Темнейший разум.

Вальтер быстрым шагом шел вперед, держа ствол дробовика (теперь он смог его разглядеть и обнаружил что это трехствольный боевой дробовик корпорации ДКО-12 (Дробовик Картечный окопный — 12 калибр) крайне мощное и смертельное оружие, с магазином на восемь патронов для каждого ствола) у пояса, готовый стрелять навскидку в любого кто появится перед глазами. Сейчас он бы даже думать не стал, палец рефлекторно сожмет спусковой крючок, а вторая рука произведет прицеливание. В голове бурлил ярко-красный коктейль из крови, ярости и адреналина, готового литься через уши, а глаза со зрачками, расширившимся на весь размер белка, стремительно скакали по стенам. Внутреннее напряжение, ощущение собственной неудержимости и приближения к цели, заставляли кровь кипеть, затмевая разум бесконечной, импульсивной жажде разрушения и насилия. Ноздри прикрытые маской и арафаткой нервно вздрагивали, втягивая затхлый воздух, полный интересных, волнующих и предупреждающих запахов. Одним из них был запах Марселин, четкий и острый как бритва, которой сержант брился каждое утро. Он пробивался через вонь духов и смрад коридора — клубника и какие-то местные травы, с примесью вина. Этот запах нельзя спутать ни с чем другим, Вальтер и позднее всегда помнил его, и даже спустя много столетий, когда вампирам все же приходилось расставаться, перед сном он ощущал его. Но сейчас, запах лишь разжигал в нем слишком раннее чувство триумфа, «вот оно, дело сделано» — твердило оно, а часть мозга отвечавшая за опыт все нудила — «нет, все только начинается». Вся его одежда была в крови и ошметках убитых, но он этого не замечал, как не заметил и семь довольно крупных ран, полученных им в бою. Но они затягивались с такой скоростью, что её можно было назвать молниеносной. Вокруг тянулся очень узкий коридор сложенный из множества гранитных блоков, очень тщательно выточенных из целых глыб гранита. Местами они были испещрены какими-то зарубками и грубыми, устрашающими барельефами, скорее уродующими гранит, чем играющими роль украшения. После сплошного мрамора, видеть шершавую стенку с вкраплениями поблескивающей слюды было очень непривычно, особенно удивляло полное отсутствие каких-либо излишеств, ковров, золота, кроме разве-что светильников висевших через каждые десять метров. Они давали настолько слабый свет, едва способный пробиться через закопченное синеватое стекло, что скорее мешали, чем освещали путь. На неровном полу, были грязные лужи и земля вперемешку с соломой, такое ощущение что здесь никого не было уже много недель. Совершенно бессистемно в стенах встречались грязные двери из подгнивших досок, оббитых ржавым железом. В некоторых, в качестве смотрового окна были решетки с очень толстыми прутьями, через которые было видно маленькие абсолютно темные комнатки с нарами, и кандалами. В некоторых сидели люди, и их запах говорил о полной сломленности и неспособности что-то сделать со своей судьбой, а те несчастные что были прикованы к стенам, так и вовсе не подавали признаков жизни, выглядя как бледные манекены. «Карцер для слуг» — Моментально понял вампир, слушая как его шаги гулким стуком разносятся по коридору, который буквально через десять метров поворачивал направо. Служанка пропустившая его сюда уже куда-то свинтила, скорее всего затерявшись в бесконечных проходах, коридорах и путях этого совершенно невозможного с архитектурной точки зрения замка. Ей простительно, она всего-лишь напуганная оперативница, неожиданно получившая свободу, а вот грохот ломаемой стены, доносившийся сзади, Вальтера категорически не устраивал. Лишь осознание того что позади стоит мина, удерживало его от необдуманного раша вперед, в глупой попытке обогнать время. Одна из дверей с лязгом распахнулась и наружу вывалилась парочка скелетов, с мечами в руках. Несколько мгновений они стояли в недоумении глядя по сторонам своими пустыми глазницами, но этого Вальтеру вполне хватило. Мощный удар ноги по двери, сорвал её с петель и она с силой приложила костлявых, растирая их в мелкую пыль. Из открывшейся комнаты, центром которой был стол для жертвоприношений, высунулась ещё одна голова, но заряд картечи, вихрем ворвавшейся внутрь, превратил неведомое существо в истерзанные ошметки, а заброшенная внутрь граната не оставила никому шансов на выживание. Её громкий хлопок, многократно усиленный узким коридором, сотряс арочный потолок, и вниз посыпалась мелкая пыль. Было слышно как прямо над Вальтером по камню бегут десятки металлических сапог, явно несущих гибридов к тронному залу. «Копошитесь падлы? Ну мне же лучше, главная ударная сила пройдет по чистенькому, а мне плевать, хоть целую дивизию на меня выводите!» — Подумал сержант, слушая как позади раздается ещё более громкий звук камня, говорящий о том, что один из вампиров принялся за дело вполне серьёзно. Они торопились… Спереди тоже кто-то торопился, бухая тяжелыми сапогами и вот-вот должен был показаться