Доктор

      Перелет прошел относительно благополучно. Реборн попытался начать беседу, но Хаято проигнорировал, сославшись на чуткий сон Босса, что в последнее время не высыпалась. Аркобалено осмотрел ученицу Верде и согласился свалить в голубые дали, вернувшись на свое место и более не тревожа итальянцев.       Приехав в дом, адрес которого нашли в записной книжке Тсу, ребята положили девушку в самую удобную с точки защиты комнату и ушли осматривать территорию. Хаято понес документы вместе с Ламбо в школу, Кисе остался устанавливать защиту и копаться в сети.       Вечером, когда Еши проснулась, приготовила поздний обед или ужин, все собрались на кухне. Эта традиция образовалась еще в Италии, собираться всей Семьей и наблюдать за процессом готовки. Сначала Хаято не понимал, почему так, а потом, узнав о внутренних сущностях ребят, понял. Таким образом, они выражают доверие и признают их членами своей стаи. Вот и сейчас именно здесь Кисе своеобразно рассказал всем об устройстве защиты дома, Тсуна уговорила Ламбо поесть, а Хаято спокойно доработал проект Кисе.       На следующий день девушка сорвалась в Токио, на операцию. Ламбо вместе с Кисе ушел в школу, а Хаято закупил продукты и работал дома. Они не договорились не оставлять дом пустым, просто это как-то подразумевалось.       Все привыкли, что в Альтамуре к ним кто-то может постучаться даже среди ночи и попросить о помощи. Гражданские ли, члены Семей Альянса или их противники, простые вольные мафиози или люди, работающие на правительства. Кто угодно мог получить помощь в «lʼospedale Ingannamorte», поэтому на счету больницы не бывало пусто, и сама Альтамура считалась нейтральным местом. Сейчас нейтралитет даже немного укрепился благодаря помощи Варии и отряду со схожими обязанностями из семьи Вигано*.       Конечно на них пытались напасть, предлагали перейти под чье-нибудь покровительство, но Семья всегда отвечала отказом. Первое время нападения отражали Михаэль и Мария, но однажды к ним присоединилась Тсунаеши и за десять минут вынесла двадцать опытных мафиози. Эта видеозапись быстро разлетелась по миру и обеспечила некоторое спокойствие Семье.       — Ну, как все прошло? — Спросил Хаято, как только девушка налила себе чаю и уселась за стол.       — Хорошо. — Тсунаеши растеклась по столу и грела руки о кружку. — Операция была тяжелой, но удачной. Опухоль была в левом полушарии мозга, и разобраться с ней было проблематично, но мы справились. — Девушка отпила из кружки и задумчиво продолжила, наблюдая за Кисе. — Я нашла Облако.       Эта новость не была критической, но Тсуна прекрасно помнила состояние Ворона и Волка, когда они только начинали жить Семьей. Они готовы были порвать глотку чете Бирн лишь за то, что те отнимали у них внимание Тсунаеши. Соверши те малейшую ошибку, и их мигом бы растерзали, несмотря на то, что Рокурото их Небо.       С Верде таких проблем не возникало. Сначала он был полезен и его терпели, потом он доказал что может за себя постоять, а после того как аркобалено Грозы простудился и пролежал с температурой 39 градусов два дня, дети поняли, что он им не безразличен.       С Рокурото все было не так, но притерпелись. Сейчас мальчики позволяли ему командовать, радовались вниманию и ласке от Альбы и терпели защиту Марии. Однако Тсунаеши до сих пор оставалась непоколебимым авторитетом.        К Хранителям Инганноморте Кисе с Михаэлем относились напряженно. Сначала они не доверяли ни Гокудере, ни Ламбо. Но к ребенку все быстро привыкли, а вот Хаято долго не могли простить попытки убить Донну. Ему подстраивали различные ситуации, давили морально, но успокоились после нескольких отбитых нападений. Теперь его если не уважали, то признавали за ним право на общение с Тсунаеши.       