Идеальная Репутация

Алек в жизни не чувствовал себя таким уставшим. Хотя, если подумать, он думал так каждый раз, когда возвращался домой после целого рабочего дня. Он в этот день еще на кой-то черт поднялся раньше, чтобы в который пройтись по материалу для грядущего экзамена. Тогда это казалось хорошей идеей, но сейчас Лайтвуд немного жалел об этом решении. Сначала он остановился напротив двери, чтобы найти ключи. Ключи найти не получилось, зато он нашел телефон. Просмотрел полученные за день сообщения от Магнуса, даже в таком уставшем состоянии находя в себе силы улыбнуться. Так и чесались руки написать ответ, но он вспомнил все разы, что он по десять минут стоял в дверях, набирая сообщения, замерзая до такого состояния, что не мог больше чувствовать ног, так что решил сегодня не повторять эту ошибку. Нехотя кинул телефон на дно рюкзака, все-таки находя ключи и открывая дверь. Только Лайтвуд открыл дверь, как заметил родителей, стоявших на пороге с самым недовольным взглядом, который Алеку когда-либо приходилось видеть. — Александр Гидеон Лайтвуд, — раздался звонкий голос Маризы еще до того, как Алек полноценно успел подумать о том, что встречать его на пороге после работы — это уже какая-то семейная традиция. Ситуация была необычной. Вся ситуация. Тот факт, что родители дома — уже странно. Алек не был уверен, когда они должны были приехать по плану, но было у него чувство, что это не часть плана. Да и тем более, мать назвала его по полному имени. По совсем полному имени. Это плохой знак. Алек сглотнул, вопросительно поднимая бровь. — Мам? Пап? — голос дрогнул, он звучал слишком уставшим, но всеми силами старался это скрыть. Конечно, Лайтвуды не могут уставать. Он не должен уставать вообще никогда. Вопрос ушел в пустоту. Действительно, он ведь спросил так, как будто не уверен, мама ли это и папа ли это перед ним стоят, не удивительно, что они решили на это не реагировать. — Ты не хочешь объясниться? — Мариза мельком посмотрела на мужа, после чего недовольно скрестила руки на груди. Алек растерянно посмотрел по сторонам, не понимая, чего от него хотят родители. Точнее, он догадывался, но всеми фибрами души надеялся, что родители не догадываются, а значит должна быть еще причина. Да? Да…? — Что случилось? Родители снова переглянулись, почти одновременно недовольно выдыхая. — Ты нам расскажи, — фыркнул Роберт, злобно посмотрев на сына. Алек все еще растерянно смотрел на родителей, ожидая какой-то подсказки. Мариза закатила глаза, словно у неё лопнуло терпение. Она развернулась, направляясь на кухню и привычным движением на ходу поправляя волосы. — Объясни это, — с холодной отрешенностью в голосе произнесла мать из соседней комнаты. Алек косо посмотрел на отца, боясь подойти ближе, но все-таки проскользнул мимо него, по дороге скидывая куртку, оставляя её где попало, а не как обычно аккуратно вешая. Только зайдя в кухню, в глаза сразу бросился планшет, который Мариза кинула на стол. Даже с большого расстояния Алек мог увидеть заголовок и размытое фото, располагавшееся под ним. Он моментально сорвался с места, роняя на пол рюкзак, краем уха слыша звук чего-то бьющегося, и подхватывая в руки планшет, впиваясь глазами в заголовок. «Любовник Магнуса Бейна» Чуть ниже под заголовком фотография их прощального поцелуя неделю назад, на которой прекрасно было видно их обоих. Лайтвуд судорожно коснулся пальцами экрана, пролистывая текст на экране ниже, выхватывая глазами какие-то случайные отрывки. «За один вечер интернет взорвался фотографиями…» «Магнус давно говорил, что он придерживается открытых взглядов» В середине еще несколько фотографий с места работы Алека и пару раз с последних свиданий. Бейн был в очках почти на всех фото, но его сложно было не узнать. «…Жертвой Магнуса стал сын известных Маризы