Как две капли

* * *

— Так что? Когда мы можем переехать в квартиру? — спросил Юнги, хитро улыбаясь.  — Так быстро? — занервничал папа-омега.  — Ладно, лето проведём с вами, но когда поступим в университет — переедем, — тепло улыбнулся альфа.  — Куда поступать будете? — поинтересовался отец.  — Юридический? — Юн вопросительно посмотрел на брата.  — Да, но ты потянешь?  — Ты же мне поможешь?  — Всё ясно с вами, — улыбнулся отец.       После праздничного ужина мальчики уединились в комнате Юнги. После долгих споров они решили полежать и спокойно посмотреть фильм. Ещё некоторое время братья спорили какой именно фильм смотреть.  — Смотри, что хочешь, — надулся омежка и лёг на кровать, отворачиваясь от старшего. Альфа сделал глубокий вдох, пытаясь успокоить свои нервы.  — Ён, хватит дуться, — старший присел на край кровати, гладя омежку по волосам. — Кстати, ты за эти несколько недель ни разу не воспользовался моими подарками? И тут Ёнги подскочил с места, огромными глазами смотря на брата.  — Чёрт, я совсем забыл о них из-за учёбы. Куда же я их положил? — сам себя спрашивал омега. Теперь пришло время обижаться Юну.  — То есть ты их даже не открывал?  — У меня и без твоих игрушек дел полно было, — буркнул омега.  — Ладно, ещё отработаешь, — прошептал Юнги на ухо младшему, лизнув мочку. У Ёнги холодок по спине пробежал, но он не подавал виду. Альфа нежно поцеловал Ёнги за ушком, спускаясь к шее более мокрыми поцелуями, поглаживая парня по колену, медленно ведя рукой выше. Омега начал расслабляться, но придя в себя, попытался отстраниться от Юна.  — И что это за игры? Родители уже пошли к себе в комнату, так что можем продолжать, — альфа снова потянулся к брату за поцелуем. Но младший встал с кровати и направился к двери.  — Нет, Юнги. В родительском доме я не буду с тобой спать.  — Да ладно тебе, — Юн подошёл к омежке. — Малыш, ты чего?  — Не хочу расстраивать папу.  — То есть, всё лето я буду жить без твоей попки? — Юн улыбнулся уголком губ.  — До этого же ты как-то без неё жил. Альфа на несколько секунд отвел взгляд и неуверенно посмотрел на младшего брата.  — Понимаешь, Ён. Был один неприятный момент, — парень почесал затылок.  — Не продолжай, — дрожащим голосом сказал Ёнги.  — Это было один раз, я ничего не помню и очень сожалею о случившемся. Я не оправдываюсь, но в ту ночь я был бухой в слюни.  — Когда? До того как я приезжал или после? — на глаза предательски навернулись слёзы.  — Это было еще задолго до того, как ты приехал. Я точно не помню, но был либо второй, либо третий день, когда я только переехал к дяде, — тихо рассказывал Юн. Ёнги сделал неуверенный шаг назад и по его щекам покатались слёзы. У парня были смешанные чувства, и он не знал, как ему поступать, Ён не думал, что его альфа способен на такое. Постояв немного в тишине, омежка всё-таки поднял на брата взгляд и увидел в его глазах вину, раскаяние и собравшиеся в уголках слёзы.  — Мне нужно время, чтобы всё обдумать. Не говори ничего. Просто, дай мне время, — хриплым голосом попросил Ёнги.       И Юнги отступил. Альфа слышал, как за стеной рыдал его брат, и от этого сердце разрывалось на части. Юн не думал в ту ночь о последствиях, так как был пьян, а после ничего особо и не помнил. Он думал, что стоит рассказать обо всём Ёну и на душе станет легче, но от этого стало только хуже им обоим.       Ёнги не мог прекратить плакать, слёзы сами лились из его глаз, а внутри всё так неприятно скрутило. Хотя с другой стороны парень благодарен альфе, что он всё же всё рассказал.       