Играть до конца

Во рту за секунду все пересохло, а сердце, казалось, перестало биться. За дверями был Синцов, в ее квартире – человек из Меча. И встреча этих двух людей могла привести к катастрофе. Но не открыть полковнику Василиса не могла. Поэтому, судорожно выдохнув, она перевела взгляд испуганных глаз на Орлова, соображая, что делать. - Свалился же ты на мою голову! – прошептала она, снова переводя взгляд на дверь. - Кто? – спросил Костя, чувствуя, как накалилась обстановка. - Да вы оба! – снова прошептала Василиса и, взглянув на Орлова, толкнула его в направлении гостиной. – Давай, быстро. В шкаф. - Василиса, у вас все в порядке? – послышалось из-за двери. - Да. Секунду, - громко крикнула она и снова прошептала замешкавшемуся молодому человеку. – Скорее. И чтобы тихо там. А то оба погорим. С этими словами, она снова подтолкнула Орлова, а сама кинулась в ванную. Быстро засунув голову под струю холодной воды, тем самым слегка отрезвив себя, чтобы внешний вид не выдал ее настоящего состояния, Василиса замотала мокрые волосы полотенцем, скинула футболку, закатала джинсы по колено и, надев длинный махровый халат, направилась открывать, убедившись при этом, что Орлов находится в указанном ею месте. - Андрей Алексеевич? Добрый вечер, – сделала удивленный вид Василиса. – Почему вы здесь? - Пришел поговорить с вами, - ответил он, рассматривая стоящую перед ним девушку. - О чем? – нахмурилась Василиса, стараясь держать себя в руках. - Я уже вам все рассказала. - Я пройду, - уверенно произнес Синцов. - Да. Конечно, - кивнула ему Василиса и, пропустив в квартиру, закрыла дверь. – Проходите в кухню. Полковник кивнул, при этом внимательно рассматривая квартиру девушку, и прошел. Но не в кухню, а в гостиную, где в шкафу прятался Костя Орлов. Понимая, что Синцова лучше не стоит разворачивать, чтобы не вызвать лишних подозрений к себе, поскольку и так внимание сотрудника ФСБ было слишком пристальным к ее персоне, Василиса спокойно пригласила его присесть на диван, а сама разместилась в кресле напротив, предусмотрительно спрятав в карманы халата дрожащие руки. - Вчера ночью в своей квартире был убит Артем Вольский, - без предисловий начал говорить Синцов, едва присев на мягкий кожаный диван. - Говорит вам о чем-нибудь это имя? - Да, - кивнула Василиса. - Это тот человек, которого обвиняли в убийстве Алексея. - Странно да? – прищурился Андрей, слегка искривив губы. - Ваш отец был связан с группировкой Меч. С ваших же слов он вступил туда после смерти несостоявшегося зятя. Потом ваш отец погибает. В Москву возвращаетесь вы. И вскоре Вольского находят мертвым. И что самое интересное, на его трупе обнаружено вот это. Он поднялся и направился к девушке, на ходу доставая что-то из внутреннего кармана пиджака. И когда перед глазами Василисы появился прозрачный пакет, внутри которого лежала карта таро, в углу которой запеклась кровь, девушка медленно поднялась из кресла, вставая перед полковником. - Я вижу, вы знаете, что это, - констатировал Андрей. - Знаю, - кивнула Василиса. – Я вам уже говорила, что читала статьи. Но я не понимаю, - взглянула она на Синцова, слегка нахмурив брови. - Вы что, пришли обвинить в этом меня? - Да упаси Господи, Василиса Николаевна. Как я могу? – иронично вскинул брови Синцов. - Тем более у вас железное алиби, которое я уже проверил. - Тогда что вы хотите? – продолжала смотреть на него Савкина. - Предупредить вас. Не играйте с судьбой, Василиса. Она может оказаться не благосклонна к вам. - Вы опять подозреваете меня в связи с Мечом, - усмехнулась она, закивав, но тут же ее лицо приняло серьезный и спокойный, к ее удивлению, вид. – Посмотрите на меня, Андрей Алексеевич, и подумайте: вы сами верите в то, что говорите? Синцов молчал, внимательно глядя в глаза девушки, которая в свою очередь продолжала смотреть на него, а затем, кивнув, направился в коридор. Но у двери он остановился и, развернувшись к Василисе, снова пристально взглянул на нее. - За свою жизнь, Василиса, я повидал многое. И могу сказать точно, что даже такая девушка как вы, может оказаться опаснее, чем кажется, - произнес он и неожиданно шагнул вперед, сокращая расстояние с девушкой и вставая к ней слишком близко. - Но почему-то о вас мне не хочется так думать. С этими словами он протянул руку и осторожно коснулся ладонью ее лица, заставив Василису дернуться, но