из-за поворота. Вальтер на ходу стал невидимкой, заранее прицеливаясь в ту сторону. Из-за поворота как ошпаренные вылетели две тени — растрепанный вампир в кожаном плаще и гибрид, в полном боевом облачении, но вместо ножа шоковая дубинка. Вальтер не дожидаясь пока они поймут в чем дело, выстрелил сразу с трех стволов. Яркая вспышка на миг озарила коридор, ударяя Вальтера по глазам и вихрь крупной картечи сшиб его противников с ног. Гибрид с криком выпустил из рук магнитную винтовку и врезавшись спиной в стену, так и остался лежать на полу, посеченный во множестве мест. Долго не проживет — истечет кровью, но вампир лишь отшатнулся назад, громко зашипев, хотя и был напичкан картечью по самое небалуйся. Он пригнулся и раскрыв пасть в грозном оскале, превратил пальцы в огромные когти, словно призывая Вальтера драться на равных, но куда-там… Сержант проигнорировал такой акт знания хорошего тона и сбросив невидимость, в один миг оказался перед носом вампира, отвешивая ему сокрушительную оплеуху прикладом дробовика. Раздался громкий хруст челюсти и вампир с ревом дернулся вперед, зажимая сержанта в смертоносные объятья. Его серое лицо было перекошено яростью, а челюсть болталась словно её ничего не соединяло с лицом. Когти впились в спину Вальтера, с треском пропарывая камуфляж, но до тела добраться ну успели, десантник ударил его коленом, метя в солнечное сплетение. Противник тоже оказался неплох, он сместился влево, разрывая свой захват и схватив Вальтера за плечо, со всей вампирской силой толкнул его в стену. Сержант с грохотом врезался в гранитную кладку, продавливая несколько блоков, а последовавший за этим удар ноги в живот окончательно закрепил Вальтера как стенобитное орудие. Кладка разлетелась на куски, проваливаясь под вампиром, и поднимая тучу пыли, и он ввалился в одну из камер карцера, падая на чьи-то нары. Раздался тихий вскрик, деров треснуло и сержант окончательно упал на пол. Его противник уже подходил ближе, превратив левую руку в огромный костяной клинок с зазубринами размером с нож для мяса. — А сука! — Зарычал сержант, взлетая над полом и зависая перед противником. Тот хрустнул шеей, казалось не замечая сломанной челюсти и встал в боевую стойку, но атаковать не спешил. Вальтер с тихим стуком приземлился на пол, и демонстративно поднял дробовик левой рукой, а правую положил на рукоять меча. Вампир громко хрустнул шеей, повернув голову почти под 90 градусов и по его телу пробежала легкая волна, и вампир вдруг рассыпался на сотни летучих мышей. Его одежды с шумом упали на пол, а мелкие кровососы с визгом и шумом крыльев окутали Вальтера, который только и успел что выстрелить из дробовика. Коготки зацарапали по его камуфляжу и маске, пытаясь добраться до плоти и крови вампира, но не могли прокусить кевлар. Несколько моментально сели на маску закрывая обзор, и Вальтер не видел ничего кроме шести оскаленных пастей и коготков, царапающих сверхпрочный пластик. Десяток облепили ноги и поясницу, пытаясь залезть под одежду и броню, а остальные кружились вокруг, врезаясь и визжа. Это был очень подлый трюк со стороны противника — тоже довольно редкий вид перевоплощения, который Вальтер освоил с трудом. Требовался огромный уровень концентрации и сил, чтобы управлять каждым существом отдельно. У него получалось превратиться всего в десяток мышек и то очень ненадолго, и очень больно, а тут почти сотня сразу!!! — Сука! — Вальтер ударил себя ладонью по лицу, отдирая паразитов залипших на маске. Пальцы ухватили несколько извивающихся тел и с чавканьем сдавили их. На маску брызнули внутренности и кровь, делающие обзор ещё более невозможным. Одна мышь залезла в арафатку, почти добравшись до горла, но сержант успел схватить её и раздавить, одновременно стреляя в их скопление под потолком. Кровавый дождь их ошметков окатил его, и Вальтер принялся отмахиваться от мелких паразитов дробовиком, попутно стреляя во все стороны и второй рукой давя их. Картечь обращала мышек в визжащий кровавый фарш, разрывая их и размазывая по стенам. Через два выстрела, вокруг сержанта образовалась целая куча мелких трупиков и гильз, со звоном перекатывающихся под ногами. Десяток мышей уже почти прогрызли спину, и пара клычков впились в плоть, начиная тянуть кровь, Вальтера. Тот взрыкнул, на миг напрягая мозг и пуская мощный импульс. Невероятный жар охватил кожу, а кровь начала казаться расплавленным металлом и его спина вспыхнула ослепительным белым пламенем, зажаривая кусающихся тварей и плавя камуфляж. В воздух поднялся омерзительный запах паленой шкуры и на грязный пол упал десяток изжаренных трупиков с обрывками одежды. Вонь горелого мяса и дым, поднялись к потолку, затягивая большую часть вида, а пламя освещало комнату полностью. Одна мышь была ещё жива, и теперь дергалась в дикой агонии, прерванной ударом сапога, Вальтер вновь перехватил инициативу. Остальные мыши громко завизжали, потеряв часть зрения от слишком