Где-то неделю Ён игнорировал присутствие старшего брата. И на вопросы родителей ничего не отвечал, омежка замкнулся в себе, плохо спал. В одну из таких бессонных ночей парень тихо вышел из своей комнаты и направился к Юну, совсем не заботясь о том, что может его разбудить. Омега лег рядом с братом, который оказывается тоже не спал. Забрался к нему под одеяло и уткнулся лбом ему в грудь.  — Я не могу уснуть, — сказал Ён и одной рукой обнял брата.  — Прости, — альфа начал успокаивающее гладить парня по голове.       Омега практически сразу уснул, прижимаясь к старшему.       Проснувшись утром, Ёнги встретился с нежным взглядом своего альфы.  — Скотина ты, Мин Юнги, — прохрипел Ён, принимая сидячее положение. — Я долго думал. Каждый имеет право на ошибку, и ты своё уже использовал, так что если я узнаю, что у тебя есть кто-то на стороне, я тебя придушу, — омега сел на бёдра Юна. Не долго думая, альфа подмял парнишку под себя, выцеловывая его шею, но омежка тут же начал сопротивляться, в итоге шлепнулся с кровати.  — Что-то мне не очень хорошо, — скривился омега. — Пойду в свою комнату.  — Может, тебе помочь? — над ним склонился Юнги.  — Нет. Всё нормально, — Ён выдавил из себя улыбку.       Медленно поднявшись, парень мелкими шажками потопал к двери. Но как только он встал с пола, зрачки альфы увеличились в размерах, а в нос ударил резкий запах малины. Он посмотрел вслед брату и увидел постепенно увеличивающееся пятно на его шортах. Ёнги пятой точкой почувствовал что он влип и, не оборачиваясь, помчался к своей комнате. Юн не успел на какие-то пару секунд, а омежка успел запереть дверь и уже с трудом добрался к окну, открывая его. Низ живота скрутило, а в заднице всё зудело и требовало член альфы, но Ён терпел. Будто сквозь вату он слышал, как в дверь стучал Юнги, требуя открыть. Потом послышался голос папы и отца. С некоторого времени у родителей есть ключ от комнаты Ёна, поэтому папа-омега беспрепятственно вошёл внутрь, пока отец оттащил альфу в другую комнату. Войдя к сыну, — папа-омега обнаружил его лежащим на полу под окном. Парень свернулся клубочком, тихо всхлипывая. Мужчина поднял его на руки и переложил на кровать.  — Сынок, может, мы с отцом уедем на недельку? А вы тут с Юнги вдвоем останетесь, — тихо говорил старший омега, гладя Ёна по животу.  — Нет, не нужно. Я просто немного потерплю, и всё пройдёт, — кряхтел парень.  — Тогда я тебе таблетки принесу, тебе легче станет. Папа поднялся с кровати, но омежка поймал его за руку, не давая уйти.  — Пап, не нужно ничего. Мужчина сел обратно на край кровати сына, убирая с его лба взмокшую чёлку.  — Юнги сейчас тоже плохо, от того, что он не может быть рядом со своим течным омегой.  — Вот пусть он и уезжает, — со слезами на глазах ответил Ён.  — Что у вас произошло? Ты неделю всех игнорировал, даже Юна. Он тебя обидел?  — Да, обидел. А теперь оставь меня одного, пожалуйста, — шептал омежка.       Папа-омега послушался и оставил сына одного, закрывая за собой дверь. Он тут же пошёл в соседнюю комнату, где находились оба альфы.  — Что ты ему сделал? — серьёзно спросил старший омега, смотря на Юнги.  — В смысле?  — Он сказал, что ты его обидел, поэтому всю неделю он ни с кем не говорил.  — Ах, ты об этом. Когда вы меня отправили к дяде, я изменил Ёну, это было один раз и я до сих пор жалею об этом, не смотря на то что Ён меня простил.  — Если он тебя простил, почему тогда заперся и не хочет провести течку с тобой? — всё не унимался папа.  — Он говорил, что пока мы в родительском доме, то мне ничего не светит.  — Я предложил ему, чтобы мы с отцом уехали на недельку, но он сказал, чтобы ты, Юнги, уехал.  — Всё нормально, я себя контролирую.  — Я вижу, — усмехнулся отец, кивая на подушку, которой прикрывался сын.  — Юнги, есть предложение!  — Какое? — парень вопросительно посмотрел на родителя.  — Если проблема лишь в доме, мы можем, отвезти вас на квартиру и там делайте, что хотите. Только, если Ён все же простил тебя. Я бы не простил, — тише сказал папа, глядя на отца.       Уже на следующий день Ёнги был в их с Юнги квартире с чемоданом вещей и ждал альфу, укутавшись в одеялко. Он вроде и простил альфу за измену, но внутри всё равно что-то больно сжималось, как только омежка думал о том, как его истинный был с кем-то другим. Но Юн же был пьян и даже не помнил, что происходило. Нужно просто забыть это, как страшный сон и всё наладится. Ещё и у родителей отношения испортились после появления настоящего папы близнецов.       Постепенно душевная и физическая боль начала отступать и омежка уснул, поудобнее устроившись на кровати.       Юнги приехал на такси и минут пять ещё стоял перед входной дверью, прежде чем войти. Собравшись с силами и мыслями, он всё-таки вошёл в квартиру. На удивление альфы, аромат его омежки был не таким сильным, как дома и Юн начал волноваться. Парень отнёс огромный пакет с продуктами на кухню, распихивая всё по холодильнику, а потом прошёл по запаху в комнату. Присев на кровать возле брата, Юн аккуратно разбудил омежку.  — Ён, всё нормально? — обеспокоенно спросил старший.  — Нормально, — омега принял сидячее положение. — А что? — он посмотрел в глаза Юна.  — Просто, твой запах не такой сильный, поэтому я переживаю.  — Папа всё же уговорил меня выпить таблетку, всё-таки через весь город ехали. Омега сел на колени Юна, обнимая его за шею, тем самым заворачивая обоих в одеялко. Он легонько коснулся своими губками губ альфы, а тот провёл языком по нижней губе Ёна и омежка приоткрыл рот, впуская настойчивый язык альфы в свой ротик.  — Ой, — Ёнги отстранился и болезненно сжался, боясь сдвинуться с места.  — Малыш, только что ты испортил мои любимые шорты.  — Постираешь, — тяжело дыша ответил Ён, снова целуя альфу, прижимаясь к его животу своим стояком. Парень чувствовал, как быстро возбуждался Юн и начал ёрзать задницей на члене старшего, сладко постанывая в поцелуй. Юнги же одной рукой придерживал брата за талию, а второй пробрался под резинку его домашних штанов, с удивлением обнаруживая, что младшенький без нижнего белья. Сначала Юн сминал упругие омежьи ягодички и скорее всего на них останутся синяки, а затем пальчиками он начал аккуратно массировать истекающее смазкой колечко мышц, отчего омега напрягся и уткнулся лицом в плечо Юна. Ёнги протяжно застонал, когда в него вошло сразу два пальца альфы, и парень задвигал ими в попке Ёна. Успокаивая парня, Юн мокро целовал шею омежки, оставляя множество засосов. Аромат малины уже заполнил всю квартиру, от чего альфа с трудом сдерживался, чтобы не причинить брату боли.  — Больше не могу терпеть, — простонал омега. Он откинул мешающее одеяло в сторону, стянул с обоих футболки, бросая их на другой конец кровати. А Юнги аккуратно переместил Ёна на кровать, нависая над ним, альфа играл с сосками парнишки, облизывая их и посасывая, Ёнги же выгибался на встречу ласке, прося большего. Юнги стянул с омежки штаны, не спеша снимать свои пропитанные смазкой омеги шорты.  — Я кое-что нашёл в твоём комоде, — томно шептал Юн, поднимаясь с кровати. Он вышел из комнаты, но быстро вернулся и уже не с пустыми руками. Ёнги громко взглотнул, когда увидел находки брата. Это были те самые игрушки, что он подарил ему, а омежка забыл куда спрятал.  — Поиграем? — альфа хищно улыбнулся. Альфа снова склонился над парнишкой, оставляя линию из засосов под ключицами, одной рукой практически невесомо надрачивая омежке. Ён закрыл покрасневшее лицо руками и тихо стонал от приятных действий брата. Юнги начал спускаться ниже к животу, вырисовывая языком мокрые непонятные узоры уже ниже пупка.  — Ахх… — вырвалось у омежки, когда Юн по всей длине лизнул возбуждённый член омеги. Альфа посасывал головку, играя с ней языком, одновременно с этим он снова ввёл в попку брата два пальца, очень медленно двигая ими. Ещё немного поиздевавшись над парнем, Юнги протолкнул в сжимающееся колечко холодный металлический шарик, от чего омега сжался ещё сильнее и попытался как-то отстраниться от брата.  — Тише, всё хорошо. Расслабься, ты же знаешь, если не сделаешь это, будет только больнее, — шепнул альфа ему на ухо, проталкивая еще один шарик. Наконец-то Ёнги расслабился, но тут же снова весь сжался и громко застонав, перевернулся на живот, оттопыривая задницу, открывая альфе прекрасный вид на истекающую смазкой пульсирующую дырочку. Шарики внутри с каждой секундой вибрировали всё сильнее, касаясь друг друга, посылая по всему телу мурашки. Юн слегка шлёпнул брата, после, чего провёл, языком между ягодичек, слизывая смазку и кончиком языка проникая внутрь. Омега не сдержался и, уткнувшись лицом в подушку, кончил, громко вскрикнув. Его ноги разъехались, и он плюхнулся на кровать, продолжая дрожать. Юнги стянул с себя шорты и боксеры, медленно вытаскивая вибрирующие шарики из дырочки Ёна и убрал их в сторону. Омега снова был возбуждён и хотел продолжения, опять поднимаясь на коленки и виляя задницей перед альфой, который был уже на пределе. Юнги дразня, водил членом по попке омеги, размазывая смазку, потом парень входил лишь головкой. Одним плавным толчком он вошёл на всю длину, сразу же двигаясь быстро и резко, вколачиваясь в омежку, который почти охрип от стонов, кусая уголок подушки, и двигался навстречу альфе. По квартире разносились пошлые шлепки потных, возбуждённых тел и громкие стоны обоих парней. Уже несколько минут соседи беспрерывно стучали по батареям и в стены, но братья игнорировали их. Парни были в своём мире, где были только они вдвоём. Альфа вышел из омежки, переворачивая того на спину, развёл его ноги, снова входя на всю длину, продолжая двигаться в быстром темпе. Юнги продолжал усыпать тело омеги засосами. После очередного толчка, Ён кончил, впиваясь своими ноготками в плечи альфы. Юн ещё пару минут вдалбливался в Ёнги, с гортанным рыком кончая в парня, чувствуя, как набухает узел, и даже не думая покидать сладкую попку своего омеги. Ёнги практически сразу отключился, а Юн поудобнее устроился возле брата, нежно целуя его личико. Юнги тоже уснул, но ненадолго. Проснувшись, альфа укрыл брата одеялом и пошёл в душ, после чего разогрел уже готовую еду, которую приготовил папа и всучил сыну пакет с едой.       На запах вкусненького на кухню выполз замученный Ёнги со спутанными волосами, совсем голый и с красочными засосами по всему телу. Юнги осмотрел брата с ног до головы и шумно взглотнул.  — Я так хочу кушать, — парень потёр пузико рукой и прошлёпал к столу.  — Сначала в душ, — альфа за плечи развернул парнишку в сторону коридора.  — А мы вместе пойдём?  — А тебе мало было? — Юн хищно улыбнулся.  — Я требую продолжения «банкета», — Ёнги ответил брату той же улыбкой.

