Привет, мамочка

      ~ - 9 day ~       Серые тучи сгущались над головами прохожих, погружая широкие улочки в еле осязаемую темноту. Вот несколько холодных капелек коснулись земли, оставив после себя небольшие влажные пятнышки. Затем раздался раскат грома, и с неба посыпались мириады прозрачных ручейков. Улочки быстро опустели, а образовавшуюся тишину нарушала лишь трель бесконечного дождя. Кто-то поспешил укрыться под навесом ближайшего магазинчика, а кто-то спокойно продолжил свой путь. Действительно, погода в Лондоне менялась часто, совершенно неожиданно, выводя из себя некоторых людей, которые так опрометчиво забывали прихватить с собой зонтики. Однако жители Англии давно привыкли к подобным капризам погоды.       Никем не замеченная девушка поёжилась, когда её окатило водой с ног до головы. Тёмные, сильно вьющиеся волосы намокли моментально, как и легкое платье, тут же облепившее хрупкую фигуру. Выругавшись сквозь стиснутые зубы, молодая особа поспешила к ближайшей арке, где её должны были дожидаться друзья. Храбро бросившись сквозь ливень, миновав два тротуара, шатенка поскользнулась на асфальте и, энергично взмахнув руками, свалилась в лужу. Несколько секунд ей понадобилось на то, чтобы вскрикнуть и резко отскочить от злополучной ямы с серо-коричневой жижей, сгруппироваться и удержаться на дрожащих ногах. Добежав, наконец, до арки под весёлый и звонкий смех друзей, юная волшебница облегчённо выдохнула.       - И надо было придумать выйти на прогулку в такую погоду, - бурчала себе под нос Гермиона.       - Зато сейчас даже крыса на улицу не сунется, не то что Пожиратели, - с насмешкой ответили близнецы Уизли. Гарри тихо поинтересовался у подруги, в порядке ли она, и накинул на её мелко подрагивающие плечи пиджак. Рон весело улыбнулся, а Джинни, погружённая в свои мысли, не заметила Тонкс, которая, воспользовавшись случаем, взъерошила длинные рыжие волосы.       - Эй! - только и воскликнула девушка, отчего все дружно рассмеялись, даже насупившаяся от неудачного падения Грейнджер.       - И какой план? - начал Фред. За него, как всегда, продолжил Джордж:       - Пробраться в Министерство.       - Уничтожить всех купленных клерков, - подыграл Рон.       - Похитить министра? - С искренним задором выкрикнула Тонкс. Несколько скептических взглядов остудили пыл опытной колдуньи. - Эм. То есть, мы будем следовать указаниям Ордена и не подвергать вас опасности. Сами - знаете - кто набирает силу. Пока опасно предпринимать хоть что-то в открытую. Необходимо затаиться.       - Мы итак три недели из убежища никуда не вылезали, - наконец заговорила Джинни. - Ещё месяц взаперти я не переживу!       - Знаю, милая, - женщина приобняла младшую Уизли и подмигнула остальным ребятам, - но сохранить наши жизни - намного важнее прогулок под дождем. Ну, пора возвращаться. - Близнецы недовольно загалдели, однако под суровым взглядом Гермионы быстро остыли. Компания взялась за старый громоздкий башмак, после чего исчезла.       Тем временем мужчина, облачённый в чёрную мантию, вбежал в арку; его рука потянулась к палочке, после чего коснулась метки на предплечье, а довольный оскал сделал лицо преступника ещё безобразнее. Потерянные дети нашлись.