яркого света и вампир начал терять контроль над стаей. Вальтер развернулся, распространяя пламя ещё и на руки, и принимаясь обхлопывать себя. Огнь быстро переползал на одежду, сжигая визжащих мышей, и совершенно не причиняя боли Вальтеру. Противник быстро сообразил что его фокус в буквальном смысле слова «сгорел ярким пламенем», попытался собраться обратно. Летучие мыши стали скапливаться у стены, медленно срастаясь в однородную массу, но Вальтер не дал ему такой подарок. Он оторвал от ноги ещё парочку мышей и раздавив их сапогом, выстрелил в это скопление. Раздался вой, сотрясающий камеру, которая уже почти превратилась в печь и на стене появилось кровавое пятно в виде силуэта человека. Уже почти собравшийся вампир вновь распался на несколько существ, и вновь попытался собраться. Но ещё два выстрела окончательно прервали процесс, превратив уже почти сформировавшееся тело противника в ошметки, но и дробовик сержанта опустел. Сержант отмахнулся бесполезным оружием, использовав его как биту (при этом одна из мышей оказалась зажата между стволов, и была просто размазана) и отбросив опустевший дробовик, выхватил меч. Пальцы рефлекторно вдавили самопальную рукоятку и по клинку пробежали молнии, осыпающие все вокруг синими, электрическими искрами. От них начал подниматься знакомых запах озона и легкой гари, сулившей веселую драку. Это улучшение было приделано принцессой пол года назад, и уже не раз доказывало свою эффективность в бою со всякой неведомой дрянью. В единое мгновение меч превратился в огромный искрящий громоотвод, от которого во все стороны принялись бить ослепительно яркие молнии, цепляющие пролетавших рядом летучих мышей, и превращающие их в прах. Молния стремительно расползалась, перескакивая с одной твари на другую, заставляя их визжать, и падать на пол в адских мучениях, а несколько разрядов угодили и в сержанта. Но тот даже не шелохнулся, хоть боль и пронзила его сознание. Вместо того чтобы как и положено вампиру корчится от боли, он начал размахивать мечом, целясь по скоплениям паникующих летучих мышей. Звучал дикий визг, мешающий сержанту думать, он заскрипел зубами, поддерживая пламя на спине и одновременно двигаясь. Это было сложно и очень больно — уходила уйма сил и выгорал адреналин, а жар крови в голове вызывал такую мигрень, что хотелось разбить череп об стену. Но это давало свои плоды, взаимодействие пирокинеза и обыкновенных технологий, показывало свое превосходство. противник слабел, теряя массу и силы, и вот он в последней попытке пытается собраться. Летучие мыши растягивались и сливались в одну массу, брызжа кровью и слизью, в попытке компенсировать недостаток массы. Вальтер моментально просек это и вложив в всю свою силу, рванулся за спину формирующемуся врагу, выставляя меч вперед. Противник обрался до конца и лезвие оказалось прямо у него в груди, прямо между ребер, обнимая его ужасающим каскадом из молний и искр. Раздался хлопок, треск электричества и громкое чавканье плавящейся плоти, и искалеченный, обожженный вампир упал на пол перед сержантом. В голове Вальтера взорвался триумф и он сам того не желая наступил на дергающуюся спину своего собрата по крови, заставляя его успокоится и вытащил потухший клинок, от которого все ещё исходил запах озона. Страшные раны с обгоревшими до углей краями, из которых медленно сочилась темная кровь, быстро замазывающая пол, покрывала его с ног до головы. Они долго не будут заживать — электричество самый страшный враг вампира, и ранения прижженные током всегда оставляют белые, постоянно зудящие шрамы. Все убитые летучие мыши превратились в обугленные и окровавленные кусочки плоти вампира или в кучки праха, начинающие смердеть ещё хуже чем помойка летом. Даже камуфляж Вальтера теперь был перемазан этим прахом. Вне сомнений, вампир выбыл из строя очень надолго… … — Вот тебе и всякие подарки на пути… Только меч об всяких марать…- Прошипел Вальтер переступая через тело и устремляясь в коридор. Огонь на плечах медленно угасал, не оставляя на камуфляже никаких следов кроме пары ожогов на тех местах где тот был порван. Вампир потратил много сил ощущая себя так, будто только-что закончил целый комплекс силовых упражнений, и у него страшно болела голова. Боль фокусировалась в правом полушарии, в нескольких точках ответственных за пирокинез и отдавала в глазной нерв, создавая ощущение пламени в голове и выдавливая глаз наружу, а кровь затягивающая обзор лишь возбуждала в вампире ярость. Он нервно облизывал губы, выдыхая розоватый пар, а сердце колотилось как бешенное, ломая ребра и отдаваясь болью. Впрочем, восстановится он быстро, ещё несколько минут, и он будет совершенно готов. В тот момент когда он вышел обратно в коридор, с того направления откуда он пришел, раздался громкий, визжащий звук, болезненным эхом резонирующий от стен, и здание в очередной раз содрогнулось, а коридор наполнило синее свечение. Вальтер даже не обернулся, и облизнув