и Роберта Лайтвудов…» И еще несколько страниц подобного текста, где говорилось много всего и одновременно ничего. По крайней мере, для Алека это не казалось слишком важным, потому что настоящую ситуацию это не описывало. Только рисовало какую-то альтернативную. Все сообщения были опубликованы максимум час назад и секции комментариев к некоторым постам просто сходили с ума от наплыва сообщений. Алек застыл. Стеклянным взглядом бегал по экрану планшета, кажется, не зная, как дышать, думать и вообще как жить. Когда он представлял, что его жизнь закончится, все время вокруг была какая-то похожая картина. Только взгляд родителей был менее гневным по сравнению с тем, что он видел сейчас. — Тебе есть что сказать, Александр? — раздался строгий голос матери, почти приводя Алека в чувства. Он напугано поднял глаза, быстро отводя их куда-то в сторону. — Я… — начал что-то мямлить Лайтвуд, заикаясь, чувствуя, как трясутся руки и поэтому откладывая планшет назад на стол. — Скажи, что ты видишь это впервые, — настойчивым голосом произнесла Мариза, пытаясь заглянуть Алеку в глаза. — И ты не имеешь ничего общего с Магнусом Бейном. — Это не…. Я не… я не знаю, что сказать, — все еще не понимая, как у него получается выполнять такие вещи, как стоять на ногах или что-то в этом духе, проговорил Алек. А минуту назад ему казалось, что он не может звучать еще более убито… — Мариза, тут все очевидно, — прорычал Роберт, вошедший на кухню и подошедший к жене, становясь за ней. — Нет, я не верю, — так же строго произносила старшая Лайтвуд, обращаясь на этот раз к мужу. — Это подстава, чтобы очернить нашу семью. Грязный фотошоп, выдумки. Это же выдумки? Алек просто молчал, опустив глаза, не имея ни малейшего представления, как ему ответить. — Это не выдумки, — раздался низкий голос Джейса из-за спины. Алек сразу же обернулся, замечая за спиной Эрондейла, поперек которого стояла Изабель, словно пыталась его остановить. Мариза уставилась на вошедших с не меньшим удивлением. — Вы знали? — недовольно прорычал Роберт, взглядом пытаясь прогнать младших, но они остались. — Да, — коротко кивнул Джейс. Алек почувствовал, как будто его ударяют в спину ножом. Изабель недовольно посмотрела на Джейса, все-таки отпуская его. — Нет, — она все еще говорила строго, но на этот раз у неё в голосе проскользнула какая-то горечь, как будто она проглотила пара слов. — Александр, ответь мне! Ты не встречаешься с парнем. Алек никогда не слышал, как мать повышает голос. Что ж, все бывает в первый раз. — Это правда, я г… — начал было говорить он в ответ, все-таки решаясь поднять глаза на мать, но она его моментально перебила, криком. — Мой сын не гей! Алек даже немного отшатнулся, переступая с ноги на ногу, видя в глазах родителей только смесь злости и разочарования. В комнате повисла тишина. Роберт чуть обнял жену за плечи, успокаивая её. Джейс и Изабель оба выглядели не менее напуганными, чем Алек, боялись даже зайти в комнату, подойти ближе. — Это все из-за того, что мы позволяли вам слишком много, — после длительной паузы, сдержанно начал Роберт, так больше не посмотрев на Алека. — Мы решим эту проблему, через неделю уже никто ничего не вспомнит. Макса мы заберем с собой на пару недель, от дурного влияния… — Что? — негромко встряла Иззи. Алек, кажется, не слышал уже половины слов, которые говорил отец, да и вообще был скорее похож на манекена, чем на живого человека. Очень напуганного манекена, который, кажется, смирился с любой судьбой, что ему сейчас уготовят. — Завтра позвоним Ходжу и скажем, что ты увольняешься. Отныне ты можешь выходить из дома только в школу… — Что?! — Еще громче встряла Изабель, почти срываясь с места, но на этот раз Джейс её остановил. Роберт мастерски игнорировал дочь. — Я отрезаю тебя от всех счетов до того, как ты