Глава 11. Учеба, работа и прочие неприятности
15 декабря 2012 г., 09:02
Как и обещала Стефания, Нимнеэль оказался полностью готов к школе только ко второму семестру. Мальчик очень нервничал. Конечно, еще неделю назад он вместе с Джастином полностью осмотрел все школьное здание: учебные классы, столовую, медкабинет, спортзал и даже бассейн. Он даже записал себе инструкцию, как себя вести на уроках и переменах, но это не внушало уверенности.
- Дорогие дети, я снова рада видеть вас после каникул, - начала радостно вещать учительница перед классом. – Надеюсь, вы все хорошо отдохнули и набрались сил для дальнейшей учебы. А в вашем коллективе пополнение, - женщина указала рукой на стоящего рядом с ней мальчика, которого с самого начала все рассматривали. – Это Нимнеэль де Нанжел, и теперь он будет учиться с вами. Уверена, что вы очень скоро подружитесь. Садись на место.
Нимнеэль коротко кивнул и поспешил к единственному свободному месту.
На ближайшей перемене самые активные ребята попытались разговорить новичка, но мальчик, ответив на пару вопросов, замолчал и опустил голову, уткнувшись взглядом в парту. На том его и оставили в покое. Но уже на ланче ситуация кардинально поменялась.
Большинство учеников либо перекусывали шоколадными батончиками из автомата, либо давились невкусной кашей в столовой, и лишь немногие притаскивали с собой еду из дома. Так что комплексный обед Нимнеэля, что приготовил ему Джастин еще накануне вечером, был в центре внимания. Один парень хулиганистого вида даже попытался забрать всё себе, но новоиспеченный ученик Академии имени Сперанского строго сказал «Нет» и, положив свою руку на запястье обидчика, надавил на какую-то точку. Хулигана как ветром сдуло.
Джастин, как форменный идиот, уже час бродил перед входом учебного заведения. Его уже трижды пытались загнать на занятия, и даже официальное удостоверение не помогало. Наконец, прозвенел звонок, и спустя две минуты из дверей начали выбегать самые нетерпеливые школьники, желающее поскорее покинуть обитель знаний. Прошло, наверное, полчаса прежде, чем вышел Нимнеэль. А рядом с ним шла какая-то бойкая девочка, вещающая очень громко, но непонятно о чем.
- До свидания, - робко попрощался мальчик и, подбежав к опекуну, обнял его.
- Соскучился? – улыбнулся Лоу, потрепав опекаемого по лохматой голове.
- Очень, - закивал тот. – Пойдем домой?
- Я могу тебя отвести до дома, но мне нужно на работу.
- Тогда я с тобой, - заявил Нимнеэль и взял блондина за руку.
Уже подходя к зданию Европейского Отделения, гильотина задал главный вопрос:
- Понравилось в школе?
- Шумно… и много людей… - почему-то виновато ответил мальчик, с невероятным упорством рассматривая асфальт под ногами.
- Пойдешь туда завтра?
- Пойду, - уверенно кивнул Нимнеэль и по-взрослому продолжил: – потому что так нужно. Я не боюсь.
- Молодец.
Стоило двоим несовершеннолетним выйти на 8-ом этаже, как со всех сторон послышались фанфары и посыпались конфетти. Тут же на разные голоса громыхнуло: «Поздравляем! Поздравляем! Поздравляем! Ура!» – и все зааплодировали. И пока Нимнеэль с остальными Повелителями и Оружиями наслаждался фуршетом в комнате отдыха, в кабинете Хранителя состоялся довольно странный разговор:
- Поздравляю с назначением, - мужчина пожал подростку руку.
- Но, сэр… - гильотина пытался подобрать хоть какие-то слова для описания своего шока от всей этой ситуации.
- Я уверен, что мы с Шинигами сделали правильный выбор. Тем более как ты помнишь, я фактически пошел на должностное преступление, надавив на судью в деле об опеке над мальчиком. Ты мой должник.
- Знаю, сэр. Но я был уверен, что… мой долг точно не покроется занятием вашей должности.
- Очень скоро ты поймешь, что ошибаешься. К тому же Нимнеэль больше не будет сидеть в одиночестве на общей кухне, а сможет делать свои уроки здесь, в кабинете.
- Я не понимаю, сэр. Мне всего 15. Как я могу управлять целым Отделением? Есть и другие, более достойные этого звания.
- Есть, - согласился Герич. – И если ты не справишься, то кто-то из них заменит тебя. Но я бы этого не хотел.
- Почему?
- Тогда, если ты не уйдешь в отставку, будет проведено заседание по рассмотрению твоего личного дела. И там точно всплывет, что ты, будучи сам несовершеннолетним, стал опекуном мальчика, ненамного младше тебя самого. И сам понимаешь, что вас обоих ждет.
- Значит, у меня нет выбора, - констатировал факт Коса Смерти.
- Не грусти, а поторопись: сейчас весь торт съедят без тебя.
Всю следующую неделю Джастин засиживался на работе допоздна. Раньше он понятия не имел, сколько обязанностей у Хранителя. Конечно, личное обращение Шинигами и его вера в организаторские способности гильотины подбадривали последнего, но не очень. В очередной раз придя домой после одиннадцати, Лоу засел за ноутбук: он ждал важного письма из Южноамериканского Отделения. Про еду блондин вспоминал изредка, исключительно по необходимости, правда, Нимнеэль в этом отношении не был забыт.
- Джастин, ты занят? – мальчик подошел к опекуну и даже присел на его домашний рабочий стол.
- Немного… Просто жду письма… - и тут же обеспокоенно посмотрел на Ни: - Что-то случилось?
- Я хотел спросить, а правда, что кетчуп состоит из помидоров?
- В основном из помидоров, - кивнул Коса Смерти, - но там еще чеснок, приправы и что-то еще. Нужно на этикетке посмотреть. А тебе зачем?
- Я подумал, что кетчуп намазывается лучше, чем сами помидоры.
- Лучше, - согласился блондин, вновь утыкаясь в монитор, и спустя минуту вдруг до него дошло: - Куда намазывать?!
Но было уже поздно: Нимнеэль стоял в ванне и выливал все содержимое бутылки с кетчупом себе на голову.
- Ты что делаешь?! – закричал Джастин, тут же включил воду и начал смывать тягучую красную жижу.
Лишь хорошенько вымыв голову подопечному, Лоу отпустил его.
- Зачем? – только и мог спросить Коса Смерти, не зная как реагировать на произошедшее.
- Мария сказала, что моим волосам не хватает витаминов, поэтому я такой лохматый. И что мне нужно сделать маску на волосы, - начал объясняться мальчик, крайне удивленный реакцией своего защитника. – А ты говорил, что в помидорах больше всего витаминов. Ну, вот я и решил вылить кетчуп.
- Ни, - только прошептал гильотина и рассмеялся под недоуменным взглядом мальчика.