Полюби меня

Утро в квартире Намджуна выдалось нервным. Чимин опаздывал в академию, поэтому носился по дому в поисках необходимых вещей, но под руку постоянно попадало не то, что нужно. Омега, как гонщик с опытом, скользил по полу, выруливая из комнаты в комнату – благо ни один палец не пострадал при поворотах. На кухне уже вовсю кипела жизнь: Хосок пытался приготовить к завтраку панкейки, Намджун старался помочь, а появившийся пару часов назад Юнги молча курил в форточку, наблюдая за всем этим пиздецом. Тесто было везде, но только не на сковородке. – Тебе нужно омегу искать, а не фартук на хуй напяливать, – ворчит обиженный Джун, швыряя грязную ложку в раковину, но удачно промахиваясь. Тесто с ложки капает большой кляксой на пол, а Хосок поскальзывается, успев за время полета вспомнить любимого папочку Джуна. – Не трогай моего папу, – театрально хмурится Чимин, застегивая на ходу джинсы и усаживаясь за стол, где более-менее чисто. – И вообще, в следующий раз готовить буду я. Только будите меня раньше. – А ты умеешь готовить? – усмехается Юнги, переводя взгляд на младшего. – Я думал, что ты можешь только жопой крутить. – Хорошие мальчики и жопой крутить умеют, и готовят замечательно, – с умным видом подметил Джун, запихивая в рот горячий панкейк. Чимин тихо хихикает в ладошку, замечая увеличенные в размерах глаза брата. Альфа машет руками и беспомощно открывает рот, хрипя и пытаясь остудить горячий кусок. Когда страдания старшего прекращаются, Чимин совсем давится смехом, уже не сдерживаясь. – Че ржешь, мелкий? Ща пизды дам. – А я на это посмотрю, – ухмыляется Мин и слезает с подоконника, потягиваясь. – А есть че нормальное пожрать? Ваши хуйнеки не внушают доверия. – Че есть, то и жри, – возмущается Хосок, деловито поправляя фартук. На стол ставится большая тарелка и маленькая вазочка с медом, а после добавляется четыре кружки с кофе. Чимин с жадностью ест, пачкаясь в меде и облизывая пальчики – безумно вкусно получилось. – Это божественно, хен! – восхищается омега, показывая довольному Хосоку большой палец. – Жри поменьше, а то скоро в двери не пройдешь. И так жопу отрастил, – хмыкает Юнги, допивая кофе. – На себя бы посмотрел, дрыщ, – гыгыкает Джун, за что получает слабый пинок в ногу. Юнги слишком лень двигаться, поэтому младший еще жив. – Хен, пошли скорее, мы опаздываем, – напоминает Чимин и спешно допивает кофе. Омега уже собирается выскочить в коридор, но тут перед его носом падает небольшая упаковка, а в кухне становится болезненно тихо. – Пей, – приказывает Юнги, глядя на растерявшегося омегу. – Не хватало мне, чтобы на тебя еще заглядываться всякие начали. – Хен, это уже перебор, – встревает Джун, глядя на брата. – Ты же знаешь, что эта хуйня вредная. После прошлых препаратов у Чимина начались проблемы, помнишь? – Я специально взял на травах, – хмуро отзывается Мин, в упор глядя на омегу. – Че замер? Пей давай и пиздуйте уже. – Хорошо, – усмехается Чимин, сжимая пальцами подавители в упаковке. – Тогда у меня одно условие. – Условие? – удивляется Юнги, а Хосок от неожиданности давится кофе, кашляя, и прячется за широкую спину Намджуна, боясь, что ему может влететь. Атмосфера на кухне противная и давящая, отчего Джун постукивает пальцами по столу, готовясь в любой момент задержать хена. – Да, – кивает Чимин и натянуто улыбается, поднимая взгляд на альфу. – Больше никаких долгих прикосновений, хен, а то я начинаю вонять тобой. Я не хочу, чтобы меня путали с твоими сучками, я ведь не один из них. Омега слишком резко встает из-за стола, хватая свою сумку, которую бросил у двери, и быстро покидает кухню, сбегая. Парни несколько секунд сидят в полной тишине, шокированные поступком младшего. – Привыкай, хен, – усмехнулся довольный Джун, провожая взглядом и Хосока, который поспешил за омегой. Юнги