Блицкриг по-скиллиански

19.00-20.00

Шепард крепко сжал рацию, как будто это была спасительная соломинка для него и всех его людей. Профессор Рейд уже успел выйти на лестницу, чтобы не мешать переговорам. Уверенность старика в том, что это постарались некие Высшие Силы, отчасти передалась и капитану. - Капитан Румен? Сэр?** Некоторое время в эфире стояла тишина. Потом раздался недоверчивый голос: - С кем я говорю? Прием. - Это лейт... капитан Джон Шепард, 103ий дивизион ВКС Альянса Систем. На колонию напали десять часов назад. Обычные виды связи были утеряны, но мы все-таки смогли отправить сообщение через ретранслятор. Вы поэтому здесь, сэр? Флот с вами? Прием. - Я слышал ваше сообщение, но вы назывались лейтенантом. Прием, - отозвался строгий голос, проигнорировав вопрос. - Верно, сэр. По приказу капитана Томаса Беринга меня повысили в звании... примерно минут пятнадцать назад. - Я могу переговорить с капитаном Берингом? - по-прежнему с долей сомнений раздалось в ответ. - Или со старшим офицером? - Я теперь старший офицер, - безапелляционно заявил Джон, сообразив, что Румен ему не доверяет. Оно и было понятно, и у него был шанс это сейчас же исправить. - Я понимаю, капитан, что вы мне не доверяете. Вы полагаете, что не знаете, кто я. На самом деле, мы уже встречались. Прием. - Встречались? Где? Прием. - Чуть больше полугода назад, - напомнил Джон. - На Марсе. Тогда вы меня знали под именем лейтенант Шилдс. Припоминаете? Прием. Снова тишина завладела эфиром. Шепард готов был дать руку на отсечение, что Румен помнил его отлично. Но, видимо, капитану требовалось время переварить услышанное. - Если это действительно так, - наконец, отозвался Румен, - то вы должны помнить пароль, с помощью которого моя разведгруппа проникла в сектор 11-3. Назовите его. Прием. Проклятые игры в шпионов! Джон напряг свою память. - Если честно, сегодня я изрядно ударился головой. Но, кажется, пароль был..."Волков". Прием. - Совершенно верно, - голос, казалось, немного расслабился, перестав быть таким натянутым. - Даже не знаю, рад или нет вас снова встретить. Помнится, в прошлый раз это были не самые приятные обстоятельства. Прием. - Сейчас обстоятельства еще хуже, - усмехнулся Джон. - Но я чертовски рад вас слышать, сэр. Так Флот с вами? Прием. - Боюсь вас огорчать, Шепард, но нет. "Азенкур" прибыл один. Нас оттянули обманом от колонии, но мы смогли вернуться. Однако мой фрегат не может противостоять целому пиратскому флоту. Прием. Джон тихо выругался. Первая его радость от мысли, что прибыл Флот Альянса, была обманчивой. И все же сейчас дела обстояли намного лучше, чем пять минут назад. - Сэр, нам нужна ваша помощь, - Шепард не стал утруждать себя и заполонять эфир предисловиями, сразу перейдя к сути. - Пираты захватили уже почти 50 процентов колонии. Мы пытаемся их сдержать, но уступаем по численности и силе. Мы подготовили последнюю линию обороны, призванную оттянуть их наступление, но без помощи с воздуха у нас нет никаких шансов. Теперь наша единственная надежда только на помощь "Азенкура". Прием. Румен не спешил с ответом, и Шепард не винил его за медлительность. Он запомнил капитана человеком обстоятельным, немного педантом, много - честным. - Вы ведь понимаете, Шепард, что мощи "Азенкура" не хватит на то, чтобы долго сдерживать пиратский флот? - Я не прошу сдерживать флот, - поспешил пояснить Джон. - Нам нужны лишь точечные локальные удары в места скопления тяжелой техники. Это здорово снизит наши потери. Прием. - У нас нет координат, - без тени оправдательных отговорок констатировал Румен. - Вы сможете передать нам их? - Сможем, - уверенно заявил Шепард, хотя никакого конкретного плана по задуманному у него еще не было. - Прием. - Я сделаю, как вы просите. Но эти действия "Азенкура" станут громким приглашением для пиратского флота уничтожить нас. Как только мы нанесем удар, я прикажу пилоту убираться из зоны сканирования ладаров и залечь на дно. Я не могу подвергать свой экипаж еще большему риску. Надеюсь, вы это понимаете, Шепард. Прием. - Понимаю, сэр, - выдохнул тот, не смея спорить. - Даже эта помощь может спасти несколько жизней. Благодарю. - Развертывание орудий и полет до колонии займет какое-то время. Как только будете готовы, передайте нам координаты целей. Сопровождайте их вышеупомянутым паролем, как когда-то в секторе 11-3. Если пароль будет другим, я пойму, что ваши координаты не верны или названы по принуждению. Вам все ясно, капитан Шепард? Прием. Джон даже улыбнулся. Румен был предусмотрителен и осторожен. Пожалуй, этот человек ему нравился, хотя у них даже не было никакой возможности поговорить лично. Снова. На Марсе пришлось скрывать свое лицо и настоящее имя*, сейчас их разделяло довольно большое расстояние. Какое именно, Шепард не знал, а Румен не пылал желанием ему говорить. Да это и не нужно было. Главное, чтобы орудия фрегата сработали как надо. - Ясно, сэр. Мы сообщим вам, как только будем готовы. Прием. - Тогда конец связи. В эфире застыла похрипывающая помехами тишина, а Шепард еще несколько секунд смотрел на черный старинный передатчик в своих руках, который уже во второй раз, возможно, послужит в самых благородных целях. В голову пришла мысль, не сообщить ли фрегату код шифровки от коммуникационного блока повстанцев, но мужчина быстро отказался от этой затеи. Во-первых, это было небезопасно - в эфире передавать код. А, во-вторых, комблок не обладал достаточной мощностью, чтобы создаваемая им сеть лазеров покрыла большие расстояния в несколько километров, в то время как "Азенкур" мог находиться довольно далеко. То, с чем не справлялись современные, но маломощные виды связи, было под силу незаслуженно забытым в просторах космоса коротким радиоволнам. Быстро прикрепив рацию на прежнее место своей брони, капитан стал торопливо спускаться вниз. Последняя группа гражданских, к которой должен был присоединиться и профессор Рейд, уже ушла. Как старик и обещал, он оставил дробовик у основания лестницы. Взглянув на очередную древность со слабой усмешкой, Шепард какое-то время колебался, но все же взял оружие в руки. Для Рейда древности значили очень многое. Возможно, для Мэй - тоже, раз она все-таки таскала эту вещь. Немного подумав, Джон все-таки перебросил дробовик через плечо, крепко закрепив, чтобы не болтался. Потом вышел. Люди Кендалла заняли свои позиции у баррикад, и короткая перекличка по огневым точкам, быстро проведенная Шепардом, показала, что все готово к встрече с "гостями" колонии. - Бейтс, - передал Шепард по внутренней связи, проверяя свою винтовку и боезапас почти механическими движениями. - Мне нужно сделать короткую вылазку. - Что, сэр? - не понял тот. - Но как же так? Пираты могут начать наступление в любую минуту! Прием! Шепард скривил рот в усмешке. - Бейтс, будь с нами Клочков, он бы тебе сказал, что говорить "прием" теперь уже не нужно. Связь многоканальная. - Сэр, куда вы собрались? - шутку сержант предпочел проигнорировать. Голос у него был крайне взволнованным. - Вы нам нужны здесь! - Не спорю. Но пока ты принимаешь командование. Кендалл, слышал? - Слышал, элти, - раздался развязный голос лидера повстанцев и его дурацкое обращение, от которого хотелось на стену лезть. Но Шепард уже не злился на парня. - Капитан, - пробурчал Шепард, но придавать этому значения не стал. - Теперь Бейтс ваш лейтенант. Повышаю его в звании. - Сэр, я вам, конечно, благодарен, но на это требуется соответствующее разрешение... - К черту бумаги, - отрезал Шепард, вспомнив слова Беринга. - В военное время достаточно лишь одного свидетеля. Кендалл, будешь им? - Да без проблем, кэп. - Капрал Ли, идете со мной, - приказал Джон в передатчик. - У вас пять минут, чтобы найти замену на свою позицию. - Так точно, сэр! - Дормен... Ты мне тоже понадобишься. - Сэр! - снова попытался остановить его сержант Бейтс. - Неужели это так необходимо? Шепард перевел винтовку в безопасный режим и прикрепил на спине. Чертов дробовик мешался, но избавляться от рухляди Джон все-таки не стал. Потом проверил свой пистолет. - Это ***дец как необходимо, лейтенант, - проговорил Джон, надеясь, что тот не станет придираться. В ответ раздался смешок. Как и было рассчитано, ответ в таком стиле бывшего сержанта полностью удовлетворил. - Тогда удачи, сэр. Джон отключил передатчик. Посмотрел на зажатый в левой руке пистолет. На правую полагаться уже не стоило. - Сегодня я не сдохну, Риц, - прошептал он самому себе и тому, кто, как ему часто снилось, нетерпеливо ждет его у себя. Но в этот раз, казалось, Риц его не услышал.