не отойти. И она могла с точностью сказать, что должно было последовать за таким жестом полковника, но в самый последний момент Синцов убрал руку и, пожелав спокойной ночи, ушел. А Василиса, быстро закрыв дверь на все замки, прижалась спиной к стене, медленно съезжая по ней на пол. Она чувствовала, как трясутся ее руки и ноги, как бьется от страха сердце и как кружится голова. Поэтому продолжала сидеть на полу не шевелясь и старалась дышать, чтобы не провести еще несколько минут над раковиной. - Костя, выходи, - выдавила из себя Василиса, которой свой собственный голос показался каким-то чужим. Орлов появился в коридоре незамедлительно и, встав перед девушкой, возвышаясь над ней, кивнул в сторону двери. - Кто это был? - Полковник ФСБ, - прикрыла глаза Василиса и откинула голову назад, прислоняясь затылком к стене. - Он думает, что я одна из вас. - А разве это не так? – спросил Орлов, внимательно глядя на девушку. - Нет! – резко открыла глаза та, недовольно взглянув на молодого человека и стараясь отогнать от себя мысли о своей причастности к группировке «Меч». Но как бы она ни старалась убедить себя в обратном, Василиса понимала, что Орлов прав. Отдав в руки Меча Артема Вольского она стала одной из них. Поэтому, чувствуя, как к горлу снова подбирается тошнотворный ком, Василиса ухватилась за протянутую Орловым руку, и, поднявшись на ноги, произнесла: - Ты, кажется, выпить предлагал? Костя лишь усмехнулся и быстро направился в гостиную, где на дне шкафа стояла бутылка шампанского, которую он принес с собой для продолжения знакомства. - Давно ты знаешь Максима? – поинтересовалась Василиса, когда они уже сидели за кухонным столом. - Мы с Кэпом служили вместе, - закидывая в рот очередной кусок шоколадки, отозвался Орлов. – Толстый, кстати, тоже. - Толстый? – переспросила Василиса. – Рома? - Я же говорю, что он толстый, - усмехнулся Орлов. – Даже ты догадалась. - Ну, это было легко сделать. Остальные-то по комплекции не подходят, - улыбнулась Василиса и, подперев подбородок рукой, сказала: - А расскажи мне про остальных. - Ну, а че рассказывать? – пожал плечами Костя. – Оля у нас прокурор. Макс ее грохнуть хотел. Думал, что она продажная. Но это оказалось не так. Вот с того времени она и с нами. Чижа тоже чуть не грохнули, когда работали по делу о черных риэлторах. - А он кто? - ППС-ник, - усмехнулся Орлов. – Лена – хирург. Она одна из первых, кто примкнул к нам. - Я так поняла, что ее роль пассивна. - Да не скажи, - протянул Орлов. – Именно она убедила Кэпа помочь тебе. Ну, а так. Ее дело лекарства доставать, ну и штопать нас, когда понадобится. Про Егорова ты знаешь. Он занимался нами пока не провалил все дело. Вот его и вышибли из органов. А к нам он попал… Не, не буду тебе рассказывать, а то ты и так бледная, - усмехнулся он. - А Коля? - А че Коля? – нахмурился Костя, прекрасно зная, что Одинцов провожал девушку вместо него, и теперь чувство необъяснимой ревности закралось внутри. – Его Толстый привел, чтобы следачку одну развести. - Ну, а ты? – задала вопрос Василиса, чем заставила Орлова расплыться в улыбке. – Ты что умеешь? - А я – снайпер, - гордо выпрямился Костя. – Я знаешь, как стреляю? - Хвастун ты, - усмехнулась Василиса и поднялась из-за стола. – Ладно. Уже поздно. Оставайся здесь, потому что я не уверена, что внизу не сидят ФСБ-шники. Завтра уйдешь. Постелю тебе в гостиной, - сказала она, но заметив довольное лицо Орлова, предупредила: - Я могу и врезать так, что мало не покажется. Поэтому, если что, не говори, что я тебя не предупреждала! С этими словами Василиса скрылась в коридоре, а Орлов так и остался сидеть на кухне, с расстроенным видом допивая шампанское. *** Пропажа Орлова обнаружилась лишь тогда, когда основная часть Меча разъехалась по домам, оставляя на базе лишь Макса и Винни. Поэтому Калинин расхаживал по помещению, прожигая стены яростным взглядом, и пытался дозвониться до друга, который упорно не желал брать трубку. - Макс, да успокойся ты, - пытался успокоить Калинина Рома. – Говорю же тебе, к ней он поехал. Дело-то молодое. - Вот именно, что к ней! – резко остановившись и навалившись вытянутыми руками на стол, сказал Макс, недовольно взглянув на друга. – А ты знаешь, что ею ФСБ интересуется? - Да ладно тебе, Макс, - усмехнулся Рома. – Так и скажи, что тебе эта девочка небезразлична! - Да, небезразлична, - кивнул