Куколки.

Когда Сучжон исполнилось двенадцать лет, Суён подарила ей фарфоровую куклу. Куколка не получила имени, хозяйка не играла с ней, но зато она стояла на полке в её комнате, на самом видном месте. Золотые локоны спадали на её гладкие плечи, и шёлковое платье было подобрано под цвет её стеклянных глаз. Сучжон могла часами стоять перед шкафчиком и смотреть на златокудрую подругу. Суён заметила это, и на все последующие дни рождения младшей сестры дарила ей по кукле. Ближе к совершеннолетию, комната Сучжон превратилась в кукольный городок. Повсюду были разбросаны лоскутки ткани, нитки причудливыми узорами струились по ковру. И везде были куклы, куклы, куклы... Каждая из маленьких фарфоровых леди была одета в белое. И даже та самая, которую девушка повстречала в свой двенадцатый день рождения.

***

Суён не была в родном доме почти десять лет. За это время много что изменилось, но её младшая сестра все такая же – думала она. Ведя за ручку свою трёхлетнюю дочь, Суён шла по пожелтевшей траве, хрустевшей под её ногами. Изредка она останавливалась, ведь маленькой Саммер хотелось подобрать упавший листик. Дверь открылась, и Джессика кинулась в объятия матери, попутно вдыхая домашний запах – смесь цитруса и чего-то пряного. Этот аромат всегда её успокаивал. Семья собралась за столом, разговаривая об этих десяти годах, за чашкой ароматного чая. Родители говорили о том, что сын соседей женился, о том, что парк снесли и построили больницу на его месте, и о других бессмысленных вещах. Но Суён ведь было интересно лишь одно – где же её хрупкая, маленькая Сучжон? Стоило ей задать этот вопрос матери, как та вдруг побледнела и потупила взгляд. В этот момент в гостиную вышла девушка, и Суён не могла узнать в ней сестру. Её кожа посветлела так, что вены на руках сразу бросались в глаза. А её взгляд Суён уже у кого-то видела... Сучжон больше не походила на человека. – Привет! – воскликнула Саммер и бросилась к Сучжон. Та вздрогнула, стоило ей увидеть племянницу, но её взгляд остался таким же пустым. Она посмотрела на Суён, затем посмотрела на Саммер. – Давно не виделись, сестра, – слегка улыбнувшись, почти шёпотом произнесла Сучжон. Суён шла за своими девочками, державшимися за руки. Беспокойство в душе почти отпустило её, но стоило ей зайти в комнату младшей сестры, как оно тут же вернулось. Суён прищурилась – настолько светло было в комнате. – Я покрасила стены в белый. Сучжон присела возле шкафчика, обняв себя за коленки. Саммер села рядом с ней, внимательно изучая каждую куклу на полках. Суён также исследовала взглядом старый деревянный шкафчик. Каждая кукла неподвижно сидела на стуле, сжимая в своих светлых ладошках белый ажур, из которого было сшито платье. Их головы были наклонены вбок, и все они смотрели прямо, но будто сквозь – как и положено куклам. Взгляд Суён упал на ту самую, первую безымянную подругу Сучжон. Её локоны слегка потускнели, но она была поистине прекрасна – будто все здесь собрались из-за неё, и она, словно королева, стояла выше всех. Внезапно Суён одернуло – страх закрался в её сердце – она поняла, откуда у сестры такой взгляд. Она переняла его от этой молчаливой королевы. Такой же пустой, безмолвный и холодный. Раньше глаза Кристал “умели говорить”, даже если её губы не шевелятся, но сейчас она будто потеряла возможность разговаривать. Она утонула в куклах, и теперь говорит только с ними. Говорит своим пустым безэмоциональным лицом. Как кукла. – Почему... почему все они в белом? – сделав шаг назад, спросила Джессика. Кристал поднялась, развела руки в стороны. – Это похороны моей королевы. Внезапно та самая кукла упала с полки на холодный пол, разбившись на несколько десятков осколков.