***

      В неприметном домике на окраине Лондона было всего лишь пять комнат, не считая облупленной ванной, крохотной гостиной с потрескавшимся камином и черной, будто пострадавшей от пожара, кухни. Снаружи эта постройка напоминала перекошенный сарай. Дерево, используемое для строительства, казалось гнилым, рыхлым, готовым вот-вот развалиться и похоронить непрошеных гостей под грудой трухи. Но здесь было спокойнее, чем на Гриммо 12. Возможно, одной из причин являлось то, что дом окружал пустырь, который раньше использовали для дрессировки лошадей. С другой стороны, с десяток защитных заклинаний, созданных когда-то самим Альбусом Дамблдором, дарили непоколебимую уверенность в безопасности новой штаб-квартиры.       Большая часть Ордена покинула дом ради встречи с Министром, другие отправились патрулировать окрестности, попутно обновляя защитные чары, а присматривать за неугомонными подростками остались лишь Люпин, Блэк и миссис Уизли. И если женщина, окунувшись с головой в готовку, совершенно не замечала детей, то Сириус то и дело невольно заострял внимание на перешёптывании возбуждённых гриффиндорцев. Мужчину совершенно не прельщало вновь спасать задницы этих храбрых идиотов, когда те устроят очередную катастрофу. И хотя Блэка немного успокаивал отрешённый взгляд Грейнджер (что бы ни выдали Гарри с Роном, девушка не желала воплощения их плана в жизнь), руки всё равно продолжали с силой сжимать подлокотники кресла от напряжения. Что-то надвигается. Он это чувствует.       - Мы ничем не можем помочь, - уже громче произнесла младшая Уизли, и даже Люпин, сидевший напротив Сириуса с какой-то маггловской литературой, весь обратился в слух.       - Но должны! - выкрикнул Рон и подскочил со своего места. - Остальные рискуют жизнями ради нашей защиты, а мы протираем штаны в этой лачуге!       - Мы ещё дети, - возражает его сестра, - заклинаний, которые знаем, недостаточно для открытой борьбы.       - Или ты так жаждешь смерти, Рональд, что готов броситься на Пожирателей с голыми руками? - Гермиона осуждающе воззрилась на друга, после чего парень, немного помявшись на месте, всё же сел, продолжая бубнить что-то под нос.       - Наша миссия состоит в другом - найти крестражи, - добавил Гарри. - Хотя, это больше похоже на поиск несуществующих сокровищ.       - Но ведь ты собственными глазами видел ИХ, - Рон округлил глаза, - эти...осколки души.       - Однако, чтобы уничтожить их, потребовалось немало усилий, даже Дамбл... - все понимающе смотрели на запнувшегося Поттера, и Гермиона крепко сжала его руку, подбадривая. - Даже Дамблдор оказался бессилен перед проклятием крестража. - На несколько минут в гостиной воцарилась тишина. Волшебники невольно вспомнили, как простились с директором Хогвартса. Тогда всё потонуло в ярко-белом свечении и никто не смел ронять слёзы. Лишь позже, спрятавшись от посторонних, можно было дать волю своим эмоциям. Больше всех пострадал Гарри, и лишь благодаря друзьям он стал пусть и не прежним, но целым, сильным.       Грейнджер опустила голову, стараясь незаметно сморгнуть непрошеную влагу. В последнее время на их неразлучную троицу слишком много навалилось, и желание спрятаться где-нибудь в углу кажется вполне естественным, даже разумным. Но кто, если не ОНИ?       Поток пессимистичных размышлений прервало громкое сопение Рона. Гермиона тряхнула головой и увидела, как Джинни медленно поднялась, осторожно коснулась плеча дремлющего Поттера и, когда он открыл глаза, словно Снитч, умчалась в сторону девичьей спальни.       - А где Ремус и Сириус?       - Пошли обновлять защитные. Ты настолько глубоко ушла в себя, что ничего не заметила. - Гарри мило улыбнулся и пригладил растрепавшиеся волосы. - Думаю, мы хорошо погуляли сегодня. Спасибо.       - Моя заслуга лишь в том, что я смогла всех уговорить. А вот Уизли потрудились на славу, - девушка усмехнулась, когда Рон вдруг захрапел. - Оставим его здесь.       - Месть за чихательный батончик?       - Не люблю оставаться в долгу, особенно у друзей. - Приглушенно хихикая, парочка осторожно покинула гостиную и распрощалась в коридоре; Поттер прошёл через кухню, где Молли продолжала что-то усердно готовить, и, наконец, повалился в объятия мягкой постели.       Он слышит чьи-то голоса... Кто-то насмехается над ним и уходит в сторону, плюнув под ноги. Неважно. Они все когда-нибудь уходят. Кто он? Зачем он здесь? Почему так темно? Гарри поёжился, мысленно обняв себя за плечи. Где Гермиона? Где Рон? Почему так холодно? Вопросы неукротимыми змейками ползали в голове, из-за чего хотелось просто взвыть. Гриффиндорец не мог найти ни единого ответа, лишь боль охватывала всё его тело. Он... умрёт? Вот так возьмёт и умрёт, оставив друзей наедине с кошмаром, в этом ужасном мире? Он не может так поступить! Не может!       - Ты слышишь меня? - шипит голос, от которого веет холодом. Гарри прекрасно знает его, но не хочет отвечать. Зачем? Это скоро закончится. Он просто проснётся, и кошмар расстворится, исчезнет, как предыдущие.       - Хочешь ли ты жить? - Руки опускаются на плечи и давят, будто стальные тиски.       Его нет! Его здесь быть не может!       С губ срывается вскрик, но он тонет во тьме, как и всё вокруг.       - Хочу.       - Открой глаза. - Дыхание самой смерти опаляет его лицо.       - Я боюсь.       - Чего? - смеется мужчина. - Меня? Разве ты боишься меня?       - НЕТ! НЕ БОЮСЬ! Я... - Поттер распахивает глаза и невольно вздрагивает, встречаясь взглядом с хитрыми голубыми огоньками, наблюдающими за каждой эмоцией, мелькнувшей на его лице.       - Но ты умрешь, - с некоторой грустью произнёс собеседник Гарри. - Все вы умрёте. А я останусь. Совсем один. - Неожиданно он рассмеялся, в глазах вспыхнуло безумие, сковавшее не хуже "Остолбеней".       - Умрёте! Умрёте! Умрёте! - кричал мужчина, после чего стал душить гриффиндорца. Ему не хватало воздуха, паника растекалась по телу мелкой судорогой...       Тем временем тьма рассеялась, но увиденное отнюдь не обрадовало Поттера - последние угольки догорали, и на многие мили растянулось настоящее пепелище; от великого Хогвартса почти ничего не осталось, разве что тлеющие детские тела, чьи глаза, распахнутые в немом ужасе, взирали на него с неким упрёком. Парень отшатнулся в сторону, почувствовав свободу, намереваясь спрятаться от бывших друзей, но они были везде: под его ногами, под грудой камней, в багряном болоте. Неужели, они проиграли? Все их старания были напрасны?       Последние вопросы слетели с уст, однако их подхватил ветер и унёс куда-то в незримую даль, дабы вымершее место полностью погрузилось в тишину. По щекам побежали слёзы, а внутри как будто стало пусто.       - Эй... - Неуверенно прокричал девичий голос. Гарри с замиранием сердца наблюдал за приближением Гермионы и кусал щеку.       - Кто-нибудь... Отзовись! - продолжала она кричать, до сих пор не замечая друга.       - Отзовись... отзовись... от... высь... смерть... никого нет... мертвы... - прошелестело эхо. Мурашки промчались по девичьей спине, а карие глаза наполнились неподдельной грустью. Она вновь одна. Больше никого нет.       - Я здесь! - неожиданно звонко кричит Гарри, выскакивая навстречу, не дожидаясь, когда Грейнджер сама подойдёт - слишком страшно, что она попросту исчезнет. Его растрепанные, немного подпаленные, смолянистые волосы смешно топорщатся в разные стороны, очки давно валяются где-то на земле, мантия порвана, но Поттер задорно улыбается, расправляя руки в стороны. Гермиона облегчённо вздыхает и кидается к другу с объятиями, желая забыться хотя бы на минуточку, ведь столько людей сегодня погибло...       - Гарри, я так испугалась! - признаётся она, утыкаясь носом в его шею. - Они все умерли, представляешь? Я боялась, что останусь одна! Я не хочу, не хочу! Так страшно... - Проходит какое-то время, Поттер не отвечает, и Грейнджер кажется, что он не дышит. Волшебница медленно отстраняется от лучшего друга, с которым прошла столько приключений и преград; Гарри нелепо падает на землю, словно мешок, согнувшись в неестественной позе.       Гермиона хочет закричать, однако с губ слетает только: "Прости". Она... убила его. Почему? Почему?! Гриффиндорку трясёт, и никакой адский огонь не может отвлечь её от собственных неутешительных мыслей. Тонкие пальчики зарываются в крупных кудрях, ноги подкашиваются...       Гермиона с тяжелым вдохом подскочила на кровати, а липкий пот уже облепил всё тело. Сердце стучало быстро и резко, отдаваясь истинным ужасом в голове. Волшебница вылетела из комнаты, бормоча под нос заученные заговоры, лишь бы успокоиться; волосы топорщились в разные стороны подобно старой метле, глаза блестели от замерших слез - и такой её повстречал Драко Малфой.       - Грейнджер, - протянул он и кивнул, после чего просто прошел мимо ошеломленной девушки. Та открывала и закрывала рот, силясь понять, был ли слизеринец разгуливающий по убежищу Ордена Феникса реальным или это продолжение затянувшегося сна.       - Ты в порядке? - обеспокоенно спросил Гарри. Он выглядел уставшим, даже тени под глазами стали заметнее. - Мне вот Малфой привиделся...       - Видно, чрезмерное употребление кислорода на нас плохо влияет, - нервно усмехнулась Грейнджер и обняла себя за плечи. - Нужно было оставаться дома, а не бегать по дождливым улочкам маггловского Лондона, ведь, кажется, я начинаю заболевать. - Друг понимающе улыбнулся да накрыл Гермиону пушистым пледом, в который она мигом укуталась, словно в кокон.       - Пойдем на кухню лечить тебя, горе луковое, простуда - вещь серьезная, особенно в волшебном мире.       - Да. Ты прав. Спасибо за заботу.       - Ну, мы ведь как семья. Беспокоиться, как говорит Рон, моя обязанность. - Поттер тихо фыркнул в кулак, сдерживая смех, как из комнаты, что находилась поблизости, послышалась ругань:       - Да свалите уже наконец! Дайте поспать!       - И всё-таки не глюк, - без доли удивления констатировала Грейнджер.

***

      Утро в штаб-квартире Ордена Феникса началось с дикого крика; в гостиную, где к полудню собрались почти все жители дома, влетел пылающий праведным гневом Рон Уизли, размахивая руками для пущей убедительности.       - Какого акромантула Малфой делает в НАШЕЙ ванной?!       - С сегодняшнего дня Драко под защитой Ордена, - спокойно пояснил Ремус, не отрывая взгляда от книги. Гермиона качнула головой, тем самым безмолвно осуждая друга за несдержанность, Гарри же задумчиво помешивал чай, игнорируя накаляющуюся атмосферу. Рон резко выдохнул, сцепил зубы и выжидающе уставился на собравшихся. Джинни спряталась за волосами, Тонкс полностью ушла в игру с Косолапусом, а близнецы, кинув дымовую бомбу, эффектно исчезли (в их комнате раздались довольные возгласы).       - Ничего не хотите мне объяснить?       - Рон, мы не знаем всех подробностей, но Малфой сбежал от Пожирателей. Теперь ему требуется укрытие, - мягко начала Грейнджер. Она пыталась поймать его взгляд, вот только тот угрюмо смотрел в пол.       - И вы ему поверили?! Это ведь Малфой!       - Он такой же человек, как и все мы.       - Нет. Он лжец и предатель. Как вы не понимаете? Малфой пришёл сюда, чтобы сдать нас своему хозяину!       - Ты не прав. - Терпение гриффиндорки медленно подходило к концу, ещё немного, и она придушит рыжего остолопа прямо здесь.       - Вот увидите, когда прибудет орава Пожирателей, и нас попросту сотрут в порошок!       - Рон!       - Да этот слизняк ещё посмеётся, когда нас станут пытать!       - Рон! Прекрати! - воцарилась долгожданная тишина. Уизли ошарашенно наблюдал за Гермионой, которая влепила ему затрещину, как в старые-добрые времена. - Нарцисса исчезла. Она и Драко вместе сбежали от Пожирателей несколько недель назад. И всё было хорошо, пока их не нашли этой ночью. Сгорело маггловское поселение, могло погибнуть большое количество невинных людей. Однако Орден вовремя среагировал и отбил атаку. Только... миссис Малфой нигде не было.       - Это вам хорёк наплёл? - Парень перемялся с ноги на ногу, чувствуя себя довольно неуютно.       - Мы с Сириусом тоже там были, - наконец заговорил Ремус. - Миссис Малфой поделилась своими воспоминаниями, которые вскоре подверглись тщательной проверке. Их заставили прислуживать. Из-за страха они не могли обратиться за помощью, пока всё не стало настолько ужасно. Тогда-то они и сбежали.       - Малфой ведь Пожиратель! - уже не так уверенно воскликнул Рон.       - У него нет метки, - вдруг ответил Гарри. - Она исчезла. Связь с Тёмным Лордом оборвалась.       - Садись обедать, Рон, - Гермиона извиняюще погладила друга по руке, - вам ещё нужно многое обсудить. Пожалуйста, будь благоразумен.

***

      Он пялился в грёбаную обшарпанную стену вот уже грёбаный час. Мысли о матери так и не позволили ему уснуть ночью - тому было яркое доказательство в виде чёрных кругов под глазами. Нарцисса просто исчезла, ни жива, ни мертва, будто дымка испарилась. А Драко сдерживал слёзы от безысходности, прокручивая их побег из "царства смерти". Каким же непосильным трудом это далось! И если бы мама не вознамерилась связаться с треклятым Орденом, ничего бы не случилось. Да, они бы продолжили прятаться среди магглов, дожидаясь окончания только разгорающейся войны, зато были бы вместе, живы и невредимы.       Дверь скрипнула. Драко и поворачиваться не нужно, чтобы опознать незваного гостя - "святая" Грейнджер слишком уж навязчиво пытается казаться ненавязчивой. Вчерашний разговор (хотя сложно монолог гриффиндорки и невнятное мычание слизеринца назвать в коей-то мере разговором) до сих пор отзывался в сердце Малфоя непонятной болью.       Остановитесь. Хватит. Я устал. Дайте мне умереть.       Однако звонкий девичий голос возвращает его в реальность; "недо-волшебница" ставит поднос прямо у него перед носом и нахально садится рядом.       - Теперь ты не один. Мы сможем защитить тебя. И твоя мама обязательно вернётся.       В голове Драко вновь яркие - тёмные образы: пугающие, бледные, с искривлёнными лицами. Они вопят от боли, тянут окровавленные руки и задыхаются в исступлении от приближения смерти. Он бы и рад отвернуться, однако плечи стискивают костлявые пальцы, нечто уродливое, мерзкое шипит ему проклятия на ухо:       "Смотри, смотри, аплодируй. Тебе ведь нравится, малыш Драко? Я ведь знаю. Я всё о тебе знаю. Смотри, как ломаются их хребты, как лопаются лёгкие и взрываются черепа! Это твоя судьба, малыш Драко, стоять в стороне и наблюдать Конец Света. Завораживает, не так ли?"       Малфоя подташнивало от подобных воспоминаний. Лучше Забвение, чем столь длительная пытка.       Гермиона, понимая, что слизеринец не настроен продолжить беседу, медленно поднялась и собралась было оставить его в одиночестве, как парень окликнул её. Грейнджер с минуту вглядывалась в его полные отчаянья и боли глаза, пока тот собирался с духом.       - Ему плевать на грязнокровок, - и опять шипение, настолько явное, ощутимое, что Драко невольно сжался. - Он хочет уничтожить... всех. Всех волшебников. Разрушить магический мир до основания и "на его прахе построить новый мир".