Истинная любовь.

Мартина просыпается от довольно сильного удара молнии об землю. Странно, в Нетландии не бывает грозы. Тут дождь и то редко капает. Хельга вскакивает с кровати, словно испуганный кролик, хватаясь за широки плечи спящего рядом Питера. Юноша просыпается не сразу, ему молния не почём. Он перестал боятся её ещё маленьким, когда понял, что в мире есть вещи пострашнее обычной грозы, но сейчас его напугал вид Хельги. Он посмотрел в испуганные глаза девушки и устало вздохнул. За окном уже светило солнце и время близилось к семи часам утра. -Там молния. - словно ребёнок, говорит Мартина. - Не может же быть гроза среди ясного неба. -Ты разбудила меня из-за молнии. - выгибает брови Пэн. - Это уже слишком, Хельга. -Ты мне не веришь? - девушка скрещивает руки на груди, прикрывая наготу, а в глаза её читается уже обида. -Если тебя это устроит, то пойдём и посмотрим. - сдался Питер. - Ты всё равно теперь не уснёшь. Питер Пэн и Мартина спускаются с дерева и не спеша идут по поляне. Однако, встать им следовало. Недалеко от берега, где плескались небольшие волны, стоял Румпельштильцхен. Молнию вызвало его перемещение в Нетландию. Он попал сюда с помощью мощного колдовства, а не волшебного боба, которого у мага, к сожалению, не оказалось. Мистер Голд опирался на любимую трость и едва передвигал ногами. Такие полёты не шли ему на пользу, даже в обличье Тёмного мага. -Папа? - удивляется Мартина, подбегая к отцу. Голд улыбается своей дочери и обнимает её. Какая-то часть его, которая любит семью, тянется к Мартине. К единственному ребёнку, который сейчас жив и здоров. Румпельштильцхену трудно признавать, но он даже рад, что Питер нашёл ту целебную траву, которая спасла его дочь. -Как ты оказался тут? - улыбается ему дочь. -Я ищу способ вернуть Белль из вечного сна. Твой дед отказался помогать мне из-за прошлых ошибок. Видно он не так уж и любит её. В Нетландии я ради тебя. Волновался, когда Пэн увёз тебя из Сторибрука. Питер стоит, скрестив руки на груди. Ему не нравится появление Тёмного. Голд вообще, как ненавидел хозяина острова, так и продолжает его ненавидеть. Напряжение между Тёмным магом и Вечным мальчишкой было легко заметить невооружённым глазом, но Хельга настойчиво продолжала не замечать этих взглядов. Она прошлась дальше в лагерь, увлекая за собой отца. Девушке хотелось поговорить с Румпельштильцхеным о многом, в основном о том, как он будет спасать Белль. Питер ухватился за руку мага, как только Мартина отшла достаточно далеко. Он пронзительно посмотрел на Голда, желая убедится в чистоте его намерений, но никогда нельзя обманываться, тем более, когда имеешь дело с Тёмным магом. -Зачем ты здесь? - холодно и с ноткой угрозы полюбопытствовал Пэн. Челюсть Голда сжала. Он не хотел выпускать свой гнев наружу прежде чем удаться поговорить с дочерью. Хватка Питер ощутимо ослабла, но он не прерывал зрительного контакта с отцом Мартины. -Ради дочери. Это всё, что дьяволу нужно знать. -терпеливо, как мог, ответил Голд. Пэн не стал усложнять ему жизнь и, скрестив руки на груди, пронзительным взглядом следил, как Голд разговаривает с Хельгой и как улыбается на его слова девушка. Питер давно смерился с тем, что против её воли разрушить её связь с семьёй не получится, но он достаточно натерпелся до Румпельштильцхена, чтобы знать насколько он опасен. -Я бы хотел поговорить с вами обоими. - высказал свои желания Голд, подчеркнув слово "обоими". Пэн сел напротив Голда. В глазах хозяина острова читалась настороженность и было чувство, что он в любой момент может что-то высказать или пустить в мага стрелу с ядом. Хельга села рядом с Питером, накрыв его ладонь своею. Это должно было сдержать хоть на какое-то время юношу. -У вас будет ребёнок. - как факт, сделал вывод Голд. - Однако, Пэн явно не собирается женится на тебе, Мартина. Хельга покрылась заметным