До десяти

      Тишина - это то, чего Дипперу не хватало всегда. С ним всегда была Мейбл, потому о тишине он мог лишь мечтать. Но сейчас совсем иные обстоятельства, и сестры рядом нет. Даже более того, она сейчас в смертельной опасности. И потому тишина в такой ситуации была наихудшей пыткой, которую только можно придумать.       Диппер лежал и вглядывался в темноту. Лунный свет, мягко падающий из треугольного окна, едва освещал треть комнаты, но этого освещения было Пайнсу достаточно. Парень повернулся набок, чтобы не видеть, как пустует кровать его, ещё недавно улыбающейся, сестры. При воспоминании о Мейбл, у Диппера неприятно кололо сердце. Казалась бы, вот-вот, и оно станет дряблым и дырявым полностью, станет похоже на давно использованную куклу-вуду.       Все эти размышления не давали Дипперу сомкнуть глаз, да и спать ему не хотелось, хотя бы от понимания того, что, как только он уснет, Сайфер обретет над ним полный контроль. Парень не понимал, почему Билл не воспользовался желанием и не загадал что-то по-настоящему страшное, что-то, что было в его стиле. Ведь если бы Билл захотел, он бы легко взломал преграды Форда и залез к нему в голову и без разрешения.       Диппер многого не понимал в демоне, и потому желание узнать про Билла что-то большее, росло с каждым днём. Любопытство и отвращение к Сайферу соединялись воедино, создавая бурю новых ощущений, с которыми Диппер просто не мог совладать.       Со всеми этими мыслями парень сам и не заметил, как уснул.

***

      Громкий скрип колес раздался в темноте. Диппер слышал голоса, но никого не видел. Из всех тех голосов, что доносились из неоткуда, парень отчетливо слышал свой удивленный голос и немного испуганный голос Мейбл. Но все резко стихло, и Диппер начал прислушиваться. Он понимал, что это сон, и что сейчас все события в точности повторятся. И возможно Пайнс сможет найти зацепку, хоть какую-нибудь маленькую ниточку, которая поможет ему спасти сестру. Он очень хотел разобраться во всем сам, никого не впутывая, поэтому, как только парень найдет выход, он расторгнет сделку с Биллом Сайфером.       Темнота, словно липкий черный туман, расползалась во все стороны. И Диппер снова увидел ту картину, от которой у него до сих пор ком в горле: тот самый зал, тот самый трон и та треклятая клетка, в которой неподвижно лежала Мейбл. Пайнс оказался на том же месте, где и стоял тогда, слезы невольно навернулись на глаза. Парень совсем не хотел плакать или выглядеть полным дураком, он знал, что это сон, но ничего не мог с собой поделать, ноги сами несли его к сестре. Но, подбежав к клетке, он ничего не увидел... была лишь пустота. Пустота и громкий, невыносимо злой смех, - это было последнее, что Диппер услышал, перед тем как провалиться во тьму.

***

      Первое, что увидел Диппер, как открыл глаза, была физиономия Сайфера. Не лучшее, что можно увидеть утром, даже несмотря на то, что он чертовски красив.       - Ты чего тут расселся? - съязвил Диппер, глядя в открытый глаз Билла.       Одну минуту царило молчание. Билл внимательным взглядом изучал того, из-за которого еще три года назад он проиграл вселенскую войну. Изучал настолько внимательно и с настолько серьезным видом, что Пайнс невольно дрогнул под его взглядом. Довольный реакцией Диппера Билл растянулся в ухмылке.       - Так-так-так, вижу, кто-то вырастил себе яйца и пытается мне дерзить.       Билл ухмыльнулся так, как не ухмылялся никогда.       - Я не... эх, ладно! Но можно ли поинтересоваться, что ты сейчас делаешь? - скептически произнес Диппер.       - Я заставил тебя пережить весь ужас того дня во сне, - промурлыкал Билл так, будто бы это было для него обыденной вещью.       - Но... но зачем? - прошептал Диппер. Его глаза поблекли и почти потеряли цвет, и он наклонил голову вниз так, чтобы Сайфер не увидел, и быстрым движением стер выступающие на глаза слезы.       Биллу безумно нравилось это зрелище, он обожал разные выражения на лице его Соснового деревца, - он был намного интересней других людей, и даже Шестеречник был Сайферу симпатичен не так, как Сосна. В свои шестнадцать лет он нисколько не изменился - все такой же упрямый и любознательный ребенок. Именно эта черта будоражила Билла, заставляла понять, насколько мощным притяжением обладает Сосенка, что смог привязать к себе даже величайшего демона снов - Билла Сайфера. Его лицо было настолько измученным и несчастным, что Билл позволил себе самую малость полюбоваться. Но только самую малость.       - Скоро узнаешь, - ответил Билл коротко. Он не хотел сейчас ничего объяснять Дипперу, это было бы слишком долго. - А сейчас нам надо спешить за следующим билетом к жизни твоей сестры.       Диппер, немного помедлив, согласно кивнул.       - А какой цветок дальше по списку? - спросил Диппер, одновременно натягивая на себя футболку.       - Моли, - ответил демон. - Это сильнодействующее средство, которое нужно есть для нейтрализации магических воздействий. Это растение с черным стеблем и белыми цветками.       - Понятно. Ну, тогда я пошел, ты же мне скажешь, куда идти? - быстро сказал Диппер, уже стоя у двери.       - Не спеши так, Сосенка, я пойду с тобой, - ухмыльнулся Сайфер.       - Но по... - хотел только спросить Диппер, но Билл перебил его на полуслове.       - Без вопросов, Сосновое деревце. Я так решил, а мои решения не подлежат обсуждениям, - отчеканил Билл и стремительно зашагал к выходу.       - Что же ты задумал? - прошептал Диппер почти про себя, так, чтобы Сайфер его не услышал, перед тем, как окончательно скрыться за дверью Хижины Чудес.