Истинная любовь.

Мартина не заметила, как они с Феликсом добрались до Нью-Йорка. Ощущение дождя всё ещё не покидало людей, которые шли по улице, закутываясь в плащи и шарфы. Такая грустная и совсем не благоприятная погода очень чётко показывала, что творилось в душе Феликса и Хельги. Они боялись, не столько за себя, сколько за своих любимых людей. Сейчас как раз так ситуация, когда хочется бежать со всех ног, но единственное, что ты можешь сделать это стоять и бездействовать. Феликс был мягким человеком, им легко было верховодить, но зато он был заботливым, верным и трудолюбивым, что считалось положительными качествами, которыми обладает далеко не каждый. Юноша пытался понять, глядя в затянутое серыми тучами небо, почему Венди уехала, разругавшись с ним? Возможно, что она боялась стать матерью или Феликс был просто не в её вкусе? Друг Пэна не мог найти на этот вопрос ответа. Феликс подозревал, что Венди со всеми её страхами перед королём Нетландии так или иначе тянуло к Питеру. Ещё на острове, когда она ночи на пролёт плакала, моля о возвращении домой, она всё таки отзывалась на ласки Пэна, не пыталась отбиваться от поцелуев, как в самом начале. Её привлекали «плохие» черты характера Питера, такие как то, что он собственник или его власть над людьми. Феликс понял, что до Питера он не дотягивает, но именно это позволяло ему оставаться самим собой. Он твёрдо решил бороться за свою любовь, пока это ещё возможно. Хельга думала о детях, которые всегда будут центром её жизни, с Питером или без него. Она не думала о семье в таком возрасте, просто всё вышло, как вышло. Её любовь к Питеру была сильной, её уже не мог потушить даже самый сильный ветер. Что заставило её полюбить дьявола? Прильнуть к нему? Отдать половину своего сердца? Наверное, это была судьба и ничто другое. Любовь, тем более Истинную, не выбирают. На первый взгляд может показаться, что ты никогда не полюбишь этого человека, из-за его злодеяний, чёрной души, замашек садиста и тысячи других не самых, хотя бы нормальных, качеств. Потом любовь приходит неосознанно, затягивая тебя в свои силки. Питер и Мартина никогда бы не полюбили друг друга, если бы он в первый вечер в Нетландии либо изнасиловал её, либо вырвал сердце. Пэну что-то не позволило сделать ни то, ни другое. Он решил, что она сама вскоре одумается и попытается сбежать, но этого не было, Питер снова сделал ход в игре в любовь. Ему было трудно снова попытаться полюбить, но Хельга была именно той, кто понимала его и принимала, таким, какой он есть. Она знала, что он жуткий собственник, что он обожает опасные игры и прилив азарта в крови, что если он целует, то со всей душой и страстно, как никто другой, но, даже зная всё это, она продолжала любить его. Мартина прислонилась спиной к стене в аэропорту и быстро кинула взгляд на табло вылетов. Она не верила, как Феликс мог так рисковать и оставить машину прямо на парковке. В Лондоне Феликс раздобыл себе старую подержанную машину, а эту оставлял на время в аэропорту, ведь он в любом случае вернётся. Тем более, как сказал юноша, у него в аэропорту уже есть знакомые, которые могут головой отвечать за машину. Напарник Мартины сидел на неудобном железном кресле в зале ожидания и маленькими глотками пил кофе из автомата. По его позе можно было подумать, что он ни капли не переживает, но Хельга раскусила Феликса. Его длинные пальцы слишком часто дёргались и он то проводил рукой по своему «вороньему гнезду», то прикасался к шраму. Девушка присела около потерянного мальчика и с усталостью взглянула в его серые глаза. Он одним взглядом сказал ей, что всё хорошо, но оптимизма Мартине это не прибавило. Самолёт задерживали на два часа, а в их случае важна была каждая минута. Холод от кондиционеров, которые стояли здесь на каждом углу, прошёлся по плечам Мартины, девушка обняла себя руками, желая согреться. Она так впала в собственные мысли, в которых успели промелькнуть самые ужасные финалы этой истории, что она не заметила, как на её плечи опустилась куртка Феликса. Юноша пару раз провёл пальцем по щеке Хельги, желая убедиться, что она в порядке. -Спасибо. – тихим шепотом сказал Мартина, когда парень отдал ей и свой горячий кофе. На его губах промелькнула улыбка, от которой если ни тучи, так просвет на небе точно появился. Когда объявили их рельс, Феликс тихонько потряс Мартину, которая успела задремать. Будить девушку ему не хотелось, но надо было идти. -Пойдём. – мягко сказал юноша. – В самолёте выспишься. Выспаться в самолёте и правда удалось, даже Феликс уснул на полтора часа. Они оба были измучены ожиданием и чувством, что что-то обязательно пойдёт не так. Сердца отчайных влюблённых бились теперь не только в боли, сколько в надежде и тревоге. Лондон был хорошим городом. Это была родина Венди, да и сам город прекрасно подходил мисс Дарлинг. Такой же, как и она, строгий, свободный, но в тоже время и захватывающий. Мартине было не до красоты, которая окружала её. Девушка думала, что в Лондоне всегда идут дожди, но какого же было её удивление, когда на улице их встретило тёплое солнышко. Любоваться не было времени. Феликс тут же отыскал на парковке свою машину, которая никуда не делась и стояла себе целая в ожидании хозяина. Дарлинг жила на тихой улице в высоком доме, из окон которого можно было углядеть Биг Бэн. Феликс успел уже привыкнуть в городу, к цивилизации, хотя презирал сотовые