Калинин. – Я дал обещание ее отцу! - Макс, да вернется он утром. Тогда и всыплешь. А я помогу, если что, - усмехнулся Винни и поднялся в места. – Ладно, я поехал. А ты подумай. Все проголосовали «за». С этими словами Винни ушел, а Макс так и остался стоять у стола, возвращаясь к мысли об орудующей банде. Еще днем по их обычаю состоялось голосование, на котором все были единого мнения. Все, кроме Макса. Словно чувствуя, что последствий можно не избежать, Калинин пытался спустить это дело на «нет», всеми правдами и неправдами отговаривая друзей от их затеи. Но, как и в первый раз, сдвинуть всех с пути не удалось. Поэтому обязанности были распределены, а процесс был запущен. И теперь Максиму ничего не оставалось делать, как соглашаться на эту операцию. Но сейчас не это волновало его больше всего. Василиса Савкина – вот, что было его проблемой. Движимый чувством долга перед Николаем Савкиным, он словно пропитался какой-то отцовской любовью к этой девочке, так резко появившейся в его жизни. И теперь хотел уберечь ее от всего, что могло навредить ей. В первую очередь от Орлова, который славился своими похождениями на любовном поприще. Поэтому решив серьезно поговорить с Орловым, Максим направился спать, понимая, что сейчас копание в своей голове совершенно бесполезно. *** Но следующий день не благоприятствовал выяснению отношений с Орловым, поскольку прилетевшая после обеда Ольга поставила Максима в тупик, сообщив, что нашла несколько адресов детей, чьи фотографии были обнаружены в квартире Вольского. А дальше и появившийся Дима Чижов подтвердил слова Степненко, рассказав, что некоторые из этих детей пропали без вести и до сих пор не были найдены. Поэтому Максиму ничего не оставалось, как поменять свое решение о «жизни» этого дела. - Я считаю, что нужно поговорить с родителями детей. Узнать, с кем они дружили, куда ходили, - предложил Егоров, внимательно глядя на задумчивого Максима. - Ну, хорошо, допустим это реально, - кивнул Калинин. – А дальше что? - Выясним круг общения Вольского, - отозвался Чиж. – У нас же есть его мобила. - Будем убирать каждого из списка контактов? – пристально посмотрел на него Макс. – Нет, так дело не пойдет. - Макс прав, - поддержала Ольга, которая все это время задумчиво сидела за столом. – Тем более круг пропавших не ограничивается Москвой. - Что? – послышались недоуменные голоса. - Питер, Тверь, Уссурийск, Кемерово, - начала перечислять Ольга. – И это еще не весь список. - Значит, эта банда работает масштабней чем мы думали? - ошарашено произнесла Лена. - И это тоже не все, - мотнула головой Степенко. – Раз вы решили беседовать с родителями детей, я не могу не сказать этого. Одна из девочек, пропавшая в Питере, была соседкой Василисы. И я думаю, что лучшим вариантом будет… - Нет! – резко перебил ее Калинин, чем заставил всех обратить внимание на себя, а Рому загадочно улыбнуться. – Не надо втягивать эту девочку куда не следует! Мы помогли ей. На этом все. Но говоря эти слова, Калинин даже не догадывался, что через пару часов ему придется в корне изменить свое решение. *** В шесть утра выпроводив на лестничную клетку Орлова, который, вопреки ее опасениям, всю ночь даже не выходил из гостиной, Василиса велела ему покинуть дом не раньше чем через полчаса после ее ухода, а сама направилась на работу. Но чем дальше двигались стрелки часов, тем больше Василиса понимала, что не может думать ни о чем, кроме своего приговора, который она вынесла Артему Вольскому. Руки тряслись, к горлу опять подкатывал тошнотворный ком. И когда выполняя один из элементов на "бревне", продолжая тяготиться своими мыслями, Василиса оступилась и полетела на мат, рассекая коленку, она поняла, что не может больше терпеть этого чувства. Поэтому, прекратив на сегодня все занятия и забежав в медпункт, чтобы обработать рану, Василиса быстро направилась домой, по дороге заскочив в банк. А после, убедившись, что за ней нет «хвоста», помчалась по знакомому адресу, надеясь, что отравляющее чувство вины может покинуть ее. И вскоре она уже стояла под удивленными взглядами группы «Меч», выкладывая на стол перевязанные пачки с зелеными купюрами. - Вот. Это все, что я могу отдать, - быстро проговорила она, продолжая доставать деньги. – Это не украдено, а честно заработано на съемках. Ее руки и голос дрожали, а глаза поблескивали от слез, которые