My personal miracle

      Три лёгких постукивания в дверь, из-за которой не слышно ни звука. Примо всегда так делал, когда случалось что-то важное, хотя, по обыкновению, просто врывался в кабинет, с грохотом снося все препятствия на своём пути.       Не дожидаясь ответа, блондин заходит и обнаруживает довольно странную картину. По правде говоря, он наблюдает её уже… раз, два, три… пять недель. С того самого времени, как последний помощник Алауди с криками уволился (читайте: сбежал). Правда, ещё неделю до этого Хранитель ходил хмурым и витал в облаках, что было ему несвойственно. Как и то, что по дороге домой с бала он не рычал по поводу и без.       Огромный деревянный стол завален бумагами в несколько слоёв. Никаких аккуратных стопочек, рассортированных по «важности». В мусорном ведре уже не помещаются скомканные листки, то и дело норовящие выпасть оттуда. Обычно добросовестно хранящий порядок Алауди сидел за столом посреди этого «свинарника».       Примо едва не присвистнул, заметив иссиня-чёрную ауру вокруг друга. Что же такого случилось, что даже в одиночестве, в своём родном кабинете, он в ужасном настроении? Но вспомнив, что для такого состояния Облаку хватает одного неправильно заполненного отчета, мужчина расслабился. — Алауди, у меня есть новость. — Хм, — глава CEDEF всё так же не отрывался от заполнения каких-то документов. — Завтра к тебе прибудет новый помощник. Я этому человеку искренне сочувствую, — переложив пестрящие надписями листки на другое место, Примо сел в кожаное кресло. Вообще, весь кабинет был сделан в классических тонах: белые стены, преимущественно чёрная мебель и ничего лишнего. — Зачем он мне? — на секунду взглянув на своего Босса, Алауди придирчиво просмотрел новый отчет и, удовлетворённо кивнув, отложил его в сторону… в другую кипу бумаг. — Как минимум помочь разгрести весь этот завал. Как ты здесь всё находишь?       Возмущённо фыркнув, Вонгола прикрыл глаза. Да, любому новому сотруднику было бы трудно поладить с несговорчивым Хранителем, но вспомнив личность нового помощника, Небо улыбнулся: — Кстати, попробуй не угрожать всем подряд за мелкие провинности. Мы же голубых кровей, — усмехнулся Примо, сцепляя пальцы в «замóк». — Сам разберусь. Говори вторую новость и проваливай. — Какой ты грубый, Алауди. Не будь ты таким, то был бы уже женат. — Всё сказал? — Ладно-ладно. Как проходят поиски? — Хм.       Все эти четыре чёртовы недели он провёл в поисках Люси. Если первые две он ещё сопротивлялся порывам найти девушку, то следующие четыре оказались адом для его подчинённых: Списки гостей с того бала, различного рода источники информации, слухи и поиски его людьми любых зацепок. Без толку. Иногда казалось, что того вечера не было, как и самой девушки. Но ощущение холодных пальчиков на его руке жгло, не давая забыть. — Выше нос, Алауди. Найдётся твоя принцесса.       Едва успел Босс договорить, как в него уже летела ручка и к ней вдогонку папка с документами. Ойкнув и засмеявшись, мужчина выскочил за дверь.       Облако был бы определённо рад, если бы «его принцесса» нашлась.

***

      Рабочий день Алауди всегда начинался раньше, чем у всех. Хотя бы потому, что обычно мужчина засыпал прямо в своём кабинете, развалившись на узком диванчике. И никакие крики с визгами не помогали Примо вытолкать Облако из его кабинета. Даже пламя посмертной воли не помогало против треклятого трудоголика.       Вчера же Босс, не слушая предупреждающего рычания и тычков по рёбрам, выволок Хранителя на улицу и насильно усадил в карету. И с ехидным выражением лица, перед тем, как громко захлопнуть дверцу, сказал: — Надеюсь, ты ещё помнишь, как выглядит твой дом.       Алауди, естественно, помнил. Только это не спасёт Небо от расправы: с каких это пор Примо настолько обнаглел? Делает всё, что хочет. И это в обители Облака. Нарушитель — наказать.       Хранитель являлся ранней пташкой, а потому с шести утра уже был на ногах. Только открыв глаза, он почувствовал лёгкий перезвон интуиции — что-то будет. Страстно ненавидящий всякие неожиданные подарки жизни, мужчина принялся расхаживать по своему кабинету. Он даже не помнил, как там оказался. Единственное, что занимало его мысли — с чем связана эта тревога. Да и тревога ли? Вдруг произойдёт нечто хорошее? Например, найдётся блондинистое «чудо», заинтересовавшее его шесть недель назад.       Мотнув головой, Алауди отогнал от себя назойливые мысли о милой девушке. Вот ещё. Так она взяла и появилась в жизни главы CEDEF. Такого просто не бывает. Но где-то на задворках сознания трепыхалась надежда. А вдруг…

