Брак по договору

Надев длинную юбку и кофту кремового цвета, я собрала волосы в хвостик и вышла из комнаты. Сегодня было прохладно, и я одела кеды, так как в балетках никак не пойти. После вчерашнего дождя, на земле образовались лужи и слякоть. Хамида проводила меня довольным взглядом до двери и сказала напоследок: — Везучая ты, глупая. Звонок в дверь, и я хочу спрятаться, но Хамида меня удерживает, заставляя остаться. Она, как всегда, натягивает улыбку и открывает дверь. На пороге стоит он. Одетый в серые джинсы и чёрную футболку, поверх чёрная кожаная куртка. Парень не обращает внимания на нас, он стоит и ковыряется в телефоне. Я сглатываю, и Хамида толкает меня вперёд. Она мне шипит, чтобы я что-нибудь сказала. Дабы обратить внимания парня на себя. Но к моему счастью, Зейн всё-таки отрывается от телефона и, положив его в карман, переводит взгляд прямо на меня. — Ты уже готова? — у него такой холодный тембр, аж страшно становится. — Да, — отвечаю я. — Желаю вам приятной прогулки. Хамида в прямом смысле вышвыривает меня из дома вместе с незнакомым мне человеком. Дверь запирается прямо перед моим носом, и я хочу побить кулачками и умолять, чтобы меня взяли обратно. Пока я смотрю на дверь, Зейн наконец говорит: — Я думаю, что тебя не впустят обратно. Я поворачиваюсь к нему лицом и отвечаю: — Я знаю. — Так ты Мелек? — Да, я Мелек. — А я Зейн, — произносит он, протягивая руку. Я долго колеблюсь, стоит ли пожимать ему руку? А разве в древне не будут говорить о том, что я невоспитанная? И опять мне повезло, парень убирает руку, когда замечает, что я не собираюсь её пожимать. — Мы можем прогуляться, — проговаривает кареглазый. Я осторожно киваю и следую за ним. Засунув руки в карманы, он рассматривает окрестности. Я просто хожу рядом, но держу дистанцию. Как никак мы ещё не пара, возможно в деревне думают, что этот парень моя любовь. А что ещё хуже, они будут подкалывать моего отца, но думаю, они быстро смолчат, когда узнают, что эта странная личность мой будущий муж. — Я не мог заснуть сегодня ночью. — Зейн заставил меня отвлечься от мыслей. — Почему? У вас болела голова? — Нет, просто я долго размышлял. — О чём же? — спросила я. — О тебе, — когда он сказал это, мы оба остановились и посмотрели друг на друга. — Неужели у тебя нет возлюбленного? Его вопрос смутил меня. Он думает, что я настолько низкая девушка, чтобы иметь с кем-то отношения? При том, что у меня скоро свадьба. — Я не понимаю вас. — Прекрасно понимаешь, — он положил свои руки на мои плечи. По телу прошлись мурашки. Я не привыкла, чтобы меня касался представитель мужского пола. — Ты можешь уйти с ним. Ничего страшного в этом нет. Я вижу, что мы оба не хотим этой свадьбы. Стоп. Так его тоже заставляют? — Но у меня нет возлюбленного. Даже если был бы, я не смогла бы сбежать. Я не смогла бы опозорить нашу семью, нашу честь. — Брось, Мелек, а какой чести может идти речь в двадцать первом веке? Мы же не в девятнадцатом веке живём. — Ваш менталитет отличается от моего. Вы не жили моей жизнью, в моей среде обитания. Вы не можете знать, так как вы мужчина, а не женщина. — У меня есть сёстры. Виктория вышла замуж за своего возлюбленного, так как отец любит её и понимает. Принимает выбор своей дочери. Неужели твой отец ослушается тебя? Неужели он не видит, что ты несчастлива? — Я пыталась сбежать, — проговорила я, опуская глаза. Я отошла от парня и отвернулась от него. Я с трудом сдерживала слёзы, которые так и просились наружу. — Но папа нашёл