дернулся, когда друг похлопал его по плечу и громко рыкнул. – Ну а чего ты хотел? Малыш вырос. – Я запихаю ему это условие в одно место, – Мин скинул с плеча тяжелую руку. – За столько лет ни разу не всунул, так что и сейчас не надейся, – Джун громко засмеялся, пытаясь отбиться от кулачков ярости Юнги. Старший злился не на шутку, но пиздить друга по-настоящему никогда бы себе не позволил. Чимин пыхтел как паровоз и пинал попадающиеся под ноги камушки или бутылки – бесило абсолютно все. Хосок шел молча и читал противопоказания подавителей, которые Чимин уже выпил. Альфа неодобрительно хмыкал и крутил упаковку в руках. – Может, тебе их лучше не пить, а? – тихо интересуется старший. – Ты и так уже не чувствуешь запахов альф, а что если это скажется на течке? Чимину не нравятся разговоры о запахах и течке, потому что первое – больная тема, а второе слишком смущающе, но Хосоку можно. – Врачи сказали, что чувствительность к запахам пропала из-за скачков гормонов и стресса, а не из-за подавителей, – Чимин смотрит под ноги и поджимает губы. – Прости, мелкий, – неловко улыбнулся альфа, растрепав волосы Чимина. Омега слабо дернулся, скидывая руку друга и замедлился. Настроение скатилось в поебени, и теперь даже не хотелось подавать документы на поступление. – У меня правда такой противный запах, хен? – Ким смотрит на старшего слишком ожидающе, отчего тот теряется. – С чего ты взял? – Юнги постоянно пытается спрятать мой аромат, а еще кривится от него, – пожимает плечами омега, вновь глядя на свои кроссовки. – Это потому, что мы не истинные? – Хен, наверное, думает, что ты об этом не знаешь. Может, он боится, что ты уйдешь от него, если встретишь истинного? – задумчиво предположил Хосок. – Если он чего и боится, то это потерять надо мной контроль, – хмыкает Чимин, останавливаясь у ворот академии и тяжело вздыхая. – На меня ему абсолютно срать. Чимин проходит вперед, а Хосок провожает его взглядом, пытаясь понять ход мыслей младшего. Почему же Чимин не прекратит все эти издевательства со стороны Юнги, если прекрасно понимает его отношение к себе? Неужели страх перед неизведанным так пугает людей, что они готовы подчиняться и страдать, но только не пытаться что-либо изменить? Хосоку этого не понять, потому что он сам такой же. Проще плыть по течению, чем против. Это больно, и порой ты чувствуешь, как уже идешь на дно, но так действительно легче. Только тонуть страшно. Чимин возвращается через минут двадцать и с улыбкой идет к альфе, выхватывая из его рук мороженое и с удовольствием облизывая сладкий рожок. Хосок выжидающе смотрит и даже нервно дергается, глядя на младшего. – Ну? – не выдерживает Чон, дергая молчащего и улыбающегося парня. – Что ну? Я ж только документы подал, – смеется Чимин, мараясь в мороженке. Хоуп находит это милым, поэтому вытирать не спешит. – Экзамены через неделю, а смотр через две – есть время подготовиться. – Шикарно, – Хосок бьет Чимина по плечу, отчего рука младшего дергается, а мороженка касается щеки. Альфа откровенно ржет над опешившим омегой, пока его не перебивает мелодичный голос. – О, хен, развлекаешься? – Чимин вздрагивает и медленно переводит взгляд в сторону высокого шатена, сглатывая. Парень смотрит с надменной ухмылкой, а после тычет в свою щеку. – У вас тут калории прилипли. – О, Гукки, какими судьбами? – Хосок отодвигается, оставляя место между собой и Чимином. Пока омега старательно и смущенно вытирает щеку, высокий шатен вмещает задницу между парнями, кидая сумку на асфальт. – Да скоро же посвящение перваков, вот на репетицию заставляют ходить, – жалуется шатен. Чимину становится совсем неловко, потому что парень сидит слишком рядом и его шикарное бедро почти вплотную с ляшечкой омеги. Ким сглатывает, поднимая взгляд выше и натыкаясь на ширинку, отчего его щеки совсем