Не надо больнее

Аня. Я проснулась от жуткой головной боли, которая сводила с ума. События прошлой ночи внезапно врезались в мой мозг, напоминая о том, какой сукой я была. Вчера я посвятила свой день подругам и себе. Сначала мы прошлись по магазинам, посмотрели одну из новинок в кинотеатре, затем сходили в один из любимых ресторанов, где я очень непредусмотрительно заказала алкоголь. Конечно, девочки пытались меня отговорить от этой затеи, но им не удалось. Бокал за бокалом вина, и, совсем скоро, я уже была абсолютно расслабленная и абсолютно не в адеквате. Я жаловалась на жизнь, словно хуже моей и придумать нельзя было. Довольно эгоистично с моей стороны, учитывая что у моих подруг были свои проблемы, но вчера меня заботило это меньше всего. Я была в отчаянии, предчувствуя как теряю Олю, я плакала, а они меня успокаивали. В ресторане мы просидели около двух часов, затем меня на такси отвезли домой, где я продолжила свой алко марафон уже в одиночестве. Видимо, мне показалось мало вина, поэтому я решила употребить что-нибудь покрепче. Именно в тот момент я заметила упрятанный в холодильнике виски, открыла бутылку, начала догоняться им. Я сидела и смотрела телевизор, по моим щекам текли горькие слезы, когда в дверь позвонили. Я была удивлена гостю, ведь никого не ждала, а у Оли были свои ключи. Подойдя к двери, я посмотрела в глазок и увидела там Темникову. - Серьезно? - тихо спросила себя я и поспешила открыть ей. По ее лицу было видно, что она не ожидала меня тут увидеть, а ее тщетные попытки удалиться восвояси были прерваны моей грубой хваткой. Я затащила ее в квартиру, где у нас состоялся не самый приятный разговор. Затем драка, последствиями которой стал невероятный хаос в коридоре, и хорошо что мы остались там, не заходя в квартиру. Мы выдергивали друг другу волосы, царапали все чего касались наши ногти, словно две дикие кошки в битве за добычу. По сути так и было, хотя, конечно, звучит немного цинично, ведь нельзя было Олю называть добычей. Она не принадлежала никому из нас и у каждой из нас были одинаковые на нее права, точнее их отсутствие. Я знала, что только сама Оля может решить с кем ей быть, и если она примет решение уйти к Лене, помешать я ей в этом не смогу. Возможно от собственного бессилия я и была настолько опустошена. Я не знала как удержать Олю рядом, как вернуть то, что еще два дня назад казалось таким идеальным и крепким. Возможно, под действием алкоголя и боли в сердце, что пронзала его сотнями маленьких иголок, я и решила отстоять свое "право" на Олю прибегнув к физической силе. Лена была ничуть не слабее меня, но я, похоже, была более отчаявшаяся и мои удары, толчки были на надрыв. Один из них оказался достаточно сильным, и брюнетка отлетела к зеркалу, сильно ударившись головой. Я почувствовала свое превосходство в схватке, пригрозила ей расправой в случае если она не оставит нас в покое. "Господи что я несу?" промчалось в моей голове в ту секунду, но здравый смысл не сумел совладать с количеством выпитого алкоголя и отчаянием, поэтому я продолжила свои бессмысленные угрозы, которые конечно никогда не привела бы в действие. Я ненавидела Лену всеми фибрами своей души, но я не была плохим человеком. По крайней мере, именно так мне хотелось думать, хотя в тот момент, увидев меня, вы бы решили иначе. Я была безумна, я была в отчаянии, я была настолько поглощена болью, что мне было все равно как это выглядит со стороны, а выпитый алкоголь до нуля притупил всяческий здравый смысл. Спустя недолгие словесные перепалки, Темникова покинула квартиру. Удовлетворенная результатом, я направилась за бутылкой виски в зал, затем вернулась в коридор, оглядела тот кошмар, оставленный после нас и села на пол, делая из бутылки глоток за глотком. Даже обжигающие горло ощущения меня почти не трогали, я дико улыбалась, в мыслях прокручивая события последнего полу часа. Было видно что я гордилась собой. Идиотка! Не сводя глаз с двери, я ждала свою любимую и единственную, в ком таился смысл моей жизни вот уже больше года. Вскоре, когда бутылка виски была почти допита, в замке повернулся ключ, и Оля прошла в квартиру, абсолютно шокированная тем что предстало ее взору. Представляю ее ощущения в тот момент, хотя нет, лишь могу представить. Я посмотрела на нее заплаканными глазами, на моем лице и руках красовались ссадины, волосы были растрепаны, про макияж я даже думать боялась. Хотя, наверное, это было меньшим что меня волновало в ту минуту. Как в тумане я помню тщетные попытки Оли добиться от меня что произошло тут, помню как что-то промямлила про то что это все Лена, во всем виновата Лена, помню как она меня успокаивала, помню как отвела в душ, потом в спальню и уложила спать. Какое-то время она сидела рядом, видимо дожидаясь пока я усну, и этот момент не заставил долго ждать. По моим щекам катились горячие слезы, от жалости к себе, а может от того как я себя повела и что я совсем завралась за последние два дня, всячески стараясь оградить их друг от друга. Глубоко в душе я знала, что у меня нет ни шанса если Оля примет решение уйти, и, к сожалению, своим поведением я не отдаляла этот момент, а лишь приближала. Черт, Аня, какая же ты идиотка...