***

Их троица короткими перебежками продвигалась на северо-запад, туда, откуда, по мнению Джона, должны были прибыть основные силы пиратов. Солдаты быстро преодолели Главный канал. По левому фронту маячили кварталы Промышленного района, но соваться туда никто не собирался: слишком уж много там, как упомянул капрал Ли, бродило радикально настроенных батарианцев. Капрал не был рад оставлять свой взвод, но ослушаться приказа не мог, да и не хотел. После случившегося с Берингом Берк Ли стал смотреть на Шепарда как-то иначе, почти с нескрываемым восхищением и любопытством. Джон предпочитал думать, что это обусловлено лишь испытываемым к нему уважением. На остальное, если такое, упаси господи, имело место быть, ему было совершенно плевать. Главное, чтобы Ли не подвел. Пирс Дормен, патрульный 23его ГОП и по совместительству отличный снайпер, прекрасно влившийся в военный коллектив, был как никогда собран и молчалив. Очевидно, сказывалось напряжение, хотя за полицейским вообще болтливости не наблюдалось. Ветус уже скрылся за горизонтом. Элизиум в рекламных листовках мог похвастаться продолжительным ярким днем, но больше - затяжными легкими сумерками, считающимися тут ночью в это время года. Жара уже успела спасть, ветер приносил приятную прохладу. Они преодолели уже почти пол километра, будучи каждую минуту наготове, но стараясь никому не попадаться на глаза. Поначалу они хотели воспользоваться уже проверенным способом передвижения - подземными коммуникациями - однако из ближайшего люка валил черный дым, и Шепард понял, что этот путь теперь для них закрыт. Пришлось передвигаться на поверхности. Его опасения по поводу незапланированных встреч по пути не оправдались в полной мере. В городе, казалось, никого и не было, кроме одиноко слоняющихся бродячих собак, завезенных в колонию любителями псины, и иногда мелькающих среди домов небольших групп радикалов, вооруженных едва ли не вилами и своим грозным видом. При встрече с последними Шепард знаками велел укрываться в переулках или сумрачной тени домов и сохранять полную неподвижность. Радикалы, как и ожидалось, не видели ничего в метре от себя, полностью расслабившись в районе без полиции. Несколько раз трое натыкались на горы человеческих трупов, сваленных в кучу, словно мусор. По форме некоторых трупов и тихим проклятиям Дормена Шепард понял, что, в основном, там были свалены убитые сотрудники полицейских участков. Продвигаясь вперед, стараясь затеряться во многочисленных постройках, солдаты постоянно делали остановки и взбирались на крыши небольших зданий, чтобы проверить, близко ли силы пиратов. Третья попытка увенчалась успехом. Едва они поднялись, стараясь пригнуться как можно сильнее, как Дормен, разглядывающий окрестности через снайперский прицел, громким шепотом сообщил: - Внимание! Они на два часа, капитан! Пока на месте, но видно, идет всеобщий сбор! Одна группа. Очевидно, объединились с бывшей группой зачистки, - потом стал перемещать прицел. - Что в цифрах, Дормен? - угрюмо прошептал Шепард, прислонившись спиной к бордюру на крыше, чтобы не светить своей физиономией лишний раз. Все равно ни черта не видно с такого расстояния. - С этим проблема, - признался снайпер, не отрываясь от прицела. - Точно вряд ли скажу. Там суета. - Хотя бы приблизительно. Тот на какое-то время замолчал, очевидно, считая. Потом выдал: - Два М29... Три... нет, четыре М35... Три робота... М-080... И около шестидесяти пеших единиц... Шепард мысленно чертыхнулся. Еще хуже, чем в прошлый раз. Очевидно, группа зачистки пиратов совсем не понесла потерь! Инкас, что ты, твою мать, наделал? Если Румен не поможет, их всех раздавят. А так оставалась хоть какая-то надежда. Конечно, при условии, что "Азенкур" справится. - Что насчет "летунов"? Давно их не было. - Не вижу, сэр, - прошептал снайпер. - Возможно, они еще на своем плацдарме. - Странно, - задумчиво протянул капитан. - Нужно подобраться к ним поближе. Координаты должны быть точными. - Вы уверены, что радар вас не обманет, сэр? - с сомнением в голосе протянул Пирс, покосившись на инструментрон своего командира. - Без полноценной связи нет никакой уверенности, что цифры окажутся верными. - Нет, я не уверен, - хмыкнул Шепард. - Но если раньше люди определяли свое местоположение с помощью гномона и отвеса, я надеюсь, что боевой радар, рассчитанный на работу по автономной сети, с этим справится и без подсказки свыше. - Я понятия не имею, что такое гномон, но вашу мысль я понял. - К тому же... если я ошибусь, мы узнаем об этом первыми. Пошли. Они спустились вниз, где их ожидал капрал Ли, в чьи обязанности входило стоять в дозоре. Чтобы подобраться как можно ближе к расположению сил пиратов, пришлось сделать небольшой крюк, обойдя одну из групп фанатиков, что-то бурно обсуждающих. Какого черта они делают так далеко от батарианского гетто? Оставив Ли снова в дозоре, Шепард с Дорменом тихо взобрались на крышу здания местного трехэтажного ломбарда, более всего подходившую для наблюдения. Отсюда было уже видно куда лучше, и капитан с угрюмым видом удостоверился, что в своих оценках боевых единиц противника снайпер не слишком-то и ошибся. От скопления пиратов их отделяло метров сто, может, чуть меньше. В свой визор с функцией увеличения Шепард даже сумел разглядеть некоторые лица и морды. По всему становилось ясно, что пираты готовились выступать: царила небольшая суматоха, кое-кто проверял свое снаряжение, некоторые индивидуумы сновали туда-сюда, отдавая приказы. Пираты были хорошо подготовлены и вооружены. Экипировка была почти у каждого. Однако вскоре к ним приблизилась недавно повстречавшаяся группа батарианских фанатиков, чья "экипировка" ограничивалась лишь грязной одеждой и старыми пистолетами. Один из них, наверняка, лидер, стал о чем-то живо спорить с невысоким мужчиной, облаченным в броню. Слов слышно не было, но по общей интонации Шепард сообразил, что фанатики чем-то недовольны. Сначала мужчина в броне о чем-то с ними строго переговаривался, но потом, очевидно, подрастеряв все свое терпение, вскинул руку с пистолетом вверх и, выругавшись, выстрелил в лидера. Это возымело нужный эффект: фанатики испуганно отпрянули. Никто из них даже не подумал выстрелить в ответ. То ли у этого человека была такая власть, то ли по другим причинам. Хмуро глядя на происходящее, капитан ощутил странное беспокойство. Ему вдруг стало предельно ясно, кого он увидел. Эланус Халиат. Джон попытался разглядеть главаря пиратов отчетливее, но тот, разобравшись с проблемой, скрылся в каком-то здании. Через минуту оттуда вышел щуплый батарианец в белых одеждах, больше похожих на тогу. Поднял руки вверх, призывая растерянных фанатиков к себе, словно стадо овец, и что-то торжественно, величественно заговорил. - Должно быть, это тот самый Пророк, - задумчиво прошептал Дормен, тоже наблюдавший за этой сценой. - Тот еще ублюдок. Через минуту, успокоив толпу своих последователей, батарианец в тоге проследовал к какому-то битому транспорту и уехал. - Свалил, - прокомментировал снова снайпер. - Не хочет ручки замарать. - Ладно, времени нет, - отозвался Шепард, настраивая свой инструментрон на определение координат. Внутренняя связь, предоставленная повстанцами, сделала эту задачу вполне выполнимой за счет определения расстояния от уже известных координат - Головизионной башни - и их корректировкой простейшим уравнением, учитывающим расстояние от башни, отклонением по градусам и какими-то другими показателями. Шепард слишком в это не вдавался. Получив желанные цифры, он взял рацию в левую руку. Шум от помех при сканировании частоты был неприятно громким, но Джон быстро убавил громкость. Потом передал, стараясь не повышать голос: - Фрегат "Азенкур", вызывает капитан Шепард. Прием. - "Азенкур" на связи, - раздался чей-то незнакомый голос. - Говорит штурман-навигатор Чарльз Прессли. Я помогу вам скорректировать цель. Прием. - Где капитан Румен? - резче, чем хотелось, спросил Джон. - Он на мостике. Передал мне полномочия по координации цели, - последовал спокойный, даже нудный ответ. - Назовите установленный пароль и перейдем к работе. Прием. Какое-то время Джон молчал, все еще пытаясь избавиться от недоверчивого осадка. И все-таки сдался. Несмотря на то, что Румен не предупредил об этом, он вполне мог быть занят. - Пароль "Волков". Как приняли, - произнес Шепард. - Принято. Озвучьте ваши координаты. Прием. Шепард сверился с показаниями радара. - 63.190310 северной широты. 