румянцем, а мышцы Питера напряглись. Девушка никогда ещё не разговаривала с Питером на тему свадьбы. Признаться, ей нравилась такая жизнь с ним. Никто не мешал развитию их отношений и никто их не торопил. Беременность получилась такой неожиданной, что сами родители ещё не осознали этот факт. Казалось, Румпельштильцхен был настроен решительно. -Я не знаю. - пробормотала Хельга. - Ведь ещё рано, папа. -Рано? - встрепенулся мистер Голд. - У тебя, если не ошибаюсь, вторая неделя беременности, а ты говоришь, что рано думать о свадьбе. Извольте, но одного внебрачного внука, о котором я даже не знал, мне хватило. Мартина, всё, что я делаю исключительно для твоего блага. Питер нервно сглотнул и посмотрел на Мартину, которая от волнения не могла сказать и слова. Сам Пэн не хотел обнадёживать девушку словами, что сможет когда-нибудь сделать ей предложение. Ведь тогда придётся расстаться с детством, шагнуть во взрослую жизнь. Когда провёл века в облике мальчишки, кажется, что всё всегда будет таким. -Хорошо, мы ещё вернёмся в этому разговору. - согласился Голд с сам собой. - Я пока налью чай. Мужчина, опираясь на трость, пошёл к костру, над которым весел небольшой чайник. Мартина переплела пальцы Питера со своими и почувствовала, что в животе как-то неспокойно. Наверное, это её ребёнок чувствует беспокойство матери и не понимает, что там происходит. Чтобы хоть её успокоить Питер касается носом щеки девушки, заставляя её губы тронутся в улыбке. Румпельштильцхен неторопливо наливает в три глиняные чашки горячий чай и в самую крайнюю подливает препарат из лаборатории доктора Хайда. Эта микстура обращает человека ко всему плохому, что есть в его душе. Голд ухмыляется собственным мыслям и выливает содержимое флакона в чашку всё о последней капли. Он подаёт чашку с обычным чаем Хельге, а зелье протягивает Питеру. Будто чуя плохое, Пэн косится на протянутый чай недоверчиво и с опаской. Тревога в его душе не дремлет и нарастает с бешеной скоростью. Трудно сдерживаться в присутствии того, кто эту тревогу поднимает, но приходится ради сидящей рядом Мартины. -Не бойся, не отрава. - уверяет его Голд. - Не в моих планах травить будущего отца моей внучки или внука. Питер берёт протянутую чашку и неторопливо подносит её к губам. Он не торопится пить, ждёт пока Румпельштильцхен сам сделает глоток. Только после того, как Тёмный маг выпивает свой чай до дна, Питер спокойно выдыхает. -Я бы хотел поговорить с Мартиной наедине. - вставая сказал отец девушки. - Пойдём. Дочь послушно следует за отцом. На прощание Голд оборачивает в Пэну, который так и желает убить мага одним своим взглядом, но, к сожалению, способности убивать взглядом у него нет. -Прощай, Питер Пэн. - качая головой говорит Голд, направляясь к озеру. Он вышел на то место, на котором спустился на землю Нетландии, и трепетно взял ладони дочери в свои огрубевшие руки. Хельга улыбнулась ему и, наверное, у Голда должна была проснутся совесть, но совести у него не было уже давно. -Что ты начал за разговоры там? - укоризненно, как Белль, наступала на него Мартина. -Пойми, я желаю лучшего для тебя.- как можно увереннее произнёс Голд. - Я забочусь о тебе. Пэн не надёжный юноша, он даже до конца не признаёт, что теперь на его плечах лежит большая ответственность. -Но я люблю его, папа. - с блеском в глазах отвечает девушка. Румпельштильцхен театрально вздыхает и торопится уходить. Он произносит какие-то заклинания и всматривается в небо, где должен появится волшебный проход. -Если что случится, то ты знаешь, как пользоваться кровной магией, чтобы меня найти. - напоминает ей отец. -Ничего не случится. Хельга машет ему на прощание рукой и видит, как её отец исчезает в глубине волшебного прохода. Ей немного грустно и почему-то страшно. Она торопится вернутся в лагерь. Рядом с Питером ей казалось безопаснее, чем одной.