«Ты не уйдешь»

Уилл сидел в кресле, и смотрел на Ганнибала, и вдруг словно очутился во мраке. Он понял, кто перед ним: ни враг, ни друг, и уж тем более не человек, а монстр. Взгляд Грэма опускался медленно в пол. Он знал, что находится в опасности в одной комнате с ним. С Ганнибалом. Одно только звучало в его голове: «Беги, просто беги». Он поднял глаза. Его взгляд был наполнен ужасом только на мгновенье, потом он совладал собой, но понял, что Лектер заметил эту слабину ужаса. Недолго думая, Уилл сорвался с места, но Ганнибал был проворнее. Он рванул за Грэмом. Это больше походило на охоту: вот побежал заяц, а вот и охотничьи собаки. Он бежал сломя голову и не замечал ничего. Все, что было у него в голове, это бежать как можно быстрее. На выходе Уилл ударился плечом об край, но продолжил свой побег. Он уже почти покинул прихожую, но запнулся и упал. Грэм как можно быстрее встал, но Ганнибал схватил его за руку и притянул к себе. Обхватив руками, он втащил его обратно в свой кабинет. Монстр посадил Уилла в кресло, а сам подошёл к двери, чтобы закрыть её. Закрыв дверь, повернулся к Грэму: — Что такое, Уилл? — спросил Ганнибал, подходя все ближе. Интерес в его глазах возрастал. Грэм отползал от Ганнибала. Опёршись о кресло, он встал и осторожно начал отходить, стараясь не подпускать к себе противника. Уилл осматривал пути к отступлению и смотрел на дверь за Ганнибалом, Лектер внимательно следил за Грэмом, ловя каждое движение, а когда понял, что тот собирается попробовать тот же способ побега, ему стало смешно, и он решил посмеяться над Уиллом. Ганнибал посмотрел на дверь, потом на Грэма и покачал головой. — Ну что такое, Уилл? Ты хочешь уйти от меня?! Я знаю, тебе страшно, ты боишься, ведь ты теперь всё понял, теперь ты знаешь. Неужели ты думаешь, что я тебя отпущу вот так просто? — Ганнибал развёл руками, а потом его взгляд переменился, он стал каким-то хищным вместо спокойного и сосредоточенного. Лектер улыбался, глядя на Уилла. — Теперь между нами нет секретов, да Уилл?! — сказал он с довольным лицом. Уилла пробила дрожь. Он увидел лежащий на столе ножик, точнее ганибаллову точилку для карандашей. Он схватил и прижал её к себе. Ганнибал спокойно смотрел на эту картину, герой которой был полон решительности воспользоваться этим оружием. Уилл выглядел, как будто был в горячке: его немного трясло, и он взмок из-за неудачной попытки сбежать. Он, сглотнув, сказал: — Отойди. Но Лектер даже не шелохнулся. — Отойди! — вскрикнул Уилл. Ганнибал смотрел, не отрывая взгляда от него. — Нет, — сказал Лектер, — я не отпущу тебя. Уилл вздрогнул: — Ты хочешь меня убить? Ганнибал лишь ухмыльнулся и только хотел что-то сказать, но собеседник его опередил: — Нет, ты хочешь, чтобы они меня вместо тебя посадили, — утверждающе сказал Уилл, смотря как бы на противника, но, скорее, сквозь него. Лектер слушал внимательно, что лепетал Уилл. С его лица пропала улыбка, он был более чем серьёзен, как будто был чем-то расстроен. Ганнибал направился к Грэму, но тот не сдавал баррикад, отходя все дальше и дальше. — Не подходи ко мне! — кричал Уилл, весь покрасневший от напряжения. Он дрожал, словно напуганный зайчишка. Ганнибал схватил его за плечо, но Грэм выставил нож и порезал руку, которой он его схватил. Отскочив от Лектора, он направился к закрытой двери. Ганнибал накинулся на Уилла, пытаясь забрать у него нож. Началась борьба. Прежде, чем Лектер одержал победу, Уилл успел несколько раз воспользоваться своим оружием, но несерьёзно, всего лишь порезав ткань и пустив кровь Ганнибалу. Лектер забрал нож и выкинул куда подальше. Он скрутил руки Уиллу, ударил его головой об пол и сказал: — Нет, мои планы уже давно другие, мой Уилл. Очнувшись, Грэм