Платиновые истории

Магическая АУ, NC-17, кинк ------------------------------------------ Люциус Малфой вот уже несколько минут мялся перед дверью. Уходить было недопустимо — он обязан соблюдать условия своего досрочного освобождения. «Ты боишься этого щенка, Малфой…» «Малфои ничего и никого не боятся…» Поджимая губы и решительно берясь за ручку двери. *** «Мордред… Они ведь даже не догадываются. Никто…» — Никто, Люц, — будто читая мысли гостя. — И мы ведь никому не скажем? Приближая лицо, поднося палец к губам. — Да и кто поверит бывшему стороннику Темного Лорда? Ведь так, Люц? Малфой молчал, гордо вскинув подбородок. И смотрел, смотрел в опушенные темными густыми ресницами глаза Гарри Поттера. — Проверка палочки, Люц, — протягивая руку магу. — Мы же ведь не будем отступать от принятых правил, сэр? Протокол должен быть оформлен, как положено… Чуть насмешливо, продолжая сверкать зеленью глаз за стеклами очков. — Зачем ты носишь очки? — Мне так нравится. Да и они привыкли, — махая рукой на дверь, имея ввиду тех, кто работает с ним. — Но для тебя я сниму их, Люц… Они давно перешли на «ты», и Малфой знал почему — он хочет его. Он жаждет его. И возьмет. И ему не важно, что поэтому поводу думает сам Малфой. Хотя… «Эта сделка не так уж плоха. Выгода со всех сторон. Гарри силен… Да и магов примыкает все больше и больше. Правда они так и не знают, кто стоит во главе… » «Ты заговариваешь себе зубы, Малфой. Ты и сам хочешь его… Ты не упустишь такого шанса… Мальчишка одолевший Темного Лорда… Хотя… Какой он теперь мальчишка… » Вспомнился жар существа, склонившегося над ним — связанным, обездвиженным. Тогда в их «первый раз». *** В тот раз Поттер развлекся на славу. В разорванной рубахе, в содранных вместе с нижним бельем брюках, рычащий и выплевывающий ругательства Малфой был само лакомое блюдо. — Тебе есть что сказать, Люц?.. Смакуя рычание и ругательства Малфоя, смакуя его дрожь… И продолжая, продолжая трахать пальцами этого заносчивого платинового красавца. — Или мне использовать трость, Люц? Вздох, полустон, еще сдавленный полустон… Вспышка серых глаз, напоминающих по цвету грозовое небо... — Только посмей… — Ты мне угрожаешь, Малфой? Мне? Чуть наклоняя голову, украшенную поблескивающими парными аккуратными рогами цвета лавы, облизывая губы раздвоенным фиолетовым языком. — Знаешь, ведь никто не может предугадать, что с ним случится в будущем. Я вот даже и не знал, что артефакты сделают меня таким… Или я всегда был таким, Люц? Ты что-то хочешь сказать, дорогой?.. Поворачивая руку так, что взывший Люциус увидел искры перед глазами, массируя простату так, что Люциус захрипел, судорожно поджимая живот. Это можно было бы назвать изнасилованием, если бы «жертва» не была ужасающе близка к оргазму. — Мордред… — запрокидывая голову с роскошной гривой платины, даже не желая думать, как и в какой позе он сейчас находится, не желая думать, что его «раскрыли» и имеют анально, как доступную шлюху. Содрогаясь от ощущения неумолимо поднимающегося вверх по позвоночнику обжигающего наслаждения, обливаясь потом, чувствуя дрожание каждой мышцы, чувствуя, как сжимается собственная задница, принимающая в себя пальцы существа. Пламенеющего, но не обжигающего, а лишь смотрящего на него глазами цвета лавы. И продолжающего жадно трахать, так что впору было сорвать глотку от рвущихся с губ криков… — Кончай задницей, Люц. Вот так, именно так… Порадуй меня… — наблюдая, как спускает от крышесносного анального оргазма взмыленный и хрипло стонущий Малфой. — И быть может я развяжу тебя… Быть может… И новый жар, возбуждение, урчание, стоны Гарри, теперь неистово скачущего на его члене. Гарри теперь жадно выдаивающего собой семя и наслаждение из выбранного им мага. *** — Вспоминаешь, Люц? Хищно раздувая