улыбкой на губах. Мартина облегчённо вздохнула и отметила, что без рубашки, так в штанах и без какой либо одежды, Питеру намного лучше. Хельга тут же вскочила с кровати, но вспомнила, что полностью нагая и стала стыдливо прикрывать грудь руками. Улыбка на лице юноши стала шире. Если бы Питер был животным, то в любом случае это был бы кот или какой-нибудь хищник, Мартина просто уверена в этом. Пэн медленно, словно дразня, подошёл к девушке и одим движением руки захватил запястье Мартины в плен его длинных пальцев. Прикрываться стало нечем и щёки девушки запылали румянцем, что вызвало у Питера ещё более радостную улыбку. Хельга вздрогнула, когда на плечи ей опустилась чёрная рубашка Пэна. Вещь доходила девушке почти до колена, как платье на пуговицах. Спутав свои пальцы в непослушных волосах девушки, Питер прикоснулся губами к открытым ключицам. -Ты такая милая, когда смущаешься. - хищно улыбнулся парень. Пэн провёл указательным пальцем по щекам, по которым вчера текли редкие слёзы, по губам, которые были искусаны и истерзаны поцелуями, и наконец-то прикоснулся губами к губам своей возлюбленной. По телу обоих прошло тепло. Питер обязан был вернутся в мир живых, хотя бы ради Мартины, которая просто не переживёт того, что он останется тут. Стук в дверь прервал момент, когда Питер стал осторожно стягивать рубашку с острых плеч Мартины. Распахнув дверь Питер увидел на пороге Крюка. Капитан Киллиан Джонс стоял на пороге во всей своей красе и, кажется, был слишком встревожен. -Руби здесь. - прошептал запыхавшийся пират. От одной фразы весь день перевернулся с ног на голову. Быстро одевшись, Мартина выскочила из номера в отеле и выбежала на улицу. Питер и Крюк ни на шаг не отставали от Хельги. Встреча мамы и дочери произошла совершенно неожиданно. Руби заключила свою приёмную дочь в крепкие объятья и что-то шептала девушке на ухо. -Как ты тут оказалась, мама? - спрашивает Мартина. -Это долгая история. - смущенно пожимает плечами Руби. - Я должна, как можно скорее, помочь моей подруге Дороти. Я была в Оз и теперь из-за меня с Дороти, наверное, приключилась беда и дело не обошлось без Зелены. -Не волнуйся, мы поможем.- подбодрила её Белоснежка. Пока герои и злодеи бегали по Адскому Сторибруку в поисках волшебных башмачков и тёти Дороти, то у Руби и Мартины была масса времени побыть вместе. Мисс Лукас не хватало своего "волчонка", хоть и она повзрослела после приключений в Камелоте. Им нужно было столько всего рассказать, что Руби иногда даже забывала о Дороти. Однако, тревога за подругу вернулась к ней после вторичной смерти единственной надежды разбудить Дороти поцелуем истинной любви. -Это моя вина. - приговаривала Руби, расхаживая по коридору отеля "У Бабушки". Хельга наблюдала за страданиями матери и ничего не могла с этим поделать. -Не твоя. Никто не мог знать, что так получится. - попробовала переубедить её дочь. - Постой-ка.... Хельга заметила в глазах матери что-то такое, что не видела давно по отношению к кому-то кроме неё и бабушки. Наверное, такое мимолётное чувство было у Руби когда-то к Виктору, но видимо теперь на его место пришла Дороти. Мартина была не маленькой и могла понять, что её мать влюбилась. Дочь волчицы знала, что такое любовь. Ровно так, как и знала, как любовь ранит, если что-то случается плохое. -Ты ведь любишь Дороти, да? Такой вопрос немного смутил Руби и она сначала немного нахмурилась, а затем покраснела. Мартина хорошо знала цвет таких щёк. Она сама всегда краснела, когда Питер говорил или делал что-то смущало её. -Я давно не любила никого, кроме тебя и бабушки. - вздохнула Руби. - Забыла, как это, любить кого-то и быть любимой. -У тебя же были парни в Сторибруке? - не поняла Хельга. -Это другое. - ещё больше засмущалась Руби. - Они были действием заклятья и я вела себя, как под программой. Это не мой выбор, а выбор моей сущности Руби