окровавленные губы, подумал: ну вот теперь они точно в шаге от меня. Ёбаный вампир, задержал…» — Это плазменная мина сработала моментально испепелив большую часть преследователей. Вальтер выдохнул и быстро стерев с маски остатки крови, трусцой побежал вперед, огибая угол и устремляясь в хитросплетение коридоров. Он стремительно миновал проходы, коридоры и небольшие, темные комнаты, немного дрифтуя по воротах и иногда пробегая прямо по стене. Изредка встречались развилки или лестницы, ведущие вниз и вверх, но Вальтер всегда знал что идет правильно, его вел запах Марселин, и инстинкт предвиденья, особенно сильно обостряющийся у Вампиров во время боя. Его чувство злобы вновь переполняло, а кровь стучала в голове… Пот стекал по оскаленному лицу впитываясь в маску, и грохот яростного сердца бился в ушах, вторя оглушительному вою потрясающего чувства погони за дичью. Вся дикость которую сержант обычно сдерживал, теперь просилась назад, подстегнутая наркотиками и боем. Сам того не замечая, сержант переместится к бегу на четвереньках, как огромная горилла или волколак и иногда принимался двигаться скачками, прыгая на стену или потолок, и потом перемещаясь вперед столь стремительно, что за самого сержанта разглядеть не удавалось лишь его размытый силуэт. Его стремление к цели, маниакальное и безжалостное как поток лавы, стало напоминать совершенное безумие. Но это не так, как бы не была горяча кровь, разум оставался кристально чистым. Один раз он встретил часового, спешившего на перехват и ударом плеча, размазал его об стену как жука, и тут же завернув за угол, врезался во второго, едва не сбивая его с ног. Удар острейших когтей и тело ещё два метра бежало без верхней части, брызжа кровью из перерубленных артерий, ещё не поняв что его убило, а потом рухнуло посреди коридора. Но вампир этого не видел, он мчался все дальше и дальше… За одним из поворотов Вальтер уперся в дверь, но та не задержала вампира и на секунду, превратившись в гору щепок, разлетевшихся по скрывающейся за ней лестницей. «Ненавижу лестницы!» — Подумал Вальтер, поднимаясь над ступеньками и пролетая до самого верха, еда е цепляя затылком пару светильников. Там он наткнулся на ещё двоих часовых из личной гвардии Марселин. Черные кители и более массивная броня, дела гибридов несколько внушительнее, но только на вид. В бою они остались столь же беспомощными против вампира. Даже не успели ничего сделать, лишь издали пару изумленных вскриков, прежде чем Вальтер ударом кулака размозжил голову первого об стену, а второго, схватил за грудки и с силой швырнул с лестницы, вырывая его оружие из рук. Несчастный громыхнул своей броней и приземлился прямо на затылок, и его голова вошла в плечи. Дальше шел короткий коридор, оканчивающийся дверным проемом, за которым виднелся какой-то крупный зал. От-туда доносился какой-то приглушенный звук, напоминающий разговор или как если-бы кто-то мычал тихую песенку, а запах Марселин стал настолько плотным, что если-бы Вальтер закрыл глаза то мог спокойно посчитать что она стоит рядом. Он замедлился и глубоко дыша, направился к дверному проему, из которого лился мягкий свет. Приблизившись к нему, он прижался к каменному косяку, держа меч поднятым к голове. Там, судя по ощущениям было всего два существа, что вызывало у сержанта вполне оправданные опасения, выливающиеся в слегка прищуренные глаза. «Очень сомнительно что она осталась там одна, с одним единственным стражником, да ещё и не вампиром» — Подумал Вальтер, беззвучно вытаскивая меч из-за пояса и присев на одно колено принюхался. Но не вышло, запах Марселин был слишком густым, дурманящим и перебивающим все остальные. Он виделся сержанту как ярко-кровавя взвесь, заполняющая собой воздух, хотя среди неё пробивались ярко-фиолетовые ниточки неизвестного запаха. Скорее всего это был гибрид, но тоненько так ли это на самом деле, мог сказать только детальный досмотр. Вальтер собрался с духом и сделал шаг наружу… …Он оказался на небольшом, светлом балкончике, уставленном маленькими деревянными креслами в старо европейском стиле и столиками с бутылками дорогого вина. Слева и справа от входа стояли вазоны с декоративным папоротником, на котором были искусственные красные цветы, и лежали небольшие половички. Один из столиков был отгорожен ширмой, из рисовой бумаги и исписанной какими-то иероглифами, понимать которые Вальтер никогда не умел и не собирался. Рядом с ними, на полу были пары колец для приковывания слуг или для того чтобы они просто были — за годы пребывания вампиром, Вальтер на личном опыте осознал их тягу к бессмысленным, но забавным действиям. Перила балкончика были разукрашены реалистичными фигурками людей и соблазнительных демонесс, предающихся страсти в самых невозможных, но от того более заманчивых позах. На пару мгновений сержант залип, разглядывая их. Но даже эти соблазнительные образы, не смогли даже близко приблизится по производимому