64.419219 восточной долготы. Как приняли. - Принято, - Прессли механически повторил данные. - Как далеко цель от вашего местоположения? - Не очень. Сто метров севернее. - Сто метров - это слишком много для точечного удара, - возразил Прессли. - Мы можем подбить крыльцо, но не все строение. Образно выражаясь, сэр. - Придется нам вам довериться, Прессли, - выдохнул Джон. - И вашей корректировке. Мы вряд ли сможем подобраться еще ближе. Прием. - Ну что ж, сэр. Я вас понял. Сейчас же сообщу капитану о получении координат. Прием. Несколько долгих минут рация молчала. Воспользовавшись этой паузой, Шепард пытался разглядеть среди пиратов кого-то, сам не понимая кого. И только потом его осенило: он надеялся увидеть кого-нибудь из своих. Что, если пираты держат Инкаса и его людей в плену? Или там Мэй? И их собираются угробить свои же?.. Шепард насильно раздавил эти мысли. У него просто нет права строить догадки. Спасать одного или даже нескольких наугад ценою десятков - это было бы кощунством по отношению к тем же повстанцам, вверившим свои жизни в его руки. В этот момент в рации послышался знакомый и размеренный голос Румена: - Координаты приняты, Шепард. У вас ровно пятнадцать минут, чтобы покинуть потенциально опасную зону. Как приняли. - Принято, сэр. Спасибо. - Еще рано благодарить. Конец связи. Связь оборвалась, и Шепард, дав своему снайперу знак уходить, стал отползать к чердачной двери. Двое спустились довольно быстро. Капрал Ли стоял на первом этаже и жестом дал понять, что внизу все тихо. Капитан так же молча велел убираться отсюда. Они преодолели метров тридцать, пока вдруг Дормен не остановил их и не сказал тихо, что за ними кто-то увязался. Эта новость Шепарду совсем не понравилась: вся их вылазка могла оказаться под угрозой. Но он сделал вид, что их остановка была вызвана всего лишь проверкой встроенного передатчика, а сам велел следовать по этому же переулку до первого поворота, где нужно было резко свернуть вправо. Поскольку "хвост" увязался в нескольких метрах от них, то поймать его ничего не стоило. Они резко свернули, тихо юркнув в вечерний сумрак переулка, и прижались к стене. Через пару минут послышались чьи-то шаги. Выставив оружие перед собой и заняв оборонительную "тройку" - капрал припал на колено, двое позади прицелились стоя - они приготовились к встрече с гостем. Ожидания Шепарда захватить случайно увязавшегося за ними батарианца или другого наемника таяли с каждым шагом незнакомца, так как слух сразу же определил, что это некто достаточно тяжелый. Так и оказалось: из-за угла появилась мощная фигура, по рельефу которой сразу стало понятно - это кроган. - Ни с места! - стальным голосом приказал капитан, взяв крогана на прицел и медленно делая шаг в его направлении. - Только дернешься - мы откроем огонь! - Не стреляй, - вдруг раздался знакомый голос. - Это я, лейтенант. Шепарда это на миг смутило, так как знакомых кроганов в городе у него не было. Но, приглядевшись внимательнее, он узнал эту мощную фигуру и физиономию с оскалом острых зубов. - Какого черта ты здесь делаешь? - Сэр, вы его знаете? - спросил Ли. - Да, - ответил Джон, все еще не горя желанием опускать оружие. - Этот кроган помог мне утром расправиться с парой батарианцев. Зачем ты следил за нами? - Я скрывался от пиратов, - рептилоид стал медленно поворачиваться, не предпринимая никаких других попыток пошевелиться. - Весь день торчал в каком-то складе неподалеку, не желая высовываться. Да, это мерзко. И трусливо по обычаям моего народа. Но я не хотел подпалить свою шкуру в вашей войне. И решил переждать. А потом... учуял тебя и был весьма удивлен. Думал, ты давно уже мертв. - А как же сообщения Халиата? - с подозрением спросил Шепард. - Ты не получал их? - Я не знаю, кто такой Халиат. Мой чип для инструментрона разбился, - кроган слегка выставил левую руку вперед, демонстрируя отсутствие девайса, - еще утром, когда мы с тобой уложили тех батарианцев. Поэтому я ни черта не знаю, что происходит в городе. Но видел многих гражданских, идущих на восток, и видел знак Альянса на башне. Решил, что там будет безопаснее, а потом учуял тебя - вот и вышел из укрытия. Какое-то время Шепард все еще держал его на мушке. Все звучало достаточно правдоподобно, чтобы он задумался над возможностью подобного исхода. Инструментрон кроган и вправду мог повредить утром - Джон тогда не шибко интересовался этим вопросом. Мог и учуять знакомый запах человека - эти твари были прекрасными охотниками. Даже желание "не подпалить шкуру" могло иметь место, так как утром этот рептилоид не пожелал ввязываться в заведомо проигрышный бой, как тогда ему представилось. И вместе с тем этот кроган ему помог, а у Шепарда уже бывали возможности относиться к представителям этой расы не как к воинственной и агрессивной, а как к вполне толковой и со своим кодексом чести. - Между нами говоря, землянин, - кроган вдруг чуть скривил свой оскал в ухмылке, - ты воняешь, как ворка. Но от тебя также прет кровью и смертью. Мне это нравится. Поборов последние сомнения, Шепард опустил свой пистолет. Дормен последовал его примеру, а вот капрал Ли не спешил, заколебавшись на пару секунд. Потом с угрюмым лицом поднялся и опустил винтовку. - Тебя я тоже учуял, - произнес кроган, обращаясь к снайперу. - Но твой запах смерти не такой, как у Шепарда. Слабее. Джон почувствовал, как внутри снова закопошились сомнения. - Откуда ты знаешь мое имя? - спросил он, сдвинув брови. - Кажется, утром я тебе не представлялся, а твой инструментрон сломан. - Ты представлялся ему, - указал своим толстым когтистым пальцем рептилоид на Дормена. - У нашей расы прекрасный слух. - Но не настолько. Ты был слишком далеко, а потом я не называл тебе имени. Слова Шепарда на несколько секунд повисли в воздухе, наэлектризовав напряжение. Поняв, что прокололся, кроган думал не слишком долго: с рыком бешенства сорвался с места, устремившись прямо к солдатам. И, пока они поднимали свои ружья, воспользовался этими секундами, чтобы своим мощным корпусом растолкать их в стороны. Никто даже выстрела не успел сделать. Капитан повалился с ног, но не выронил свой пистолет. Он хотел сделать выстрел, однако кроган проревел: - Не стреляй, землянин! Иначе я сломаю этому человеку шею!! Железная трехпалая рука сцепила шею капралу Ли мертвой хваткой. Тот не мог ни дышать, ни сопротивляться. Винтовка вывалилась из рук, так как воспользоваться ей уже не представлялось возможности, да и руки инстинктивно, но тщетно пытались освободить свое горло. Он задыхался. Шепард вскочил на ноги и прицелился в голову врага. - Отпусти его! - И не подумаю, - прохрипел кроган, довольно ухмыльнувшись. - Бросай свое оружие. И ты, снайпер. Времени у вас мало - люди быстро задыхаются. Дормен с побледневшим лицом сжал снайперку, быстро покосился на капитана, ожидая приказа. Стрелять или сложить оружие. Хотя по его взгляду Шепард понял, что тот готов на второе. Никто не хотел такой смерти. Однако Джон все еще не решался. Бросить оружие означало умереть. Словно почуяв его мысли, кроган произнес: - Я не убью никого из вас. Клянусь. Мне нужен лишь раб. Но очень ценный раб, которого я продам Халиату. Этим рабом будешь ты, Шепард. Так что бросай оружие, иначе этот человек умрет. Жаль будет убивать беднягу. Он так преданно смотрел на тебя. Как самый слабый варен смотрит на своего вожака. Капрал Ли был уже весь красный. Тикали последние секунды, в течение которых решалась его судьба. Капитан, выругавшись, все же поддался на уговоры и опустил оружие. Дормен молча последовал примеру. - Положи на землю и отойди назад, - приказал кроган, и двое стали подчиняться. Джон положил свой пистолет на землю, потом медленным жестом вытащил из крепления на спине винтовку, стараясь не задеть дробовик на перетянутом ремне. Однако обмануть рептилоида не удалось. - И эту палку - тоже... - приказал тот. Пришлось снять дробовик и отойти. Рептилоид какое-то время смотрел на них своими маленькими желтыми глазами, потом сжал кулак сильнее и резко вывернул вправо. Позвоночник капрала жалобно хрустнул. Шепард, несмотря на слабую надежду на спасение своего солдата, все же ожидал чего-то подобного. Пока кроган был занят телом, отшвыривая в сторону труп, капитан ринулся вперед в кувырке к своему пистолету. Быстро схватил его, заняв стойку от колена, но выстрелить не успел. Кроган своей внушительной лапой ударил его в грудь, отчего в глазах на миг померкло, а дыхание сперло. Удар оказался настолько сильным, что тело капитана отлетело назад, и он ударился головой о стену. Сознание готово было улетучиться, но из последних сил Шепард удержал его. Попытался подняться, прогоняя искушение упасть, и стал глазами искать выроненный пистолет. Впереди Дормен хотел было выстрелить из снайперки в упор, но тоже не успел: кроган действовал быстро и решительно. Вырвал оружие и отшвырнул прочь, а потом своей массой сбил патрульного с ног и принялся обрушивать на лицо бедняги мощные кулаки. В это время Шепард нашел пистолет и сделал несколько выстрелов. Щиты противника отразили атаку, но капитан не останавливался, так как снайпер, похоже, потерял сознание и теперь стал обычной грушей для битья. Как ожидалось, пистолет быстро перегрелся. Однако цель была достигнута. Кроган, оставив полицейского, повернулся в сторону капитана и стал приближаться, наращивая скорость. Джон никогда не подумал бы, что эти тяжеловесы могли двигаться так быстро! В последнюю секунду он увернулся от надвигающейся скалы и бросился к винтовке. Кроган дышал в затылок, и несмотря на попытки дотянуться до оружия, это все-таки не удалось. Проклятый зверь настиг раньше и, схватив за шейное крепление на брони, как котенка за шкирку, отшвырнул назад. Потом обхватил лапой горло капитана, припечатал к стене и поднял над землей. С огромной злостью Шепард вдруг почувствовал себя беспомощным. Ноги барахтались в воздухе, дыхание перехватило, мыслями завладела только пагубная паника. Руки по наущению рефлексов попытались разжать кулак крогана, но в памяти вспыхнуло лицо капрала Ли, и Шепард заставил себя развеять панику и оттянуть руки от бесполезной затеи в поисках лучшего шанса. Броня была чужой, никаких скрытых в подошве ножей у него не имелось. Тогда капитан стал ощупывать стену позади, однако хватка была настолько крепкой, что силы быстро уходили. - Я не стану убивать тебя, - довольно прорычал кроган. - Отдам Халиату живым. И получу свои кредиты. И работу. Эти короткие разглагольствования все же сослужили хорошую службу для капитана: хватка слегка ослабла, и ему удалось глотнуть немного воздуха. В этот момент его правая рука наткнулась на что-то маленькое, выпирающее из стены. Рука почти онемела и плохо подчинялась. Но охватившая Шепарда злость была сильнее. Пары лихорадочных движений хватило, чтобы извлечь из стены ржавый гвоздь. Дотянуться до глаза не получится. Так что Джон со всей дури вонзил гвоздь в ноздревые складки на морде рептилоида. Тот взвыл от боли, но по-прежнему не отпускал, и тогда капитан все той же правой рукой принялся расковыривать гвоздем незащищенную в этом месте плоть пришельца, все сильнее и глубже вдавливая гвоздь. Терпеть долго кроган не смог - все же отпустил, бросив свой пропуск к Халиату на землю, и стал лапой выковыривать гвоздь, не обращая внимания на отползающего под ногами человека. Это дало