Chapter three
1 апреля 2016 г., 08:15
Гарри лежал на кровати, которая стояла в его комнате на первом этаже, и слышал за дверью смех, принадлежащий Джессике. Девочка была со своими подругами, и они, вероятно, устроили чаепитие.
Прошло три дня с тех пор, как парень убил Бетси, и три дня с тех пор, как он бросил её тело в озеро. За это время Гарри ни разу не пожалел о смерти девочки и о том, что был виновен в этом.
Взяв в руки старый портативный CD-плеер, кудрявый вставил беруши в уши и стал слушать «Slayer» своей любимой группы, играя с куклами. Ему было немного обидно, так как о песне Гарри впервые узнал только год назад, а группа начала свою карьеру с конца восьмидесятых.
Уже через час после смерти Бетси её мать написала статью в местных газетах о пропаже девочки. Спустя два дня все города помогли собрать $10000 для человека, который мог бы дать хоть какую-нибудь подсказку полиции.
Гарри считал это всё переоценённым — ведь прошло только три дня, а город уже во всю искал Бетси.
Послышался слабый стук в дверь, после чего она открылась, и на пороге появилась мать Гарри. Парню пришлось вытащить беруши из ушей, чтобы услышать слова женщины.
— Ужин будет готов через двадцать минут, — проговорила Энн. — Мисс Эриксон приезжает.
Мисс Эриксон была матерью Бетси. В последний раз Гарри видел женщину на первой странице газеты, зарёванную и бессвязно говорящую о пропаже дочери.
— Хорошо, — ответил парень, втыкая обратно беруши.
Песня остановилась, после чего началась новая, а потом ещё и ещё, пока Энн не ушла в свою комнату.
Женщина звала его больше пяти раз, но Гарри никак не реагировал: он не слышал и не хотел. Тогда Энн открыла дверь и подошла к парню, оторвав вилки и бросив их назад вместе с портативным CD-плеером. Беззаботное выражение лица Гарри превратилось в гневное, когда он увидел, что единственный источник счастья швыряют, будто это ничто.
— Вставай! — крикнула Энн на сына.
Посмотрев на неё с каменным лицом, парень поднялся с кровати.
Стайлс был на две головы выше своей матери, но это совсем не пугало женщину. Гарри не волновало это: сейчас для него важнее был CD-плеер.
Если она сломала его, то парень бы не получил новый.
Его родители не позволяли иметь стерео, поэтому кудрявый и использовал старый CD-плеер отца.
— Не плачь из-за него. — Вздохнула Энн.
Паршивая овца.
Женщина с ранних лет хотела испытать американскую мечту: белый забор, двоих детей, большой дом в пастельных тонах, приветливых соседей и идеального мужа. К сожалению, этого не получилось.
У неё был забор, большой дом в пастельных тонах, с идеальным мужем и приветливыми соседями, но был только один прекрасный ребёнок. Гарри был сыном Энн, и она его любила, но не так сильно, как Джессику.
После проверки CD-плеера, парень спустился вниз, чтобы присоединиться к семье и мисс Эриксон за обеденным столом. Он сел в самом конце, посмотрев на женщину, глаза которой были красными, видимо, от слёз, но его это совсем не интересовало.
Стол был полностью занят матерью Бетси, двумя её другими дочерьми, Джессикой, Энн и отцом Гарри. Обычно кухню заполняли разговоры и смех, но не сегодня.
Гарри положил на тарелку с картошкой стейк и соус, много соуса. Парень всегда испытывал тягу к нему, особенно к приготовленному из красного вина. Зацепив вилкой конец стейка, зеленоглазый надавил на него, и из красного мяса потекла кровь.
— Они до сих пор ничего не слышали? — спросил у мисс Эриксон отец Гарри, Майкл.
Парень поднял голову и увидел, что женщина собирается сказать ответ, который он уже знал.
— Нет, неправда, — она покачала головой и продолжила есть одну из трёх картошек на её тарелке.
— С ума сойти! Как это могло случиться с такой милой девочкой, как Бетси? — грустно сказала Энн. — Есть очевидцы?
Мать Гарри была больше заинтересована самими новостями, нежели Бетси, ведь если бы женщина услышала что-то стоящее, она могла бы рассказать это соседям за белым забором.
— Да, Коннор Ларсен – маленький сын Фионы. Он видел что-то.