телефоны, плееры и прочие безделушки. Зато он уже обращался на «ты» с инструментами, некоторые из них были ему уже знакомы, мог без особых трудов чинить одежду и обувь, пытался освоить навыки ремонта. Он задумал сделать для Венди небольшой ремонт в квартире, но после ссоры эта мысль совершенно вылетела у него из головы. Мартина подошла к подъезду и, закусив губу, посмотрела на огромное количество окон. В Сторибруке таких домов не было. Маленький и уютный город нравился ей гораздо больше, чем огромный город, где мрачные оттенки и серые люди. Феликс задумчиво покрутил в руке связку ключей, будто не решаясь войти. Страх сковывает людей и не даёт им осуществить задуманное. -Идём? – спросила девушка, ожидая от Феликса поддержки. -Вперёд. – махнул рукой юноша. Терять им было нечего, так что можно было рискнуть. Когда лифт остановился на двенадцатом этаже Хельга почувствовала, что с её сердцем произошло тоже самое. Она нашла руку Феликса и сильно сжала побелевшие костяшки. Девушка решительно подёргала ручку двери, но она не поддавалась. Тревога и паника промелькнула во взгляде дочери Тёмного, но Феликс с полуулыбкой показал её ключ. -Не зря же я сделал копию ключей. – улыбнулся юноша. Квартира оказалась небольшая и заставленная всякими коробками, мебелью и кучей всякий вещей. Многие из этих вещей принадлежали братьям Венди и их просто ещё не успели увезти в новые дома Джона и Майкла. Прислушавшись к тишине, Мартина услышала едва уловимый шёпот в дальней комнате. Это оказалась спальня и Феликс тут же побелел, не решаясь идти дальше. Мартина подошла к чуть приоткрытой двери и заглянула в проём. Если бы она могла кричать, то непременно бы сделала это, но голос покинул её. Слёзы накапливались на глазах, а Хельга всё не хотела верить в происходящее. Венди обнажённая, совсем не прикрывая свою наготу, лежала на кровати. Выражение её лица было, как у человека который получает удовольствие. Стоны слетали с её губ, как лепестки роз. Питер навис на девушкой и целовал её шею, при этом мурлыча, как с Мартиной. Отстранившись от неё, Питер стал разворачивать шелестящую обёртку и через секунду по комнате снова раздаётся до дурмана сладкий стон Венди. Питер, расставив руки по бокам от её головы, вжимает Венди в кровать, сам не сдерживая стоны. Он рычит, а Хельга чувствует, как сердце с новой силой разрывается на части. Феликс оттаскивает её от двери и они выбегают на лестничную клетку, захлопнув дверь. Жаль только, что счастливые «влюблённые» их так и не услышали. Мартина рыдает, уткнувшись в грудь Феликсу, прижимаясь к юноше, как к спасательному кругу. Её рыдания рвут душу и выворачивают сердца на изнанку. Феликс сжимает зубы от невыносимой боли, уткнувшись в макушку девушки. Он не понимает, почему не залетел в комнату и не врезал, пусть и своему другу, по лицу, чтобы не трогал его девушку и пальцем. Наверное, его отвлекало милое выражение лица Венди и её не контролируемые стоны. Он хотел выкинуться из окна. Как Венди так могла?! Он ведь любил её, как никто! Как Питер так мог, при любимом человеке и детях?! Мартина теснее прижималась к Феликсу, её всхлипы и рыдания вскоре превратились в крик боли. Сколько бы Феликс не держал её в своих объятьях, но Хельга вырывалась, била его по рукам, кричала какие-то ругательства. Девушка выбежала на шумную дорогу Лондона, стараясь уйти подальше от этого ненавистного дома. Слёзы обжигали щёки адским пламенем. Юноша выскочил следом за ней. Он едва смог поймать её за руку, когда Мартина уже хотела кинуться под машину. Она снова вырывалась, билась в истерике. Феликс, хотя внутри у него творилось тоже самое, старался задержать подругу. У него не было никого роднее Венди, а у Мартины дома были дети, которые не должны были лишиться матери. -Стой, Хельга! – пытался остановить её парень. – Этим ничего не докажешь. Ты только сломаешь жизнь тем, кого любишь. Детям, матери, отцу … Всем! -Он изменил мне! – не унималась Хельга. – Пэн хотел выйти за меня замуж. Был настроен серьёзно. Всё изменилось с приездом Дарлинг. -Знаю и верю тебе. – подавлено признал факт Феликс. Хельга наконец-то успокоилась и обмякла в руках юноши. Они кое-как дошли до скамейки и упали на неё без сил. Голова Мартины упала на плечо парня, а Феликс невидящими глазами стал смотреть вперёд, не понимая куда. -Идём. – вдруг сказал Феликс, решительно, но шатко поднимаясь на ноги. -Куда? – охрипшим от плача и крика голосом, спросила Мартина. -Тут на соседней улице есть пивной бар. – пожал плечами Феликс. – Не думал, что когда-нибудь это скажу, но мне хочется выпить. Не люблю вино или водку, один стакан выпью и всё, не могу больше даже трезво думать. Пиво тоже не люблю, но оно поприятней на вкус. Часто я не пью, но иногда позволяю кружку пива. Деньги есть, пошли их тратить. Девушка не любила пить, но сейчас её состояние было так загнано в угол, что она была готова на всё, чтобы уйти подальше от этого дома и сладкой парочки. Она почувствовала, как ноги её дрожат. Она бы упала, если бы сильные грубые руки не подхватили её. Девушка уткнулась в плечо Феликса, но плакать ей больше не хотелось. Она просто устала от этой нервотрёпки и постоянного страха. Совсем неожиданно губы Феликса коснулись её лба и девушка позволила себе закрыть глаза. Покой окутал её тело и Мартина первый раз за много времени улыбнулась. Они медленно пошли по улице, подальше от тех, кого по-прежнему сильно любили.