Шепарду время. Он кое-как поднялся на ноги и, здорово пошатываясь, снова бросился к оружию. Вытащить занозу в виде гвоздя не самыми ловкими пальцами крогану никак не удавалось, и он, злобно зарычав, скорее, от бешенства, ринулся за капитаном. Винтовка лежала в сложенном безопасном режиме. Мигом оценив, что у него не хватит даже нескольких секунд на перевод в боевой режим, Шепард схватил валяющийся рядом дробовик и быстро обернулся, быстрым движением пальца сняв предохранитель. Даже не глядя выстрелил прямо в морду налетающего крогана. Получилось, что в упор. Щит не смог справиться с дробью с такого близкого расстояния, и крогану досталось. Он отшатнулся, заревев от ярости и лапами схватившись за пораженный участок кожи. Отдачей досталось и Шепарду. Не обратив на это внимания, он передернул цевье и снова выстрелил в упор, целясь крогану в голову. Тот опять отшатнулся, и Шепард с удовлетворением понял, что первый выстрел повредил пришельцу глаза. Снова выстрелил, и кроган, злобно прорычав, начал вслепую бросаться на звук выстрела, желая сбить с ног своего противника. Но капитан выигрывал в ловкости, постоянно уворачиваясь от слепых ударов, и снова стрелял, стараясь угодить в морду рептилоиду с близкого расстояния. Не всегда это удавалось: кроган крутился и крушил все вокруг, как заведенный, - но последний, шестой патрон, все же угодил прямо в цель. Голова крогана дернулась, вся морда была залита кровью и поражена осколками, из глаз струилась какая-то жидкость. Однако даже этого не хватило. Проклятая тварь!! Увернувшись от летевшего на звук его шагов крогана, Джон бросил дробовик и схватил свою винтовку, потратив пару бесценных секунд на то, чтобы перевести её боевой режим и снять с предохранителя. Потом выпустил короткую очередь, снова заставив уже заметно ослабевшего рептилоида ринуться в его сторону. Пора было с ним кончать. Едва эта мысль пронеслась в мозгах, а автоматический прицел поймал ревущего и метающего первобытную ярость пришельца, как в небе что-то с шумом пролетело. И через секунду прогремел сильный взрыв примерно в ста метрах. "Азенкур". В пылу схватки Шепард почти позабыл о нем! То ли Прессли ошибся, то ли Румен решил перестраховаться, но ударов было несколько и все они, с короткими промежутками, покрыли большую часть квартала. Одна из ракет угодила в здание, на крыше которого Шепард передавал координаты, и строение разлетелось на куски. Обломки посыпались сверху опасным дождем, и капитану пришлось срочно кинуться на землю, прикрыв голову руками. Ошалелый от крайнего бешенства кроган даже и не подумал защитить себя от последствий взрыва. Он вдруг замер, как вкопанный, и стоял так, пока все не стихло. Капитан поднялся как раз в тот момент, когда кроган резко рванул в его сторону. Поднять винтовку он не успел - пришлось уворачиваться, однако получилось не очень удачно и он больно ударился раненым плечом. Сдержать стон не смог, и взбешенная тварь тут же, ориентируясь по звуку, развернулась и стала наваливаться на него своей массой. В последний момент Шепард активировал резотрон и выставил вперед. Пришелец в желании раздавить его напоролся на карборундовый клинок. Но бороться с силой гравитации даже кроган не мог. Лезвие прорезало броню и плоть. Откатиться в сторону капитан не успел. Масса пришельца придавила его к земле, однако с последним усилием и почти звериным рыком Джон вырвал из ноздри крогана гвоздь и стал наносить удары в его левый глаз, снова и снова. Кроган еще брыкался, так что Шепард изо всех сил, даже не сдерживая крик, стал вытягивать левую руку вверх, а с ней - и лезвие резотрона, с огромным трудом вспарывая плоть противника. Наконец, кроган издал последний хрип и обмяк. Капитан остановился только тогда, когда тело на нем значительное отяжелело. Дышать стало невыносимо трудно под такой грудой мяса, и Джон с великим усилием принялся медленно выползать из-под пришельца. На это ушло несколько долгих минут, но все же ему удалось. Правая рука плохо слушалась, причиняя сильную боль. Очевидно, он окончательно добил плечевую связку и случился разрыв. Левая была полностью залита кровью и запачкана остатками кроганской требухи. Джон, стряхнув остатки с резотрона, деактивировал его. Вонь от прорезанного брюха стояла такая, что с черным юмором Шепард даже подумал, перебила ли эта вонь запах ворка. Отдышавшись, он вытащил левой рукой дозу панацелина и вогнал её себе в ногу. Почувствовал, как блаженное обезболивающее разливается по телу, потом поднялся и приблизился к поверженному врагу. - Трах-тибидох, сука, - с облегчением выдохнул он, вспомнив загадочные слова старика утром. Потом схватил винтовку рабочей рукой. Чертыхнулся, так как держать оружие одной рукой не получалось, и принялся искать свой пистолет среди обломков. Ему повезло - нашел быстро, а вот Дормена было не видно. Сжав пистолет, мужчина хотел отправиться на поиски своего солдата, как вдруг остановился, замерев. Позади раздались чьи-то шаги. Капитан было уж решил, что это за ним прибыли пираты. Слишком уж много шума они наделали. Хотя тем, скорее всего, сейчас было чем заняться. Обернувшись и прицелившись, он увидел перед собой какого-то батарианца. Тот тоже держал пистолет, однако нападать не спешил. Джон не сразу понял, кто это. Но перевязанная куском ткани верхняя пара глаз напомнила ему. - Пришел, чтобы добить меня, тварь? - зло прошептал капитан, уже готовый броситься в атаку, если потребуется. Батарианец бросил взгляд на распотрошенного крогана. Шепарду на миг почудилось, что эта "картина маслом" бывшего пленника очень порадовала. - Нет, - ответил он. - Я хотеть тебя убить. Не скрывать. Но ты убить Мансу. Значит, ты силен. И ты помогать мне. - Помогать? - нахмурился Джон. - С какой это стати мне тебе помогать, батарианская мразь? Оскорбление пришелец пропустил мимо ушей. - Я знать, что Манса пойти за тобой. Но упустить его на какое-то время. Потом найти его. И тебя. Ты помогать мне. - Все еще не слышу весомых причин помогать тебе, - устало усмехнулся капитан. Он уже раздумывал, как бы пристрелить этого четырехглазого побыстрее, найти Дормена и валить отсюда, пока пираты не очухались. Однако следующее, что он услышал, привело его в чувство. - Я знать, где твоя самка, - сказал батарианец. - Её держать недалеко отсюда. Под охраной. У Пророка. Одному мне не одолеть всех. Нуждаться твоя помощь. Вместе мы освободить её. - Мэй? - Шепарду показалось, что он ослышался. - С чего ты взял, что она жива? Это же ты похитил её, мразь! Почему бы мне не пристрелить тебя прямо тут? - Я похитить. Я делать её своей рабыней. Но у меня её отобрать. Манса, - батарианец головой указал на мертвого крогана. - Потом Пророк отобрать. Я их всех ненавидеть за это. Я мог умереть. Но твоя самка спасать меня. Я её благодарить. Джон не поверил ему ни на секунду. Не так давно пришелец, с которым еще утром они были на одной стороне, уже к вечеру пытался убить его и убил капрала Ли. Тут тоже какое-то забавное перевоплощение? - С какого перепугу Мэй тебя спасла? - задал он вопрос. - И на кой черт тебе теперь спасать её? - Она спасать меня, потому что добрая. Я спасать её, потому что отдать долг чести, - последовал ответ на корявом общегалактическом. - Давать уговор. Я хотеть убить твоих солдат. Ты пытать меня. Я похитить твою самку. Ты помогать мне её спасать. Она помогать мне лечить моих сестер. Я перестать считать её своей рабыней и перестать хотеть убить тебя. Уговор? Шепард не спешил скреплять сделку рукопожатием. Он вообще не спешил опускать оружие. Но слова батарианца о том, что Мэй может быть жива и спасена, заметно снизили его решимость убить этого пришельца. А то, что случилось в следующую секунду и вовсе обезоруживало: батарианец медленно опустил свой пистолет, положил на землю и снова поднялся. - Показать мир, - прокомментировал он так же коряво. - Я прийти не убивать тебя. Просить помогать. Уговор? Шепард колебался. У него появился реальный шанс спасти хоть кого-то из своих людей. Слишком много уже смертей за сегодняшний день. Да и речь ведь шла о Мэй. Несмотря на то, что между ними сквозили настоящие моральные разногласия, почти убившие все их нежные чувства, она все еще была его другом. И ответственность за то, что она попала в такую ситуацию, Джон по привычке взвалил на собственные плечи. Как бы ему ни хотелось согласиться, он выдавил: - Такой уговор не подойдет. Я с тобой не пойду. Батарианец был крайне удивлен. - Не хотеть спасать свою самку? Я слышать, люди привязываться к своим самкам. - Это так. Но я не могу оставить своих солдат на произвол судьбы, а сам свалить по сердечным делам, - мрачно произнес Шепард. - Пираты скоро соберут свои силы и нанесут удар. Мне нужно защитить город. Но я предлагаю тебе другой уговор. - Другой? - Да. Вытащи Мэй живой. И приведи ко мне. Пришелец покачал головой. - Один не справиться. Нет брони и оружия. - Уверен, ты справишься, - проговорил Джон. - А чтобы у тебя была мотивация привести её ко мне вместо того, чтобы делать её рабыней, такой тебе уговор: вытащишь Мэй, у тебя появится новый, куда более ценный раб. Раб, за которого тебя все будут уважать. - Какой раб? - Я, - пояснил Шепард, прекрасно понимая, что только такой мотивацией можно подкупить батарианца. - Когда все закончится, я пойду с тобой. Можешь продать меня, обменять, выставить на аукционе. Полагаю, что с моей сегодняшней популярностью я окажусь весьма ценным товаром. Идет? С этими словами Шепард опустил пистолет, заставив батарианца задуматься. Однако долго думать тому не пришлось: по лицу расплылась улыбка. - Уговор, - кивнул он. - Я вернуть самку. Ты стать моим рабом. Но если нарушить уговор, я тебя убивать. - Вот и отлично, - выдохнул Джон. - Сейчас я найду своего человека, и мы уйдем на восток. Я буду ждать тебя. И если меня не убьют до того, как ты вернешься, стану твоим рабом. А теперь, если тебе нужно оружие, я тебе его дам.