ноздри и аккуратно снимая очки. Накладывая Запирающее и Заглушающее. — Ты напряжен, мой скользкий друг… — Может пригласишь присесть? — понимая, что Поттер не просто так запер их. И осознавая, что сегодня вновь будет корчиться в сладостной муке под руками Поттера. — Но тебе ведь это нравится, Люц… — будто отвечая на вопросы гостя и небрежно указывая рукой на кресло. — Волдеморд трахал тебя, Люц? Или ты его? Или он был импотентом, любящим смотреть на ваши оргии?.. Наблюдая, как тень промелькнула на породистом лице чистокровного мага, расположившегося в кресле и сильнее сжавшего трость, приоткрывая коробку с сигарами, невинно протягивая одну. — Что ты себе позволяешь? — вскидываясь и тут же замирая под вспыхнувшим пламенем в глазах Поттера. — Сигара, Люц. Какие ты любишь. И ты знаешь, что играешь с огнем, Малфой, огрызаясь на мои вопросы. Хотя надо признать — я в тебе ценю именно это. Ты, даже когда я тебя трахаю, — заносчивый Малфой… Щелкая ногтем по сигаре, разжигая ее для своего гостя собственной магией. — Обожаю, когда ты куришь, а я тебе отсасываю… И Малфой знал, что делать. Малфой всегда знал. — Мой скользкий друг… — теперь опускаясь перед Малфоем, хищно скалясь и собственнически кладя ладонь на пах Люциуса. Ощущая намечающуюся эрекцию, вдыхая аромат сигары. С пряной доминантой, орехово-древесным привкусом… Пикантно-терпкий, волнующий аромат, как и чуть мускусный аромат возбужденного члена Люциуса. Зная, что Малфой прикрыл веки от удовольствия, буквально осязая кожей его тепло… Лощеный Малфой, даже не снявший перчаток из тончайшей кремовой кожи Малфой… И рык рождался в горле Гарри, слушающего глухие стоны мага. *** Подрагивая от воспоминаний, как Поттер загонял ему штифт в уретру, пережав при этом яйца и слушая его полустоны, вспоминая, как Поттер вталкивал зачарованные вибрирующие анальные шарики в его раскрытую задницу… И от этих мыслей и влажной глотки Поттера член выделял смазку и она стекала тонкой вязкой нитью вниз… Туда где ее слизывали… И оставив тлеть сигару, Малфой отдавался существу, жадно вдыхающему его аромат, водящему раздвоенным языком по золотистым паховым волоскам. Шалея от глубокого отсоса, от вида рогов переливающихся на свету. *** — Рубашка… Приподнимая голову, сверкая глазами цвета лавы. — На стол и покажи мне себя, — сметая бумаги. И Люциус знал, что делать. Перчатки, рубашка, брюки… Послушно раздеваясь, откидываясь на стол, раздвигая ноги, ягодицы, показывая себя, как девка, и словно загипнотизированный не сводя серых глаз со стройного тела Гарри. И рот наполнился слюной, потяжелели яйца… И пламенела кожа Гарри, причудливо украшенная татуировками и жар растекался под кожей Люциуса, мечущегося под прикосновениями любовника. И Люциусу хотелось кричать, умолять взять его, но он мог только постанывать, подаваясь на пальцы внутри себя и язык внутри своего рта.  *** — Мордред… Сорвалось с губ мага, чувствующего влажный рельефный член внутри своего тела. И казалось лава перетекает в каждую клетку тела, кости становятся мягкими… И не было ничего и никого кроме Гарри самозабвенно сейчас берущего все до последней капли, его утробного урчания… *** Оргазм уже дрожал буквально на кончике головки, Люциус крепче вцеплялся побелевшими пальцами в столешницу выгибая спину, когда накрыло до звона в ушах. Поджались яйца, а сперма выплескивалась и выплескивалась… Внутри тела все напряглось струной, из горла вырвался крик… Они спустили почти одновременно и Люциус прикрыл потяжелевшие веки, ощущая, как содрогается и кончает в него Гарри. *** И вновь друг напротив друга, комфортно расположившись в креслах. — Сигару, Люц? Голос аврора Поттера вежлив, мягок, лишь красноватые искорки танцуют в изумрудных глазах, и Люциус сглатывает, завороженно любуясь ими.