прокрутив все это в голове, я поморщилась. Голова как и прежде ныла, все тело болело. Я дотянулась до прикроватной тумбочки и достала оттуда пару таблеток аспирина, проглотила их, и еще немного посидев на постели, встала, посмотрела в зеркало и поморщилась еще сильнее. Внешний вид оставлял желать лучшего, заплаканные все еще покрасневшие глаза, царапины на лице, ужасный шухер на голове. - Господи, ну и ведьма, - пробормотала я себе под нос и направилась в душ, где омыла свое измученное тело прохладной водой, помыла голову, затем высушила волосы и вышла из ванной уже новым человеком, хотя, конечно это сильно сказано. Я покинула ванную и направилась в коридор, чтобы увидеть Олю, которая убирала последствия вчерашнего Армагеддона. - Доброе утро, - промямлила я тихо. - И тебе, - ответила Оля, даже не обернувшись, все так же подметая осколки разбитой вазы с пола, - как ты себя чувствуешь? - Голова болит, - пожаловалась я. - Не удивительно, ты вчера бутылку виски оприходовала, - наконец, она посмотрела на меня и еле заметно улыбнулась. - Да уж, - я замялась на месте. Сейчас, когда здравый смысл вернулся, мне было очень стыдно, - насчет этого...эмм...прости меня. - Да ладно, проехали, я уже ничего не помню, - Оля продолжила сметать мусор с паркета, приводя коридор в прежний вид после последствий вчерашних событий, о которых она уже "забыла". - И все таки, прости меня за то что поддалась слабости и выпила, - я запнулась, - так много, - добавила я после. - Мда, не было меня рядом чтобы надавать тебе подзатыльников за такое, - она была отвернута от меня, но я чувствовала что она немного улыбалась. - Это точно, в следующий раз такого не повторится, потому что следующего раза не будет, - пообещала я. - Надеюсь, - Оля уже дометала последние остатки земли с пола, - алкоголь - зло, которое отключает все наши рычаги и предохранители, спуская абсолютно все страхи, боль, желания на волю, - философски заметила Оля, на что я кивнула. - Ты права, - мы обе замолчали, я стояла уткнувшись в пол, а она заканчивала с уборкой, - Оль? - спустя какое-то время я нарушила тишину. - Что? - Не оставляй меня. - Что? - повторила свой вопрос Оля, но уже обернувшись на меня, приподняв левую бровь. - С тех пор как Темникова тебе позвонила, ты изменилась. - Откуда ты знаешь про нее? - Вчера она хотела встретиться с тобой, возможно, все что я тебе вчера рассказала - было немного приукрашено, - меня рвало изнутри и меня разрывало пополам, одна сторона хотела признаться ей во вранье, в котором я погрязла за последние два дня, другая боялась сделать это, всяческими способами стремясь удержать Олю рядом, даже если они были нечестные. В тот момент верх снова взял здравый смысл, и я решила выложить все как на духу, - она не виновата, я первая начала, а она просто хотела увидеться с тобой. Я же была пьяна и в отчаянии, я ненавижу ее за то что в наше мирное царство привела раздор, но я не могу винить ее в этом. В конце концов, кто я такая, чтобы держать тебя силой и враньем? - я скатилась по стенке и бухнулась на пол, закрыв лицо руками, из последних сил сдерживая слезы. Оля опустилась ко мне и села рядом, обхватив меня за плечи. - Тише, успокойся, - нежно шептала она, целуя меня в волосы. - А еще, - продолжила я, тихо всхлипывая, - я удалила сообщение Лены, которое она прислала тебе в день после звонка. Я так боялась потерять тебя, что этот страх перекрыл все остальные мои чувства и здравый смысл. Прости меня пожалуйста, - я заревела от отчаяния, стыда, боли, страха и еще кучи эмоций, пересекшихся во мне в ту секунду. Я крепко обхватила Олю, которая ответила на объятие, поглаживая мое содрогающееся в рыданиях тело, - прости меня пожалуйста, - повторила свою просьбу я. - Все хорошо, - тихо ответила Оля, - я не держу на тебя зла. Я понимаю, что значит бояться потерять любимого человека, будучи при этом абсолютно бессильной и беспомощной, - я знала, что она говорила о Лене, и от этого слезы покатились