Как две капли

      За пол года жизни без брата, Ёнги совсем скатился в учёбе. Ему ничего не хотелось, парень стал прогуливать занятия. А вот альфа наоборот решил взяться за ум и у него не плохо получалось. Стимулом послужило условие родителей: если Юнги исправится, то сможет на весенние каникулы приехать домой. Омеге об этом не сказали, чтобы сделать ему сюрприз, но почему-то не догадались поставить ему такое же условие, как и старшему.       К сожалению, родители не смогли вразумить Ёнги, чтобы тот не забрасывал учёбу. Даже, если омежка и ходил в школу, он всех игнорил, а на уроках практически ничего не запоминал.       Дома омега всё также старался не пересекаться с родителями. Вот и сейчас парень не спустился вниз, когда папа позвал его на завтрак.       Первый день весенних каникул начался как и все предыдущие дни. Ничего особенного. Как обычно плотно закрытые шторы, что не пропускают ни одного лучика света в комнату и парень лежащий на кровати в обнимку с подушкой, от которой всё ещё пахнет братом.       Дверь в комнату тихо открылась.  — Ёнги, последний раз прошу тебя спуститься. Если сейчас же не спустишься вниз, останешься без завтрака.  — Я не хочу есть, — омега накрылся одеялом с головой.       Папа лишь вздохнул и оставил сына одного.       За эти несколько месяцев у Ёна ещё была течка и он глушил её таблетками, не слушая, что ему говорил папа, он просто продолжал их пить.       Дверь снова открылась.  — Я же сказал, что не пойду завтракать, — послышалось из-под одеяла.  — Да мне как-то все равно. Я хотел отдохнуть, поэтому верни, пожалуйста, мою подушку. Этот голос омега узнает из миллиарда других. В момент одеяло полетело на пол, а парень резко подорвался с кровати и все так же обнимая подушку, во все глаза уставился на альфу.  — Чего уставился? Подушку верни, я устал с дороги, — раздражённо сказал блондин. Искорка загоревшаяся в глазах омежки тут же потухла, когда Юнги подошёл и выхватил из рук младшего свою подушку и развернувшись пошёл к двери. Ён стоял не двигаясь, а глаза неприятно защипало.       Дойдя до двери Юн резко развернулся, положил подушку на кресло, что стояло у стены и начал громко смеяться. Ёнги непонимающе уставился на брата. Альфа крепко обнял Ёна.  — Дурачок, думал, я так просто уйду? — шепнул Юн на ухо омеги. Младший ничего не ответил, лишь крепче прижался к старшему, обнимая его в ответ.  — Юнги, — тихо всхлипнул парнишка.  — Тише, мой хороший, — блондин погладил брата по спине. Омежка немного успокоился в руках парня и нежно поцеловал его в шею, легонько прикусывая светлую кожу.  — Ёнги, не провоцируй меня, иначе я за себя не отвечаю, — Юн отстранил от себя омегу, заглядывая в его глаза. — Хочешь, чтобы родители меня сегодня же отправили обратно? — парень погладил омегу по щеке большим пальцем, после чего поцеловал в тонкие розовенькие губки, сразу же отстраняясь.  — Юнги, ты останешься? — парень умоляюще смотрел на брата.  — Прости, я не могу. Это же не от меня зависит. Я не могу пойти против воли родителей, хуже ведь будет.  — Знаю, — омега опустил голову, отступая от блондина.  — Не расстраивайся, я приехал на все каникулы, так что пара недель у нас есть, — альфа хищно улыбнулся, глядя на Ёна.  — То есть,мы будем вместе две недели, но между нами ничего не будет? Я понимаю, что это не главное, но нахрена ты тогда приехал?! — омега топнул ножкой. — С таким же успехом, мы бы могли и через интернет общаться.  — Хочешь сказать, я могу сегодня же уехать? Тогда целуйся с зеркалом, -альфа наигранно обиделся и развернулся в сторону двери.  — Не уезжай! — глаза омежки наполнелись слезами.  — Куда ж я от тебя денусь? — на лице Юна сияла добрая улыбка. — Родители поставили условие.  — Какое?  — Мы должны ночевать в разных комнатах, — альфа сразу стал серьёзным. Младший молча отвернулся от брата и снова лёг в кровать, укрываясь с головой. Юнги присел рядом и погладил младшего по спине сквозь одеяло.  — Я позже зайду. Отдыхай. Альфа направился к родителям, которые всё ещё были на кухне. Парень долго с ними о чем-то говорил иногда повышая голос. Отец уже давно со всем согласился, а вот папа настаивал на том, что прав только он и никто больше.  — Стоп! Пап, отец, вы же так хотели этого, так рады были, когда мы с Ёнги обо всём догадались, почему же теперь вы так категорически настроенны? Ладно я, вы состояние Ёна видели?       Юнги перепробовал все возможные варианты, чтобы переубедить папу, но тот настаивал на своём.  — Да чёрт возьми! Сейчас же множество различных средств есть: противозачаточные, презервативы в конце-то концов.  — Юнги, а вот теперь ответь, вы этими средствами хоть раз пользовались? Ах да, ещё Ён совсем забросил учёбу, это ещё одна причина, — равнодушно сказал папа-омега.  — А эта причина случайно не в том, что нас разлучили? — на лице блондина сколтзнула ухмылка. — Всё это бесполезно, — парень разочарованно посмотрел на родителей и больше ничего не сказав, ушёл наверх. Минут через пять парень снова спустился, только в другой одежде и молча ушёл из дома.       Ёнги слышал, как блондин ругался с родителями, слышал, как Юн ходил мимо его комнаты, чувствовал его запах от чего становилось ещё больнее.       До самого вечера к омежке так никто и не заходил, только сам парень выходил из комнаты, чтобы сходить по нужде.       И снова всё повторилось. Снова Юнги пришёл домой выпившим и сразу поднялся в комнату к брату, плевать, что будет. Прямо в одежде альфа забрался под одеяло к Ёну и обнял того, тесно прижимаясь к нему. Парень нежно поцеловал младшего за ушком, медленно опускаясь к шее, рукой он забрался под футболку омеги, в которой он спал и начал поглаживать его живот, поднимаясь выше к груди. Ён положил свою руку поверх руки старшего, пытаясь отстранить его.  — Юнги, прекрати, — хрипло попросил омега, поворачиваясь лицом к брату. Альфа сразу же поцеловал Ёна, а тот и не собирался сопротивляться, позволяя блодину хозяйничать языком, углубив поцелуй. Юн целовал то страстно, прикусывая губы омежки до крови, то очень нежно, будто извиняясь. Юнги с трудом отстранился от такого желанного парня и поднялся с кровати, протягиваю ему руку.  — Поднимайся.  — Зачем? — Ёнги не понимал, что от него хочет брат и, что тот задумал. Юн продолжал протягивать руку омеге, ожидающе глядя на него. Розововолосый все же взялся за руку и поднялся с кровати.  — Где твой рюкзак? Опомнившись, Ён полез куда-то под кровать, доставая рюкзак.  — Собирай всё самое необходимое. То, что может тебе понадобиться в течении двух недель, — альфа выглядел очень серьёзным и сосредоточенным, от алкоголя в крови не осталось и следа.  — Мы куда-то едем? А как же родители? Они будут в ярости, — Ён со страхом смотрел на блондина.  — Мне все равно, что будет через две недели, меня волнует то, что происходит сейчас. Бери самое необходимое, что вместится в рюкзак и тихо спускайся вниз, я буду ждать тебя на улице.  — Ты уверен, что это стоит делать? Куда мы поедем? Что будем делать и где жить? — не унимался младший.  — Слишком много вопросов. Если через десять минут ты не спустишься, то завтра я вернусь туда откуда приехал.  — Да понял я. Сейчас соберусь. До последнего омега сомневался в том, что задумал его альфа. Правильно ли будет так поступать с родителями? Когда он все же спустился, на улице уже ждало такси.  — Юнги, мы едем на квартиру?  — Нет. Я не потратил не копейки из тех денег, что мне присылали родители, поэтому у меня достаточно денег для того, чтобы снять на время квартиру. Чего стоишь? Садись в машину. Омега нехотя сел на заднее сидение, а Юн сел рядом, приобнимая брата за плечи, младший положил голову на плечо блондина, прижимаясь к нему. Минут через пятнадцать езды омежка всё-таки уснул.  — У меня много планов на эти две недели, малыш. Тебе понравится, — Юн поцеловал брата в макушку.