Впрочем девушка была не лучше: сколько она устроила проверок Гокудере было трудно сосчитать, и это несмотря на постоянное сканирование интуицией. Но на Ламбо было достаточно просто посмотреть без очков, что бы понять, ребенок он и есть ребенок. Пусть слишком умный и с не по годам развитым мышлением.       Поэтому, когда Кисе неощутимо напрягся, Еши положила ему руку на голову, как бы говоря, что все в порядке и она рядом.       — Ты же не его оперировала?       — Нет. Просто встретились на улице, разговорились. Он меня, сначала, почему-то «травоядной» называл, а потом вдруг стал «зверьком».       — И как его зовут? — Поинтересовался справившийся со своими эмоциями Кисе. Он надеялся когда-нибудь стать менее недоверчивым и зависимым от Инганноморте.       — Хибари Кея. А у вас что?       — Ничего. Отнесли документы Ламбо в школу, привели дом в порядок, пробежались по магазинам. Как-то так. Кстати, мы не очень удачно выбрали город. — Произнес Хаято.       — Да? Почему?       — Здесь живет наследник Вонголы. Ну, или сын главы CEDEF.       — Плохо. — Заметил Кисе и откинулся на спинку стула.       — Почему?       — Вария. — Пояснил свое замечание парень.       — Вот черт. — Согласился Гокудера и посмотрел на девушку. — Есть шанс продать дом и свалить в другое место?       — Да ладно вам, они нас не тронут.       — Реборн. — Добавил подрывник.       — И что?       — М-да. Успокоились, мальчики. — Прервала перепалку Донна. — Нам все равно еще надо узнать, что от нас хотели Араки. Есть что-нибудь о них?       — Немного. Крупная семья якудз. У главной ветви в основном три типа пламени: Небо, Гроза и Ураган. По слухам Грозу и Ураган в их семью принесла Йоко Араки, супруга тогдашнего босса. По тем же слухам, в возрасте тридцати лет стала аркобалено и была первой, кто обладал тремя пустышками. Сам клан занимается торговлей оружием и морским промыслом.       — Это как?       — Охота на крабов и прочих морских жителей, зачастую нарушая рамки закона.       — Понятно. Ладно, они нам назначали дату?       — Нет. Но сказали, что свяжутся в ближайшие дни.       — Тогда держи руку на пульсе.       — Как скажешь.       — Ламбо, ты идешь? — Поинтересовалась шестнадцатилетняя девушка у мальчика, стоя у калитки.       — Еши, а это обязательно?       — Конечно.       — А зачем? — Спросил, выбегая, Ламбо, одетый в форму первого класса младшей Намимори.       — Без знаний тебе будет трудно помогать мне в больнице. Ты ведь этого хочешь?       — Угу. — Глубокомысленно кивнул ребенок, а потом заявил, беря за руку свою провожатую. — Ладно. Но ты меня заберешь!       — Хорошо. — Согласилась девушка.       Когда Тсунаеши уже шла домой, интуиция предложила немного сместиться влево, обещая интересную встречу. Девушка слышала бегущего сзади человека, но послушалась внутреннего голоса.       Закономерное падение, но каким-то неведомым образом парень перехватывает её за талию, и она падает на него сверху.       — ЭКСТРЕМАЛЬНО прошу прощения. — Проорал молодой блондинистый парень с бинтами на кистях, что сбил её на тротуаре.       — Ничего страшного. Вы в порядке? — Поинтересовалась девушка, вставая и подавая руку спортсмену.       — ДА! — Когда их руки соприкоснулись, Донна осознала, в их Семье прибавление. — А вы кто?       — Тсунаеши Инганноморте.       — Рехей Сасагава, вступай в клуб бокса!       — Прошу прощения?!       — Я глава клуба по боксу в средней Намимори.       — Но я не учусь в средней Намимори. — Спокойно ответила пришедшая в себя от столь странного предложения девушка.       — Все равно, вступай в клуб бокса.       — Но я же девушка! — Последний аргумент перед странным парнем, что схватил её за руку и куда-то потащил. Хватка оказалось крепкой, но аккуратной.       — Ничего страшного, есть женский бокс.       — У меня нет времени!       — Спорт помогает следить за фигурой. — Этот аргумент был произнесен после некоторой заминки, которую девушка списала на появившиеся школьные ворота.       — Травоядные! — Громкий голос Облака прервал спор и разорвал связь рук.       — Привет, Хибари! Вступай в мой клуб бокса!       — Нет. Иди на урок.       — Ой, и, правда, я ЭКСТРЕМАЛЬНО иду на математику. — И Рехей умчался в сторону входа.       — Спасибо. — Произнесла Тсунаеши, потирая запястье.       — Зверек? — Спросил Хибари, а потом пришел к какому-то выводу и сказал. — Я глава ДК, а ты нарушаешь дисциплину, камикорос.       — Эй, — Отпрыгивая назад, отозвалась девушка, — эй, — уходя из-под удара тонф. — ЭЙ! — пытаясь остановить Хранителя.       — Да что ж за день сегодня такой. То через полгорода тащат за руку, что-то крича в ухо, то избивают. — Проныла Тсунаеши уворачиваясь от ударов без особого напряжения. — Где справедливость? — делая резкую подсечку и укладывая Хибари на землю, блокируя тело.       — Её нет.       — И вы здесь, синьор Реборн? Вы лучше выглядите. — Аккуратно нажимая на некоторые точки, сказала Тсунаеши       — Благодарю.       — Какими судьбами?       — Тренировать Наследника Вонголы и его Хранителей. А вы?       — Онкологическая операция в Токио и переговоры с Араки. — Решила ответить честно Глава Инганноморте, поднимаясь с земли и отряхивая джинсы. Кея внимательно смотрел на обоих.       — Понятно. Может, осмотрите Наследника? У меня, конечно, есть заключения врачей, но мнение независимого эксперта вашего уровня тоже будет существенно.       — Почему бы и нет. Он сегодня свободен после уроков?       — Да.       — Он знаком с Пламенем? — По-деловому спросила девушка, раздумывая как бы проверить их родство.       — Да, вчера познакомился.       — Хм. — Задумчиво протянула Донна и кивнула своим мыслям. — Ладно, я ушла. До скорой встречи.       — До свидания. — Произнес Реборн и, нажав на некоторые точки тела Хибари, помог ему встать.       — Кисе, можешь найти мне информацию по Сасагаве Рехею?       — Да, а что?       — Он — Солнце.       Кисе напрягся, и неосознанно встопорщил волосы на загривке. Лишь рука на голове в старом жесте успокоила его. Сейчас они были одни и могли немного расслабиться. Нет, он доверял и Рокурото, и прочим, но не настолько. Впрочем, они, кажется, все понимали.       — Знаешь, мне кажется, что ты бывшая Савада. — Немного нервно и устало произнес Кисе после нескольких минут молчания.       — Почему?       — Помнишь, мы пытались установить свои личности?       — Угу. Под мою планку подходили трое.       — Вот. Одна из них — Савада, так?       — Так.       — Они прямые наследники по доминантной линии от Джотто. Как и те, кого ты выбираешь в Хранители. — Сказал Кисе и открыл ей сведенную из разных источников информацию по боксеру. В основном она была из Вонголы.       — Паршиво.       — Почему?       — Придется брать на себя Вонголу.       — А Наследник? Он ведь парень, плюс чистое пламя Неба. Он ведь в приоритете.       — Наверное. Я не знаю.       — Что говорит интуиция?       — Меня попросят участвовать в Конфликте Колец.       — Как участника?       — Нет. — Девушка облегченно выдохнула. — Как судью.       — Вот видишь. Все будет хорошо. — Попытался успокоить её парень.       — Угу.       Школьный двор. Красивая девушка шестнадцати лет стоит у ворот, за территорией Средней Намимори и чуть насмешливо смотрит на Хибари Кею, что сделал уже три попытки её победить, но вместо этого был сам побежден.       «Достойный противник. Странная манера боя. Она словно листок, что колышет ветер, просто уворачивается от моих ударов, и меня бьет моя же инерция. Интересно. » Такие мысли крутились в голове ГДК. Однако четвертая попытка была прервана задолго до начала.       — ЭКСТРИМ! Тсуна, вступай в мой клуб бокса!       — Лучше Еши. И нет, я жду своего пациента.       — Зверек? — Немного удивленно произнес Хибари — Ты врач?       — Да. Общей направленности, но наиболее сильна в нейрохирургии.       — Так вот зачем ты была в онкоцентре. — Сложил два и два Кея.       — Меня пригласили для проведения крупной операции.       — Тебе сколько лет?       — Скоро будет семнадцать, а что?       — И тебя уже приглашают?       — Я окончила Кембридж в четырнадцать.       — То есть ты ЭКСТРЕМАЛЬНО скоро уедешь? — Додумался до главного Солнце и немного понурился.       — Месяц я еще точно тут побуду. Деловые переговоры. А потом да.       — Переговоры?       — У меня своя клиника в Италии, а одна японская корпорация предлагает спонсирование, я здесь чтобы договориться об условиях.       — Круто.       — Не то что бы да, но есть немного.       — А ты свободна завтра, зверек?       — Во второй половине дня.       — Тогда устроим спарринг? — Хищно усмехнулся Хибари, решивший брать по максимуму со странного Зверька, пока она тут.       — Можно. Я живу в частном секторе у дороги в парк Кокуе. Дом с зеленой крышей и голубым забором.       — Голубым?       — Братишка развлекается.       — Брат?       — Младший, о, а вот и мой подопечный. Ciao*, синьор Реборн.       — Buongiorno*, синьорина Инганноморте, позвольте вам представить моего ученика, Кирито Савада.       — Здравствуйте, Тсунаеши-сан.       — Здравствуй, Кирито-кун. А это Хибари-сан и Сасагава-сан.       — Даже так? — Удивился Реборн столь явному заявлению о взятии под свою опеку двух японцев.       — И никак иначе. — Жестко усмехнулась девушка, а троица парней непонятно смотрела на взрослых.       — Ну ладно. — Согласился репетитор. — В любом случае, где вам будет удобно проводить обследование?       — ЭКСТРИМ, Кир, ты заболел?       — Нет, просто мой… тренер-репетитор хочет знать все о моем здоровье.       — Это ЭКСТРЕМАЛЬНО правильно. — Поддержал начинание Реборна боксер и убежал, помахав всем на прощание. Его деятельная натура не могла долго стоять.       — Пойдемте домой к Кирито. — Решила девушка.       — Хорошо.       В комнате у парня было чисто и аккуратно убрано. На полках стояли фэнтезийные книги, сборники сказок и пособия по шахматам. За стеклом лежали диски с аниме, записи боев и боевики. На столе стояло две фотографии: он с тремя девушками и Рехеем, Кирито с матерью и отцом.       — Итак. Меня зовут Тсунаеши Инганноморте, я врач нейтральной семьи. — Произнесла девушка и показала Саваде-младшему на постель.       — И вы здесь случайно? — Не поверил Кирито.       — Да, знала бы что в этом городе живет претендент на пост Десятого, не сунулась бы. — Решительно ответила девушка и распаковала небольшую косметичку, извлеченную из сумки. Внутри были скальпели, шприцы, таблетки и что-то еще.       — Почему?       — Своих забот хватает. — Натягивая хирургические перчатки и внимательно осматривая снявшего рубашку парня, произнесла врач. — Ладно, ложись и постарайся не шевелиться.       — Хорошо.       — Что скажете, синьорина? — Контролировавший процесс Реборн задал вопрос по окончанию осмотра.       — С ребенком все в порядке, синьор Реборн. — Ответила Донна, собирая вещи.       — Но?       — Нет никаких «но», здоров на все сто процентов. Не видела бы сама, подумала бы сказка. Пламя уравновешено, Воля в гармонии, тело в порядке, пропускная способность на высоте. Проблем с психикой никаких, по крайней мере, явных. Чудо, а не ребенок.       — Хм. — Задумчиво протянул репетитор, который и вызвал Тсунаеши именно из-за подтверждающих такой диагноз бумаг.       — Ладно, я ушла. — Уже у двери попрощалась девушка.       — Постойте!       — Да? — Удивлено обернулась к парню Инганноморте.       — А где вас можно найти?       Реборн не менее удивленно смотрел на своего подопечного и не понимал подоплеки его вопроса.       — Во второй половине дня я обычно бываю в городе, но если хочешь, могу дать телефон. А тебе зачем?       — Хочу научиться оказанию первой медицинской помощи, а у кого этому лучше учиться, чем ни у врача? — быстро протараторил, чуть смущаясь Кирито.       — Действительно. Что ж, записывай.       Очередное собрание на кухне. Ламбо спокойно делает уроки и что-то периодически спрашивает у Тсуны про японский, Кисе копается в сети, сидя в углу комнаты на специально притащенном кресле, а Хаято за столом просматривает свои шашки, Еши готовит.       В их Семье готовить умеет каждый. Но стандартно этим занимается только Михаель, как человек, закончивший кулинарные курсы, он творит шедевры, которые жалко есть, но если начал, то уже не оторваться. Второй по способностям идет Тсунаеши: её печенье пользуется огромным спросом, она даже открыла небольшую лавку при клинике, где продает свою выпечку. Третьим идет Кисе, если его уговорить, то он сможет создать великолепный торт или любой другой десерт.       — Еши, а ты не хотела бы найти своих родителей? — Вдруг спрашивает Хаято, давно подозревающий что фамилия, данная ей при рождении «Савада».       — Прогресс! Хаято назвал меня на «ты»! Ламбада!       — Эй! Я серьезно!       — Я тоже, знаешь, как задолбало твое постоянно выкание?       — А все-таки? — Не унимается Хаято.       — Когда-то давно, да. Сейчас — уже нет.       — А что так?       — Я же ничего о себе не знаю.       — То есть.       — В лаборатории я попала, когда мне было года 3, максимум 4. Так определили врачи Эстранео. Меня нашли в Японии, в горящей машине. Одежда — если она и была — сгорела дотла. Память пропала. Да и что я могла знать? Вот и получается, что о всей жизни до появления там, я помню только теплые мамины руки. Проникновенный голос отца, читающий нам какую-то историю и пламя вокруг меня, а еще деревья. Гигантские, несоразмерно большие. И все.       — Ты ведь даже не искала. — Покачал головой пепельноволосый.       — Искала. Приблизительно в тот год пропало пять девочек с различными вариациями моего имени. Похожие по внешности. Пламя могли, чисто теоретически, использовать трое. Искали одну. Наследницу Савад. Раздобыть генный материал предполагаемых родителей не удалось ни мне, ни Эстранео. Или ты думаешь, их не интересовал этот вопрос?       — Даже так.       — Угу. У них был бзик на потомках первого поколения.       — А сейчас?       — А что сейчас? Я догадываюсь, что я сестра Вонголы Дечимо, но, честно, мне до этого нет дела. Я с делами нашей семейки зашиваюсь, а так, на меня повесят кучу проблем с Вонголой и прочими. Ну их.       — Понятно.       — Кстати, скоро придут Облако и Солнце. Постарайся их не сильно калечить.       — Ты о чем?       — Ты нашла Солнце? — Вскинулся Ламбо.       Будучи членом Семьи, узнав о скором возможном пополнении в лице Хибари Кеи, ребенок постарался узнать о нем побольше. И информация его радовала и напрягала. С одной стороны: сильный, уверенный в себе четырнадцатилетний подросток, сумевший подмять под себя целый город — это однозначно плюс, а вот с другой — мизантроп с комплексом хищника, это плохо. Тсунаеши будет переживать, Михаэль кидаться на него, а Небо опять беседовать с ним, а потом безумно уставать, решая проблемы.       — Какими бы сильными они не были, они гражданские дети. — Проигнорировала вопрос Грозы девушка.       — То есть, я буду их тренером? — Уточнил Хаято.       — Не совсем. — Покачала головой девушка. — Только одного, Рехея Сасагавы.       — А Кея?       — Беру на себя. Он контактный боец, а ты очень неудобен в ближнем бою.       — Как скажешь.