впечатлению, с тем что было вокруг этого балкончика. Он нависал на выстое десятка метров, у самого сводчатого потолка, украшенного скульптурами гарпий, над огромных размеров залом для приема гостей и просителей. Это и был, приемный королевский зал, призванный внушать трепет всякому кто сюда войдет. Он был привычно отделан мрамором и золотом блестящими в свете нескольких люстр размером с добрый автобус, и уставленными волшебными свечами по типу первого зала. На стене напротив был такой же балкончик, только на нем по вполне объяснимой причине абсолютно не было дверей, лишь мебель и сервант, поблескивающий сотнями бутылок. На стенах вокруг висели огромные картины, изображающие вампиров в моменты их триумфа, и Вальтер с легким отвращением заметил что все они исключительно пафосный в своей кровавости, а их рамки похоже сделаны из костей, и черепов смертных. Чтобы заглянуть пониже, Вальтер осторожно присел на корточки, и прокравшись к перилам, глянул вниз через тонкие балясины. Зал был поразительно пуст, сержант запомнил его как наполненный пышными подушками, на которых лежат личные слуги Марселин (в свое время он и сам тут дрых, в окружении соплеменников), и разного рода мебелью, прикрытой летающими в воздухе тканью. А теперь, все это унесли, оставив лишь голый пол. А в конце зала, прямо перед воротами тронного зала, стояла фигура, одетая в черное платье. Лицо Вальтера тут же перекосила кривая улыбка — Марселин стояла спиной к сержанту, дела какие-то движения с предметом стоящим перед ней. Вальтер не мог точно разглядеть что это, пышная юбка из черного шелка и бархата, закрывала обзор, но вне сомнения, это было чтото не очень большое. — Попалась… — Прошептал Вальтер, привставая и поднимаясь над полом.  — Ты все-таки добрался до меня. — Тихим эхом раздался голос Марселин. В нем слышалась неведомая ранее надменность и вполне знакомая насмешливая тональность. — Ты пришел один, как странно, где принцесса? Она струсила и кудахча забилась в какой-то курятник, или отправилась на запад в поисках защиты? Только не говори что мои солдаты её ранили или убили, тогда я разозлюсь, а я только-что поела (она демонстративно почавкала губами, и сержант заметил что на её открытых локтях и шее есть свежие кровавые отпечатки) не хочу портить пищеварение…  — Она в безопасном месте. — Сурово ответил Вальтер, приземляясь на пол в десятке метров от своей королевы. — А гвардия твоя меня не впечатлила, щенки…  — Я с тобой не соглашусь, они сильнее и быстрее любого человека, фактически, они новая раса. Но у них есть один очень серьёзный недостаток — они туповаты и малоинициативны. Им не хватает сильного лидера. — Пожаловалась Марселин, разводя плечами и взмахивая расческой. Сержант невольно занервничал, ощутив как от неё начинают исходить мощные ментальные волны, колющие его нервные окончания словно искры. Она явно пыталась что-то ему внушить или подчинить своей воле. — Я хотела поставить тебя на эту роль. Мы могли бы вместе строить новый мир, идеальный во всех отношениях.  — Ага, где вампиры живут идеально, а все остальные лишь кровяные мешки, живущие для их пропитания. — Вальтер фыркнул, со свистом взмахивая мечом. — Я никогда не был альтруистом и уж тем более не беспокоился о благе мира, но такое будущее меня не устраивает.  — Почему? Ты не хочешь получать все что угодно лишь по взмаху пальца? Разве тебе не хочется чтобы тебе подносили вино с кровью, а вокруг были шикарные девушки?  — Я могу получить это и так, в любом борделе, а превращать весь мир в бордель как-то не правильно. Мы и раньше получали все чего хотели, но вспомни, получив что-то, мы сразу это забрасывали. Выходит что нам нужна была не сколько цель, а процесс её достижения… Представь что этого процесса просто нет, ты сразу получаешь все что хочешь?! Ну, интересно так будет жить? Да ты взвоешь от скуки уже через пару недель! Вечная жизнь потеряла бы смысл.  — То что ты описал, называется парадокс абсолютной власти… — Марселин пожала плечами и отбросила расческу в сторону. Она со звоном прокатилась несколько метров и остановилась. — Но, смысл своей жизни был бы прежним — развитие ради развития, я вечна, и все тайны этой вселенной открыты мне. Я без скафандра могу разгуливать по луне и делать анализ материалов на кольцах Сатурна, мне совершенно не важно время перемещения до очередной планеты, я могу даже не питаться… Представь, рано или поздно я достигну состояния когда смогу создавать вселенные из ничего, я стану богом… Ты, единственное существо которое я могу признать другом, ты всегда был рядом, даже когда я была прежней, нестерпимой идиоткой, и я хочу чтобы так оставалось впредь. Я предлагаю тебе власть и силу. Ты поведешь мои армии в бой и в глубины космического простора, станешь моей правой рукой, и вселенная захлебнется в крови… — Она говорила с таким жаром, убедительно и ярко расписывая картины великого будущего, что у Вальтера спина покрылась мурашками. При этом Марселин активно жестикулировала все ещё не поворачиваясь к сержанту лицом, и скрывая от него что-то, и оказывала постоянное психическое воздействие. Даже Бонни бель была не способна на такие красноречивые и харизматичные излияния собственных планов. Так мог говорить только гениальный оратор, или…  — Сумасшедшая… — Изумленно прошептал Вальтер, ужасаясь собственному открытию. Воистину, ценнейший человек на свете сошел с ума, неся совершенно невозможный бред, горячо веря в него. На лицо была прогрессирующая галлюциногенная шизофрения, усугубляемая полудемоническим происхождением Марселин. — Ты лишилась рассудка, послушай что ты несешь!  — Значит ты не согласен… — Голос Марселин с вежливо-убеждающего превратился в стальной. — Мне очень жаль, я не хочу причинять тебе вред или убивать, но если ты не одумаешься у меня не останется иного выбора, кроме как заточить тебя или убить… Незаменимых, как ты знаешь, не бывает, и сейчас я тебе это продемонстрирую… Она начала медленно отходить в сторону, давая сержанту рассмотреть то что столь долго скрывала. Сначала глаза Вальтера расширились, а потом изо рта выдавился неопределенный звук. На коленях перед Марселин стоял Финн, облаченный в броню гибрида. Черный алюминиевый панцирь, был сделан специально под его размеры, ярко поблескивая на свету. К спине был тщательно прикреплен ярко-красный плащ, с символикой королевской гвардии и принадлежности к роду Марселин. В левой руке он сжимал свой собственный меч, претерпевший пару изменений — лезвие было покрыто блестящим алмазным напылением, а рукоять укреплена уродливыми черными пластинами с острыми шипами. Кожа парнишки приобрела светло-серый оттенок, а глаза стали красными как и положено вампиру. Нижнюю губу придерживали два коротких клыка, немного желтоватого оттенка.  — Ты больная! — Воскликнул Вальтер. — Ты что с ним сделала?!  — Теперь он один из нас, жаль, трансмутация прошла не до конца и процесс ещё обратим. — Марселин зашла за спину Финна, кладя руки ему на плечо и от её улыбки, которую Вальтер всегда считал завораживающей, ему стало тошно. — Поиграйте пока, может быть ты одумаешься и все же встанешь на мою сторону… — Марселин гадко рассмеялась, во всю силу своих вампирских легких и растворилась, словно дым, распавшись на стони мелких серых облачков… …Вальтер стоял в полной растерянности, пялясь на застывшего в коленоприклонной позе Финна. В этот момент он напоминал покорных рыцарей из монастыря, те тоже были запечатлены именно такими, сломленными и подчиненными. Но только если в их каменных очах виднелась пламенная вера и решимость, то глаза парнишки не видели ничего, лишь красную пустоту, из которой доносился повелевающий голос Марселин. Вдруг его глаза сдвинулись и сфокусировались на Вальтере, а пальцы покрепче сжали меч, громко лязгнув маленькими плитками брони. Парнишка медленно распрямился, убирая со лба белые волосы, которые вампирша столь тщательно ему расчесывала.  — Финн, я не собираюсь с тобой драться. — Сказал Вальтер, пытаясь осмыслить все происходящее, и пока не находя выхода. Если драться, так драться, и парню может очень непоздоровитсья, А Вальтер и правда не хотел калечить или убивать старого друга. — Просто уйди с дороги и мы оставим все как есть… Но Финн не внял столь благородному требованию Вальтера. Вместо того чтобы смиренно отойти в сторонку, он лишь огрызнулся и со звоном доспеха встал в стойку, сжимая меч двумя руками. Почерневшие глаза глядели на Вальтера с холодной яростью и покорностью — вне сомнений парень стал марионеткой в руках Марселин, выполняя её приказ. Вальтер глубоко вздохнул, в очередной раз разочаровываясь в собственном красноречии, а впрочем, на что он вообще рассчитывал? Он тоже поднял оружие, держа его несколько расслабленно, вперив острие меча в пол. Он словно приглашал Финна сделать первый удар, открыть этот бой и тот не преминул воспользоваться приглашением. Парень поднял меч к плечу, подражая самураям и быстрым шагом пошел к Вальтеру. Вампир терпеливо наблюдал как Финн идет к нему медленно ускоряя поступь и уже переходя на бег. Мысленно сержант был готов — сердце колотится размеренно из чувств только холодная злоба, нет жалости, даже другу — жалость опасна. И вот когда Финн был в пяти шагах от Вальтера, тот на огромной скорости двинулся ему навстречу, рассчитывая сбить с ног. Черный клинок стремительно поднялся, мчась на встречу Финну и целясь в его плечо. Но парень оказалось был готов к такому положению вещей. Он припал на одну ногу и рубанул мечом отклоняя удар. Лезвия с визгом столкнулись и меч сержант отскочил, просвистев над головой парня. Вальтера немного занесло и он пролетел на шаг мимо. Финн развернулся на одном колене и ударил его вдогонку. Клинок словно стальная кобра просвистел около коленей сержанта и тот прыгнул, избегая удара. Он пролетел вперед и тут же развернулся, блокируя летящий в лицо клинок. Мечи бывших друзей с мерзким лязгом