меня, — сказала я. — И что он сделал, когда обнаружил тебя? — спросил брюнет, походя. — Он... он. Он развернул меня к себе лицом. — Что он сделал, Мелек? — он говорил спокойно и тихо. Поняв, что от меня ответа не дождаться, Зейн отпустил мои руки. Парень постоял и, немного подумав, снова подошёл ко мне. Он дотронулся до моей руки и медленно начал поднимать рукав кофты. Его лицо изменилось, обнаружив шрамы на моей руке. Он схватился руками за голову и отошёл. — Это неприемлемо. Я села на большой камень и уткнулась лицом в свои ладони.    Каждый из нас думал о своём. Я об отце, а Зейн, я даже не знаю. Парень просто стоял и смотрел в одну точку. Изредка переминался с ноги на ногу. — Твоя жизнь никчёмна, Мелек, — наконец заговорил парень. — Ты жила как самый последний человек на Земле. Его слова ранили меня и ещё больше расстроили. — Ты слабая, девчонка. Ты просто боишься, ты трусиха, Мелек. И ты сама виновата в случившемся. Но вместо того, чтобы расхлёбывать самой свою кашу. Ты ещё втянула меня. Моё настроение на сегодня — ниже плинтуса. — Неужели тебе настолько не жалко себя? Неужели ты не можешь пойти против принципов своей семьи? Куда смотрит твоя мать? Разве она не любит тебя? — Она не моя мать, — ответила я. — Она моя мачеха. — Так ты ещё и перед этой женщиной унизила себя. Браво, поздравляю, — хлопая в ладоши, сказал Зейн. — Мне тебя жалко, Мелек. Встав с камня, я просто ушла. Я не хотела выслушивать его слова дальше. Самым больным было то, что этот городской парень был прав. Я сама позволила унизить себя. И сегодня Зейн добил меня полностью. Я разрушила жизнь не только себе, но и ему. Дойдя до дома, я уже хотела зайти, но меня окликнул Зейн. Я повернулась и посмотрела на него. — Мы с тобой ещё не договорили, — парень потянул меня подальше от дома. Прямиком в лес, которого я сильно боялась. Мы долго шли, молча. Небо темнело, холодный воздух охватил листья, кружил их. Слышался шелест листьев. С каждым шагом мне становилось всё страшнее. Мне казалось, что сейчас выскочит какое-нибудь животное и нападёт на меня. Может быть я накручивала, но мне и вправду было жутко. — Ты помнишь это место? — мы остановились около большого дерева. — Тут водятся змеи, — шепнула я. — Прежняя Мелек никогда бы так не сказала. Она бы подкинула эту змею маленькому мальчику, который потерялся и сломал свои очки. Неожиданно что-то щёлкнуло в моей голове. И я посмотрела в карие глаза парня. Они отдавали зелёным оттенком, я присмотрелась к линиям лица и бровям. Всё это было знакомо мне ещё с самой первой встречи, но я просто не могла вспомнить. — Так... Это... Ты? — задыхаясь, сказала я. — Я, Мелек, я. Он подошёл и посмотрел снова в глаза. — Мы здесь стоим во второй раз. — Повисла тишина. Зейн продолжил, — Только теперь не трусливый мальчишка, а парень. — Указав на себя, прошептал он, — Только не смелая девчонка-хулиганка, а зажатая в себе девушка. — Мы были маленькими. Ты была совсем маленькой. — Я, — мне стало трудно говорить. Передо мной стоял человек, который был очередной жертвой моего боевого детского характера. — Твои глаза... — вымолвила я, выдохнув холодный воздух. — Сделал лазерную операцию. Больше очки не нужны. — Я не знала. — Мелек, теперь ты знаешь. Верни ту девушку, которую я встретил ещё тогда. Сражайся за свою судьбу. — Я не могу, — ответила я. По щеке скатилась слеза. Развернувшись, я убежала, оставив парня одного в тёмном лесу. - Мне нужно было забыть его слова. - Мне нужен воздух. - Мне не нужны воспоминания</i>.