по щекам с большей активностью, оставляя за собой соленые дорожки на моем лице. Не знаю как долго мы просидели в такой позе и полной тишине, не желая нарушать спокойное молчание, а может просто не найдя что еще сказать друг другу. Оля ни разу не сказала, что она не собиралась никуда уходить, знаете, ту фразу которую хотят слышать все влюбленные, ту фразу, которая все еще подогревает огонек надежды в груди, когда кажется что с каждым днем он гаснет все больше. Наверное, я понимала что это конец, если даже на мои искренние опасения она не в силах ответить мне, что никогда никому меня не отдаст. Что ж, видимо эта фраза была приготовлена только для Темниковой, которая к сожалению никогда не ценила то, что было в ее руках и объятьях каждый день. - Оль? - я первой нарушила тишину, которая по-тихоньку становилась нагнетающей. - Что, моя хорошая? - боже, как же нежно и ласково это прозвучало, мое сердце ускорило ритм, по коже пробежали мурашки, как и всякий раз когда она так меня называла. - Я люблю тебя, - тихо прошептала я, видимо, все еще надеясь на какое-нибудь действие с ее стороны, что-нибудь, что отдалило бы момент нашего расставания. Оля встала, подала мне руку и помогла подняться на ноги, но лишь для того, чтобы прижать меня к стене, не сводя с меня глаз. Мои смотрели на нее, полные любви и нежности, полные боли и горечи, полные надежд, полные страха. Оля нежно провела большим пальцем по моим губам, ладонью по щеке, выбившуюся непослушную прядь спрятала за ушко. Ее взгляд блуждал по моему лицу, чередуя губы с глазами. - Ты очень красивая, ты знаешь это? - нежно промурлыкала она, на что я не нашла что ответить, все так же не разрывая зрительного контакта с ней. Наши лица были так близко, я чувствовала на себе ее теплое дыхание, это вызывало во мне сильные порывы желания, которым я больше не могла сопротивляться. В следующую секунду я впилась в ее губы своими, а она незамедлительно ответила на поцелуй. Из нежного и робкого он превращался в глубокий и страстный, ее руки начали блуждать по моему телу, мои - по ее. Боже, эти ладони, эти пальцы, эти губы...как же я смогу без них? Мысли роем метались в моей голове, не желая отступать. Удивительно, как за 3 дня ваша жизнь может круто измениться. Еще три дня назад, я была полна надежд на счастливое будущее, я была счастлива каждой секунде проведенной с ней, я была на седьмом небе, но как же резко меня опустили на землю, втоптав в грязь, растоптав все мои мечты и желания построить с ней счастливую семью. Все что мне оставалось это наслаждаться ее телом, прекрасно понимая что душа мне никогда и не принадлежала, как собственно и сердце. Мои руки скользнули под ее рубашку, под которой не оказалось бюстгальтера, чему конечно я была рада. Я аккуратно ласкала грудь, вызывая Олины стоны сквозь поцелуй. Разорвав столь сладкий и необходимый контакт наших губ, она задрала руки над моей головой, стащив через голову майку и кинув ее на пол. Оля принялась целовать и покусывать мочку уха, шею, плечи, опускаясь все ниже, грудь, соски. Черт, только ей удавалось делать это так искусно, ее знающие пальцы бегали по моей коже, оставляя за собой ликующую толпу мурашек, мчащихся за ней. Секс с ней всегда был чем-то большим чем просто физическим удовлетворением своих потребностей. Не знаю, можно ли назвать это занятием любовью, если она была не взаимна, но это было чем-то намного большим чем просто сексом. Даже если ее сердце и душа никогда не принадлежали мне, то мои были отданы ей без остатка. Вскоре мы переместились в спальню, на кровать, вознося друг друга до небес снова и снова. Казалось, что мы занимались недолюбовью в последний раз, это было так отчаянно и в тоже время так прекрасно, по крайней мере для меня. Наши стоны смешивались, тела были одним целым, души...что ж, тут все было сложно. После того, как наши силы были истощены, мы рухнули на постель, повернувшись друг к другу лицом. Я смотрела на нее и не видела в ее глазах былой теплоты и нежности, когда они смотрели на меня раньше. Хотелось вскочить и начать колотить по ней, кричать, ругаться, плакать чтобы из безжизненного сосуда вновь воскресить в ней хоть какие-то чувства, что были раньше, но я ничего не делала, мы просто лежали, и мне казалось что это был последний раз когда мы были вместе, когда мы были одним целым. Я помню как засыпала, ощущая ее тепло рядом, но когда я проснулась, ее место было пустое и холодное, такое же пустое как и мое сердце, медленно стучащее в груди. Официально мы еще были в отношениях, но моей она уже не была. Я посмотрела на часы, 13:30.