***

Над капитанским мостиком, на последние полчаса превратившимся в жужжащий рой из приказов, команд, рапортов и докладов, прорезался звонкий голос пилота Клода Виммера: - Нам на перехват отправлены крейсер и два фрегата, капитан! Эта новость, вполне ожидаемая, все равно заставила всех на секунду смолкнуть и замереть. Головы развернулись в сторону человека с изуродованным лицом, и Румен, казалось, уловил в каждом взгляде вопрос, что же будет дальше. - Внимание, боевая готовность номер один! Мы знали, что так будет! Все по местам! Пока Брайсон повторял приказы, капитан склонился над своим датападом, пытаясь разглядеть приближающиеся судна неприятеля. Но видно было чертовски плохо или просто глаза устали, так что он быстро - для человека с трещинами в бедре - слетел с мостика, мимоходом и с удовлетворением отметив, что все члены экипажа в командном центре заняты делом, и в несколько шагов добрался до Виммера. - Рулевой, доложить о ситуации! - Нас засекли, сэр! - отчеканил тот очевидное. Это было и понятно: чтобы нанести точечные ракетные наземные удары, пришлось взять новый курс и покинуть свое уютное убежище в кратере. Прессли настоятельно рекомендовал покрыть ракетными ударами несколько точек, поскольку капитан Шепард не смог выдать точные координаты. Стометровый разброс был крайне досадным, так что Румен принял решение перестраховаться и последовал совету своего навигатора, тем более что старшина боевой группы был давно мертв и не мог дать свои рекомендации. Оставалось надеяться на то, что гражданские уже давно покинули потенциальную зону покрытия, в том числе и капитан Шепард со своими людьми. А если нет... О потерях и чашах весов Румену думать не приходилось. Слишком быстро их обнаружили, хотя тепловой след от ракет такой, что им можно выписывать приглашение для всякого прийти и уничтожить фрегат. - Два легких фрегата. Один крейсер, - продолжал пилот, выводя на сенсорный монитор данные с ладара. - Идут прямиком на нас, сэр. У Румена было несколько секунд, чтобы принять решение. Он этого ожидал, и все же внутри теплилась слабая бессмысленная надежда на то, что "Азенкур" не смогут обнаружить. Глупо. Теперь у него было только два пути: вступить в неравный бой и погибнуть или попытаться улизнуть. Пока есть шансы на второе, первому придется подождать. - Уводи нас, Виммер, - капитан сжал рукой плечо своего молодого пилота. - Маневрируй, но вытащи нас! Это приказ! Еще часов двадцать назад этот салага побледнел бы и испуганно захлопал глазами перед огромной свалившейся на него грудой ответственности. Но сейчас в кресле сидел уже не салага, а намного, после всех событий, повзрослевший пилот, который, хоть и побледнел, все же сдержанно кивнул. Румен быстро вернулся на мостик и активировал громкую связь. - Внимание! Говорит капитан! К нам на перехват идут судна неприятеля! Мы попытаемся избежать боя, но он все же может стать для нас неизбежным! Всем приготовиться, занять свои места и следовать инструкциям! Всем удачи! Отключив передатчик, капитан снова спустился вниз. Брайсон уже стоял возле своего протеже, но не будучи пилотом, давать советы не решался в такой ответственный момент. Тут все больше зависело от тактики перехвата и умений пилота уходить из расставленных ловушек. - Попробую оторваться, капитан, - сообщил Виммер то ли экипажу, то ли самому себе, крепко хватаясь за штурвал. - Всем советую пристегнуться! - Выполнять! - скомандовал Румен громко и сам сел в кресло второго пилота, которого, после недавнего взрыва, "Азенкур" тоже лишился. Брайсон, заняв запасное кресло навигатора, включил связь и оповестил экипаж о тридцатисекундной готовности к маневрированию. Расстояние между фрегатом и направленными к нему палачами стремительно сокращалось. Внимательно следя за действиями пилота, Румен едва удерживался от своих замечаний. Опыт пилотирования у него имелся, но, несмотря на свое капитанское звание и положение "бога" на этом корабле, он как никто другой понимал, что пилот во время маневров должен быть полностью сосредоточен. Вряд ли приказы в стиле "левее-правее" сыграют большую роль. Тройка впереди выстроилась пеленгом, причем крейсер был позади всех, предоставив своим фрегатам действовать первыми. Очевидно, не хотел рисковать обшивкой, если вдруг вражеское судно откроет огонь. Но Румен не собирался отдавать такого приказа до тех пор, пока это не станет единственным выходом. Пилот проверил показания ВИ, потом вдруг правой рукой отпустил штурвал и быстро перекрестился, отчего капитан едва не раскрыл рот от удивления. - Что это значит... - начал было он, но Виммер уже врубил двигатели на полную и начал набирать скорость, направляя фрегат прямо к противнику. ВИ тут же любезно оповестил, что через полторы минуты при заданной скорости "Азенкур" окажется в зоне доступности вражеских орудий, однако пилот проигнорировал это сообщение, еще больше набирая скорость. - Сейчас потрясет!! - громко предупредил он, позабыв про такую штуку, как субординация. Набирая скорость, "Азенкур" стал вибрировать сильнее обычного. С гладких горизонтальных поверхностей повалились на пол предметы, не выдержав напора, а шум от двигателей, казалось, сейчас разорвет уши. Трение атмосферы планеты об обшивку стало настолько ощутимой, что за обзорным иллюминатором то и дело вспыхивало свечение. Скорость перевалила за предельные показатели, и снова активировался ВИ, предупреждая о том, что при выходе на такие показатели лучше использовать ядро эффекта массы, чтобы избежать риск перегрева. Румен пораженно глядел, как пилот отключил сообщение, и даже ужаснулся, а не сошел ли паренек с ума. Но не успел капитан и рта раскрыть, уткнувшись в быстро приближающиеся точки в обзорном иллюминаторе, как пилот резко поднял штурвал вверх, заставляя фрегат носом прорезать воздух, а желудок капитана запротестовать. Маневр длился всего несколько секунд, но Эдвин был готов поклясться, что прошла целая вечность. Глаза и мысли просто не успевали уследить за происходящим, так как, подняв нос к верху, пилот перевернул судно на 180 градусов и снова "лег в горизонт", лишь слегка потеряв в скорости. Потом снова стал быстро набирать её, велев ВИ просканировать данные на ладаре. Брайсон первым разгадал задумку своего протеже и довольно ухмыльнулся. - Переворот Иммельмана, - со знанием произнес он. - Молодец. - Выполнено отлично, но как это нам поможет оторваться? - нахмурился Румен, рассердившись на самого себя за то, что не сразу сообразил о действиях Виммера. Последний тут же пояснил: - Крейсер слишком тяжелый, чтобы повторить это. Будет менять курс "горкой", а без потери скорости тут не обойтись. Это даст нам немного времени, сэр, чтобы придумать, как и где скрыться от более маневренных фрегатов. - Умно, - одобрил Румен. - Однако это не избавило нас от проблемы. Прессли, выведи карту планеты на главный экран! - Есть, сэр! - сержант тут же выполнил приказ, и на главном экране высветилась карта Элизиума с обозначениями и названиями. - Оставь только физические показатели! Убери всю эту мишуру! - снова последовал приказ. Румен прилип сосредоточенным взглядом к проекции, пытаясь понять, возможно ли реализовать то, что пришло на ум пять секунд назад. - Есть идея, сэр? - спросил Брайсон, заинтересованно пытаясь разглядеть что-то на карте и лице своего капитана и разгадать его намерения. - Посмотрим, - неопределенно ответил тот, не желая гнать впереди поезда. - Прессли, теперь наложи температурную карту! Сержант послушно делал то, что ему велели. Наконец, капитан, найдя какую-то точку, удовлетворительно кивнул своим мыслям. Потом отметил на карте проекционным указателем небольшую область. - Рулевой, курс 2-2-7 на норд-вест! - приказал Эдвин, сжав левый кулак. В суматохе прошедших событий у него даже не было минутки, чтобы констатировать печальное ухудшение собственного состояния: голову ужасно ломило, сердце лихорадочно стучало, виски покрылись потом, а проклятый кожный зуд разъедал кожу! Стимулятор исправно выполнял свою работу, обманывая мозг, но раненный организм все равно изнашивался, прося отдыха, как старый в заплатках костюм требовал ремонта. Вот и руки начали слегка трястись, голова кружилась, а по спине струился пот. Румен отбросил эти мысли за ненадобностью. Сейчас не самое время на отдых. Он еще не заслужил отдых. - Сэр? - Брайсон, отстегнув ремень, подошел к капитану. - Правильно ли я понимаю, что нам снова придется попотеть? - Правильно, - не стал вдаваться в подробности тот. - Мы уже знаем, какую температуру выдержит наша обшивка. А пираты не имели такого опыта. Найди с Прессли место для посадки в выделенной области. - Сэр... там ведь термально-опасная зона. Там нет места для посадки! - Это приказ! - рявкнул капитан, не сдержав свое раздражение. - Бога ради, Брайсон, хватит мне перечить! Эта короткая вспышка ярости не укрылась от внимания экипажа. Все смокли, не решаясь встревать, и Румену пришлось сделать пару глубоких вздохов, чтобы привести чувства в порядок. - Старпом, выполняйте приказ! - уже более спокойным тоном повторил капитан. - Да, там может быть опасно. Но это наш шанс затеряться. Так что либо выполняйте приказ, либо я найду того, кем вас заменить! Какое-то время капитан буравил рассерженным взглядом своего старпома, пока тот не произнес: - Так точно, сэр! - и не козырнул. Потом быстро направился к сержанту Прессли. В этот момент раздался голос пилота: - Нас нашли, сэр! Два фрегата идут прямо за нами! - Рулевой, доложить о заданном курсе! - громко потребовал Румен, чтобы привести экипаж к уверенности, что у него все под контролем. - Курс 2-2-7 на норд-вест, сэр! - отозвался тот. - Будем на месте через три минуты! - Как только нависнем над зоной - пикируй! Вывод на максимально низкой высоте! Справишься, Виммер? Тот коротким движением вытер пот со лба. - Так точно, сэр! - Отлично! Тогда действуй! Румен снова включил громкую связь и предупредил экипаж о начале маневра, косым взглядом уткнувшись в старпома, который додумался прогуляться по палубе. Тот, услышав приказ, тут же оторвался от работы с навигатором, поспешил занять свое место