Exodus

→ Pathcode Chen ←.

Чондэ всегда считал, что всему происходящему в его жизни можно дать разумное объяснение. Во всем должна быть какая-то закономерность, а наличие причин и следствий обязательны, как и то, что одно должно вытекать из другого. Будучи человеком, близким к науке, и тут вовсе не важно, что все это скорее условно, во всем искал здравый смысл. Даже в природе своих, скажем так, не совсем обычных способностей. И это, увы, был именно тот раз, когда в своих размышлениях прийти он ни к чему не смог. Это его огорчило, но попыток своих в этом вопросе он не оставил, напротив, с большим рвением погрузился в поиски истины. Вся его жизнь всегда должна была строиться на множестве «почему» и «как». Ким работал исследователем, историком, который частенько бросал все свои рутинные дела, снаряжался в экспедицию или же в командировку, и мог уехать на другой конец света, чтобы увидеть что-нибудь необычное. Как правило, дома ничто и никто его не держали. Так и было достаточно долгое время. Пока в эту самую жизнь, легким взмахом ресниц, обрамляющих темно-карие глаза с невинным взглядом, не вошел Ким Минсок. Ким Чондэ уже тогда не мог объяснить, почему этот нескладный, слишком хрупкий и нежный на вид парень смог затмить собой всех его знакомых девушек. Минсок просто появился рядом с ним, собственно, ни на что и не претендуя, и Чондэ сам выбрал всегда быть рядом с ним. Только вот изменить старым привычкам, да и отказаться от старой цели не смог. Особенно, когда оказалось, что Мин так же, как и он, не так прост и беспомощен каким мог бы казаться на первый взгляд. Их тянуло друг к другу мощным магнитом, но они ему не сопротивлялись вовсе. Однако, Чондэ тянуло на приключения не меньше. Минсок, в последнее время волнуясь все больше и больше, этой его тяги не понимал. Чондэ, честно, держался, но когда коллега сообщил, что давно искомая книга, предположительно двухвековой давности и под авторством знаменитого китайского ученого, нашлась в полуразрушенной библиотеке в одной из стран СНГ, прислушаться к Минсоку не смог. Отправился в путь, после двух дней ссоры, так ему и ничего не сказав. Чондэ тяжело вздыхает, смотря на вечернее небо Казахстана. Сегодня довольно ветрено. Он, вроде бы, и по погоде оделся, только вот все равно зябко. А на сердце тяжесть и не спокойно. Вдали от Минсока, оказалось, быть слишком тяжело. Это беспокоит его очень сильно. Однако, работа не ждет. И чем быстрее он ее выполнит, тем скорее вернется к Мину, к родному, дорогому и теплому, без которого сейчас ему очень тяжело. Ким прилетел буквально вчера и, расположившись в гостинице и немного отдохнув, на следующий день сразу же отправился на объект. Работы было достаточно много. По архивным данным в библиотеке, которая находилась в старом ветхом здании, готовящемся на снос, обнаружили списки трудов профессора Ву. Он был выдающимся ученым в области генетики, что для его времени была чуть ли не новейшей наукой. Какие именно тот проводил эксперименты, наверно, только высшим силам ведомо. Вот у Чондэ и есть подозрения, что он имеет какое-то отношение к людям, которые способны чуточку больше, чем обычные. Чондэ слышал, что такие как он существуют. Даже мировой кинематограф об этом свидетельствует. А упоминание в литературе есть у всех стран. Ким часто думает, что назвать таких людей, к примеру, мутантами, насколько подходящая под ситуацию идея? Они точно монстры. Это то сравнение и не радует. Но, правда всегда колит глаза, да? Здание довольно старое. Фасад несколько обтрепался, как замечает молодой человек. Однако, люди здесь все еще живут. Это ли не странно? Вообще, если честно, Чондэ так же считает странным, что здание готовят под полный снос. По той информации, которую он успел изучить о месте, дом построили в конце девятнадцатого столетия специально под библиотеку. Понятное дело, что от былого величия не осталось и половины, книг здесь не много, да и вывозить их никто не торопится. Об этих трудах вообще узнали случайно. Но здание представляет историческую ценность, но его так по-варварски собрались сносить. Это удивляет не меньше, чем то, что в подобных условиях здесь еще и люди могут жить. Которые, к слову, об возможной утраченности библиотеки заботятся больше, чем о собственной судьбе. Поистине удивительный и достойный восхищения народ. Чондэ входит в здание и аккуратно ступает по ступеням вверх, озираясь по сторонам. Атмосфера здесь довольно успокаивающая, напитанная вековой историей и знаниями, что хранят в себе находящиеся тут книги. Именно за этими знаниями Чондэ и следует всю свою жизнь. Он зависим от них. Они словно его собственный наркотик. Насколько же он приблизится в этот раз к своему насыщению? Киму кажется, что та самая передозировка знаниями ему грозит еще не скоро. Но так ли это? Он достигает конца лестничных пролетов и выходит на предполагаемую крышу. Гуляющий тут свободно ветер треплет его русые густые волосы. Он раздувает простыни, что оставили сушиться здесь жильцы. Вся атмосфера навевает нотки свежести и легкости, будто бы это не простыни вовсе, а паруса, а здание – корабль, который вот-вот отправится в долгое плавание. Ким слегка улыбается уголками