Седьмое небо для влюбленных

Мы вышли в комнату… И увидели такую картину: Аля и Нино уже спали. И их уже не разбудить до утра… — И что будем делать? — Их не разбудить… Кстати, смотри… — он указал на стол, где ещё 2 бутылки нетронутые и одна недопитая… — надо уничтожить улики… — Ты же против, чтобы я пила? — Ну да… — И? Выливать же жалко? — я хитро улыбнулась. — Ну… — Может один раз? — Маринет… — Ну Адриан… — Ладно… Только может у тебя в комнате? — Ммммм… Как скажешь? — Тогда пошли. Мы пришли в комнату… — Маринет? Что ты хотела спросить, когда мы услышали шум? — Я… Хотела спросить, что ты хотел спросить… — Когда? — Когда мы узнали по шуму на кухне, что пришли Аля и Нино… — Я… Не думаю, что… — Просто. Скажи, что ты хотел спросить. — Ты хотела, чтобы добро не пропало? — улыбнулся он, показывая на бутылки с жидкостью, от которой люди становятся решительнее. — Да, но… — Выпьем? — Ты был против, — улыбнулась я. — Сейчас передумаю, — засмеялся он. — Ой, напугал, передумщик, — засмеялась я в ответ. — А я уговорю. — Как же? — Тебе все расскажи, — я интригующе улыбалась. — Мои фразы? — А кто мне запретит ими пользоваться? — Ладно, МОИМИ фразами можно говорить лишь МОЕЙ… — ТВОЕЙ? — как мне нравится слышать это… — Да, моей. И попробуй только рыпну… — я его заткнула. Не сдержалась, люблю я его целовать… Мы не заметили, как «набрались смелости и решительности» (выпили), и… — Я теперь отвечу, спросив то, что хотел… Мари, я тебя хочу… Но не знаю, готова ли ты… Я очень тебя хочу, и мне очень сложно терпеть… Но я могу подождать, если ты… — Адриан, — я невинно улыбнулась. — Я люблю тебя… — Он заткнул меня поцелуем… Долгим и страстным… Его руки стали гулять по моему телу. Мне так хотелось прижаться к нему… Я увидела пелену в его глазах, его взгляд был опьянения, но не алкоголем. Мной. Как я могла его так возбудить? Неужели я могу быть настолько желанной? Неужели я… Я, такая неуклюжая, такая… И могу быть такой… Я была в одном лифчике и джинсах… А сам он был ещё одет… Я, целуя его, перебирала по его волосам, провела вниз по шее… И под футболку, которую он теперь снимает… Он целует меня с ещё большей страстью, закидывает на кровать… Отстраняется, смотрит то на меня, то на… Лифчик… Не находя особого сопротивления, он прикасается, потом сжимает… О боже… Я не могу… Я слишком громко вздыхаю… — Маринет, просто останови меня… — А… если… я… не хочу? — Я ведь могу не остановиться, ты… Понимаешь? Мне очень трудно держаться… — Любимы… Ах! — он повторил, но сжал уже сильнее… И целует, снова целует… С губ он спускается на шею, потом на ключицу… Ниже… Он постепенно спускается… Уже спустился к джинсам… Он расстёгивает их мне… Спуская их потихоньку снимает… Я остаюсь лишь в нижнем бельё, но сейчас мне жарко, словно в пустыне… И снова поцелуй… Его руки блуждают по моему телу: спина, талия, грудь, бедра… Он такой нежный… Он… Когда он успел снять с себя джинсы? А… Он… Его руки опять у меня на спине, он… Такой нежный… И он расстегнул… изделие, называемое лифчиком. Он снимает его… Он целует их, сжимает… Пока одну целует, сжимает другую до боли, но это боль так сладка… А не могу сдержать постанываний… А ему это нравится. Он... — Ах! — Мари… Просто скажи… — Нет, не скажу. Я целую его, чтоб до него дошло, что это глупый вопрос… Мои руки гуляют по его спине… Он кладет левую руку мне… Да, туда… И начинает водить, вверх-вниз, вверх-вниз… О боже… Что он со мной делает? Я постанываю… Его это заводит… Я поднимаюсь к его левому ушку и кусаю его мочку, чуть-чуть оттягивая… Я посасываю ее, лижу… Он… Его член… Дернулся? Я перевожу правую руку ему на живот… И смотрю, спрашивая разрешения… Он кивает — Если ты хочешь… — Я… Не решаюсь, и беру его под тканью, кладу руку на его... и… Обхватываю его. Я пробую делать движения вверх-вниз, и судя по его взгляду, это правильно… Ему нравится. — Мари… — я закусываю губу и смотрю на него… Он смотрит на меня умоляюще… — Возьми его в руки… — я… не решаюсь, но… нет, я, да, я делаю это. Я прожу рукой вверх, до живота, целую… И возвращаюсь обратно, но уже под резинку боксеров, и… Он спускает их ниже… Я… Вижу… Я вижу его… Я его держу. И он… Дергается? Так, Маринет, так неприлично… Не смотри так долго… Не пялься. Я охватила его, он такой твёрдый… Словно камень… Не пялиться. Я смотрю ему в глаза — и как всегда тону в них…  — Маринет? Я тебя очень хочу, ты не представляешь, как сильно… Мы… Ты… Скажи, ты хочешь этого? Ты готова? Мне очень трудно сдержаться, я готов войти в тебя и взять тебя, прямо здесь, прямо сейчас… Только ответь… — Я…