и пристегнуться. - До выбранной зоны: две минуты пятнадцать секунд, - механическим и поразительно спокойным голосом оповестил ВИ, но пилот уже по привычке не обратил на несчастный компьютерный интеллект ни толики внимания. - Одна минута сорок секунд... - Нас нагоняют, Виммер! - Румен сжал кулаки. - Скоро откроют огонь! - Одна минута пять секунд... - Ломов, перенаправь энергию на задние щиты! - приказал капитан по передатчику. - Боевое отделение! Приготовить орудия! - Тридцать две секунды... - Боевое отделение: отставить! - успел предупредить Румен за секунду до того, как пилот прокричал, сжав до побеления пальцев штурвал: - Внимание! Пикирование через пять... четыре... три... две... одна!.. Держитесь! В эту же секунду фрегат резко стал пикировать вниз, подвергая экипаж значительной отрицательной перегрузке. Тело капитана, казалось, потеряло несколько килограмм, корпус устремился вперед, а желудок норовил выскочить изо рта вместе с литрами крови, устремившейся к голове. Пикирование длилось от силы несколько секунд, но за это время в голове Эдвина уже раза три успели зажечься панические и весьма глупые мысли, смысл которых сводился только к одному: "Мы падаем!" Но вот "Азенкур" вышел из принудительного пикирования и снова занял горизонтальную плоскость. Теперь в кресло вдавило, а утерянные килограммы вернулись с избытком. Румен наконец смог вздохнуть свободно. Столько маневренных фигур пилотажа он не испытывал на собственной шкуре уже довольно давно. - Мы на заданной высоте, сэр! - доложил Виммер, тоже переведя дух. Лоб его и вовсе покрылся испариной. Груз ответственности был настолько тяжелым, что паренек смертельно побледнел, как будто только сейчас осознав, что учудил не на летном тренажере, а на настоящем космическом корабле. - Брайсон! - позвал капитан. - Сканируем поверхность! - доложил тот слегка сбивающимся голосом. Даже железные нервы бывшего штурмана дали трещину. - Секунду, сэр! - Быстрее, Брайсон! Иначе нас запросто увидят, выглянув из иллюминатора! - Нашел, сэр!.. Передаю координаты пилоту! - Виммер? - Получил! Даю команду ВИ на установку курса! - отозвался пилот. - У нас мало времени! - Румен поймал себя на мысли, что теперь уже он произносит вслух очевидное. Они добрались до нужной зоны за полторы минуты. Совершили посадку, пережив еще несколько неприятных минут. Поверхность, расположенная среди гидротермальных последствий вулканической активности, на первый взгляд, довольно агрессивная, встретила "Азенкур" почти любезно. Обшивка сразу же нагрелась, но не существенно, о чем почти охрипшим от волнения голосом доложил Латье. - Отключить все электронные системы! - приказал капитан, и терпеливо ожидал, когда его приказ будет выполнен. Это заняло секунд пятнадцать: повторение приказа, выполнение приказа, отчет о выполнении приказа. Не только Виммер за последние часы заметно повзрослел, но, кажется, и все члены экипажа, до этого не побывавшие ни в одной передряге. Румену оставалось лишь сделать так, чтобы из этой "передряги" все выбрались живьем. "Азенкур" уже во второй раз погрузился в аварийную тишину. Во второй раз оказаться слепым было уже не так страшно, как в первый. Где-то впереди выстрелил гигантским плевком гейзер, любезно накрыв своим тепловым облаком фрегат от термального сканирования противника. Уж не намеренно ли Брайсон выбрал это место для посадки? Румен молча понадеялся, что под самим судном не расположены залежи горячих источников, а если и расположены, то по характеру они регулярны с продолжительностью в несколько часов. Этого времени как раз должно хватить, чтобы убраться из опасной зоны подобру-поздорову. Оставалось еще два варианта сканирования: техническое и звуковое. Первое использовалось повсеместно там, наверху, но электроника была полностью отключена. А вот второе применялось только в пределах атмосферы с помощью инфракрасных звуковых волн, испускаемых с источника с последующим отслеживанием их распространения и колебаний в доступном диапазоне. Но применялось это крайне редко, да и здесь, в этом скоплении хаоса из пышущей жаром стихии, так близко к поверхности, толку от этого было мало. Оставалось лишь глядеть в иллюминаторы, но сканированием огромной территории сетчатками глаз не будет заниматься никто из тех, у кого есть голова на плечах. Так что они должны были затеряться. По крайней мере, на это рассчитывал капитан. Они прождали около двух часов. За это время корпус нагрелся достаточно, чтобы все внутри снова ощутили себя как в сауне. Однако цель была достигнута: когда они покинули эту зону, никто их уже не преследовал. Румен задал курс в Скиллианский Кратер, ставший уже почти тихой домашней гаванью для потрепанного в море корабля. Для верности, Виммер так и не поднялся выше десяти километров над землей.

***

Эланус Халиат был не просто зол. Он был в таком диком беспросветном бешенстве, что готов был убить любого, кто косо на него посмотрит. Но приходилось сдерживаться: наемников и так осталось довольно мало. Сначала все складывалось прекрасно. Визит к Пророку, окончившийся неожиданным подарком свыше, поездка к месту дисклокации второй группы, подготовка к решительному наступлению и неминуемой победе. Даже те фанатичные идиоты, которых набрал Пророк, позакрывали свои рты и приготовились "принять свою судьбу" в первой линии наступления. До выхода оставалось всего несколько минут. И тут началось то, чего Халиат никак не мог предположить. Очередной удар с воздуха, и это притом, что система ПЗО была полностью уничтожена! Тогда откуда у этого проклятого Шепарда появилось такое оружие?! Ответ был дан позже, когда пыль от взрывов постепенно улеглась и наладили связь. Капитан Балак с плохо скрываемым злорадством сообщил, что они засекли какое-то судно в нескольких километрах от города, по размерам похожее на фрегат. "Это Альянс! - яростно кричал капитан, брызгая слюной. - Я говорил, ты всех нас погубишь! Твой план не стоит и пинка элкора!" "Это всего лишь одно судно! - Халиат уже тоже не сдерживался. - Если бы это был Флот Альянса, в небе было бы куда теснее, идиот!" "Следи за своим языком, человек! Я - капитан Гегемонии Ка'Хаирал Балак!! Это не я служу тебе, а ты служишь моему народу!!" "Да мне плевать! - отмахнулся пират. - Это я потратил год своей жизни на этот план! Я здесь командую! И я приказываю немедленно перехватить судно и уничтожить его!" "Я уже позаботился об этом, - самодовольно заявил Балак, оскалившись. - Но даже если это одно судно, это может означать, что Альянс в курсе происходящего! Возвращайся на борт, Халиат! И прикажи бомбардировщикам начать то, за что мы им заплатили! Мы сравняем колонию с землей, и этого Шепарда, от которого у тебя отключился мозг, убьем со всеми!" "Я убью его сам! - вспыхнул пират. - Вырву его сердце и потопчусь на нем! Отрежу ему язык и выколю глаза! И мне плевать, сколько это займет времени и сил! Ясно? Делай то, что тебе велено, батарианец!" На этом пират оборвал связь, поскольку больше не мог терпеть и раскрошил своим кулаком проектор, выдающий голосигнал. От этого бессмысленного акта вандализма все же стало чуть легче. Хладнокровие постепенно возвращалось. Итак, подведем черту. Группа разбита. Тяжелой техники осталось куда меньше, чем планировалось изначально. Половина наемников или ранена, или убита. Ну и хрен с ними. Есть фанатики, умудрившиеся укрыться в здании, оставшееся целым. Если бы Халиат верил в богов, то счел бы это знаком свыше. Вот теперь эти глупцы пригодятся как никогда лучше в роли пушечного мяса! Кроме того, оставался еще один козырь. Три боеспособных, умоляющих пустить их в бой "птички". Генерал Данака должен был позаботиться о том, чтобы привести их в рабочее состояние. Халиат пригрозил ему, что если тот не наведет порядок, он освежует его труп прямо на глазах рабов. Кажется, такая угроза генералу пришлась не по душе. - Поганый Чарн! - позвал своего помощника пират, выходя наружу. - Где тебя носит, твою батарианскую мать?! На улице творился хаос. Разрушения от ударов с воздуха были потрясающими: разлетевшиеся на куски строения, треснувшие стены и крыши, повсюду завалы из обломков, тел и железа. Уцелевшие сновали вокруг, не обращая внимания на раненых. Раненые пытались самостоятельно оказать себе помощь. Какому-то пирату оторвало две ноги, и его стон разносился на всю округу, пока кто-то умный не решил сэкономить панацелин и не пристрелить этот стонущий кусок мяса. Глядя вокруг, Халиат вдруг почувствовал, что его бешенство сменилось крайним азартом. Да он, черт побери, ощутил себя почти непобедимым! Собственные потери его не волновали. Он все равно знал, что раздавит оборону Шепарда, как бы тот ни старался. И это осознание придавало его маленькому поражению сладкий вкус возмездия. Как и осознание того, что он собственными руками оторвет этому упрямому альянсовцу его башку! Список казней увеличивался с каждой минутой, в зависимости от настроения. - Чарн, сука ты гребаная?! - орал Халиат, но его помощник как в воду канул. Наверное, тоже где-то сдох. А ведь пират полагал, что батарианская сволочь тоже живуча, как и он сам. Да плевать. - Эй ты, - остановил он первого попавшегося наемника. - Как звать? - Сар'Каха Алура, - гордо представился тот. - Теперь ты будешь моим помощником, - произнес пират. - Выступаем через пятнадцать минут. Собери всех, кто может держать оружие. Всю технику, которая осталась. Каждому, кто убьет солдата - тысяча кредитов и десяток рабов! Понял? - Понял, босс! - обрадовался тот своему повышению. - Тогда быстро вали выполнять приказ! Выступаем через пятнадцать минут! Отпустив своего нового помощника, Халиат проверил свою броню и боеприпасы. Он где-то потерял свою винтовку, да не беда. Подойдя к раненому ворка, собирающему свои кишки с земли, пират вытащил пистолет и выстрелил ему в голову. Пусть попробует восстановиться. Потом отобрал винтовку у мертвого и сразу же почувствовал, что все снова под контролем. Тут взгляд его упал на Головизионную башню, где не так давно был вывешен флаг Альянса. Забавная идея озарила кровожадный разум пирата, и по губам расплылась зловещая улыбка.