губ. Улыбка эта настолько легка, что незаметна вовсе. Он обязательно запишет свои мысли в блокнот для наблюдений. Как найдет книгу, тут же запишет все необходимое себе. Не зря же в руках его с собой несет. Архитектура библиотеки довольно необычная. На крыше выстроено еще одно небольшое сооружение. Что-то вроде беседки или мансарды. Сюда как раз перенесли все оставшиеся в здании книги для более удобного изучения. Чондэ присаживается, устраиваясь удобнее. Ветер треплет страницы, ненавязчиво их пролистывая. В сердце Чондэ поселяется уверенность, что книга ветром выбрана не случайно, хоть она и лежит на самом верху одной их стопок. Ким берет ее в руки, открывая на первой странице, и вчитывается в строки. Она действительно принадлежала ученому Ву. Все, что он успевает прочитать, так это то, что все в нашей жизни циклично, взаимосвязано и чтобы хоть что-то изменить, необходимо силы, что сокрыты в каждом человеке, объединить. Чондэ эти строки не удивляют и он, в какой-то мере, с ними согласен. В оглавлении его взгляд цепляется за наличие в одном из параграфов о чем-то, связанном с числом двенадцать. Небо внезапно темнеет, будто бы и тусклое солнце заволокли миллионы облаков и туч. Удивленный этим, Чондэ вскакивает со скамьи и смотрит в небо. Книги, лежащие рядом, безжалостно падают на пол. Молодой человек замечает, как солнце скрывается за темным диском. «Солнечное затмение», - догадка проносится в голове, а испытываемое ранее беспокойство усиливается. «Этого затмения быть не должно. Здесь что-то не так». Ворох беспокойных мыслей проносится в голове и Чондэ не может их так просто обуздать. Ему чудится перезвон колокола, память услужливо подкидывает информацию о том, что совсем рядом есть часовня, только вот это тоже не спасает. Чондэ ощущает, что воздух разряжен, словно перед грозой. Сердце срывается в галоп, когда он замечает трех человек, одетых во что-то серое, из-за чего они и в одно непонятное нечто сливаются. Они исчезают в здании, поднимаясь по лестнице. В этот момент Ким отмирает, оглядывается по сторонам, хватает книгу и собственный блокнот. Только вот деваться с крыши, кроме как вниз по лестнице, больше некуда. А нежданные гости в это время как раз появляются перед ним. Чондэ осматривает их настороженно, ожидая. Только вот они объяснять ничего не собираются. - Так, так, а вот и наша жертва, да еще и с бонусом, - ухмыляется один из них и кивает на книгу в руках Кима. Пожалуй, он единственный, кто выделяется среди них, так как имеет привлекающее к себе внимание лицо жителя, должно быть, одной их европейских стран. - Наш профессор как раз нуждается в наследии его прадеда. Обездвижите его, ребята. Чондэ хмурится, понимая, что лучше бы ему шкуру свою спасать, но долбаное любопытство и тяга к знаниям преграждают путь к отступлению. Собственно, как и эти люди. - Вы кто такие? – Спрашивает он, сильнее прижимая к себе книги. Паника охватывает его разум, но адреналин заставляет идти на риск, не двигаясь с места. Что они хотят от него? Кто они и откуда? И почему они так желают заполучить эту книгу? Столько вопросов, но ответов нет, Чондэ хочет непременно получить их. - Твои судьи, - хохочет второй. Он немного ниже европейца, да и сложен худощавее. - Брось пафос твой уже, Тэ, - Ким слышит недовольный голос из-за спин этих двоих, и смех. - У тебя есть то, что нам нужно, поэтому, извини, парень, тебе придется послушаться нас. Чондэ не понимает, что происходит. К тому же он не в силах пошевелится. Догадка приходит с опозданием, но… Свет озаряет небосвод, после чего гремит гром. Троица не обращает на это внимание, продолжая продвигаться вперед, сокращая расстояние между ними и Чондэ. А зря. Следующая молния достигает цель, ударяет как раз в того иностранца, который начинает так раздражать ее повелителя. Человек, ощущая сильную боль, падает на колени, скрючиваясь. - Ах, ты, сукин сын, - вскрикивает тот, чудом оставаясь в сознании. В Чондэ тут же летят ледяные иглы, пронзая правую голень и царапая до крови скулы на лице. Ким же не может поверить глазам. Его молнии больше не достигают своей цели, троица более осторожна. Они обступают его, заманивая в ловушку. Чондэ улавливает еле различимый шепот каких-то странных слов, не похожих ни на один известный ему язык. Гремит выстрел, спугивая голубей с соседних крыш. Чондэ ощущает, как сознание медленно покидает его, темнота подступает, а руки окрашиваются в красный. Как бы силен ты не был, а противостоять оружию так, чтобы это было действенно, человек еще не придумал. Конечности исследователя немеют, а холод подступает к сердцу все ближе. Но это не тот холод, который Чондэ желал бы так страстно ощутить. Этот холод исходит не от Мина, он не способен его успокоить. Чондэ очень страшно, может ли Минсока настигнуть та же участь. Ким этого не вынесет. Звон колокола и приглушенный гул голосов смолкают. Ветер все так же остается гулять по крыше, листая страницы на старинных книгах и раздувая белоснежные «паруса», за исключением тех, что окрасились в алый цвет. Все в этом мире относительно. И там, где кто-то видит конец, для кого-то другого появляется способ начать все заново и связать разрозненные части воедино.