столкнулись, высыпав на пол несколько искр. Вальтер пнул Финна и тяжелый, подкованный железом сапог врезался ему в живот, заставляя с глубоким вдохом отшатнуться назад. Вальтер не медля нанес рубящий удар слева, вкладывая в него огромную силу. Но уже собравшийся парень ловко заблокировал удар. Однако, по его мечу прошла волна, ударившая его в кисть. Парень едва не выронил меч, пропустив колющий удар. Меч сержанта с хрустом вонзился в наплечник, пробивая его и достигая плоти. Финн зашипел, глядя как наружу брызнула кровь и вскочил. Вальтер обрушился на него словно мясорубка, нанося множество крутящих и рубящих ударов. Финн отскакивал назад или в бок, и заблокировав ещё два удара, провел серию ответных атак. Его правое плечо кровоточило, и каждое резкое движение заставляло парня скалить зубы от боли. Вампир интуитивно просчитывал его атаки, и вовремя блокировал их, делая ответные выпады своим черным мечом. Завязался тяжелый, но очень быстрый бой, в котором оба преследовали свои цели — Вальтер хотел просто оглушить Финна или вывести его из строя, а парень напротив, был настроен на убийство. Оба махали мечами, стремительно блокируя и атакуя. Они кружили друг вокруг друга, нанося серии ужасающих по своей скорости ударов и перемещаясь по залу. Мечи летали с такой скоростью что было видно лишь размытые очертания, и блеск заточенных кромок. Лязг металла и визг подошв по мрамору эхом разносился на весь ближайший замок, раздаваясь громом. В раскалившийся воздух летели искры и кусочки отколотого мрамора, когда мечи ударяли в пол или стену. Сместившись от центра к стене, враги случайно порубили несколько картин и гобеленов. Вовсе стороны полетели куски рам и стекла, со звоном окатившего пол. Один кусок угодил Финну в лицо, оставив глубокую царапину пересекающую нос. Но это ни на миг его не задержало — он был горяч и яростен, как если-бы лава бушевала в глубине его сердца и продолжал нападать, не взирая на кровь, текущую по лицу. На Вальтера сыпался самый настоящий шквал из стремительных, но не очень сильных ударов. Финн пытался выиграть за счет своей в разы большей мобильности и ловкости, попросту кружа неуклюжего гиганта. Сержанту стоило большого труда блокировать их все, он попросту не успевал за этим «тараканом» который ловко прыгал уклоняясь от свистящего клинка и перекатывается, все время атакуя. Мутация дала ему почти неисчерпаемый запас сил и тактика изматывания, на которую рассчитывал Вальтер, не работала — парень просто не уставал. А вот вампир уже с первых минут покрылся потом — даже драка с другим вампиром или целой толпой показалась ему более простой. Ведь в отличие от них, Финна убивать нельзя. Он мог уже несколько раз подловить парня, отрубить ему пару конечностей или использовав вампирскую силу просто раздавит как жука, но всякий раз рука сама собой замедлялась. Клинок, несущий гарантированную смерть проходил в миллиметрах от Финна, не задевая его. Парень это явно чувствовал и использовал вовсю. В такие моменты он контратаковал и несколько раз даже преуспел в этом, нанеся Вальтеру несколько неглубоких ран и одну вполне серьёзную в район бедра. Крови струйкой стекала по ноге сержанта, а боль пронзала о самого мозга, но уже запустившийся процесс ускоренной регенерации не давал ему уступить мелкому наглецу. Вальтер был почти на метр выше Финна и обладал куда большей силой, что активно и использовал, нанося редкие, но очень сильные удары, от которых трескались мраморные плиты. Каждый такой удар был смертельно опасен и мог разрубить напополам быка, что уж говорить про Финна. Один раз попав под него и получив глубокую рану на правой руке, от которой не спасла ни броня ни клинок, парень сообразил что замес идет серьёзный, и попадать по д удары не стоит. Он принялся уворачиваться и перекатываться, теперь уже более осторожно нанося удары. Но кровоточащие раны уже давала о себе знать — он почти не мог перекатываться вправо, потеряв свое главное преимущество и инициативу, что не могло не злить юношу. Его холодное лицо искажала окровавленная гримаса боли и разгорающейся ярости, а глаза начали мерцать как угли. Удары стали реже, превратившись в оборонительный стиль который сержант очень хорошо знал — ещё бы, Финн на первых порах учил сержанта обращению с мечом. Он уже знал, что рано или поздно ошибется… …И вот это произошло. Финн подался вперед, выставляя меч на слегка ослабевшей руке и сержант сделав шаг в сторону, ударил его ногой под колено. Финн упал на колени, ударяя наотмашь. Удар вышел неточным и слабым, а потому сержант не утруждая себя обороной, схватил Финна за плечи, рывком поднимая его на уровень своего лица и уже отклоняя голову для сокрушительного удара лбом в затылок, как вдруг Финн зарычал и Вальтер почувствовал что они оба отрываются от земли. Невероятно, но Финн научился летать! Ещё миг и прежде чем Вальтер что-то понял, они уже оба летели в потолок как торпеда. Вальтер не успел сгруппироваться