Алиса, ты ли это?

Неожиданность — это хорошо. «Почему?» — спросите вы. Что в этом такого особенного? А вы не заметили, что самые прекрасные и романтические моменты происходят спонтанно, красочно, незабываемо. Ты попадаешь в легкую сказку, где всё происходит словно по взмаху волшебной палочки, и вот розовые очки на твоей переносице. Правда, не для всех все так хорошо, ведь пока один остается в неведении, второй ходит, переживает, волнуется, да что там скрывать? Волосы на себе рвет из-за нервозности! Да, неожиданность — это прекрасно, правда есть и вторая сторона медали. Вы уже заинтригованы? Подумали о чем-то? Готовы? Вам интересно, какая же эта невидимая там сторонка? Скажем так, в ней нет ничего необычного, и, на самом деле, мы с ней пересекаемся если не каждый день, то довольно часто; просто усердно не желаем этого замечать. А если и не мы с ней сталкиваемся, то наверняка кто-то другой. Вот представьте, идете вы по улице — и тут вам на голову падает кирпич. Приятная неожиданность, однако, и главное — вы ведь этого не ожидали, не правда ли? Время кричать: «СЮРПРИЗ!». А вот еще: пришли вы к врачу, зубному, например. У вас очень сильно болит зуб. И этот чудо-недодоктор, вместо того, чтобы полечить, запломбировать, или еще что-то нахимичить, просто вырывает по своей невнимательности, здоровый зуб. Овации в студию, господа, этой самой неожиданности. Пусть она продолжает радовать нас своими сюрпризами, ведь без них прожить просто невозможно! Что касается Саске, то он не то чтобы не любил, парень просто ненавидел, когда что-то происходило спонтанно. Наверное, это все потому, что самые ужасные вещи с ним случались только из-за прилетевшей из ниоткуда идиотской идеи в одну дурную голову. Все проблемы: от первого вызова к директору до проведенной ночи в обезьяннике всегда случались из-за одного человека. И совершенно не важен был возраст друга, ведь мозгов у того, что в пять, что в двадцать, все равно не было. Правда сейчас этого уникума не было рядом, и винить его в том, что он предстал в таком виде перед девушкой, было бы довольно глупо. А язык-то чесался. — Ребята, — протянула красная как рак Ино, стараясь не глядеть на «Алису». — У нас небольшая проблема… Яманака запихнула руки в карманы и принялась долбать носком сапога мраморную плитку, опустив голову и кусая нижнюю губу. Учиха же хлопнул себя ладонью по лбу, тихо матерясь про себя. Всё было совершенно не так. Всё было неправильно. Это был полный абсурд разбушевавшегося подсознания, которое вырвалось благодаря какому-то недохимику с отставшим чувством юмора. «Найду и уши оборву, когда приду в себя. Он у меня тоннами жрать эту дрянь будет» — Ребята, — еще раз заговорила блондинка, только немного громче. Голос слегка дрожал. — Если это и Алиса, то довольно странная. Неправильная, что ли. — Что там неправильного? — они не могли знать, потому что не видели всей картины целиком. — Ноги, руки, голова есть? Тогда все нормально. — Не все нормально! Не думаю, что у девушки должен быть «такой» придаток! — выкрикнула Ино. Саске закатил глаза. — И не уверена, что оно у нее отросло из-за «уменьшуньки», — Учиха вспоминал упражнения по йоге, где его учили спокойствию, выдержке, воссоединению со своим вторым «я». То, что его сравнивали, причем неоднократно, на что он еще закрывал глаза и уши, с какой-то бабой начинало злить. «Саске, спокойно. Дыши, как учил инструктор. Глубокий вдох-выдох. Вдох-выдох. Вдох-выдох. Вдох — пять секунд, а выдох — всего три. На выдохе представляй старого монаха, бьющего в бубен и произносящего дрожащим хриплым голосом заветное „ом“. Проделать данное упражнение не менее двадцати раз и тогда ты придешь к истинному спокойствию и настоящему счастью. Дыши же и успокаивайся!» — Не верите, тогда сами посмотрите! — выкрикнула девушка, возвращая ушедшего в себя Учиху в липкие цепи ненормальной «реальности». — Или я чего-то не понимаю в девушках, сама ею являясь, или у тамошних девушек должна быть эта висюлька? «Вдох-выдох, вдох-выдох. Оммм. Вдох-выдох, вдох-выдох. Оммм» — О какой «висюльке» речь? — дверь полностью отворилась, и в проходе показались две совершенно одинаковые головы, щурившаяся Сакура и парень с прической в стиле «я косплею ананас, айда со мной?». Четыре пары глаз непонимающе уставились на брюнета. Кто-то краснел, кто-то скептически приподнимал бровь, кто-то тактично кашлял, кто-то ухмылялся, кто-то умудрялся все это совмещать. — Нихрена себе, — первым пришел в себя один из близнецов. Он неприлично тыкал пальцем в Саске, чем забирал остатки самообладания у последнего. — Сакура, ты кого привела? Это ведь мужик! — Почему сразу мужик? — неуверенно запротестовал второй из-под лба поглядывая, на тяжело дышащего брюнета. — Может это действительно своеобразная Алиса? — Ты где таких Алис-то видел? — с сарказмом заметил первый, показав пальцем между ног. Бровь брюнета