***

Корр действовал довольно быстро, по его собственным меркам. Добрался до убежища Пророка вдвое быстрее, чем полагал, за счет вколотого ему Акрой панацелина. Это было совсем странно: получать помощь от того, кого хотел убить. Но предложение Акры стоило того, чтобы на время позабыть о своей гордыне. Если Корр заполучит такого ценного раба, то сможет вернуть своему клану уважение среди народа, а себе - признание. И честь. Люди действительно слабы. Ради спасения своей самки даже их Акра, распоровший пузо крогану, был готов стать рабом! Но, впрочем, батарианца это устраивало как никогда. Перспектива завоевать уважение Гегемонии и народа была настолько радужной, что он переполнился абсолютной уверенностью в своих силах. Он обязательно справится! У него был пистолет. И теперь была винтовка человека. И панацелин. И броня, снятая с какого-то солдата со сломанной шеей. И мотивация: заполучить ценного раба и вылечить своих сестер. Где-то в глубине души он хотел спасти и эту самку, отдать ей долг чести. Но все же это не было первой причиной его возвращения к Пророку. Возле убежища стояли часовые. Двое. Внутрь зашли еще двое. Кажется, больше никого. Пророк был на втором этаже, наверное, в той же комнате: его силуэт в просторных одеждах вырисовывался из окна. С ним, помнится, был тот генерал. Но сейчас в здании его не было. Значит, пятеро против одного. Довольно рискованно, и именно риск и уязвленное самолюбие заставили Корра обратиться за помощью, чтобы отобрать то, что принадлежало ему. Однако сейчас все изменилось. Даже Акра признал, что Корр Да'Норек справится! Этот человек был непонятен батарианцу. Он вроде был прекрасным воином, но собирался стать рабом ради самки. Еще утром собственными руками выколол Корру глаза, а уже вечером отдал ему свою винтовку. Люди вообще были непоследовательны. Хотя, если подумать, сейчас именно Корр собирался напасть на тех, с кем еще пару часов назад был на одной стороне. Нет! Он на своей стороне! На стороне своего клана! А эти мерзкие жмуты нарушили закон его народа, отобрав его рабыню! Двое часовых явно заскучали. О чем-то тихо болтали, даже не обращая внимания на улицу. Они были без брони, но с винтовками. Обычные горожане, решившие, что пришло время установить в городе свои порядки, но слишком переоценившие свою готовность к бою. Незаметно подкравшись к одному из-за спины, Корр быстро перерезал ему горло, не дав даже опомниться. Хотел тихо убить и второго, но не получилось: реакция у того оказалась хорошей, он быстро вскинул ружье и успел сделать один выстрел. Щит защитил Корра, и судьба второго часового была предрешена. Однако выстрел услышали в здании. Об этом ясно свидетельствовал топот шагов и негромкие окрики. Соваться через главный вход Корр не стал. Все-таки фанатики, хоть и были любителями, но быстро сообразили устроить засаду. Хотя не так: они устроили засаду у главного входа, потому что были любителями. Да'Норек незаметно проскользнул к окну и нырнул внутрь прежде, чем его сородичи успели перевести свое внимание на шум. Но было уже поздно. Одному лазутчик прострелил точным выстрелом голову, со вторым пришлось провозиться куда дольше. Бедолага укрылся за лестницей и палил что было мочи во все, что, как ему казалось, движется. Поэтому Корр затаился на некоторое время, а потом, воспользовавшись старым, как мир, приемом - бросил какой-то предмет, чтобы отвлечь внимание - молниеносно налетел на своего врага, пробив ему плоть несколькими выстрелами. После прислушался. В доме стоял полумрак. Освещение из автономного генератора было кем-то предусмотрительно отключено. Создавалось впечатление, что больше никого не было. Однако Корр все равно соблюдал осторожность, поднимаясь по лестнице. Кабинет Пророка на первый взгляд пустовал. По легкому беспорядку батарианец понял, что лжесвятой был здесь пару минут назад. Но куда он мог подеваться? Едва он подумал об этом, как сбоку на него кто-то налетел. Кто-то опытный и мощный сбил его с ног с помощью незнакомого приема, отчего рука разжалась и непроизвольно выронила пистолет. Обездвижив своей массой, некто размахнулся резотроном, чтобы перерезать Корру глотку. В последний момент лазутчик увернулся, с досадой подумав, что батарианский генерал - а это был он - наверняка поджидал его. Стоило догадаться! Генерал был напорист и кровожаден. Корру, с его увечьем, сделавшим его не таким внимательным, едва удавалось отскакивать от карборундового лезвия, то и дело свистевшего в воздухе. Он уворачивался как мог, используя мебель для того, чтобы создать между ним и нападающим чуть больше расстояния, но проклятый мясник никак не хотел давать ни малейшей секунды на раздумья. Приходилось полагаться только на инстинкты и свои рефлексы! Внезапно Корра осенило: а ведь генерал, возможно, в сумраке решил, что это кто-то из Альянса. Броня была человеческой, пусть и сидела нескладно, визор закрывал пол лица. Стоило этим воспользоваться. - Боги Кхар'Шана! Дайте этому слепцу разума! - прокричал на родном наречии батарианец и добился, чего хотел: генерал на миг замешкался. Этой секунды хватило Корру, чтобы перейти из обороны в наступление и, оттолкнув своего сородича, схватить с пола пистолет и сделать несколько выстрелов. Как и ожидалось, щит защитил генерала от первых выстрелов. Но лазутчик не останавливался, и один из последних выстрелов, перед тем как генерал снова пошел в наступление, а оружие перегрелось, все же пробил щит и угодил в голову. Несмотря на всю свою кровожадность и подготовку, генерал не смог противостоять пуле. Даже у батарианцев, высшего народа в этой Вселенной, как искренне полагали все представители этой расы, включая Корра, плоть была смертной. Второй выстрел окончательно добил противника. Убедившись в этом, Да'Норек внимательно осмотрел помещение. Потайных дверей и тайников не было. Выпрыгнуть в окно Пророк не мог - стекло было целым. Куда же он подевался? Ответ был дан случайностью. Откуда-то раздался тихий звук, и Корр сразу же сообразил, где прячется мессия. Подойдя к большому стенному шкафу, батарианец резко открыл дверь. Лжесвятой буквально вывалился оттуда. И сразу же бросился в ноги к тому, кто пришел по его душу, молить о пощаде. - Заплачу вдвое больше! Не убивай! Кто бы тебя ни прислал, я заплачу больше! - Мне не нужны твои кредиты, - проговорил Корр на родном наречии, презрительно глядя на того, кто еще час назад с важным видом вершил его судьбу. - Ты понимаешь мой диалект, презренный? - С трудом, - признался тот на общегалактическом. - Я плохо... плохо знаю родной язык. - И ты еще говорить всем нам, что делать? - рассердился Корр такой двуличности, но не стал вдаваться в детали. Он пришел сюда не за этим. - Я хотеть забрать свою рабыню. Где она? - Раб... рабыню? - выдохнул тот, искренне удивившись такому желанию, ведь цена за одну рабыню была куда ниже того, что предлагали. - Я... я могу дать тебе сотню рабынь! - Не хотеть сотню! - оскалился Корр такой непонятливости и приставил пистолет к виску Пророка. - Я хотеть свою! - Хорошо! Хорошо! - испугался тот. - Я отведу тебя! Она тут, закрыта в подвале! - Тогда показать, - приказал лазутчик, указывая в сторону лестницы. Пророк повел его вниз, на первый этаж. Боязно оглядел трупы своих религиозных последователей, перешагнул через один и указал в какой-то угол. Корр подстегнул своего пленника толчком пистолета, и тогда тот поспешил поднять крышку самодельного подвала в полу. Но это ему плохо удалось: крышка была очень тяжелой. Какое-то время он бессмысленно пыхтел, пока Корр, разозленный его медлительностью, не решил помочь, убрав пистолет. Как оказалось, только этого и ждал Пророк. Едва его сородич взялся за крышку, как святоша резко оттолкнул его и дал деру. Да'Норек ринулся за ним, но тот оказался быстрее и проворнее: нырнул в уже разбитое окно и побежал так стремительно, что ни один выстрел его не задел. Выругавшись на этого презренного обманщика и на самого себя за наивность, батарианец вернулся к подвалу. С усилием поднял крышку - а она и вправду была тяжелой - и спустился вниз. Там было очень темно. Корр включил подсветку на своей броне и стал осматриваться. Помещение было похоже на самодельную тюрьму: коридор и какая-то закрытая на обычный замок дверь. Редкая удача! Батарианец не осилил бы электронный замок. Какое-то время он пытался разобраться с обычным, но был вынужден признать, что тут не обойтись без лома. Понял он и другое: в камере действительно кто-то находился, так как оттуда раздался тихий шум. Это открытие подзадорило пришельца. Он осмотрел дверь и, найдя небольшую щель, проговорил: - Не бояться, рабыня! Это я. Корр Да'Норек! Я приходить, чтобы освободить тебя! Только подождать! Он вернулся в здание и потратил четверть часа, чтобы найти лом. Все равно не нашел, но он обнаружил другую полезную вещь - лопату. Спустившись вниз, он добрался до замка и принялся сбивать его инструментом. Опускал лопату снова и снова, пока, наконец, не добился желаемого: замок слетел. Путь был открыт. С удовлетворенной улыбкой Корр влетел в грязную камеру. От его внезапного вторжения десятки маленьких зверьков с хвостами разбежались в стороны. Батарианец осмотрел все углы и даже заглянул под старую проржавевшую кровать - но так никого и не обнаружил. Камера была пуста.

