Принц без короны

Весенняя ночь обычно дарит людям тепло и чувство симпатии, пусть даже к простому предмету, например, к книге. А вот Марк, лежа на своей кровати, никак не мог заснуть. Скрестив руки на груди, он вслушивался в разговор парней. Недавно он ушел с кухни, и причина была лишь одна — Джексон. Когда его нет, Марка все внимательно слушают и не перебивают, но, как только тонсэну стоит появиться, все внимание приковывалось к нему. Нет, Марка также иногда слушали, но истории Джексона куда интереснее. И даже не это последовало причиной его ухода, а спонтанные слова макнэ: «Если в нашей группе Марк принц, то Джексон король». Это немного задело старшего. Тогда он фальшиво посмеялся и, придумав отмазку, ушел в свою комнату. Марк злился лишь на себя. «У меня есть лишь красивое личико, когда у остальных мемберов яркие и обаятельные характеры», — это уже было не впервые, когда он так думал. Скорее, он не завидовал, а уважал, что рядом есть такие люди. И… как же он любил их внимание. Единственная его слабость. — Да, хен, спокойной ночи, — смеясь, Джексон открыл дверь и зашел в комнату. Он сразу заметил, как Марк отвернулся в другую сторону, то есть в сторону стенки, и решил, что его лучше не беспокоить. Но это была большая ошибка. Ведь Марк так хотел внимания… — О, надо позвонить Намджуну, — тихо произнес Джексон, стуча по клавишам ноутбука. Марк все прекрасно слышал, и от этих слов сердце сильнее сжалось. Почему Джексон не хочет поговорить с ним? Они ведь живут в одной комнате. Хотя в последнее время их приятельские отношения куда-то испарились. У Джексона всегда были и до сих пор появляются друзья, в то время как Марк в Корее совершенно один. Так как Ван становился все популярнее, снимаясь в разных шоу, он познакомился со многими людьми, и у него не остается времени, чтобы просто сесть и пообщаться с Марком. А тому обидно, до боли в груди обидно. В их совместных шоу Джексон всегда ведет себя так, будто они дружны и ничего не происходит. Лучшие друзья не разлей вода. И Марк тоже принимал его игру, за недолгое время он научился фальшиво улыбаться. Ведь фанатам нравится, когда они вместе… И вот Марк через несколько минут вслушивался в веселое щебетание Джексона и Намджуна. То ли ревность, то ли зависть, но как же старшему хотелось также непринужденно разговаривать с тонсэном. Больше не выдержав слащавых словечек, Марк приподнялся и слез с кровати. Джексон проследил за ним взглядом, а когда фигура скрылась за дверью, то он еще недолго продолжил разговаривать с другом. — Как-то неловко, — бросил Джексон, усаживаясь на свою кровать. В последнее время ему стало труднее общаться с Марком. Тот в общежитие при виде него сразу хмурился и пытался побыстрее куда-нибудь свалить. Ну, а Джексона сначала это не очень сильно тревожило, но теперь даже дышать в одной комнате было неловко. А что он мог, по сути, сделать, если Марк на заданные вопросы отвечал коротко. Он же не мог силой заставить рассказать, поэтому скинул все на самотек. Да, а теперь жалеет. Но все же, пока остальные мемберы заботились о нем как о какой-нибудь звезде, он был спокоен. У него достаточно внимания…

***

— Марк, ты, как всегда, превосходен. На снимках лучше всех получаешься, — старший фотограф показал блондину класс в знак уважения. — Да, он у нас самый красивый, — улыбнувшись, выдал Джинен, приобняв старшего за плечи. В это время остальные, кроме Джексона, который готовился к фотосессии, смотрели на экран, где Марк, лежа на полу, чуть прикрыл свое лицо рукой. Они долго рассматривали, гордясь, что в их группе есть такой красавчик. Все внимание сразу же полилось ручьем к Марку, и он этим наслаждался, слегка краснея и иногда опуская взгляд на пол. Но все хорошее настроение пропало, когда начали фотографировать Джексона. Серьезный взгляд, смотрящий куда-то в сторону, голова, которая чуть отклонена вправо, и рука, приподнявшая челку светлых волос — это выглядело слишком восхитительно. Марк тогда понял, что опять проиграл. И все равно, что он, по мнению главного фотографа, занял первое место. Фото Джексона было намного лучше. Тайно попросив стафф распечатать и отдать эту фотографию с Джексоном, он спрятал ее глубоко в портфель. А в общежитие аккуратно вклеил ее в тетрадку, больше похожую на книгу. Это была тридцать третья фотография Джексона. Тридцать три раза он проиграл. Что было довольно странным, — только Джексону он уделял столько внимания. А тетрадка называлась «Принц без короны». Уже как полгода она у него. Это время мучения и терзания Марка. — Хен, там Джинен приготовил поздний ужин, пойдем? — приоткрыв дверь, Джексон заметил, как Марк стоял возле окна и что-то крепко прижал к груди. Вроде какая-то тетрадка. Марк медленно повернулся и нежно улыбнулся, сказав: — Иду. Джексон на несколько секунд замер. В темной комнате лишь блеклый свет луны от окна освещал помещение. И Марк поистине был красив. И также печален… Эта нежная улыбка фальшива. Эти карие глаза наполнены печалью. А движения скованные. Джексону стало не по себе, будто он сделал то, за что его никогда не простят. Внезапная вина легла на него тяжелым грузом. — Ты меня ждешь? — все также фальшиво улыбаясь, спросил Марк. Он не хотел сейчас чувствовать неловкость, но она вмиг пропитала каждый уголок комнаты. Однако Джексон не ответил. Он просто молча смотрел на Марка, и по его взгляду сложно было прочитать хоть какие-то эмоции. А старший, не выдержав давящей атмосферы, отложил свою тетрадку и подошел к тонсэну. — Ты меня ненавидишь? Внезапность — это было коньком Джексона. Марк от удивления остановился в полуметре от парня. Фальшивая улыбка исчезла с его лица. Он на миг растерялся и не знал что ответить. Глаза бегали в разные стороны, пытаясь спрятать настоящие эмоции. — С чего ты решил? — усмехнулся Марк, взяв себя в руки. А потом прошел мимо Джексона. — Пошли ужинать. — Значит, все-таки ненавидишь? — В отличие от хена, Джексон не всегда мог скрыть свои настоящие чувства и эмоции. Грустная улыбка показалась на его лице. И как теперь общаться с ним? Как теперь жить с человеком, который тебя ненавидит, в одной комнате? А ведь Джексон так не хочет терять Марка, но, кажется, он успел это сделать, не уделяя ему достаточного внимания. Причина была проста. И Марк бы рассмеялся, узнав ее. Потому что после случайного общения с фанатом МаркСонов он поверил во взаимную симпатию… Настолько сильно поверил, что думал у него с Марком и правда какие-то отношения. Любое прикосновение или взгляд, казалось, направлены только на него, но вскоре понял, что это все неправильно. Неделю Джексон не мог смотреть Марку в глаза, а потом взял себя в руки и хотел поговорить, однако тот уже стал совершенно другим человеком. Ну, он тогда и тупанул, не пытаясь даже нормально пообщаться, и скидывал всю вину на усталость от вечных тренировок. Так и прошло время: Джексон, забыв про ту несчастную фанатку, стал уделять свое внимания другим, а Марк хотел этого внимания.