задергалась. Сакура прикрыла рот рукой, стоявший рядом парень, который был похож на знакомого программиста Шикамару, почесал затылок, а Ино все так же стояла к нему спиной, ковыряя плитку. — Но это ведь может быть она, — возразил парень и повторил движение близнеца. Эти двое смахивали на Укона и Сакона, двух музыкантов — братьев, которых подозревали в сексуальных отношениях. Впрочем, основания для этого были, ведь их много раз замечали в совсем не родственных позах. Да и сами парни не сильно-то и опровергали эти слухи, что только лишний раз подтверждало всю правдивость слухов. — Нет, если это не она, значит, нет смысла спорить, — продолжал стоять на своем парень, уперев руки в бока. — Где ты вообще мог видеть таких девушек? — близнец подозрительно прищурился, а его копия отвел взгляд. — Я тебе говорю, что все возможно, — продолжил стоять на своем. — Если бы это была она, тогда… «Это ни черта не помогает! Выдох-вдох, вдох-выдох. Спокойно, Саске. Одного идиота терпел, значит, и этих вытерпишь. Вдох, вдох, выдох!..» — Почему не?.. — один из близнецов не успел закончить. Последняя капля. Громкий крик разлился по помещению, отлетая от высоких стен и попадая в барабанные перепонки. Все присутствующие вздрогнули и закрыли уши, сжимаясь одновременно всем телом. — Да потому что я, черт вас дери, никакая не Алиса! — терпение Саске дало огромную трещину. Злость переполняла мозг, а в душе хотелось всех убить. — Объясните мне, какого черта здесь творится?! Кто нам всем подсыпал эту долбанную наркоту? Почему меня считают бабой, а сами вы выглядите, как какие-то свалившиеся с луны чудаки? Тишина. Все удивленно смотрели на злого Учиху. Даже Ино, которая все это время не переставала краснеть, сейчас с открытым ртом и приподнятой бровью глядела на него. Близнецы переглядывались между собой, Сакура неловко переступала с ноги на ногу, не решаясь посмотреть тому в глаза. Шикамару со всей серьезностью осматривал брюнета, изредка хмурясь и почесывая подбородок. — Сакура, ты точно того привела? — девушка закусила внутреннюю сторону щеки и неуверенно кивнула. В свою ошибку она слабо верила. — Может ты чего-то не разобрала из болтовни безумного Шляпника? Он ведь иногда начинает такой бред нести, что с него его шляпа слетает. — Да нет же, это именно она… он, — Харуно сглотнула. — Да и не мог же ОН ошибиться или ТАК пошутить? — Нет, ты просто посмотри… — Он не знает мер своего юмора. Думаешь?.. — Я же вам говорила!.. — Нет-нет-нет… — А я тебе говорю, что да… Все голоса сейчас смешались в одно, и Учихе показалось, что он на базаре, где торгуются за несчастные несколько йен. Причем никто уступить другому не желает, и из-за этого устроили балаган, втягивая других. — Может мне кто-то уже хоть что-то объяснит? — поинтересовался Учиха, не надеясь, что его услышат, но внезапно на него уставились пять пар глаз, а гудение резко прекратилось. Смотрели так, что становилось неуютно, и Саске бы действительно покраснел, если бы умел. Но парень стоял, как обычно бледный, и даже тени румянца не промелькнуло на его щеках. — Ты знаешь, где ты? — осторожно поинтересовался Шикамару. Легкая улыбка располагала к себе и создавала некую иллюзию спокойствия, но немного нахмуренные брови выдавали истинную скованность этого человека. — И как тебя зовут? — Саске тяжело вздохнул и, сложив руки на груди, поежился. Все же стоять голым, когда вокруг шныряет холодный ветер, было слегка дискомфортно. — Хоть мы и знакомы, но представлюсь еще раз. Меня зовут Учиха Саске, я не имею ни малейшего понятия где сейчас нахожусь, но предполагаю, что это все — плод моего воображения. Я просто тогда не знаю, как объяснить всю эту… — брюнет замялся, нервно усмехаясь, и пытаясь подобрать слово. Странно, но имея огромный словарный запас, парень не мог найти синонима к слову «херня». — Ясно, — Нара поджал губы, обдумывая все сказанное. Многое было не ясно, вот только времени исправлять все и искать девушку — не было. Нужно срочно что-то делать, иначе скоро делать будет нечего. — У тебя, конечно, неплохая висюлька, — решение было спонтанным, но что-то другое придумать за такое короткое время нереально, поэтому, взяв себе за кредо фразу: «Кто не рискует, тот не отдыхает» и набравшись наглости, Нара продолжил, — Но она нам сейчас не нужна, поэтому, будь добр, отбрось ее подальше и стань нашей Алисой! Все присутствующие в шоке уставились на ухмыляющегося Шикамару, который как ни в чем не бывало, спокойно оглядывал Саске. К сожалению, предложение дошло до Учихи не сразу, так как в тот момент старый монах в его мозгах ударил по бубну и произнес то самое «Оммм». Но как только воображаемый звук затих, и оно смогло долететь до сознания парня, его лицо побледнело еще больше, а стены пронзил хуже крика, тихий шепот: — Что? В тот момент Учиха понял как выглядит «пиздец» в натуральную величину и какими красками он переливается для него.