Василиса старалась сдержать в себе и не смотреть на людей, которые с какой-то жалостью смотрели на нее. - Что, тяжело? – вдруг спросил Егоров, который не раз видел подобные ситуации, когда заказчик убийства не мог выдержать такого бремени. Она вдруг прижала рюкзак к себе, поджала губы и, резко опустившись на стул, замотала головой. - Я не хотела так, - и слезы выплеснулись наружу, медленно начиная стекать вниз по щекам. – Я не думала, что будет так. Я не хотела. Я, правда, не хотела. И она продолжала плакать, совершенно не стесняясь выплеснувшихся эмоций. А несколько пар глаз так и смотрели на нее, не зная как помочь, до тех пор, пока Ольга не подала голос. - Макс, да расскажи ты ей! – потребовала она, взглянув на Калинина и кивнув в сторону девушки. – Иначе, это сделаю я. Не могу смотреть, как она мучается из-за этого урода. И Максиму ничего не оставалось делать, как рассказать девушке все то, о чем они узнали. А она, вытирая слезы и все шире раскрывая глаза, слушала его затаив дыхание, и, словно не веря своим ушам, мотала головой, не сводя взгляда с Калинина. - Да, я знаю Юлю, - кивнула Василиса, когда речь зашла о пропавшей в Петербурге девочке. – Она пропала года полтора назад. Возвращалась из школы, но домой так и не дошла. Ей тогда десять было. Она частенько приходила к нам. Я ей помогала с английским. Господи, как такое может быть? – и она прикрыла рот ладонью, помотав головой. - Максим, я думаю, надо согласиться с Ольгой, - неожиданно подал голос Егоров, выявивший для себя из рассказа девушки положительные стороны ее сотрудничества с ними. – Василиса может нам помочь. Если, конечно, захочет. - Захочу, - не задумываясь кивнула она, тут же оживившись. - Как ты себе это представляешь? – держал свою позицию Калинин. - У нее на хвосте ФСБ! Я не могу так рисковать ей! - С ней может поехать кто-то из нас, - предложил Виктор. - Еще лучше! – возмущенно пробурчал Макс. – Может мне поехать, чтобы сразу без напряга ляпнуть кому-то из чекистов новую звезду на погоны за поимку опасных преступников? Или Орлова отправить? Или может тебя, Егоров? – недовольно посмотрел он на Виктора. - Я думаю ФСБ-шникам будет интересно узнать, откуда бывший следак, уволенный из-за провала по делу Меча, знает дочь одного из убитых участников. Я не хочу рисковать никем из вас! - Макс, успокойся, - осторожно дотронулась до его руки Лена, видя, что Калинин находится на взводе. - Мы уже подписались под этим делом, - вмешалась Ольга. – Я подняла материалы о пропавших детях. Чижик сводки проверил. Мы рисковали, Макс. И я не хочу, чтобы наш риск не оправдался. - Я предлагаю вот что, - начал Егоров. – Ты послушай, Максим. И если нет, то нет. Калинин вздохнул, понимая, что вся его система голосования сейчас работает против него самого. Поэтому ему ничего не оставалось делать, как кивнуть Егорову, давая ему слово. - Хорошо. Говори, что у тебя. - Я считаю, что Василису нужно оправить в Питер. Если учесть то, что мать пропавшей девочки ее соседка, то она охотнее расскажет ей все, что может нам помочь. Но отправить ее не одну. Во-первых, для отвода глаз чекистов, а, во-вторых, для ее же безопасности. Поэтому, я предлагаю послать вместе с ней Колю. Всем нам лучше не светиться рядом с Василисой, поскольку это может вызвать очень много вопросов. А вот Коля – игрок у нас невидимый. Поэтому он – самый лучший вариант. Тем более и защитить ее сможет, если этого потребует ситуация. Да и подходят они друг другу. Чекисты даже не поймут ничего. Это я тебе как следак говорю. - А что? – пожал плечами Рома. – Я с Виктором согласен. Он, - кивнул он на Одинцова, - прекрасно может постоять за себя. Это я тебе как тренер говорю. - Да и она вон тоже врезать может, - усмехнулся Костя, вспоминая вечернюю угрозу Василисы, которая сейчас кинула на него недовольный взгляд. - Ну что? – поинтересовалась Ольга, пытаясь разглядеть в глазах Калинина ответ. - Я так понимаю, мой ответ значения уже не имеет, так как большинство «за», - усмехнулся Калинин, который все еще не горел желанием втягивать девушку в свою игру. – Теперь слово за ней, - и он внимательно посмотрел на Василису, которая, в свою очередь смотрела на него. - Если я действительно могу помочь, то я согласна, - тихо ответила она. - Хорошо, - кивнул Максим. – Но учти, как только ты возвращаешься из Питера, ты забываешь про наше существование!