краснеют. – О-о-о, я помню, мы тоже готовили номера, – Хосок впадает в воспоминания, начиная красочно рассказывать, как в свое время они прожигали молодость. Чимин неловко ерзает, отчего его шорты задираются все выше, а рядом сидящий шатен изучающе осматривает омегу, смущая его еще больше. – Вот же веселуха была… Не то, что сейчас. – И не говори, – усмехается парень, а после кивает в сторону Чимина. – Юнги-хен заставил тебя показать своей сучке город? – Заткнись, – шикает Чон и бьет парня под ребра, замечая поджатые губы омеги. – Это брат Намджуна, и он собирается поступать в твою академию. Да, Чимин? Ким слабо кивает и отворачивает лицо в сторону. Почему-то слова шатена бьют прямо по больному. – Брат? – изгибает бровь шатен. – Так может ты нас познакомишь? – Ах, точно! – Хосок вскакивает с места и демонстративно кланяется. – Прошу простить мою забывчивость. Шатен не спешит отодвигаться от омеги, хотя место освободилось, и это давит на Чимина еще больше, отчего он совсем нервничает. – Это Ким Чимин – пиздюк Джуна, – омега возмущенно смотрит на ржущего друга и недовольно поглядывает на хихикающего парня рядом. – А это, – Чон указывает руками уже в сторону шатена. – Чон Чонгук, мой пиздюк. – Допиздишься же, – Чонгук лениво пинает брата ногой, а после смотрит на Чимина. – Ну что ж, будем знакомы. – Угум, – Чимин вновь смотрит в сторону и пытается абстрагироваться. Настроение скатывается ниже некуда, а веселый хен начинает уже бесить, честно говоря. – Кстати, ты ведь когда-то собирался поступать на танцевальный факультет, да? – Хосок смотрит с прищуром на брата, а когда тот кивает, широко улыбается. – Вот и замечательно. Ты-то и поможешь Чимину с выступлением. – Что? – удивленно вскрикивает Чим, совсем не обрадовавшись такой новости. – Кто? Я? Кому? Чимину? – возмущается Чонгук, наконец отодвигаясь. – Уволь, хен, у меня и своих забот полно. Не хватало мне еще всяким сучкам помогать. – Гук, блять, – рычит старший и дает Чонгуку подзатыльник, а Чимин в это время думает, что мало тому досталось. – Если ты не поможешь парню, то я перееду жить к тебе, и тогда все твои развлекаловки прекратятся. И ты знаешь, что я это сделаю. Еще и Джуна с собой прихвачу. – Но, хен, это нечестно, – хнычет Чонгук и недовольно смотрит в сторону Чимина. – Почему бы тебе самому не помочь? – Я на работу устроился, завтра первый день, – объясняется старший, а потом подозрительно замолкает, из-за чего сидящие на скамейке заметно напрягаются. – Гук, у тебя же сегодня ничего, кроме репетиции, не запланировано? – Э, нет, – осторожно ответил Чонгук, после чего Хосок как-то совсем довольно улыбнулся. – Вот и замечательно. Значит, берешь с собой Чимина, пускай осваивается. Потом можешь по городу его поводить, а то он дома сутками зависает, скоро плесенью покроется. – Хен! – возмущается Гук, а Хосок плюхается меж ними и крепко обнимает парней, притягивая к себе. – Молчать, мелочь, – ладошка старшего удачно накрывает губы Чонгука, когда тот кроет брата отборным матом, а Чимин тихо хихикает. От Хосока все равно не отделаться, лучше подождать, когда он уйдет, а потом смыться. Чонгук до последнего не соглашается, но, когда Хосок подкупает его деньгами для развлечений Чимина, Гук молча пихает бабло в карман и обещающе улыбается уходящему брату. Чимин, если честно, уже устал, а желание смотаться обратно домой возрастает с каждой минутой все сильнее. – Ну, что встал? Пошли уже, – хмыкает Чонгук и направляется в сторону академии. – И не смей слинять, я все хену расскажу! Чимин недовольно топает ножкой и бычится, тяжело ступая за старшим. Омега никак не рассчитывал провести свой вечер в компании странного шатена, который в его голове еще со вчерашнего вечера. Но теперь Ким знает имя этого парня, и оно прочно оседает в голове. Чимина это пугает.