Лукас, не Красной шапочки. -Значит, ты должна как можно скорее торопится в Оз, чтобы разрешить вечный сон Дороти. - сделала за мать вывод. Хотя Питер и отправлял Хельгу вместе с матерью в живой мир, но упрямая девушка не за что не захотела бросить его в Аду. Зато с Руби в мир живых вернулась Мэри-Маргарет и уже нянчила своего сына. Питер и Мартина шли по улицам города в лавку Голда. Белль сообщила родной дочери, что отцу и ей есть, что сказать Хельге. Пэн просто не согласился отпускать Мартину далеко от себя. Чувство опасности не покидало его после ухода из Ада Руби. Вполне возможно, что ему передалось настроение девушки, которая снова рассталась с матерью, или же это было что-то другое. Мартина ни как не ожидала, что планом Белль по спасению брата или сестры Хельги будет вечный сон. Для девушки стало шоком то, что у её родителей будет другой ребёнок. Она уже давно смирилась с тем, что они не были с ней большею часть её жизни и понимала, что они оба имеют полное право на новую попытку воспитать ребёнка. -Когда я буду спать вечным сном, то ты, Румпель, сумеешь найти способ разорвать контракт, а потом либо мой отец, либо Мартина разбудят меня. -Белль не делай этого. - сдавлено попросил мужчина. -Я бы тоже не советовал этого делать. - подал голос Пэн. Одна Хельга безотрывно смотрела на мать и не понимала, что с ней происходит. Она как бы была ещё тут, но вот что-то мешало ей сказать хоть слово. Внутри всё сжималось и хотелось закричать от боли, но девушка держалась. Перед глазами темнело и сознание постепенно отказывалось слушать свою хозяйку, словно кто-то забирает все жизненные силы и выкачивает их, как воздух. Мать и дочь упали почти одновременно, только Белль не говоря ни слова, а Мартина с громким криком боли. Благо, обе упали в руки своих любимых. Питер в тревогой посмотрел на лицо Хельги искажённое болью. Девушка билась в руках Пэна. Глаза были плотно закрыты, но губы дрожали, как в лихорадке. Тело девушки стало горячим и она тряслась, как от удара током. Держать её на руках было невозможно, она билась и почти кричала. Уложив Мартину на кушетку рядом с Белль, Питер с тревогой посмотрел на Румпельштильцхена. Маг стоял в ступоре и не знал к кому кинутся, к Белль или дочери, или же задушить Пэна, хотя он не причастен к этому. -Что случилось? - Тёмный маг подбежал к дочери, которая сейчас нуждалась в большей помощи, чем Белль, которая всего лишь спала. -Не знаю. - раздражённо бросил Пэн. - Упала в обморок, просто упала. -Как-то странно она выглядит. - маг положил свою широкую ладонь на лоб Хельги и руку тут же опалило жаром. - У неё высокая температура и жар. Очень странно. С ней что-то случилось? -Нет. Вроде бы. - неуверенно ответил Пэн. Атмосфера в лавке накалилась до предела.Одна лишь только Белль спокойно спала, а рядом Хельга не могла лежать спокойно и сгорала в жару. Никакие лекарства из лавки мага не помогали снять жар, как Румпельштильцхен не старался. -Да, что происходит!? - от гнева Голд ударил со всей силы по столу и склянки с лекарствами подскочили. Питер был тоже на грани срыва, но не был бы он Питером Пэном, если бы не мог контролировать эмоции и в самый нужным момент оставался спокойным. Он держала в своих ладонях хрупкую и горячую руку Хельги. Плотно сжатые веки девушки не давали ему покоя. Она явно была в самом тяжёлом состоянии и излечить её не просто. Главное, они даже не знали причину её такого странного состояния. Неожиданно Тёмный маг, пошарив в ящиках, достал небольшую склянку с ярко синей жидкостью. Он подошёл к дочери и рассеял синею пыль над телом девушки. -Что это такое? - спросил Питер, освобождая место рядом с Мартиной для Голда. -А вот сейчас и проверил, из-за чего свалилась моя дочь. - загадочно сказал Румпельштильцхен. Он поднял руку над телом Хельги и стал колдовать. Только колдовством можно было узнать, что происходит с Хельгой.