Fake Love, Real Love

현재 시간 (Сейчас) Хосока бесит – хотя не должно – когда другие люди, особенно восторженные до бабочек из задницы, разговаривают с Тэхёном. Старший понимает, что это шоу и что подобное чувство не может быть настоящим. У них с ним не может быть по-настоящему. Но пока Тэхён ярко улыбается (чуть более, чем слишком ярко) и с воодушевлением болтает с одним из участников, тем самым, который восторжен до щенячьего визга от одной возможности постоять рядом с ним – внутри Хосока что-то щелкает. Он пробирается к младшему сквозь толпу, улыбаясь со всей своей вежливостью, обменивается рукопожатиями… Он – айдол, лучший танцор Кореи и очаровывать людей это тоже часть его работы, даже если сейчас это удается ему с трудом, потому что толпа мешает ему пройти. С каждым шагом он приближается все ближе к юноше с выкрашенными в сиреневый волосами, и сердце, кажется, вот-вот раздробит ему грудную клетку. Какой мудак придумал покрасить его волосы в этот цвет? Хосоку хочется упасть ему в ноги с благодарностями и избить в кашу одновременно. Пока он приближается к Тэхёну, где-то в мозгу истерично маякует: «опасно, опасно, слишком ОПАСНО», но он игнорирует предупреждение и идет дальше с приклеенной улыбкой на лице, машет жадной до внимания толпе. - Тэ, - зовет он, медленно, почти инстинктивно протягивая руку. Тэхён смотрит на старшего и от одного взгляда на протянутую к нему ладонь танцора сердце ускоряет бег. У него от Хосока сплошной смущающий бардак в голове, хотя бы потому, что когда они остаются одни, кажется, будто они близкие друзья. Очень близкие. Очень. Но стоит им оказаться среди людей как сейчас - танцор включает режим собственника, и Тэхён вообще не понимает, какого хрена происходит. Ну и что это значит? - Хён? – отвечает он, все еще глазея на чужую ладонь и с трудом решая, как ему себя вести. Хосок поворачивается и смотрит на собеседника Тэхёна с фирменной ослепни-от-моего-великолепия улыбкой. - Вы не против, если я на секунду украду у вас моего мужа? Улыбка сползает с лица незнакомца, потому что они оба знают, что это, в общем-то, даже не вопрос. Нет, это предупреждение для того, кто влез на чужую территорию и должен понять, что Тэхён уже кое-кому принадлежит. Вот только дело в том, что Тэхён никому не принадлежит. Потому что это все фальшивка или, по крайней мере, должно быть фальшивкой. Это же гребаное телевизионное шоу. И последние три месяца они притворяются, что женаты: живут в набитом камерами доме, вяленько изображая теплые отношения. А вот симпатичный улыбчивый до желания пересчитать ему зубы кулаком незнакомец рядом с Ви кажется Хосоку очень даже настоящей угрозой. А ведь от угрозы надо избавляться. Хосок на свой ни-разу-не-вопрос ответа не ждет. Его рука все еще тянется к Тэхёну и все, о чем он беспокоится сейчас, это что тот может ее не принять. Тэхён принимает. Хосок вздыхает с облегчением. - Кажется, тебе тут повеселее, чем мне. Может, составишь мне компанию? А то я тут со скуки помру. – Хосок сияет улыбкой в сто ватт (не той, что он имитирует для толпы) в сторону слегка взволнованного Тэхёна. Он что, покраснел? Вот черт. Хосока слегка качает по кругу – ему очень нравится, когда Тэхён вот так молча заливается краской. Именно в этот момент старшего наконец озаряет долгожданное понимание, какого черта происходит. Твою мать. Это по-настоящему. Все это, абсолютно все для меня – по-настоящему. 과거 (Прошлое) - Какого хрена ты сейчас сказал? – Хосок прожигает менеджера глазами. Он, кажется, ослышался или недопонял чего. - Я сказал… - менеджер вздыхает. Он знал, что это все плохая идея, даже президенту Бигхита так и сказал, когда получил от него информацию по дальнейшим планам компании. – Я сказал, что ты станешь участником Молодожёнов* Менеджер уже готов к началу ядерной войны. Ему ведь предстоит сказать, кто будет партнером Хосока. - Хён, это какая-то идиотская шутка? Ты мстишь мне за то, что я тогда взболтал твою газировку, и ты облил свою дамочку? – нервно спрашивает Хосок. - Нет, но стоило бы, - менеджер кривится от воспоминания. Выражение лица Ким Тэ Хи навсегда отпечаталось в его памяти как напоминание о том, что она никогда не оставит Рэйна ради него. – Слушай, это вообще не моя идея. Мне самому еще один пункт в твоем расписании – поперек горла, и так не сплю толком. Все вопросы Бан-пидиниму, так что не стесняйся, звони, отказывайся… Менеджер самодовольно ухмыляется при виде поражения в глазах Хосока. Младший, может, и вспыхивает с пол пинка и гавкается со своим менеджером, но перед директором он как испуганный ребенок. Одно его слово и карьере конец. Хосок только шипит тихое «твою мать» в ответ. Ему нравится как он живет, нравится быть узнаваемым, обожаемым и любимым публикой. Он, чтобы дойти до вершины, задницу рвал всеми возможными способами, а Бан-пидиниму достаточно пальцем шевельнуть, чтобы он стал никем. Так что, пожалуй, нет, несмотря на все нежелание, Хосок не будет отказываться от приказа предложения. - Кто будет со мной в паре? Это я могу узнать? – его надломленный голос кажется еще более угрожающим, чем прежде. Хосок молится, лишь бы ему не досталась малолетняя, не награжденная интеллектом айдол-кукла, у которой вместо личности – сто килограмм мейкапа. Или еще хуже… - Ммм, понимаешь… - менеджер отходит на шаг