***

      Мерное покачивание кареты успокаивало и убаюкивало Облако, до этого нервно собиравшегося в дорогу. Ощущение некой странности сначала не давало ни минуты для расслабления, пока мужчина не обратил внимание на лежащие рядом документы — отчёты о таинственной Люси, которые он успел перехватить у подчинённых по дороге к карете. Ничего нового. Это навевало ещё большие подозрения.       За окном проплывали пейзажи и редкие дома, не так часто встречающиеся у окраин города. Маленькие, ветхие, иногда деревянные и покосившиеся, здания не привлекали внимания. Да и они, казалось, сливались с окружающей средой, будто именно по воле природы были там возведены и оставлены людьми.       Вскоре послышалось постукивание копыт по брусчатке, означавшей приближение базы. Устало фыркая, лошади остановились, повинуясь команде кучера. Подхватив документы, мужчина вышел из уютного полумрака кареты.       Горизонт, ещё сохранивший ненадолго оттенки розового, постепенно светлел. Первые лучи солнца бегло осматривали каждый клочок земли, стараюсь ничего не упустить из виду. Один из таких скользнул по одежде, а после и по лицу блондина, от чего тот невольно поморщился. Ярко.       Облако неспешным шагом двинулся в сторону входа в величественное здание, возвышающееся на несколько этажей вверх. Если бы не раздолбаи, шумящие в коридорах в режиме "двадцать четыре часа в сутки", он бы назвал штаб своим домом. Даже сейчас, в семь утра, подчинённые Алауди сновали туда-сюда, не зная что делать или чего «такого» натворить. Главу CEDEF определённо боялись и уважали, но сдержать порывы резко проснувшегося в одном месте детства сослуживцы не могли. В такие моменты мужчина лишь качал головой, фыркал и уходил в кабинет, где погружался в завалы документации.       Последний этаж отличался от других тишиной, свежестью утреннего воздуха, запущенного кем-то через окно, и «спящим царством». Многие сотрудники клевали носами в попытках не уснуть, в то время как другие преспокойно спали на своих местах, аккуратно отодвинув бумаги в сторону. Не дай Бог скинуть их со стола…       Проходя мимо сонных подчинённых, поднявших головы при звуке его шагов, он был встречен хитрыми, полными интереса взглядами. Отчего-то сразу подумалось, что они успели натворить какую-то пакость. Или нашли что-то стоящее. Лучше было бы второе, иначе он не сдержится и пристегнёт каждого к своему стулу наручниками. Месть ещё никто не отменял.       Всё так же не понимая происходящего на его этаже, Облако настороженно прошагал в сторону своего кабинета. С каждым его движением улыбки на лицах сослуживцев расползались всё шире. Невольно закатывая глаза, мужчина подумал, что зря научил делать пакости незаметно. Ох, зря-я-я.       Осмотрев дверь на наличие прикреплённых шашек, острых предметов на ручке, и сделав вывод, что «сюрприз» ожидает его в самом кабинете, глава CEDEF осторожно заглянул внутрь.       Было чему удивиться — комната сияла чистотой и разобранными аккуратными стопками документов. Без разбросанных по всем горизонтальным поверхностям бумаг комната выглядела как самое обычное рабочее место. В принципе, оно и было таковым, но прежний беспорядок автоматически превращал помещение в «свинарник». Правильно тогда сказал Примо — завал.       Босс, кажется, ещё что-то говорил о новом помощнике. Он должен был прибыть как раз сегодня, но Облаку отчего-то отчаянно не хотелось верить, что навёл порядок именно новенький. Вон, даже у новоиспеченного сотрудника вышло навести в этих бумажках порядок, в то время как сам мужчина ленился или попросту не обращал на этот бедлам внимания. Стало слегка стыдно, но Хранитель ни одним движением не выдал своих эмоций. Не хватало ещё таких "подвигов" со своей стороны.       Кабинет казался ему уютным и светлым, не своим. Обычно здесь было недружелюбно и прохладно, как в подземных камерах для пыток. Помощник явно внёс сюда толику чего-то своего, домашнего.       Интуиция всё ещё звенела, но не так, как раньше — резко и дребезжа, как бы предупреждая о неизвестном источнике опасности. Сейчас перезвон напоминал приятную слуху мелодию, согревающую изнутри. Так бывало в моменты приятных сюрпризов. Хотя глава CEDEF и не любил неожиданности, но где-то там, внутри, теплилась надежда и живой интерес.       Звонкое постукивание каблучков по полу раздалось совсем рядом, за спиной. В голове Алауди мелькнула несвязная мысль о мазохистах и ничего не понимающих бессмертных женщинах. Однако, объект его «раздумий» стоял молча и, видимо, спокойно рассматривал его спину. И почему-то сейчас показалось, что когда-то такое уже происходило. На балу… Дежавю.       Резко обернувшись, он посмотрел на девушку, с расслабленным видом прислонившуюся к косяку двери. Милая блондинка с карими глазами. В них, как и несколько недель назад поблёскивало веселье, на пару с развлекающимися демонами. Знакомые до жжения рук губы изгибались в лёгкой улыбке, такой, которую она подарила ему ещё на балу. Официальная одежда ничуть не убавила красоту Люси, ставшей несколько взрослее, как ему показалось. Такая же, как и тогда. Уверенная, смелая и безумно красивая. — Алауди, не стоит смотреть так на Вашу новую помощницу. Могут не то подумать, — тихо рассмеялась Сердоболия, наблюдая за удивлённым «начальством». — Разрешите приступать к работе?       А ещё хитрая.       И вправду ведь. «Чудо».