***

Дормен наконец очнулся. Кроган чудом не нанес ему серьезных повреждений и не сломал костей, лишь помял броню и наделал синяков на лице. Панацелин сумел быстро привести снайпера в порядок, как и стимулятор, так что, когда капитану Шепарду сообщили приятную новость, он решил быстро навестить своего друга. И застал его уже в полевом медпункте на ногах. Конечно, синяки и выбитые зубы не сделали патрульного симпатичнее. Выглядел он уставшим и помятым, белки глаз стали практически красными из-за разорванных капилляров, броня 23его ГОП оставляла желать лучшего. Но такое состояние было почти даром с небес, учитывая, что его хотел угробить кроган. Об этом Шепард и сказал первым делом, на что снайпер криво улыбнулся. - Теория относительности, сэр. Если бы на меня напал мальчишка с дубинкой и вот так же уделал, вы бы сказали, что дела плохи. Как мы оказались среди наших? - Пришлось тащить тебя на себе, - выдохнул Шепард, так как прогулка выдалась не из самых легких. Он чертовски устал, пока добрался с такой ношей до баррикад третьего рубежа. Новоиспеченный лейтенант Бейтс встретил его самыми благими матами, улыбаясь во весь свой рот, пока не стало известно, что капрал Ли к ним не присоединится. - Спасибо, капитан, - поблагодарил снайпер. - Где моя позиция? Шепарду захотелось сложить руки на груди, пока он не вспомнил, что правая слушается, только причиняя огромные муки обладателю. - Тебе бы отдохнуть, Дормен. - Черта с два, сэр, - хмыкнул тот, проверяя свою винтовку, бережно приставленную кем-то к стене. - Вы бы на себя посмотрели. Я по сравнению с вами еще красавчик. Посмотреть на себя у Шепарда не было времени и желания. Да и зеркала нигде не висело, и то, если бы висело, капитан вряд ли стал бы в него заглядывать. Он и без куска стекла знал, что видок у него паршивый, а воняет от него все тем же ворка, теперь еще вперемешку с потрохами крогана. - Тогда будь рядом. Твои глаза мне не помешают. - Есть, сэр, - кивнул тот, выбираясь из медпункта. Потом вдруг остановился. - Еще раз спасибо, капитан. Я ведь уж было решил, когда этот монстр колотил меня, что отчаливаю на тот свет. Сразу же вспомнил о своем позорном списке. - Позорном списке? - нахмурился Джон. - Список дел, совершить которые смелости не хватило, - охотно пояснил Дормен уже на улице. Посмотрел вверх, на густое бледно-синее сумрачное небо светлой ночи Элизиума. - И большой список? - Шепард указал ему идти за собой, и двое быстро взобрались на крышу здания, где не так давно состоялся разговор с профессором Рейдом. Вспомнив об этом, Шепард лишь вздохнул. Если ему удастся выжить и они еще встретятся со стариком, то придется рассказать о печальной судьбе древнего дробовика, достойно спасшего своему хозяину жизнь, но, увы, почившего под завалами. Какое-то время вопрос оставался без ответа, так как капитан связался со всеми по передатчику, проверяя готовность позиции. - Первая линия готова, сэр, - ответил Бейтс. - Вторая линия готова, капитан Шепард, - раздался голос Кендалла с какой-то новой, уважительной интонацией. - Слышал, что вы сделали. Точнее, видел. Отличный фейерверк получился. Но, как понимаю, это был лишь один фрегат? - Да, Кендалл. И он пока больше не в силах нам помочь. Надеюсь, их самих не уничтожили. - Все равно: фейерверк получился отличным. Первую линию составляли сам Шепард, Дормен, Стокмен, Бейтс, Макги и Йетти - последние выжившие солдаты гарнизона. Также 12 солдат из 205ого взвода, плюс пять самых смелых повстанцев. Линия была растянута на метров двести, охватывая два моста через Главный канал, по флангам перекрыты все пути. Были приготовлены небольшие окопы для укрытий на пути отхода ко второй линии, а то, что такие укрытия были просто необходимы, никто не сомневался, учитывая поставленную перед первой линией задачу. Повстанцы Кендалла даже смастерили из подручных средств пару противотанковых "ежей", хотя лично Шепард сомневался, что это надолго остановит тяжелый транспорт. Мосты были завалены небольшими аэрокарами и обломками стен. Улица завалена грудами мусора. Вторую линию, находившуюся позади на расстоянии километра, занимали повстанцы. У них задача была своя. Когда все отчитались за готовность огневых точек, Шепард вспомнил про свой заданный вопрос. - И что же насчет списка, Дормен? Почему он позорный? - усмехнулся капитан, оторвав взгляд от наблюдения за окрестностями. Все равно было уже плохо видно. Дормен выдохнул. И не спешил с ответом. - Там всего три пункта, сэр, - наконец, негромко ответил он. - Первый позор: не хватило смелости пригласить Нэнси Листман в школе на выпускной. А ведь она мне всегда нравилась. Только спустя два года узнал, что я ей, оказывается, тоже был небезразличен. Но к тому времени она была уже замужем и с двумя карапузами-близнецами. Соваться в её семью я уже не стал. - Хм, - издал Джон неопределенный звук. - Я полагал, там вещи пострашнее будут. - А это и страшно, - пожал плечами снайпер. - До сих пор неровно дышу, вспоминая о Нэнси. - Что насчет второго пункта? Дормен вдруг скривил лицо. - Заявление в программу N7, - признался он. - Подавал его дважды, но мне его отклонили. Первый раз без указания причины, второй раз - просто отписались вроде: "Ваш полевой опыт не соответствует необходимому уровню для обучения даже в начальной МВО-программе". Ах да, я тогда еще в космопехоте служил. Отправили на Иден Прайм, но я ненавидел это место. Как только получил второго лейтенанта - сразу же отправил запрос. Умные люди твердили, чтоб я немного подождал, понабрался опыта. Но я, дурак, почему-то был уверен, что заслуживаю большего. В итоге, отказали. Я разорвал письменный отказ в клочья и... - он кашлянул тихо, как будто прочистив горло, а на самом деле, наверное, мысли, - ...и отправил директору программы, тому еще засранцу, к слову, эти клочки... почтой!... приправленные кетчупом, перцем и солью. Черт, да я напился тогда, признаюсь! И рассердился. Как результат: меня разжаловали, заставили принудительно уйти в отставку. И вот оказался здесь. Видимо, моя дурацкая шутка на пьяную голову пришлась директору спецкорпуса не по вкусу. Капитан улыбнулся и похлопал его по плечу. - Не думал, что ты умеешь готовить, Дормен. - В том-то и дело: не умею, иначе этому засранцу понравился бы салат, - хохотнул тот. - Но я сделал глупость - упустил свой шанс. Пытался исправить ситуацию, снова подав заявление и тысячу извинений в письменном приложении, но, разумеется, все без толку. Вот такой я неудачник. Шепарда это признание несколько удивило. То, от чего он опрометчиво отказывался уже в который раз - приглашения в программу - другим могло только сниться. Это осознание всколыхнуло в душе капитана сомнения: быть может, он просто поторопился со своими выводами? Ярость на Райса за тот приказ на Онтароме и нежелание принимать от грязных политиканов подачки вряд ли можно было назвать достаточно вескими причинами, чтобы отказываться от перспективной программы. - Уверен, Дормен, - сказал Шепард. - Если мы сегодня не сдохнем, Альянс опомнится и вышлет тебе приглашение с самыми радужными перспективами, как герою. Тот не ответил. Лишь усмехнулся. - Что насчет третьего позора? Раз уж стал выкладывать, то давай все. - Это не позор даже... так, несбыточная мечта, осуществить которую вряд ли получится, - ответил тот, снова прильнув к прицелу. - Всегда любил Лондон и всегда мечтал... В этот момент передатчик ожил, оборвав тихую беседу. - Капитан! - голос Бейтса показался Шепарду взволнованным. - Северо-запад! Идут к мосту! Шепард тут же активировал свой визор и посмотрел в указанную сторону. Как он и ожидал, пираты решили воспользоваться самым широким мостом. То ли были слишком самоуверенны, то ли слишком глупы. - Всем приготовиться! - скомандовал Джон. - Они будут тут через минут десять! Ожидание несколько затянулось. Шепард осторожно наблюдал за приближением противника, стараясь не слишком высовывать свой нос. Внезапно его инструментрон огласил прием нового сообщения. Джон уткнулся взглядом в свой девайс, чувствуя внутри почти панический страх. В прошлые разы "романтические" сообщения от Халиата не приносили ничего, кроме смертей. Капитан активировал устройство и включил запись, сразу же узнав этот низкий, хриплый голос: "Шепард! Мы с тобой уже почти лучшие друзья! Я немного потрепал твоих людей, ты немного потрепал моих! Пора уже поставить точку и убить тебя! Я знаю, что вы нас ждете. Я на это и рассчитываю! Сначала хотел снова поставить тебе парочку условий. Думал, кое-кого прибить из гражданских для наглядности. Или вырвать их зубы, как проделал это с твоим лейтенантишкой. Он выл от боли, как трусливый волус! Но потом я передумал. Не стал повторяться. Решил сделать тебе подарок. Оставил его на твоей Головизионной Башне, куда ты так патриотично вешал флаг. Надеюсь, тебе понравится. И надеюсь, скоро увидимся лицом к лицу". Запись резко прерывалась. Джон нахмурился, не совсем понимая, что только что услышал. И вдруг раздался пораженный выдох Дормена, разглядывающего что-то в прицел. Его винтовка была направлена в сторону Головизионной башни. Оторвав взгляд от прицела, снайпер повернул побледневшее лицо к своему командиру, не в силах ничего сказать. С самым мрачным предчувствием Шепард кое-как, вызвав очередную вспышку боли в правой руке, выхватил у патрульного винтовку и поймал в прицел башню. - Нет... - только и смог выдохнуть он, почувствовав, как все тело сковывает коркой льда. С башни, с выступающего полукруглого балкона, была спущена веревка, на которой болтался раздетый догола висельник-человек. Джон сразу же узнал, кто это. Это была Мэй.