и шарахнулся теменем в мрамор. Шлем слегка амортизировал удар, но ненамного. В черепе раздался оглушительный звон словно под черепом лопнул огромный стеклянный шар, забивающий собой все звуки, а перед глазами поплыли фиолетовые пятна. Челюсти сомкнулись и зубы ударились друг о друга, откалывая ещё один кусочек эмали и на язык попало несколько капель собственной крови. Финн с рыком рванулся назад и оттолкнул Вальтера. Оглушенный вампир со свистом полетел вниз. Пол приближался к глазам на чудовищной скорости и в последний момент успев зависнуть в воздухе, а потом рухнуть на пол. Его меч со звоном упал рядом, вонзившись в щель между мраморными плитами. Финн завис под потолком, тяжело дыша и капля кровью на пол, а его волосы парили вокруг, словно он был под водой. Вальтер оскалился, мысленно хваля парня за хорошие фокусы и облокотился на локоть, испуская небольшой поток крови изо рта, и красное пятно расплылось по его маске, капля сквозь неё на пол. Перед глазами все слегка плыло, а голова раскалывалась, но боль начала медленно отходить на задний план, а зрачки сузились от выделившегося адреналина. Финн начал медленно спускаться вниз, ступая ногами на воздух как по ступеням, но излишне осторожничал, видимо совсем не доверяя своим способностям. Он даже меч держал осторожно, используя его как балансир. Вальтер сорвал с лица маску и штурмовые очки, открывая свое лицо и спелвывая кровь на пол. Надо было как можно быстрее дотянутся до меча, и вампир даже протянул к нему руку. Но Финн не собирался допустить этого, он в миг перестал осторожничать и с рыком спикировал вниз, занося меч для удара. Лезвие сверкнуло перед глазам сержанта и тот вскинул руки. Его пальцы стремительно вытянулись и превратились в острые когти, покрытые толстым слоем эмали и клинок ударился об них. Финн отскочил в сторону и принялся рубить сержанта мечом словно дубиной, не выбирая место для удара. Тот стремительно перемещали руки, блокируя каждый удар, но долго так произойти не могло. Легкое напряжение мозга и Вальтер исчез, заставляя Финна вскрикнуть от неожиданности. Его клинок со свистом врезался в пол, а Вальтер вдруг материализовался у него сбоку. Острые когти с хрустом брони вонзились в правый бок парня, заставив его завыть от боли. Наружу брызнуло несколько струй крови, и Финн рванулся назад, но только больше напоролся на Вальтера. Тот со злобой ударил парня в раненное плечо и тот выпустил меч. — Допрыгался щенок! — Зашипел Вальтер и сжав правую руку в кулак, с размаху ударил парня в затылок, вкладывая в удар огромную силу. Финн охнул и закачавшись упал на колени, берясь руками за затылок, а потом грузно рухнул на пол… … В зале стало тихо, а последние отзвуки ударов мечей рассосались по углам, медленно стихая. — Ох и вертлявый, надо было пореже с ним тренироваться… Вырастил на свою голову… — Охнул Вальтер с лязгом убирая когти и бросая беспокойный взгляд на Финна. Тот был без сознания, кожа ещё бледнее чем всегда, из носа и рта течет кровь, а глаза закатились. Но он был жив и очень скоро восстановится, уже сейчас рана на его боку и плече начали затягиваться, издавая едва слышное чавканье растущей плоти. Вальтер отер губы и медленно пошел в сторону дверей тронного зала. Он на ходу вытащил свой меч из пола и протер его об окровавленную штанину, убирая белую крошку. Раны на его теле уже затянулись, а силы начали восстанавливаться. Он уже почти дошел до ступеней, как вдруг его вампирское чувство, вдруг явственно просигнализировало об опасности. Нога застыла в воздухе и вампир развернулся. Очень не зря… С Финном что-то происходило, что-то очень нехорошее. Его тело едва заметно дергалось, а рана на боку начала светиться ярко-красным светом, как и кровь вылившаяся на пол. От неё начал подниматься едва заметный дымок, а в воздухе послышался тихий треск пламени. Вальтер слегка обеспокоенно включил тепловое зрение… Тело Финна стремительно разогревалось, меняя сигнатуры с фиолетовой в ослепительно белую и температура все росла. Его серая кожа начала покрываться тонкими нитями, издающими едва заметный свет, а кровь уже заметно дымилась, как вдруг тело парня вспыхнуло. Огонь охватил его голову, обрамляя светящееся лицо, вырывалось у него изо рта и ноздрей, задорно треща в стремительно разогревающемся воздухе. Даже его кровь вспыхнула становясь густой как лава. Вальтер встрепенулся бросаясь на помощь, но она Финну не требовалась. Не успел сержант пробежать и пяти метров, как парень зашевелился. Он оперся на руки и встал на колени. Его всего уже объял огонь, но Финн не кричал, нет, он сам стал пламенем! Оно перетекало под его тонкой кожей, вырывалось изо рта, а глаза полыхали как угли. Вальтер затормозил, глядя как это пародия на атронаха встает в ореоле новорожденного адского пламени. — И кто теперь щенок? — Прогудел он трескучим голосом и подбивая свой меч. Его кровь стекла по мечу и его тоже объяло пламя… Похоже «танцы» только начинались…