назад на случай, если начнется спонтанный полет тяжелых предметов в его сторону. - Что? Разве может быть что-то хуже самого участия в шоу? – вот теперь Хосок действительно волнуется, потому что хуже всего может быть лишь одна вещь. Директор Бигхита – рэйтинговая шлюха, поэтому он готов пойти на все, чтобы имя его подопечных звенело из каждой щелки. Танцору, конечно, нравится эта его черта, но только не сейчас, когда у менеджера такое лицо, будто Хосоку придется сочетаться браком с Сатаной, переехать в ад и взять с собой можно только зимнюю одежду. - Пожалуйста, просто запомни, что я только передаю тебе новости, - просит мужчина. – Они хотят поставить тебе в пару… - старший с трудом шевелит губами. - Да говори уже, - бесится Хосок. - Ким Тэхёна. Вот оно – самое худшее, что могло случиться. И тут до Хосока доходит смысл той самой фразы. Есть вещи пострашнее смерти. - Какого хрена… ты совсем, мать твою… - Хосок сыплет ругательства, которые так и не получается собрать в человеческое предложение, но демонстрирующие его уникальные способности конструктивно ругаться матом. У Хосока от злости белеет в глазах. С кем угодно – он бы с любым мог сладить, но не с Тэхёном. Актеришка с квадратной улыбкой был его врагом номер один, а какой дебил выходит замуж за своего врага? Даже не по-настоящему? - Почему, хён? За что мне? – с отчаянием спрашивает Хосок. Он до трясучки боится птиц и высоты, но сейчас бы он лучше спрыгнул с летящего самолета, вытерпел стаю озлобленных голубей, жаждущих сожрать его живьем. Даже это было бы лучше, чем жить хрен-его-знает-сколько месяцев, притворяясь мужем любимца всей Кореи. Хосок прячет полное страданий и боли лицо в ладонях, оплакивая свою горестную судьбинушку. Менеджер смотрит на него с любопытством; он никогда не понимал, почему Хосок так яростно презирает Ким Тэхёна. Они, кажется, даже не виделись ни разу, но это не мешает Хосоку ненавидеть симпатичного актера, как ворчливый старикашка ненавидит играющих на его газоне детей – странно, нелогично, пугающе. Менеджеру безумно любопытно, но ради своей же безопасности он не спрашивает. Хосок подавлен и чувствует себя так, словно висит на обрыве без страховки и единственный шанс спастись – пролететь добрый километр в сторону бушующего моря. - Ты в порядке? – спрашивает менеджер растерянно. Хосок знает, что старший не при чем, но это не мешает ему сорваться от души. - Нет, блять, я ни хера не в порядке. С таким же успехом можно подойти к чуваку на остановке и спросить ждет ли он автобус – что за тупой вопрос! – Хосок ходит туда-сюда, надеясь, что мозги подкинут ему какую-нибудь гениальную идею, и он выберется из этой задницы. И ничего не происходит. 현재 시간 (Сейчас) - Хён, ты зачем меня притащил сюда? – спрашивает Тэхён. Последние три месяца жизни со старшим походили на американские горки, и, возможно, сейчас они не на том этапе, когда стоит серьезно разговаривать, но это же Хосок – нужный момент может и не настать. - Кажется, тебе было весело, - танцор избегает ответа, а заодно и говорить про «слишком весело» и «я блядски ревную». Он ведь не ревнивая истеричка, которая поймала своего парня рядом с самой популярной девчонкой в школе. Почему нет? Да потому что он не школьник с гормональным генератором вместо мозгов, а не потому что между ними все по-настоящему, понятно? Вот только чувствуется очень даже по-настоящему. Теплая ладонь Тэхёна, за которую он все еще держится и отпускать не планирует – настоящая. Сердце, бьющее со скоростью света, тоже очень-очень настоящее. И желание притянуть его к себе, провести пальцем по закушенным губам, наклониться, поцеловать его… Так стоп! Какого хрена?! Я не хочу поцеловать его. Блин, да я вообще по девочкам, забыл? Иди нахер, Ким Тэхён и твои гребаные губы, которые сводят меня с ума! Пока Хосок борется с третьей мировой в сознании, Тэхён внимательно смотрит. На чужом лице – миллион эмоций, сменяющие друг друга с такой скоростью, с какой Тэхён не успевает понять. А хотел бы. Черт, да он бы хотел понимать все, что между ними происходит. Например, почему Хосок все еще держит его за руку? Почему открыто ревнует на людях и, главное, почему Тэхёну это так нравится? Он вздыхает про себя, и так зная, что ответы ему не найти, отводит взгляд (а это оказалось труднее, чем кажется) и смотрит на толпу. Кажется, неожиданная выходка Хосока не остается незамеченной, потому что сейчас на них смотрят все. Тэхён чувствует себя как животное в зоопарке, пытается отнять свою ладонь, но Хосок держит крепко; выбраться получается совсем чуть-чуть, но надежды увести застрявшего в душевных терзаниях танцора подальше от толпы – нет. Хосок чувствует движение, опускает глаза на их ладони, поднимает снова и наталкивается на беспокойный взгляд своего фальшивого супруга. - Что? – беззвучно спрашивает он. В ответ Тэхён кивком головы указывает на толпу. Вот дерьмо. Кажется, они только что выдали бесплатное цирковое представление. У Хосока два варианта: 1) поржать и отпустить чужую руку и 2) увести Тэхёна в безопасное место. Первый вариант означает, что ему нужно сделать то, что совсем не хочется – отпустить тэхёнову руку. Второй – им придется поговорить, и он не уверен, что готов ответить на застывший на лице младшего вопрос. О, так вот что такое - оказаться меж двух огней.