beyond imagination

- Я думал, что эта ночь продолжится совершенно по-другому, - жалуется Стайлз, отмывая руки от крови и всего остального, о чем он предпочитает не задумываться. – Да? - спрашивает Питер, опираясь на косяк, уже чистый и одетый в свои грешно-узкие джинсы. Он не выглядит в них менее шикарно, совсем наоборот, - немного шлюшески, но разве Стайлз жалуется - а эта сволочь, прекрасно все осознавая, ухмыляется, - были особенные планы? Стайлз смеется, пытаясь выпустить адреналин и нервозность. Многое сегодня вечером могло пойти не так, когда они попали в засаду, устроенную гарпией, как только вышли из ресторана. И многое может пойти не так сейчас, потому что Питер наконец-таки узнал, кем Стайлз является на самом деле. Но Питер сейчас стоит здесь, и у него в руках нет пушки или еще чего-нибудь колюще-режущего, так что Стайлз надеется, что у него все еще есть шанс. Он сушит руки и поворачивается к Питеру лицом. – Ну, для начала, я предполагал, что там будешь ты, срывающий с меня рубашку, - говорит он, взглядом указывая на те лохмотья, в которые она превратилась после битвы. Подняв взгляд, он видит пораженного Питера, и это довольно приятно, хоть тот и сразу же закатывает глаза. - Также наш вечер включал в себя гораздо меньше крови, хотя я и неравнодушен к укусам и царапинам. – Кхм. – Ты воспринял всё намного лучше, чем я себе представлял. Он все еще был немного удивлен, когда Питер просто пожал в ответ плечами и шагнул ближе к Стайлзу. – Я думаю, мы должны согласиться, что все твои планы на сегодня накрылись, - заметил Питер. - Плюс, никогда не стоит паниковать, когда гарпия прерывает твое свидание. Стайлз смеется, он ничего не может с этим поделать, ему нравится прагматический подход Питера. Он сомневается, что многие могли бы говорить такое, будучи внезапно вовлеченными в мир всякой сверхъестественной хрени. Стайлзу стоило бы волноваться, но он чувствовал запах страха, когда гарпии напали на них, и был просто обязан обратиться, чтобы защитить их обоих. – Твой подход к жизни - вот почему я так сильно тебя люблю, - признается он. Питер делает расстояние между ними еще меньше. – И это единственная причина? – Вынужден признать, что твоя задница мне тоже нравится. – Потратил много времени, думая о ней? - насмешливо спрашивает Питер. – Слишком много, - с чувством отвечает Стайлз. Он ничего не может поделать, она действительно офигенная. Питер ухмыляется, ловит обе руки Стайлза, притягивая его к себе, пока их тела не оказываются плотно прижатыми к друг другу, а потом кладет ладони Стайлза себе на задницу. Глаза темнеют, в воздухе тяжелый запах возбуждения. – И каково же чувствовать это по-настоящему? – Чуть лучше, чем я себе представлял, - отвечает Стайлз, пока его руки, не повинуясь разуму, немного сжимают оказавшуюся под ними задницу. Питер смеется в поцелуй.