поступишь. Потом решим, как тебя вылечить. — Вылечить?! — Изабель все-таки вырвалась из не самого лучшего захвата Эрондейла, который, скорее просто её отпустил. Девушка сразу же подлетела к родителям, вставая между ними и Алеком. — О чем ты вообще говоришь?! Здесь нечего лечить. Он не болен, это просто то, кто он есть! — Мы не можем оставить такое поведение безнаказанным, — сделав глубокий вдох и снова поправив волосы, подала голос Мариза. — Он не заслуживает никакого наказания! — даже Джейс подал голос, подходя немного ближе. — Все, что он сделал — просто засветился в какой-то истории в Интернете, я попадаю в истории постоянно… — Именно поэтому твоя фамилия все еще Эрондейл, — фыркнула Мариза, кидая на Джейса такой взгляд, как будто хотела, чтобы он перестал существовать. — Что за бред?! — воскликнула Изабель, — Не ведите себя как идиоты, вы просто… Договорить ей не дали. Алек услышал звонкий звук пощечины, только после чего поднял глаза, глядя на то, как мать еще раз замахивается. Он словно проснулся. Очень резко. И если до этого он не чувствовал себя никак, никем, то сейчас он наполнился злостью. — Достаточно! — а это был первый раз, когда он поднял голос на родителей. Он выступил на один шаг, перехватывая руку Маризы за запястье, которое она сразу же выдернула, прижимая к себе и глядя на красный след, оставшийся на руке. — У тебя больше нет права голоса в этом доме, — прорычал Роберт, отодвигая жену и подходя на полшага ближе к Алеку. — О, нет, у меня есть, — скорее гавкнул, чем произнес Алек, отвечая на злобу во взгляде с не меньшей злобой. — Слушай внимательно, ты… — начал было Роберт, но Алек его перебил, говоря намного громче. — Нет, это вы слушайте внимательно, — кидая взгляд поочередно на обоих родителей, прорычал Алек. — Я всю жизнь делал так, как вы говорите и ни разу, НИ РАЗУ вас не ослушался. Я лучший ученик за всю историю школы, я слежу за этим домом, я воспитал Изабель и Джейса, и воспитываю Макса, и я ничего у вас никогда не просил. И что я получаю? Вы приезжаете только для того, чтобы сказать, как сильно недовольны мной. Я устал быть идеальным сыном! Особенно для таких отвратительных родителей, которые могут только… Пока Алек распинался, первый раз изливая душу и говоря все, что накипело, он не заметил, как еще сильнее напрягся Роберт, сжимая руки в кулаки. Никто не заметил, до момента, как речь на повышенных тонах прервалась глухим ударом. Александр моментально согнулся, хватаясь за разбитую губу, по инерции отступил на пару шагов, но быстро выпрямился, ответно сжимая кулаки и кидаясь на отца в ответ, попадая ему по носу. Почти сразу же вмешались все остальные, срываясь со своих мест, кидаясь их разнимать. Изабель одним весьма убедительным взглядом остановила Алека, для того, чтобы задержать Роберта потребовались совместные усилия Маризы и Джейса. — Алек, мы поговорим с тобой утром… — голос матери слился с злобным рыком отца. — Убирайся из моего дома. — Иди в свою комнату! — продолжала настаивать Мариза. Алек прикусил губу, слизывая кровь, злобным взглядом сверля родителей, после чего просто подхватил рюкзак, закидывая его на плечо. — Стой, — кинула ему Изабель, когда он уже выходил из дома. Клич сестры его совсем не остановил. Он вообще не оглядывался, пока не оказался в нескольких кварталах от дома. Только спустя минут двадцать Алек очнулся, понимая, что произошло. И что на дворе уже ночь, а на нем даже куртки нет. Еще несколько минут он проверял содержимое своего рюкзака, в которой из полезного был только телефон, и тот оказался не в рабочем состоянии. Он пытался судорожно решить, как ему быть дальше, но голова просто отказывалась работать. А потом предательски пошел дождь. С какого перепугу вообще, это не сезон дождей. Алек потерялся, и первый, кто пришел ему на ум, был Магнус.