* * *

      Ещё дней пять у парней длился их секс-марафон, в котором перерывы были только на еду и туалет, ну и на несколько часов сна. Юнги за это время успел разложить омегу на всех горизонтальных и не только поверхностях в квартире и пару раз Ён влепил альфе не слабые пощёчины за то, что тот не успевал вовремя выйти из омежки (или делал это специально) и они сцеплялись.       После шести дней животного траха, Ёнги захотел вернуться к папе, чтобы он его пожалел и нормально накормил, но Юн был немного против.  — Но почему? Я хочу увидеть родителей, — хныкал омежка.  — Давай на следующей неделе? Как ты собираешься появиться перед ними с такой шеей? — альфа кивнул на шею Ёна, усыпанную засосами. Младший подошёл к зеркалу, рассматривая своё отражение.  — Наверное, ты прав, — парень провёл рукой по шее. — Ай! Что это? — он немного оттянул воротник футболки и увидел свежую метку, означавшую, что омега теперь принадлежит своему альфе. — Когда ты успел?  — Не нервничай так. Ничего же смертельного не произошло, — Юн подошёл к брату, обнимая его со спины.       Спустя неделю, внешний вид омеги лучше не стал, но раз решили ехать к родителям, значит нужно ехать. Только вот омеге перед выходом из дома стало плохо, и он отказался выходить из квартиры, и пролежал в кроватке около трёх дней, потому что когда он вставал, у него сильно кружилась голова и немного тошнило. Но братья подумали, что омега мог попросту отравиться пиццей с грибами, которую они ели на днях.  — Ты как? — к Ёну на кровать присел старший, только что вошедший с балкона.  — Я же просил тебя не курить на балконе, когда я в комнате, — отворачиваясь, бурчал омега. К горлу подкатил ком, но Ёнги смог подавить рвотный позыв.  — Ну, Ён, — наклонился к брату, целуя того в губы.       И тут организм омеги не выдержал и всё, что Ёнги ел за последнее время, попросилось наружу. Благо, что он успел добежать до унитаза. Юнги побежал следом и гладил бедного парнишку по спине. Вот сейчас альфе действительно стало не по себе.  — Ёнги? Ты случайно не беременный?  — Каким чудным образом это могло произойти? — раздражённо спросил парень.  — Мы всё-таки не один раз за всю твою течку сцеплялись, и какая-то вероятность всё же есть.  — Даже, если и так, какая к чёрту беременность? А университет? — со слезами на глазах рассуждал омега, продолжая обнимать унитаз.  — Это ты сейчас так тонко на аборт намекнул? Ты охренел?! То есть учёба для тебя важнее ребёночка? Важнее нас? Омега весь испуганно сжался, а по щекам уже ручьями текли слёзы.  — Юнги…  — Если ты еще хоть раз об этом заикнёшься, я тебя лично задушу, — прошипел Юн. — А теперь поднимайся с холодного кафеля и в кровать. Омежка больше ничего не говорил, он послушно лёг на кровать. Все мысли спутались и Ён не знал, как ему на всё это реагировать.  — Завтра едем в больницу, — альфа заглянул в комнату. — Родителям пока ничего не будем говорить, — он подошёл к брату, целуя его носик. — Прости, что кричал на тебя. Омега мило улыбнулся, почувствовав, что он Юнги больше не воняет сигаретами, а приятно пахнет чем-то сладеньким.  — И ты меня прости, за мои глупые мысли, — омежка прикрыл глаза, а уже через несколько минут спал, мило морща носик.       Как близнецы и предполагали, Ён забеременел. Радости альфы не было предела и, когда они вернулись домой, парень не отходил от омежки ни на шаг и младшего это раздражало. Всю третью неделю Юн заваливал брата фруктами и буквально пылинки с него сдувал.  — Юнги, — позвал омега, переодеваясь в свежую одежду.  — Что? Что-то случилось? — в комнату заглянул альфа.  — Ничего не случилось. Давай на пару недель к родителям съездим? Может, ты хоть на пару дней от меня отлипнешь, — Ён состроил невинную мордашку. — Я же, как лучше хочу. Ладно, поехали, заодно и остальные вещи потом сюда заберём.  — Только, папе с отцом ни слова о моём положении, мне нужно время, чтобы подумать, как им это преподнести, — омега умоляюще посмотрел на Юна.  — Уговорил.       К обеду того же дня ребята уже были возле дома родителей и совсем никак не ожидали увидеть перед двором их биологического папашу.  — Вы действительно очень похожи друг на друга. Я могу с вами поговорить? — спросил мужчина, внимательно рассматривая парней.  — Ёнги, иди в дом. Я сейчас приду, — альфа открыл калитку, ожидающе смотря на омежку. Он без лишних вопросов вошёл во двор, закрывая калитку, но в дом не пошёл, пытаясь прислушаться к разговору.  — Что тебе от нас нужно?  — Я бы хотел забрать вас с братом в Англию.  — Это я уже слышал. А еще я пробил по своим каналам и узнал о тебе много интересного.  — Если вы поедете со мной, я переоформлю на вас весь свой бизнес, — как можно увереннее говорил старший омега.  — Ага, со всеми многомиллионными долгами.  — У тебя устаревшая информация, — мужчина начал раздражаться.  — Если хочешь избавиться от своих долгов, поищи каких-нибудь наивных лохов, а нашу семью оставь в покое. Или я сдам тебя всем кредиторам, которым ты должен денег. Юнги вошёл во двор и встретился с расстроенным омежкой. Ничего не говоря, альфа обнял парня и повёл в дом. На пороге их уже встречал папа.  — Наконец-то наши мальчики приехали навестить своих родителей, — с улыбкой на лице папа вошёл с сыновьями в дом.  — Ага, навестить, на пару недель, — вздохнул Юн.  — Ой, а что так? — удивился старший омега.  — Да просто. Ён очень скучал.       Через полчаса стол был накрыт, и вся семья была в сборе. Папа приготовил все любимые блюда близнецов. Юнги с аппетитом всё уплетал, а вот Ён был очень переборчивым и старался не показывать, что от некоторое еды его тошнило.  — Ты, что-то плохо кушаешь, сынок. Всё ещё болеешь? — волновался папа.  — Нет, не болею, всё хорошо, правда, — омежка натянуто улыбнулся. — Тогда попробуй вот это, — старший протянул сыну ложечку с его когда-то любимым блюдом. Чтобы не обижать папу, Ён начал медленно всё пережёвывать и через силу проглотил, пытаясь сдержать подкатывающий к горлу ком.  — Не вкусно? — расстроено спросил родитель. Все наблюдали за Ёном, у которого уже слёзы на глазах выступили.  — Вкусно, — с трудом ответил парень и тут же сорвался с места и побежал к туалету.  — Простите, всё, правда, очень вкусно. Я отойду? — Юнги встал из-за стола и, поклонившись, направился к брату.  — Что происходит? Попробуй ты, — старший омега придвинул тарелку мужу.  — Действительно, очень вкусно, — альфа начал кушать предложенное ему блюдо. Парни вернулись за стол, но Ён больше ничего не ел, а лишь пил сок.  — Вы нам ничего не хотите сказать?  — Хотим, — одновременно ответили братья.  — Не злитесь на Ёна, просто, беременным омегам тяжело приходится в жизни, — пожал плечами Юн. Омежка виновато прикусил губу и боялся посмотреть на родителей.  — Ты серьёзно? Это же замечательная новость! — вскрикнул папа. — Какой срок?  — Около трёх недель, — совсем тихо ответил омежка.       До конца дня все праздновали, и Ён устал, поэтому уснул в гостиной. Юн тем временем рассказал о его разговоре с «папой».       Парни приехали к родителям на пару недель, а в итоге остались у них на два месяца. Юнги всё-таки смог поступить в универ, убедив Ёнги, что омега в этой жизни никогда не будет работать, потому что деньги должен зарабатывать альфа. Ён долго сопротивлялся, но всё же сдался под напором Юнги.       Пришло время, ехать в больницу, чтобы наконец-то сделать УЗИ.  — Ён, ты готов? — спросил Юнги, перед дверью в кабинет доктора.  — Да, — выдохнув, ответил омега.       Пока омега лежал на кушетке, альфа стоял за спиной доктора и пялился в монитор.  — Что-то вообще ничего не понятно, — ворчал омежка.  — Согласен, — буркнул альфа.  — Что же тут непонятного? Вот один альфочка, а вот второй, — врач пальцем водил по экрану. — Оба здоровенькие и хорошо развиваются.  — ОБА? АЛЬФОЧКИ? — омежка огромными глазами посмотрел на брата.  — Да. У вас близнецы. Поздравляю, — улыбнулся док, вручая альфе снимок их малышей.       Ребята ничего друг другу не говоря, вышли из клиники и пошли к машине родителей, которые ждали сыновей.  — Ну что? — взволнованно спросил папа.  — Обо всём дома поговорим. Ладно? — улыбнулся Юн.       Омега всю дорогу домой молчал, рассматривая снимок.       Приехав домой, семья собралась в гостиной.  — Что-то не так? — расстроено спросил папа. — Всё просто ОТЛИЧНО! — радостно ответил альфа. — У нас альфочки будут!  — В смысле, альфочкИ? — не понял отец.  — В прямом, — Ён протянул снимок УЗИ отцу.  — Здесь же ничего не понятно, — мужчина начал вертеть его.  — У вас будут внуки-близнецы. Оба — альфы! — радовался Юнги.       Родители сначала переглянулись, а потом с улыбками и слезами на глазах заобнимали сыновей. К вечеру снова был накрыт праздничный стол.