увидел огонь в камине. Он попытался встать, но не получилось, так как были связаны руки и ноги. Он помнил, что находится дома у Ганнибала. И тут у Уилла что-то промелькнуло в голове. Он вдруг вспомнил разные моменты, взгляды и прикосновения Лектера. Уилл сразу откинул странные мысли. Они, как незваные гости, ломились и пытались что-то сказать, но он сейчас был не в том состоянии, чтобы что-то обдумывать и иронизировать. Грэм странно себя чувствовал. Кажется, ему что-то вколол Ганнибал. — О, ты уже пришёл в себя, — голос раздался где-то сбоку. Лектер подошёл к Уиллу и присел около него. — Ну как ты себя чувствуешь? Улыбнувшись, он взял руку Уилла и вколол ему что-то. — С-с-с, — зашипел Грэм. — Прости, — сказал Ганнибал. — Я помню, как ты не любишь уколы, но так надо. Подождав, пока препарат подействует, Лектер развязал Уилла. — Вот так, теперь можно и уложить тебя спать. — Что ты мне вколол? — спросил Грэм, еле говоря из-за этих препаратов. — Для того чтобы ты снова не сглупил. Кто знает, что ты выдашь, но не волнуйся, я готов ко всему, — сказав это, он растянулся в улыбке и, подхватив Уилла на руки, понёс в спальню через гостиную по лестнице наверх. Оказавшись в комнате, Грэм увидел большую кровать. Ганнибал положил Уилла на неё. Укрыв его, он пошёл прочь, а Уилл только и мог, что послушно лежать, потому что двигаться не было сил и всё плыло в его глазах, но он старался рассмотреть комнату. Всё здесь было такое старинное, а по бокам слева стояли стол и три стула, лампа, в одном углу красовалась скульптура девушки с книгой, а в другом углу стояла скульптура оленя, справа были диван, кресла и книжный шкаф. Это всё представлялось очень смазанной картиной. Он уже не видел, его глаза смыкались, и он падал в объятья сна. Когда Уилл проснулся, он увидел Ганнибала, который сидел рядом. Он смотрел на него с жаждой, и эта напугало Грэма. — Как тебе спалось? Надеюсь, сладко, — добродушно говорил Лектер, всё так же внимательно и жадно рассматривая Уилла. — Зачем тебе я?! Какие у тебя на меня планы, говори?! Ты меня убьёшь? Или съешь? — Грэм не скрывал ничего и говорил прямолинейно. — Нет, Уилл, я не убью тебя и уж тем более не съем, — сказал Ганнибал серьёзно, но на моменте с «не съем» улыбнулся, поскольку ему стала смешно. — Тогда что? Что ты хочешь от меня? — с яростью, повышая голос от боли и обиды на Ганнибала, говорил Уилл. — Я думал, ты мне друг, — с грустью сказал он, отворачивая лицо от Лектера, чтобы тот не смотрел так странно на него. Уилл не мог понять, почему Ганнибал стал таким странным. Лектер так смотрит на него, что он мог поклясться, что он точно хочет его съесть, а голову повесить, как трофей. Он смотрел так, словно наркоман на наркотики. Нет, ему всё это просто мерещится. Его больной разум уже давно говорит ему одним безумием. «Нет-нет-нет, — говорит он себе, — эта неправда, Уилл». Он догадывался, но до последнего не верил… — Уилл, ты ведь, знаешь. Ты понял всё, но отвергаешь это. Я помогу тебе наконец принять. Я люблю тебя, твой запах, тебя всего, Уилл, с той нашей первой встречи. Единственное, что я хочу и страстно желаю — это ты, Уилл. Прими правду, наконец, и перестань отвергать то, что ты сразу понял, — говоря это, Ганнибал взял Грэма за подбородок и медленно повернул к себе, смотря с обожанием и всё так же жадно следя за выражением лица Уилла и за его глазами, в которых отражалась так много эмоций, которые нужны были Ганнибалу. — Нет-нет, пожалуйста, скажи, что это ложь, — моля, говорил Уилл шёпотом, словно у него уже вовсе не осталось сил для борьбы, словно стена, которая рушилась перед войском завоевателя. — Уилл, ты мой, и ты не уйдешь, — сказав это, Ганнибал впился в губы Уилла Грэма.